Факты и фейки о нашем воздухе

1 ноября, 16:55 Распечатать Выпуск №41, 2 ноября-8 ноября

Туманы, так долго нам надоедавшие, наконец развеялись. Но страшилки остались — каждый день появляются сообщения о том, какой ужасный воздух в Киеве. 

© Василий Артюшенко, ZN.UA

Один из сайтов опубликовал таблицу, где самый высокий показатель загрязнения воздуха — в центре, на Липках. А на отдаленных Теремках можно спокойно гулять с детьми — там показатель вдвое ниже, чем на Печерске. 

В это можно поверить, если не знать, что Теремки тесно опоясаны Окружной дорогой и Одесской трассой, по которым круглосуточно идет нескончаемый поток автотранспорта.

Но капля, как известно, камень точит. Чем чаще сталкиваешься с подобной информацией, тем больше появляется сомнений — а вдруг это правда, которую госчиновники от нас скрывают?

О том, чем дышат жители больших и малых городов, хорошо знают специалисты Института общественного здоровья им. А. Марзеева Национальной академии медицинских наук, где много лет работает лаборатория качества воздуха, возглавляемая известным ученым, профессором Еленой Турос.

— Елена Игоревна, информация о невероятном загрязнении воздуха — это фейк или горькая правда? Есть факты, подтверждающие, что воздух загрязнен сверх меры?

Загрязнение воздуха в Киеве — такое же, как обычно, его уровень не повысился

Все это определено сезонными колебаниями температуры воздуха. Верхний слой атмосферы холодный, а приземной слой прогрет, поскольку долгое время стояла почти летняя температура. Обычно такие густые туманы бывают в сентябре, а в нынешнем году это проявилось в третьей декаде октября. Мы становимся подвержены изменениям климата.

Нужно принять то, что большой город несет риски для здоровья. Особенно такие крупные, как Киев, Днепр, Запорожье. Самая большая опасность там, где есть высокий уровень плотности промышленных предприятий. Это касается Запорожья, Северодонецка, Кривого Рога, Днепра, Кременчуга.

Я давно отстаиваю позицию, что мы должны создать государственную систему мониторинга загрязнения воздуха. Система, существующая сегодня, при всем уважении к Укргидрометцентру, не отвечает современным требованиям.

Его специалисты, конечно, прилагают титанические усилия, чтобы выполнять эту работу, но их очень плохо финансируют. Посты наблюдения были установлены еще 40 лет назад. За это время очень изменилась инфраструктура городов, расположение селитебных зон, где проживает население. В наше время эти посты не являются валидными для того, чтобы оценивать ситуацию в целом.

Государства, которые заботятся о своих гражданах, прилагают максимум усилий, чтобы объединить весь процесс — от промышленной трубы до состояния здоровья населения —в одних оценочных позициях. 

В развитых странах ориентируются на т.н. показатель суммирующих загрязнений — индекс загрязнения атмосферы. А ситуацию анализируют по оценке ПДК — вредно это для здоровья людей или нет.

— Кто и как у нас определяют ПДК?

—Летучие вещества в воздухе измеряет только Укргидромет.

— Но при таком недофинансировании его возможности весьма ограничены. Может, есть мэрии больших городов, которые решили оборудовать посты для мониторинга за счет своего бюджета, чтобы контролировать ситуацию с выбросами в воздух?

Чистота воздуха, как и всей окружающей среды, не из числа приоритетов в нашем государстве. Во всех городах этим занимается Укргидрометр. Когда-то это была мощнейшая система. В Киеве работало более 30 постов, а сейчас, кажется, 14.

— За последние годы столица разрослась, значительно расширив свою территорию. Промышленные предприятия закрылись, но зато количество автомобилей увеличилось в десятки раз. Почему же посты не расширяют, а сокращают? 

—Киев действительно очень изменился. 

К сожалению, Центральная геофизическая обсерватория не имеет достаточно средств для изучения и учета этого разрастания.

Самая большая проблема в том, что у нас не автоматизированы посты наблюдения. Они стоят в точках, не характерных для того, чтобы оценивать влияние на здоровье жителей столицы. А поскольку они не автоматизированы, то и полученные данные субъективизированы. Кто-то лучше владеет методикой, кто-то хуже, специалисты имеют разный уровень подготовки и опыта. Ведь нужно знать, какой уровень концентрации загрязняющих веществ может быть, чтобы искать в этом диапазоне.

Сейчас значительно сужен перечень отслеживаемых веществ, по сравнению с прописанным в законе, касающемся охраны атмосферного воздуха.

— Теперь понятно, почему годами повторяют одну и ту же информацию: самый загрязненный воздух на Бессарабке, Демеевской площади и на проспекте Победы. Может, в других районах еще хуже, но там нет постов.

— Есть определенные требования по установлению постов наблюдения. Мы эти требования пропускаем через призму здоровья. Очень большую работу мы сделали для городов Днепропетровской области, где, на основании расчета оценок риска, определили, в каких местах нужно проводить измерения, где именно ставить стационарные посты наблюдения.

К сожалению, в Киеве к нам с такими просьбами не обращаются, такую работу не заказывают. Мы обращались в мэрию — купите хотя бы три прибора, чтобы мы могли проводить исследования. Это позволит предложить контрмеры, которые защитят здоровье киевлян, чтобы не увеличивалось количество случаев астмы хотя бы у детей. Но ответа нет.

— Почему?

Наверное, потому, что здоровье, по большому счету, у нас ничего не стоит. 

Отсутствие государственной системы мониторинга порождает кучу фейков, различных инсинуаций. При таком дефиците информации каждый трактует ситуацию как ему заблагорассудится. 

— Когда в интернете появилась информация, что мы живем на одной из трех самых загрязненных территорий на планете, у многих это вызвало шок. Что делать в такой ситуации? И тут же появилась картинка-подсказка — небольшой прибор на стене за окном. Как это поможет тем, кто будет изучать загрязнение воздуха при помощи собственного поста наблюдения?

—Я очень поддерживаю настроение людей, которые заботятся о своем здоровье, здоровье своих детей, хотят знать, каким рискам они подвергаются.

Каждый должен понимать, что он рискует своим здоровьем, проживая в крупном городе, рядом с автомагистралью, выгуливая своих детей там, где рядом сплошной поток транспорта, грохочут электрички и пр.

— Выход простой: если хочешь узнать, чем дышишь, — покупаешь небольшой прибор, вешаешь на стену — и сам себе Гидрометр. А что делать, когда показатели пересекли красную черту?

Измерения проводятся на уровне двух метров — это зона дыхания человека. То, что за окном фиксирует прибор, может быть чем угодно — от выхлопных газов автомобилей до пыли, которую вытряхнули соседи с верхних этажей. Многие с восторгом смотрят на эти приборы: сосед купил — и мне надо.

Ничего не надо покупать. Эти приборы — неизвестно как изготовлены, на что именно настроены — загрязняющих веществ много, что из них они могут определить? Они не проходят никакой поверки, по существу — это дешевые сувениры китайского производства.

В нашем институте стоит пост наблюдения, единственный в Украине такого высокого класса. Он изготовлен в Японии, очень дорогой. Каждые два года мы в Германии проходим процедуру, называемую межлабораторными сличениями. Только в таком случае можно утверждать, что данные исследований были получены на надлежащем профессиональном уровне. 

А все эти измерители для домашнего использования, купленные на рынке или в лавке сувениров, профанация. Это не может даже успокоить — прибор показал, что у меня за окном чистый воздух! 

— А что же тогда делать?

Просвещать нашу общественность, предоставлять людям объективную информацию. И добиваться, чтобы за чистоту окружающей среды боролись не ради моды, а по-настоящему.

Когда организовывали проект Киевсмартсити под эгидой КГГА, наш институт предлагал экспертную поддержку — мы вам расскажем что, как, где и для чего измерять, как сравнивать полученные данные. Один раз мы выступили у них на заседании, больше они не интересовались.

Проблема в том, что активисты экологического движения, среди которых есть очень образованные, небезразличные, в основном настроены на быстрый результат, они любят пиар, внимание к себе, но не любят анализировать и докапываться до сути. 

Опыт Киева начали быстро тиражировать, общественный мониторинг появился в Запорожье и, кажется, в Кривом Роге. Взяли под прицел один завод, и объявили, что он один виноват во всех бедах. Это неправильный подход. В ситуации необходимо разбираться, а для этого нужны крупные проекты по оценкам риска для здоровья. К сожалению, в Украине интерес к ним невелик.

Наш институт принимал участие в создании всех законопроектов, касающихся загрязнения окружающей среды. И каждый раз мы делали главный акцент на словах "здоровье людей". Мы много лет активно работаем с Минэкологии, с общественными организациями, принимаем участие в Общественном совете при Минэкологии. 

Поразительно, что со стороны Министерства здравоохранения вообще никакого интереса к этой теме не было. Предыдущие три года руководство Минздрава постоянно твердило везде и всюду, что слова "профессор медицины" — оскорбительные, это люди, которые ничего не знают и не делают, а если оперируют — то только фурункулы, и ничего не понимают в современной жизни. 

Почему-то Академию медицинских наук объявили врагом, прекратили все контакты — ни встреч, ни обсуждения проблем, никакой экологии рядом со здоровьем.

Первое за последние несколько лет совещание, посвященное теме влияния загрязненного воздуха на здоровье людей, провела новый министр Зоряна Скалецкая. Собралась широкая аудитория — представители экологической комиссии КГГА, специалисты городской Госпотребпродслужбы, и, конечно, медики.

Встреча была продуктивной. 

— Министерство здравоохранения услышало о проблеме?

— Да. Главное — есть понимание того, что проблема загрязнения воздуха — межсекторальная. Это государственная зона ответственности, это вопрос, которым также постоянно должны заниматься органы местной власти.

— Реформируя медицину, вместе с водой выплеснули и ребенка. Предупредительный саннадзор, который раньше осуществляла СЭС, упразднили вместе с ней. Упрощая жизнь бизнесу, разрешили открывать фирмы, предприятия где угодно, в том числе рядом с жилым сектором. И никакого контроля? 

— Когда ликвидировали СЭС, всех успокаивали, что ее функции будут выполнять несколько организаций — Госпродпотребслужба, Центр общественного здоровья Минздрава. Но получился какой-то разрыв, и часть работы, выполнявшейся СЭС, никем не выполняется. 

Мы — научно-исследовательский институт. Но каждый день у нас начинается с того, что приходят от одной до пяти жалоб от населения. Люди обращались в вышеперечисленные организации, заменившие СЭС, ничего не добились. И просят нас — помогите, нечем дышать, потому что-то бизнес вплотную подошел к жилью — открывают автомастерские, где идет покраска и другие работы, какие-то кулинарные цеха, строят курятники, фермы для свиней и т.д. Жители страдают от неприятных запахов, появляются аллергические реакции, особенно страдают дети. 

Раньше такими вопросами занималась СЭС, текущий контроль осуществляли врачи по коммунальной гигиене. Их сократили в первую очередь. Реформаторы решили, что без них будет лучше, а заодно убрали само понятие "гигиена". За ненадобностью. Хотя в мире существует множество институтов коммунальной гигиены, гигиены труда и др.

Стало значительно проще собрать документы на санитарно-защитную зону, запреты сняты. Свежий пример. Небольшая фирма содержала 43 клетки с животными, потом увеличила до 70, сейчас уже более сотни. Люди, живущие рядом, пишут жалобы, даже подали в суд. Но это не помогает. Нормы законодательства выписаны так, что там не находят нарушений.

— Что самое опасное для здоровья в загрязненном воздухе?

— Для того чтобы реализовался риск, должна быть соответствующая концентрация загрязняющего вещества. Это, чаще всего, техногенные аварии.

Когда горела база горючего под Киевом, мы изучали, что там происходило. Тогда прощел небольшой дождь, и сажа, которая была в нижних слоях атмосферы, выпала на землю, покрыла сады и огороды. На второй день пожара мы приехали в одно из прилегающих к той базе сел, к нам подошел мужчина с ведром клубники, покрытой пятнами сажи, и спрашивает: "А можно нам есть эту клубнику?" Мы ему объясняем: "Не стоит, лучше брать фрукты, имеющие гладкую, твердую поверхность — их легче отмыть от сажи". "Спасибо, я все понял", — отвечает нам мужчина. Тут рядом с нами останавливается автобус. Он спешит к нему, бросая на ходу: "Я еще успею на базар".

Мы не успели слова сказать, как он уже отправился на столичный рынок — продавать витамины, покрытые сажей.

Людей можно понять. У нас отсутствует как пассивное, так и активное оповещение. Любое событие, а тем более катастрофа, обрастает домыслами и фейками, если нет достоверной информации, которую передают оперативно и четко.

Специалисты нашего института задействованы везде, где происходят экологические катастрофы. Помните, была трагедия с фосфором на Львовщине, катастрофа на крымском "Титане" и много других. Мы везде там проводили измерения. Опыт показывает, что проблемы, возникающие в таких ситуациях, так и остаются неразрешенными, взаимоотношения между государством и населением, оказавшимся в зоне экологического бедствия, не урегулированы. Таким образом, уничижается значимость обеспечения безопасности населения.

И до тех пор, пока у нас не будет медицинского страхования с вписанными экологическими факторами — нам, к сожалению, ничего не удастся добиться.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №42, 9 ноября-15 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно