Саммит секторальной интеграции

11 июля, 17:12 Распечатать Выпуск №27, 14 июля-20 июля

ЕС и Украина пойдут по норвежскому пути?  

© Сайт президента Украины

Публичная часть Саммита Украина—ЕС — совместная пресс-конференция трех президентов: Украины, Совета ЕС и Европейской комиссии — изобиловала прекрасными жестами. Туск говорил на хорошем украинском и польском, Порошенко общался на хорошем английском, Юнкер шутил, потому что сначала заговорил, как он сказал, на люксембургском, и вспоминал, как проводил первый саммит Украина—ЕС, председательствуя в Евросоюзе в те времена, когда должности Туска еще просто не существовало. Все три речи были очень комплиментарными — темы выступлений были разграничены, но спикеры отлично продолжали и дополняли друг друга. Было видно, как хорошо стороны подготовили этот саммит. Это могло быть реакцией на несколько нервный прошлогодний саммит, или красивым жестом к юбилейному саммиту, или, возможно, стремлением показать, что в наших отношениях с ЕС все же есть много хорошего, не только взаимные претензии и критика.

Впрочем, назвать этот саммит успешным формально сложно. Сложно, поскольку в Украине уже давно инфляция ожиданий от саммитов с ЕС достигла астрономических высот. Если в декларации саммита не упоминается о перспективе членства Украины в Евросоюзе, и стороны не провозглашают открытие переговоров о вступлении в ЕС, то общество считает, что вот снова ничего не произошло. Украинские политики (и президент Порошенко не исключение) постоянно подчеркивают эту цель наших отношений с ЕС. И вполне справедливо. Украина как член ЕС — это и цивилизационный выбор, и модель для развития, и, наконец, измерение безопасности во времена, когда знать, кто твой друг и союзник, очень важно.

Вместе с тем вопрос членства Украины в ЕС, как и в целом его расширение, омрачено необходимостью внутренних реформ в Европейском Союзе. Об этом говорил президент Франции Макрон в апрельском выступлении в Европарламенте. Членство нашей страны в ЕС связано с успешностью трансформации самой Украины. Поэтому так много внимания к успеху реформ в словах Европейского Союза об Украине. Это также и новый подход к Балканским странам. В стратегии расширения, представленной в феврале этого года, отмечается, что реформы и трансформации должны быть завершенными и действенными, прежде чем говорить о формальных шагах по вступлению в ЕС. И, наконец, членство Украины в ЕС омрачено геополитикой, которую преследует Российская Федерация. В свое время Соглашение об ассоциации, которое в действительности давало только преимущества для российского капитала, присутствовавшего тогда в Украине, стало причиной дикого, противоправного и агрессивного поведения РФ. Украина не первой оказалась в ситуации, когда геополитика Москвы становится преградой для вступления. В подобной ситуации находилась и Австрия, председательствующая сейчас в ЕС. Строгие гарантии нейтралитета, предоставленные в 1955 г. в обмен на завершение оккупации, сделали невозможным вступление Австрии в ЕС вплоть до 1995 г., когда Советский Союз уже почил в бозе.

Эти обстоятельства не означают, что мы должны отказаться от стремления вступить в ЕС или обижаться на то, что другим (например, Польше и Венгрии или в некоторой степени Балканам) повезло больше. Единственный способ помочь этому — это шаг за шагом становиться все ближе к ЕС и искать исторический момент, который позволит завершить цивилизационный поворот Украины.

А до этого момента мы ежегодно будем вздыхать, что в заявлении саммита нет заветных и приятных украинскому сердцу слов о том, что Украина станет членом ЕС. И кто бы ни был президентом или премьер-министром Украины, он станет заложником ситуации, когда отказаться от цели вступления в ЕС невозможно, но также нельзя быть уверенным в возможности достичь этой цели.

В этой ситуации есть две тактики. Первая — не обращать внимания на ЕС, игнорировать реформы, необходимые для интеграции с Союзом, и вообще лежать на печи и ждать возможности. Но Государство Украина пока что ведет себя, как украинцы с огородами, — если есть возможность распахать еще кусок земли и посадить там помидоры, это будет сделано. И так из года в год и шаг за шагом небольшой огород становится латифундией.

С 2014 г. Украина открыла для себя торговлю с ЕС, открыла границы благодаря безвизу, провела ряд реформ, внедрив правила Евросоюза в национальное законодательство, а главное, добилась от ЕС солидарности в вопросе агрессии со стороны России.

Позиция ЕС относительно агрессии РФ против нашей страны была однозначной, — территориальную целостность Украины и ее суверенитет необходимо уважать. Но за эти четыре года существенно изменились сами высказывания. И в совместном заявлении нынешнего саммита эти высказывания стали юридически четкими и детальными. Четыре из одиннадцати пунктов совместного заявления посвящены вооруженному конфликту, спровоцированному агрессией РФ.

Особое внимание следует обратить на четкость формулировки об осуждении "явных нарушений суверенитета и территориальной целостности Украины вследствие агрессии российских вооруженных сил, продолжающейся с февраля 2014 года". Эта формула не только политическая, но и правовая. Она однозначно подтверждает, что ЕС и все его государства-члены однозначно согласны с правовой оценкой действий Российской Федерации.

Формулировки заявления охватывают все важные вопросы, связанные с агрессией РФ. Это и упоминание о незаконно удерживаемых и находящихся в заключении украинских гражданах в Крыму и России, в том числе об указанных в заявлении поименно Олеге Сенцове, Владимире Балухе, Александре Кольченко, Станиславе Клыхе, Александре Шумкове, Романе Сущенко. Упомянуты противоправное возведение моста через Керченский пролив без согласия Украины, а также дальнейшая милитаризация полуострова и Черного и Азовского морей. ЕС и Украина отметили ответственность РФ за полное выполнение Минских соглашений, осудили продолжение хаотичных обстрелов жилых районов и критически важной гражданской инфраструктуры в Донбассе. ЕС подтвердил свою политику непризнания оккупации и продления санкций против РФ — как за оккупацию Крыма, так и за невыполнение Минских соглашений. Стороны также призвали Российскую Федерацию признать свою ответственность за трагическое крушение рейса МН17.

В этих словах — признание того, что правда побеждает в информационной войне. Не следует успокаиваться, поскольку очевидно, что российская пропаганда не намерена снижать оьороты, но все усилия украинцев — руководителей государства, политиков, дипломатов, общественных активистов и журналистов — не были напрасными. Официальный нарратив ЕС однозначен. И довольно четок в главном — признании того, что государство Россия несет международно-правовую ответственность за свои неправомерные действия.

Кроме того, это свидетельство изменений и в самом Европейском Союзе. Союз все больше внимания уделяет вопросам безопасности и обороны. Этот вопрос — один из краеугольных в дискуссиях о реформе ЕС и о многолетнем бюджете. Еще 20 лет назад казалось невозможным, чтобы технократический и экономический ЕС, занимающийся вопросами классификации качества клубники, беспокоился бы о вопросах транспортировки танков по дорогам ЕС. Главная в апрельском выступлении Макрона концепция "европейского суверенитета" режет слух историкам и теоретикам европейской интеграции, но полностью соответствует реалиям дня сегодняшнего. В этих реалиях Германия увеличивает расходы на оборону. Пусть это и делается под давлением США, но причина этого очевидна — агрессия России против Украины.

Осознание важности обороны и необходимость противостоять гибридной агрессии — еще один общий вызов для государств — членов ЕС и Украины, делающий нас ближе и нужнее друг другу.

Более классическая для ЕС тема — торговля — стала очевидной историей успеха для Украины. В 2014 г. заработал режим свободной торговли для украинской продукции, идущей на экспорт в ЕС. В январе 2016-го этот режим стал двусторонним и начал применяться во временном варианте, а со вступлением в силу Соглашения об ассоциации 1 сентября 2017 г. окончательно закрепился.

Было много опасений по поводу того, воспользуется ли украинский бизнес этими возможностями, будет ли он конкурентоспособным на рынках ЕС и не проиграет ли конкуренцию компаниям из ЕС на украинском рынке. История пока выглядит удивительной. Количество украинских компаний, экспортирующих продукцию в ЕС, выросло с 10 тыс. до почти 15 тыс. С начала года номенклатура экспорта увеличилась на 366 подпозиций, включая морские суда, железнодорожное оборудование, автобусы. Украина стала феноменом на рынке сливочного масла. С тех пор, как украинские производители получили право продавать молочную продукцию в ЕС в январе 2016 г., мы существенно потеснили Новую Зеландию (мирового лидера по экспорту сливочного масла) на рынке ЕС, экспортировав в Евросоюз масла значительно больше, чем предусмотрено тарифной квотой. Так же значительно больше, чем тарифная квота, мы экспортируем в ЕС мяса птицы. Экспорт курятины стал настолько успешным, что это вызвало беспокойство европейских производителей, и теперь комитет ЕС, контролирующий рынок мяса птицы, отдельным вопросом изучает динамику экспорта этой продукции. В целом Евросоюз является основным торговым партнером Украины с долей 42,9% в экспорте товаров. За четыре месяца этого года экспорт товаров составил 6,6 млрд долл. и вырос на 26,6% (на 1,4 млрд).

По этому поводу следует, прежде всего, помнить: это достижение украинских бизнесменов — крупных и малых. И это вызывает невероятный энтузиазм относительно развития частной инициативы в Украине и роста национального богатства и благосостояния.

Конечно, в торговле нельзя обойтись без раздражающих вопросов. Разговоры о запрете экспорта леса очевидно зашли в тупик. Украина не только не отменила этот запрет, а наоборот, парламент одобрил законопроект №5495, которым запретил еще и экспорт дров и криминализировал контрабанду леса. Эти меры вполне логичны и рациональны, ведь запрет экспорта леса эффективно обходили, маркируя лес-кругляк как дрова для целей растаможивания. Но означают они одно: Украина и в дальнейшем будет пытаться лечить симптомы (спрос на украинский лес за границей), а не саму болезнь — непрозрачное, мягко говоря, управление в сфере лесного хозяйства. Кроме того, что это никак не помогает преодолеть коррупцию и, что главнее, вырубку лесов, так еще и создает проблему в отношениях с ЕС. Не в последнюю очередь причиной раздражения Евросоюза стало поведение украинских правительственных чиновников, которые обещали Брюсселю урегулировать проблему, но при этом продолжают заигрывать с политическими силами в парламенте, лоббирующими запрет экспорта леса. Сейчас есть все шансы, что вопрос леса станет предметом первого правового спора между Украиной и ЕС в рамках Соглашения об ассоциации. Это можно рассматривать как ответственность нашей страны за нарушение данного соглашения, если это будет доказано. Но вместе с тем использование механизма урегулирования споров позволит найти правовые пути решения этой проблемы, отбросив, насколько возможно, политику.

Другим проблемным вопросом может стать рынок стали. После того как США запустили цепную реакцию торговых ограничений, имеющих шанс превратиться в глобальную торговую войну, ЕС начал расследование по введению глобальных защитных мер на рынке стали. Логика глобальных защитных мер в праве ВТО заключается в недискриминационном ограничении импорта из всех стран, если для этого есть основания. Это будет означать также и то, что следствием торговой войны ЕС со США будут ограничения на экспорт стали из Украины в Евросоюз. Правительство и производители активно работают с ЕС, чтобы избежать неприятной ситуации, но пока неизвестно, как на позицию Евросоюза повлияют давние раздражающие вопросы в торговле наподобие запрета экспорта леса или повышения экспортной пошлины на лом металла. Вполне возможно, что, позволив нескольким компаниям подзаработать на еще большем искажении рынка леса, оказали медвежью услугу металлургам, которые, напомню, являются одними из крупнейших экспортеров страны.

Подобная ситуация складывается и в другой истории успеха — безвизе. Отмена визовых требований для украинцев стала успехом и статистически (сотни тысяч украинцев воспользовались безвизом), и психологически (миллионы людей оформили биометрические паспорта, чтобы просто осознать, что слетать в ЕС на пиво, концерт или в театр можно хоть завтра). Но безвизовый режим должен быть гарантирован успешностью реформ, сделавших его возможным. Речь идет, в первую очередь, об антикоррупционной политике. ЕС не мог не подчеркнуть, что успешность борьбы с коррупцией — краеугольный элемент сохранения безвиза для украинцев. Это напоминание не риторическое. Очевидно, что у нас есть целый ряд ситуаций, ставящих под сомнение эффективность борьбы с коррупцией.

Так, некоторая неопределенность с оценкой реформ, то есть признание очевидного прогресса, с одной стороны, и выделение проблемных вопросов в этих реформах — с другой, является признаком состояния наших отношений с ЕС. Успешное создание антикоррупционного суда, но потребность внести дополнительные поправки. Успешная реформа рынка газа, но незавершенный анбандлинг НАК "Нафтогаз Украины", промедление с уменьшением специальных обязанностей на розничном рынке газа при сохранении статус-кво для облгазов, а также проблемы с запуском суточного балансирования рынка газа.

Эти недоработки аукаются нам в разговорах о полной интеграции Украины в энергетический рынок ЕС, что необходимо в контексте разговоров об условиях поставок газа из РФ после 2019 г. и в целом реализации главной цели Соглашения об ассоциации — экономической интеграции во внутренний рынок ЕС.

Пока же, и это главный успех саммита, баланс достижений в реформах — в нашу пользу. Прогресс в реформах позволяет достаточно серьезно говорить о распространении на Украину режима внутреннего рынка ЕС в приоритетных секторах.

Напомню, что в прошлом году президент Украины объявил о новых приоритетах интеграции в ЕС — присоединении Украины к таможенному, цифровому, энергетическому союзу и шенгенскому пространству. Эта концепция была хорошей с точки зрения проявления амбиций, но в чем-то не очень реальной (как в случае с Шенгеном) или не очень уместной (как в случае с таможенным союзом). И главное, декларирование этой цели запустило важную дискуссию о том, что же дальше. Что прячется за мантрой "выполнение Соглашения об ассоциации"? Не утратило ли, случайно, Соглашение об ассоциации актуальность и не исчерпало ли свой потенциал?

К счастью, ответ и Украины, и ЕС был рациональным. В течение года украинское правительство трансформировало идеи союзов в рыночную интеграцию с ЕС по формуле взаимных прав и обязанностей на основе Соглашения об ассоциации.

Речь идет о взаимном признании статуса авторизованных экономических операторов и присоединении Украины к системе NTCS в таможенных делах. Такой вот таможенный безвиз, который растворит таможенную границу с ЕС, устраняя при этом контрабанду. Речь идет о разработке детального плана действий выполнения третьего раздела Соглашения об ассоциации относительно юстиции, свободы и безопасности. Это позволит оценивать прогресс реформ в таких важных сферах, как судопроизводство, правоохранительные органы, антикоррупция, защита прав человека и т.п. Интеграции в рынок цифровых услуг должно служить полное использование возможностей приложения 17 к Соглашению об ассоциации, предусматривающего предоставление Украине полноценного режима внутреннего рынка. Также предоставление такого режима на энергетическом рынке позволит де-юре завершить переход Украины на европейские правила и закрепить новые условия работы на рынках газа и электроэнергии.

Фактически это означает применение норвежской модели в отношениях на то время, пока членство в ЕС малодостижимо.

Европейский Союз очень осторожно относится к таким проектам, поскольку понимает всю сложность и серьезность предоставления Украине таких же прав (и обязанностей) в отдельных секторах. Поэтому нам важно было достичь политической договоренности на наивысшем уровне. Такой разговор состоялся, и обе стороны точно понимают, чего требует Украина, и что следует серьезно отнестись к этим требованиям. Этот саммит доказал, что Соглашение об ассоциации — это и сегодня серьезно и актуально.

Еще один вызов — удастся ли реализовать эти политические договоренности на Совете ассоциации в декабре нынешнего года. Но то, что политический мандат на реализацию столь амбициозных проектов выдан, является большим достижением в международной политике.

Как итог: трезвый и рабочий саммит, наполненный содержательными вопросами, — это признак взрослого и уважительного отношения партнеров друг к другу. А значит, евроинтеграция — это серьезно.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно