Дедушка Аскольд

23 мая, 09:00 Распечатать

Удивительная история про силу, достоинство, чувство долга и ответственность за других.

От редакции. В ZN.UA пришло письмо от одного из наших самых преданных читателей. Аскольд Георгиевич Наумец выписывал "Зеркало недели" с самого начала и до конца существования его бумажной версии, и остался с нами после перехода ZN.UA исключительно в электронный формат.

В письме были три короткие заметки и приписка: "Я в затронутых вопросах не очень осведомлен, в газету написал впервые, на неизменность текста, гонорар и авторство не претендую, если гонорар будет, прошу адресовать его Лесе Литвиновой".

Именно благодаря этой приписке мы и узнали удивительную историю. О силе, достоинстве, чувстве долга и ответственности за других.

 

"Когда-то Аристотель сказал: "Целое больше суммы частей, входящих в него, а жизнь гораздо сложнее любого человеческого представления о ней".

Чтобы правильно взаимодействовать с человеком нужно всего лишь знать кто ты, кто твой визави, и каковы цели встречи обоих".

Этими словами начинается текст, который прислал в ZN.UA один удивительный человек. Мы познакомились почти шесть лет назад. Во дворе волонтерского центра на Фроловской. Это было самое начало военных действий и первый сложный поток людей, бегущих от войны. Сухонький мужчина солидного возраста. Желто-голубая ленточка в петельке — такие носили все мои друзья в том году. Своеобразный идентификатор "свой—чужой".

Мужчина принес 100 гривен с пенсии. Ему было важно помочь тем, кому сложнее, чем ему. Я не запомнила тогда его имени. Или не спросила. Волонтерский центр был похож на гигантский муравейник и мы тогда свои собственные имена с трудом вспоминали.

А через несколько месяцев уже все знали, как его зовут. Аскольд Георгиевич. Дедушка Аскольд. По его приходам можно было сверять работу Пенсионного фонда. Каждый месяц. В любую погоду. На следующий день после получения пенсии он приходил на Фроловскую, отыскивал "старшего" и торжественно вручал свою "десятину". Потом открывал тряпичную хозяйственную сумку и добывал из нее кулечек с крышечками и пару бутылок с домашним яблочным соком. Крышечки перекочевывали к дружественным волонтерам, собиравшим их по всему городу, а сок моментально разливали по чашкам, разбавляя водой, — он был самым любимым лакомством для всех.

"Мне 83 года, думаете, я знаю кто я и кто мои жена и дети? До вчера я даже не задавал себе такой вопрос. Вчера закончил читать книгу "Хочу и буду" психолога М.Лабковского.

Меня, моих жену и детей не пытались научить общению с учетом наших индивидуальных особенностей. А почему?..

Зная свои, моих жены и детей психические и другие особенности, понимая как руководствоваться этими знаниями, наша семья, несомненно, была бы более счастливой и успешной."

— Асик, у нас же гости, а к чаю ничего нет.

С женой Аскольда Георгиевича мы познакомились лет через пять. Пять лет ежемесячных встреч. В Волонтерский центр приходили и уходили люди. Наши подопечные становились на ноги, разъезжались — кто дальше, кто обратно домой. Заводили семьи, находили работу, умирали, болели, исчезали с горизонта. Мы несколько раз сменили офис, от старого коллектива осталось человек пять от силы. Неизменным в нашей жизни было только одно. Раз в месяц дедушка Аскольд появлялся у нас на пороге со словами "Здравствуйте. У меня была пенсия…". И его 100 гривен были больше миллиона…

Трогательное домашнее "Асик", чай из затейливых чашек, коллекция чайных ложечек из разных стран… Такой теплый, уютный домашний вечер. Когда не хочется уходить. Хочется еще хоть немножко посидеть. И нежность. Нежность в каждом взгляде, жесте. Она рассказывает о себе, об их знакомстве в юности, о яблочном саде, которому больше пятидесяти лет, о детях и внуках. И ты греешься и не хочешь уходить.

Мы забежали на минуту и, конечно, по делу — Аскольд Георгиевич где-то раздобыл микроволновку и не мог дотащить ее к нам сам, — а застряли на несколько часов.

Микроволновка, кстати, сейчас греет обеды для врачей в одном из инфекционных отделений, а дедушка Аскольд вместе с женой сидят дома, чтобы не попасть в это отделение в качестве пациентов. За долгие годы знакомства это единственный перерыв в наших встречах. В самом начале карантина я робко поинтересовалась по телефону: может, нужна помощь? Продукты привезти, например, или в аптеку сходить, если что. Само собой, не надо. Во-первых, есть дети. Во-вторых, это он мне помогает, а не я ему…

И даже в этом коротком тексте, присланном в редакцию, он опять — о других, не о себе. С мыслью о чужом счастье, благополучии, взаимопонимании.

"Встретились Он и Она в первый или в десятый раз, а понимания нет ни о себе, ни о визави: активисты, добряки, пессимисты, великодушные, категоричные, упрямцы, себялюбцы, сметливые, почтительные, лидеры, исполнители, заторможенные, пугливые, агрессивные и так далее… Совместимые или неподходящие для совместной жизни?..

Далеко не вчера наука, практика, психологи-социологи, спецслужбы и другие — знают, как раскрыть человека, "разложить его суть по полочкам" и дать рекомендации для успешного общения как индивидууму, так и влюбленной или уже замужней паре."

Время тех, кто умел строить по кирпичику свое счастье, увы, почти безвозвратно кануло в Лету. Жизнь мчится в таком темпе, что времени на исправление ошибок или притирку почти не остается. Гораздо проще перевернуть страницу и начать заново, с чистого листа. Попытка за попыткой. И не важно — касается это работы, страны, в которой живешь, семьи или друзей. Еще один поворот, еще один, снова и снова. Пока за спиной не останется выжженная пустыня. И тогда пытаешься оглянуться назад и понять: а было ли вообще в твоей жизни что-то, чем ты дорожил. Что-то, что было настолько значимым, что ты готов был пожертвовать своим "я", чтоб сохранить его и умножить…

Умение хранить стабильность в этом хаосе осталось, пожалуй, только в таких домах, как у них. Где пахнет книжной пылью и свежезаваренным чаем. Где у каждой чашки — своя история. Где отношения насчитывают больше лет, чем моя собственная жизнь. Где знают, как полвека ухаживать за садом и умеют разливать в пластиковые бутылки не сок — тепло и заботу. Где каждый день наполнен смыслом. Не только собственной жизни, но и того, чего успевают коснуться.

Да, в сегодняшнем мире действительно нужны те, кто сумеет в рекордные сроки понять и проанализировать потенциал отношений, заложить основу взаимодействия людей и структур. Наверное.

Среди моих друзей есть несколько психологов. Успешных, эффективных, помогающих заблудившимся в лабиринте найти свою дорогу. И, что греха таить, я нередко обращаюсь к ним за помощью. Но встречи с ними дают мне возможность решить то, что горит сейчас. Не сбиться с ритма. Не сойти с ума. Пробежать следующие сто метров, не сбив дыхание.

Но есть и другие вещи. Те, которые помогают удержать этот мир на плаву. Маяки. Позволяющие не сбиться с курса во тьме … Нежное "Асик" на девятом десятке жизни… Горстка пластиковых крышек… Бутылка сока в тряпичной сумке… Чай в тонкой фарфоровой чашке… Нечто неуловимое, дающее надежду. То, что невозможно просчитать или запрограммировать. Настоящее. Живое. Спустя долгие десятки лет…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №1288, 28 марта-3 апреля Архив номеров | Последние статьи < >
Вам также будет интересно