Немецкий космонавт Ульрих Вальтер: "За один полет мы поставили 88 опытов!"

24 мая, 2013, 20:15 Распечатать Выпуск №18, 24 мая-31 мая

Когда человек попадает в космос, он видит Землю как бы снаружи и вдруг понимает, что конфликты между людьми лишены смысла — ведь Земля одна! И чем больше людей полетят в космос, тем меньше войн будет на Земле.

Германия не входит в число влиятельных космических держав. Однако, если мыслить глобально, Евросоюз, где Берлин играет не последнюю (а то и первую) скрипку, вкладывает значительные средства в развитие аэрокосмической отрасли. В Германии действуют несколько крупных государственных центров по изучению космоса. И крупнейший находится в Оберпфаффенхофене, в 20 км от столицы Баварии — Мюнхена. 

Именно из Оберпфаффенхофена управляли несколькими миссиями космической лаборатории Spacelab, первая из которых была осуществлена в 1983 г. А в соседнем Мюнхене расположен крупнейший и старейший в мире научно-технический музей, носящий достаточно скромное название — Немецкий. С этими двумя местами связана жизнь нашего собеседника — одного из немногих немецких космонавтов, доктора физических наук Ульриха Вальтера. Он преподает в Мюнхенском технологическом университете, ведет научно-популярное шоу на местном телевидении и занимается с юными учеными при Немецком музее. 

Доктор Вальтер уже не первый раз приезжает в Украину. Но не с туристической целью. Он — один из двух почетных президентов крупного международного проекта по популяризации научной культуры среди детей. С украинской стороны проект патронирует украинский космонавт Леонид Каденюк

— Ульрих, что изменилось в этом проекте за время, которое прошло с вашего предыдущего до нынешнего визита? 

— Насколько я вижу, проект значительно расширился, привлечено намного больше людей, чем полтора года назад. О проекте заговорили! Честно говоря, я приятно удивлен уровнем организации. У нас в Германии ничего подобного нет. Какова цель проекта? Найти среди школьников лучших, собрать их и направить в нужное русло. Помогать детям, имеющим потенциал, обучать их по специальным методикам, подсказывать, как планировать свой профессиональный рост — лучше не придумаешь! Однако собирать "урожай" мы будем лишь через 20—25 лет, так что в настоящий момент плодов нашей деятельности вы, возможно, и не увидите. Исходя из возможностей украинских школьников, Украину ждет прекрасное будущее с великолепными специалистами. 

— Вы сказали, что в Германии проектов, похожих на Детский аэрокосмический университет, нет. Почему? 

— О, это очень просто! Исторически Германия является, как вам известно, объединением земель, и каждая имеет различные образовательные системы. В одних землях уделяют особое внимание одаренным детям, в других говорят: нет, нам нужны не лучшие, а высокий средний уровень. Иногда различия между этими системами значительны, так что организации, охватывающей всю страну, как Малая академия наук Украины, и образовательного проекта для талантливых детей, в котором принимали участие школьники из всех регионов, как Детский аэрокосмический университет, в Германии, к сожалению, просто не может быть. 

Еще несколько лет назад стать космонавтом было довольно сложно. В советские времена эти люди казались титанами, которым впоследствии ставили памятники и возводили в культ. Сейчас все изменилось. Компания миллиардера Ричарда Брэнсона анонсирует частные полеты в космос, а количество "первых" космических туристов уже перевалило за полтора десятка. 

— Как вы относитесь к коммерциализации космоса? Станет ли это помехой его научному освоению? 

— На мой взгляд, космический туризм — бизнес будущего. Не думаю, что он как-то помешает науке. Более того, эти явления вообще никак не пересекаются. Наукой занимаются национальные и международные космические агентства, а туризмом — коммерческие структуры. При этом наука от космического туризма получит очевидную выгоду. Чем больше людей захотят совершить путешествие в космос, тем ниже будет цена полета, и тем больше ученых смогут побывать в космосе. Более того, сами космические аппараты станут дешевле, и благодаря этому мы сможем осуществить больше научных экспериментов. Упомянутая вами компания Брэнсона Virgin Galactic уже предлагает космические корабли для научных исследований по крайне низкой цене. Отсюда вывод: чем больше туристов полетят в космос, тем лучше для науки и для человечества в целом.

— А как вы относитесь к широко розрекламированному проекту "Марс-1", основанному голландцами Басом Лансдорпом и Арно Вилдерсом? Они проводят кастинг добровольцев и к 2023 г. обещают основать первую колонию на Марсе. Их якобы поддерживает множество ученых и компаний… 

— Отношусь скептически. Они же выдают билет в один конец! Да, возможно, эти добровольцы проведут несколько недель на Марсе. А потом умрут. И все это будут снимать. Из этого делают телешоу! Я не понимаю, почему люди на это идут…

Довольно большое число украинцев зарегистрировалось на сайте проекта. Возможно, для них это бегство от действительности — мол, начать все с чистого листа, пусть даже и на Марсе…

Дело не в этом. Они станут героями — еще бы, первые люди, поселившиеся на Марсе! Помните, какая была истерия, когда человек впервые ступил на Луну? Но, повторяю, герои не вернутся! Все — весь мир — сядут перед телевизорами и будут наблюдать, как они умирают. К сожалению, люди готовы на все, лишь бы попасть в телеэкран. Даже умереть. 

— Вернемся к науке. Назовите основные практические причины, по которым человечеству необходимо осваивать космическое пространство. 

— Их три. Первая — научный прогресс. Для меня как ученого очевидно, что более мощного двигателя для развития науки не придумаешь. Но не это самое главное. Когда человек попадает в космос, он видит Землю как бы снаружи и вдруг понимает, что конфликты между людьми лишены смысла — ведь Земля одна! И чем больше людей полетят в космос, тем меньше войн будет на Земле. В этом я убежден. 

Вторая важная причина — опасность, которая может прийти к нам из космоса. Астероиды. Мы знаем, что они могут прилететь и уничтожить все живое. Такое случается несколько раз в миллион лет и, безусловно, ждет человечество в будущем. Люди должны готовиться. И мы уже знаем способы борьбы с астероидами — скажем, использовать против них ракеты с ядерными боеголовками, которые могли бы накрыть Землю своего рода щитом. 

Но самое главное — это изучение космоса. Если будет доказано, что на Марсе были вода и жизнь, тогда станет ясно, что жизнь могла зародиться и в другой точке Вселенной. А значит, мы во Вселенной не одни. Именно поэтому мы должны лететь в космос, должны лететь на Марс!

— Как вы оцениваете недавние находки марсохода "Кюриосити"? NASA заявила, что найдены следы воды, что, по вашей логике, означает возможность присутствия форм жизни на Красной планете…

Это так типично для американцев! Да, они нашли воду. Ну и что? Мы и так знали, что на Марсе когда-то была вода. Но это вовсе не значит, что там была жизнь! Это еще предстоит доказать или опровергнуть. Ведь одной воды мало. Была жизнь или не была — зависит от целого ряда факторов. Американцы же хотят сделать из этого шоу. Надо отдать им должное — это они умеют. 

— Среди других сенсационных открытий последнего времени — заявление ученых о том, что вода якобы появилась на Земле из космоса, точнее — из комет. В кометах содержится большое количество воды, и в период образования планет Солнечной системы вещество, из которого они формировались, будто бы подверглось бомбардировке кометами. Отсюда и вода. Это так, или тоже — из области шоу? 

— Нет, это очень серьезная теория. Кометы — одна из старейших составляющих Солнечной системы, их еще называют "грязными снежками". Знаете, почему? Потому что в основном кометы состоят изо льда. В сущности — это огромные глыбы льда, космические айсберги. В течение миллионов лет миллиарды комет падали на Землю, принося на ее территорию воду, из которой впоследствии образовались океаны. 

— На орбите вы были сравнительно недолго — девять дней. Проводили опыты по изучению магнетизма в лаборатории SpaceLab. Как сейчас применяются результаты ваших исследований? 

— Это был мой личный, "карманный" эксперимент. Я хотел показать, как действует на таком огромном расстоянии магнитное поле Земли. Я взял с собой несколько магнитов и начал их раскачивать. Колебания магнитов соответствовали силовым линиям магнитного поля. Частота колебаний свидетельствовала о напряженности поля. Это была демонстрация для моих студентов — ведь до полета я преподавал в Калифорнийском университете. 

Происходило это так: к кораблю присоединялась специальная кабина — космическая лаборатория. За один полет мы поставили 88 опытов из различных отраслей науки! Каждый был предложен учеными из разных уголков Земли. Космос — это всегда работа всего человечества, а не отдельных наций. 

— Вы уже давно работаете с детьми. А можете с первого взгляда на ребенка определить, будет ли он в дальнейшем заниматься наукой, или для него это только игра? 

— Конечно! Это заметно по вопросам, которые задает ребенок. Например, один из немецких участников нашего проекта спросил меня: "Почему атмосфера есть только вокруг Земли, а в космосе ее нет?". Это очень глубокий вопрос, показывающий, что ребенок размышляет об этой проблеме, хочет узнать ответ. Эйнштейн говорил: "Наука основывается на непреодолимом стремлении познать". Из этого ребенка выйдет отличный ученый! 

— Как вы знаете, украинская власть сейчас стоит перед выбором: идти в Таможенный союз с Россией или же — в Европейский Союз. На ваш взгляд, с кем из соседей у нас лучше получится реализовать потенциал аэрокосмической отрасли?

— Как показывают мой личный опыт и опыт Германии, лучше всегда работать с обоими партнерами. Однако важно знать, в какой именно сфере уникален опыт Украины. Немцы, к примеру, прекрасно понимают, что они — лучшие в области космической робототехники. Как только мир признает, что Украина — "номер один" в определенной сфере, у вас сразу появится множество партнеров. 

— Космонавт — это человек, имеющий уникальную возможность видеть Землю как бы со стороны, Землю, на которой незаметны люди с их суевериями, убеждениями и моралью. К тому же, практически все космонавты — ученые. Верят ли они в Бога? Или же в некую высшую силу?

— Вера в Бога у космонавта, как и у любого другого человека, зависит от национальности, места рождения и социального окружения. Я бы выделил три очень разных типа социального окружения: Соединенные Штаты, Россия (возможно, сюда можно включить и Украину) и Европа. В чем же разница? Абсолютно все американцы верят в Бога. По-моему, даже слишком сильно верят. Когда кто-то верит в Бога и попадает в космос, откуда видит Землю, он возвращается еще более укрепленный в своей вере. По другую сторону — русские. Для них космос — это, в первую очередь, способ заработать. Они не верят в Бога, а верят в деньги. Поэтому, вернувшись, сразу начинают думать о следующем полете. А мы, европейцы, находимся примерно посредине. Конечно же, мы верим в Бога, но… Вот представим себе, что водитель попал в аварию. Как он поведет себя дальше? Есть три варианта поведения. В первом случае водитель скажет: я больше не сяду за руль, я больше не хочу видеть этих ужасных аварий. Это — американцы. Во втором он только махнет рукой: подумаешь, буду ездить и дальше! Это — россияне. А третья группа "водителей" скажет себе: мы не откажемся от наших машин, но отныне будем водить, зная, что может случиться, и это знание будет влиять на наши действия. Это — европейцы. Так же и с верой в Бога. 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 19 октября-25 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно