Хиты с территории ада

5 ноября, 2016, 00:00 Распечатать

Защитники не пишут песен специально для граждан, которые не на войне. Их композиции — это возможность хотя бы немного разделить со струнами пережитый адский ужас, вернуться мыслями домой и этим помочь своей жизни продолжаться.   Но, слушая эти мелодии, слова, мы можем, по крайней мере, хоть немного понять их боль, внутренний мир, мечты и, возможно, мотивировать себя для более эффективного труда ради победы во всех смыслах.

Богдан Ковальчин, Арсен Мирзоян

Защитники не пишут песен специально для граждан, которые не на войне. Их композиции — это возможность хотя бы немного разделить со струнами пережитый адский ужас, вернуться мыслями домой и этим помочь своей жизни продолжаться. 

Но, слушая эти мелодии, слова, мы можем, по крайней мере, хоть немного понять их боль, внутренний мир, мечты и, возможно, мотивировать себя для более эффективного труда ради победы во всех смыслах.

Именно с этой целью социально-художественный проект #ПісніВійни собирает композиции, написанные военными, и делает их профессиональные записи. Чтобы придать песням максимально общественный резонанс, исполняют их бойцы с известными украинскими артистами. К следующему Дню защитника Украины организаторы планируют издать компакт-диск примерно с 15 произведениями. Этим хотят достичь еще одной поставленной задачи — сохранить современную военную песню.

Уже состоялись премьеры трех синглов. Ниже — истории об этих песнях и о трех бойцах-исполнителях.

Первая композиция проекта, "Дорога на схід", написана не военными, а по их просьбе. Певец и композитор Павел Табаков часто слышал сетования от защитников, что они вынуждены идти в бой, хоронить побратимов под российские песни, поскольку украинских совсем мало. Артист написал драйвовую музыку к тексту поэта Василия Фесюка, но понял, что не сможет в исполнении передать чувства и эмоции, поэтому начал искать бойцов. И нашел сразу пятерых: десантника Андрея Шевчука с музобразованием по классу кларнета; артиллериста, заместителя командира минометной батареи Тараса Гривула — профессионального бандуриста, члена Национального союза кобзарей Украины; десантника Богдана Ковальчина, который в мирной жизни руководит радиостанцией и по возвращению с войны начал записывать песни на собственные тексты; командира отделения батальона им. генерала Сергея Кульчицкого Максима Перевязко, который год не только воевал, но и выступал на оккупированной территории с концертами; сапера Петра Комендата — хориста с детства. 

хит
Петр Комендат, Андрей Шевчук, Богдан Ковальчин, Павел Табаков, Тарас Гривул, Максим Перевязко

Исполнив песни с Павлом Табаковым, военные дали старт большому проекту — #ПісніВійни.

Солист в композиции "Дорога на схід" Максим Перевязко до войны работал учителем музыки и истории, музруководителем в детсаду. Его путь на восток страны стал продолжением Революции достоинства. На Майдане учитель выступал по несколько раз в течение суток на центральной сцене. А позднее гитару сменил на "коктейли Молотова". 

Майдановская позиция активиста не приветствовалась на малой родине, ему угрожало увольнение с работы. Сам он называет родной Рокитновский район Ровенской области полесским Донецком. Говорит, что на протяжении всей Революции достоинства на Майдане видел только пятерых земляков, а по другую сторону баррикад — сотни.

В марте 2014-го вместе с другими добровольцами Самообороны Майдана стал резервистом Нацгвардии Украины. Сержант, командир отделения батальона Кульчицкого выполнял задачу в секторе "С". О войне рассказывает неохотно, поскольку болит: "Я не знаю, что рассказать. На войне переживаешь, хватит ли сил выдержать ужас. Но человек привыкает ко всему. Тебе приходится стрелять, делать что-то, чего никогда до этого не делал, — и теряется человечность... Знаешь, эти воспоминания очень неприятны. Они стали потаенным, о котором не то что рассказывать не хочется, но и вспоминать. Мечтаю как можно скорее забыть дни на войне, реагировать на звук салюта как раньше". 

Максим задумывается и все же делится, без деталей, одним ужасным воспоминанием: "На Карачине ударной волной от мины меня прилепило к стене. Я был в бронежилете, с боекомплектом, но позвоночник сместился. Кроме этого, у меня воспаление поджелудочной железы. Тогда у нас не было ни еды, ни нормальной воды. Меня забрали в госпиталь. Немного подлечился и вернулся на передовую на вертолете. Пилот долго кружил, думая, на каком блокпосту сесть. Приземлился, я вышел, и как только вертолет поднялся в небо, его сбили. Генерал, с которым только что летел, погиб, а я живой. Так для чего-то же Бог дал мне время еще побыть здесь?" 

Через несколько месяцев на передовой Максим Перевязко вместе с известным бардом с Майдана Зиновием Медюхом решил воевать не только оружием, но и идеологически. Дуэт "Кулі" начал проводить по несколько часов концерты-беседы для местного населения и бойцов.

После почти года службы Максим переехал жить в Дрогобыч Львовской области. Говорит, что в его майдановской сотне и в батальоне было много дрогобычан, среди которых нашел верных побратимов: "Я общаюсь и с гражданскими людьми, но очень изменились ценности, а мы лучше понимаем друг друга: свой к своему за своим. Кроме того, у меня проблемы со здоровьем, и эти ребята меня латали". 

Вместе они и волонтерили после службы. 

Пройдя войну, Максим Перевязко решил, что не вернется в общеобразовательную школу учительствовать. "От того, что не могу изменить, я отстраняюсь. Меня всегда раздражали учебные программы, не раскрывающие индивидуальность учеников и сориентированные на сильнейших. И к тому же множество запрограммированного материала ребенок никогда в жизни не использует. Также в заведениях проводятся уголовные махинации: например, по документам — установлены хорошие окна, а в действительности — значительно худшего качества. После войны у меня еще больше обоострилось ощущение справедливости, и я просто разобьюсь в этой системе", — рассказывает Максим и делится успехами в создании частной школы. Боец принял участие в проекте для демобилизованных военных и переселенцев львовского "Клуба деловых людей" и фонда "Возрождение" — "Новый отсчет". Прошел обучение, составил бизнес-план организации студии искусств и выиграл грант на музыкальную технику. Знакомый предоставил в бесплатную аренду на два года помещение в центре Дрогобыча. 

"В школе я вместе с патриотически настроенными учителями буду учить игре на гитаре, ударной установке, синтезаторе. Мы сориентированы на раскрытие индивидуальности ярких музыкантов. Не будем выращивать виртуозов, мастерски играющих по шаблону, но — "глухих". Я договорился с коллегами, что каждый бесплатно будет учить хотя бы двух социально незащищенных талантливых детей. Со временем, возможно, удастся их число увеличить. Кроме того, в помещении школы смогут заниматься музыканты, у которых нет условий для репетиций. Также будем записывать музыку", — горит идеей Максим и рассказывает об еще одном недавно начатом деле: "Я с другом езжу по селам, чтобы проводить исключительно нашу, украинскую, дискотеку. По этическим соображениям это вроде и не следовало бы делать — сегодня в Украине не время для танцев. Но наша равнодушная молодежь все равно ходит в клубы, так пусть хотя бы развлекается под патриотичное. Делаю это в память о побратимах, отдавших уже все, что могли, ради лучшей Украины". 

Следующее произведение проекта #ПісніВійни, "Не сумуй", поют военный Александр Рожко и лидер гурта "Антитела" Тарас Тополя. Александр Рожко воевал в Афганистане, Югославии, Чечне, но никогда не думал, что придется и на родной земле. Приехав домой из Донбасса, Александр разговаривал с женой на кухне и вдруг сказал: "Знаешь, Елена, я напишу о тебе песню". Она спросила: "И когда ты ее запоешь?" "В тот день, когда закончится война", — был ответ, который и стал первой строкой композиции. Он взял ручку и за 15 минут на кухне написал песню о дне, о котором мечтает. В нем мы "пригадаєм, як горів Майдан, крізь чорний дим Михайлівського дзвони, кров наших побратимів на щитах і з кулями смертельні перегони... Згадаєм кіборгів — Героїв України, Донецького летовища руїни і тих, хто там поклав свої життя". И кланяемся "волонтерам — ангелам Добра", поскольку "їх допомога, як жива вода, нас рятувала у тяжкі часи". А припев в песне — ибо война ведь еще не закончилась — "Не сумуй, коли мене немає". Эти слова Александр всегда говорит жене, когда должен ехать в зону боевых действий. "Жена не плачет в такие моменты. Она только молчит и смотрит на меня. Очень жаль, но я не знаю, как ее успокоить, разве что сказать эту фразу. И в действительности — это история каждого военного, поскольку все на прощание не находят слов, говорят только — "не сумуй", просто в разных вариациях..."

Первой войной Александра была Афганская. Она продолжалась для него 2 года 2 месяца и 9 дней. "Я сравниваю себя во время войны в Афганистане и в Донбассе. На первой мне было морально намного тяжелее. Украина — это моя жена, 9-летняя внучка, дочь, сын... И я их буду защищать, ведь изо всех я единственный профессиональный военный. В Афганистане же смотрел на местное население — с другой религией, ментальностью — и понимал, что я им не нужен, меня просто загнали в чужую страну и заставили выживать. И эта абсурдность собственных поступков убивала больше всего", — вспоминает военный.

Он не рассказывает об ужасах даже этой, уже, казалось бы, далекой войны. Говорит только, что видел ад, и риторически спрашивает, как ему с этим жить. Зато делится воспоминаниями, которыми гордится: "На войне самое важное — остаться человеком. Нельзя, чтобы сердце покрылось коркой. Если хочешь выжить, надо ценить жизнь даже противника, поскольку ее дает Господь, и все возвращается бумерангом. Не говорю, что не надо стрелять во врага, но всегда своим подопечным повторяю, чтобы целились только в крайнем случае, ведь если случайно убьют невинного человека, то потом им нести этот крест. А на войне множество парадоксов, которые в голове не укладываются. В Афганистане я принимал участие в продолжительном бою. Тогда нас было двадцать, а душманов около шестидесяти. Мы положили большую часть банды, а шестерых захватили в плен. И пленным было от 13 до 15 лет. Мы поинтересовались, почему ребята в банде. Один рассказал, что он из многодетной семьи, которая ужасно бедствует, нет еды. Еще вчера душманы пришли в их кишлак и сказали: если присоединятся к банде, семья получит два мешка муки. Тогда была очень суровая зима, и мы верили его словам, но ведь он только что стрелял в нас... Мы взяли с него клятву на Коране, что он больше никогда не будет воевать против советских солдат, и командир приказал его отпустить.

хит
Тарас Тополя, Александр Рожко

А еще однажды возвращались с задания: смотрим, а на кишлак сошла лавина. Вопли, испуганные люди руками разгребают завалы и вытягивают маленьких замерзших детей. И ко мне, захватчику, подходит дед лет семидесяти, падает на колени и просит взять малышей и отправить за 7 километров к семье, поскольку иначе они погибнут от холода. Получается, их родители стреляют в наших в горах, а я должен им помогать? Но ведь это дети! С другой стороны, понимал: если это засада, то подвергаю опасности свою группу. И все же мы выложили продовольствие из рюкзаков, посадили в них самых маленьких детей и отнесли к родственникам. 

Когда вернулся из Афганистана, то думал, что выжил, возможно, потому, что помогал местным. На Майдане же понял, что Бог сохранил мне тогда жизнь, чтобы через 30 лет я мог защищать Родину", — резюмирует Александр Рожко.

Когда началась война в Донбассе, военный сначала волонтерил, а позднее пошел в военкомат записаться добровольцем. Отказали из-за травм в Афганистане. "Но ведь мне не нужны разрешения, чтобы защищать Украину. Поехал в Донбасс и увидел ребят, у которых был только патриотический дух, поэтому помогал доводить их до уровня боевой единицы. Часто играл на гитаре свои композиции и видел, что песней делал их еще сильнее. Они вспоминали родных, о которых я пел, и понимали, ради чего воюют", — рассказывает Александр. 

Спрашиваю о звании. "Я сержант еще с Афганистана, — отвечает. — Мне предлагали поступать в военное училище, но отказался. Сказал, что не смогу смотреть матерям в глаза и объяснять, почему убиты их сыновья, а я, командир, жив. Такая ситуация уже была в моей жизни. В Афганистане мы дали друг другу обещание: тот, кто выжил, расскажет родным убитого об обстоятельствах гибели. Я 14 лет не решался поговорить с родителями погибшего солдата Мирона. В этом бою мы все делали, что могли, и моей вины вроде и не было. Но как ты, живой сержант, можешь что-то объяснить родителям мертвого солдата, ты же не облегчишь их боль! Его мать и отец на протяжении всех этих лет хотели узнать о последнем бое своего сына. Они приехали ко мне домой в день моей свадьбы. У матери катились слезы, а у отца, едва сдерживавшего эмоции, дергался подбородок. Мы договорились, что на следующий день я приеду в их село и все расскажу. 

Война — это болезненная тема, там я потерял своих побратимов, которых любил, уважал и буду помнить всегда. Вот в Донбассе убили известного сотника Майдана Олега Михнюка. Мы вместе служили в 56-й отдельной гвардейской десантно-штурмовой бригаде в Афганистане. Эту смерть мне очень трудно пережить. В каждом погибшем побратиме оставляю частичку себя. Возможно, поэтому мы, афганцы, — довольно жесткие люди: не воспринимаем обмана, несправедливости. Нас убивает равнодушие. Я не предлагаю всем сразу идти в зону боевых действий. Но пусть каждый, начиная с президента, сделает для Украины то, что в его силах. Важно не кем ты был, а кем стал, когда началась война".

Последнюю из уже презентованных композиций проекта #ПісніВійни, "Бог біля тебе", исполняют боец Богдан Ковальчин и певец Арсен Мирзоян. В ней — о гибели, о борьбе за жизнь, когда "смерть до землі тебе тисне і кличе з собою до раю, та серце ще б'ється навмисне", и о непобедимости: "Ніхто крім нас! Всі до бою! Десант не здає, не здається!".

Снайперу, десантнику Богдану Ковальчину на войне дали позывной FM: в мирной жизни он возглавлял основанную вместе с отцом местную радиостанцию. Побратимы, некоторые из них уже погибли, часто советовали Богдану обратиться к знакомым артистам, чтобы создать современную военную песню. Поэтому, вернувшись с войны, десантник вместе с другом Марьяном Ганусяком решил положить на музыку свои стихи, написанные на войне, и делать профессиональные записи.

На войну Богдан пошел добровольно. Говорит, что тяжело было оставлять маленьких детей, но вместе с тем должен был стать для сына примером защитника, мужчины. 

хит
Богдан Ковальчин

В первую же ночь в зоне боевых действий базу рядом с селом Победное возле Луганска обстреляли. И позже боец напишет: "Ровно три года назад судьба подарила мне еще одного ангелочка, доченьку Лизу. Так произошло, что уже второй ее день рождения подряд я на Востоке. Именно в этот день в прошлом году мы приняли первое боевое крещение "Смерчами" и "Градами"... Тогда в душе было единственное желание — "Господи, только не сегодня, не дай испортить ребенку праздник на всю жизнь".

На войне Богдан старался главные моменты наговорить на диктофон. Хотел сохранить историю не о боевых действиях, а о людях в экстремальных обстоятельствах. Но пока он ими не делится, поскольку это сокровенное, как и большинство стихов, написанных на передовой. Прочитал только этот:

Гаряче повітря Сходу країни

Вбивало пошарпані солдатські легені,

Плавило кров, відкриваючи рани

Спомином тих, хто ніби ще вчора 

Горів у нім, дихав, і мріяв,
що вечір прийде, він настане...

Вицвілі очі блокпостів у степах,

Вени окопів,
стук сердець в бліндажах,

Рев двигунів — броні і ЗІЛів,

Ляскіт затворів, крики зі снів,

Втомлений погляд чорних стволів

Вгризались в повітря
луганських степів...

Вже вечір.

В акордах солдатських пісень,

У запахах їжі з їх убогих осель,

У димі цигарки, в розмовах про дім,

Крізь фото дітей і коханих очей,

В листах і дзвінках, у мріях й думках

Повітря мінялось, хололо, ласкало,

Всіх тих, що ще вранці пекло, убивало...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №20, 26 мая-1 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно