Комсомольское упорство украинской евроинтеграции

13 июля, 16:43 Распечатать Выпуск №27, 13 июля-19 июля

За долгую историю саммитов Украина—ЕС выработался определенный шаблон понимания этого события.

радио свобода

Во-первых — это повод оценить политическую ситуацию в ЕС и Украине и прокомментировать общее состояние отношений. Во-вторых — попытаться найти некие символические знаки в том, что произошло или нет во время самого события. И в-третьих — прокомментировать заключительное заявление, которое на момент саммита уже давно согласовано.

Если взглянуть на состоявшийся на прошлой неделе саммит Украина—ЕС по этому шаблону, существует риск угодить в ловушку, в которую и попали украинские профессиональные евроинтеграторы. Но обо всем по порядку.

За очевидным обстоятельством смены власти и в Украине, и в ЕС несколько потерялся самый интересный момент. В самом деле, лидеры европейских учреждений уходят со своих должностей. Но не уходят из политики. В самом деле, с осени будет новое правительство в Украине и новые руководители европейских учреждений. Но интенсивность диалога между Украиной и ЕС дает много возможностей установить контакты между новыми людьми на должностях. Наоборот, определенная рутинность и традиционность — саммит летом, Совет ассоциации в декабре — прекрасный повод подчеркнуть: отношения между Украиной и ЕС не зависят от выборов.

Вместо этого саммит стал моментом мучительной рокировки в украинской политике. Владимир Зеленский стал президентом. Для него саммит — важное, но не единственное событие в календаре официальных мероприятий. В ходе подготовки саммита со стороны ЕС действительно звучали нотки беспокойства насчет обработки содержательной части саммита. Но это скорее вопрос смены команд, чем изменения политики. Саммит был подготовлен на надлежащем уровне. Заключительное заявление отражает реальное состояние сотрудничества, определяет приоритеты. Тезисы, высказанные в ходе саммита президентом и другими членами украинской делегации, — профессиональные. Накануне саммита президент и Дональд Туск посетили Станицу Луганскую. Это — уже часть государственного управления.

При этом для Петра Порошенко саммит стал воплощением политического действия. Почти все ключевые спикеры от "Европейской Солидарности" делали заявления и давали советы о том, каким должен быть саммит, что на нем говорить, как вести себя и т.п. То есть саммит стал частью предвыборной кампании и поводом прорекламировать свою профессиональность в ожидании получить дополнительные голоса на выборах. Чистой воды политика. Вплоть до того, что самое резонансное событие — неприглашение на саммит профильного вице-премьера, а заодно и кандидата в депутаты от ЕС, и дальнейшее обнародование этого факта — не могло не восприниматься как часть предвыборной агитации.

Сработает ли это политически — станет известно на выборах. Но с евроинтеграционной точки зрения саммит стал поводом оценить, что удалось и не удалось Петру Порошенко за период его каденции.

Отправным пунктом для такого оценивания можно считать заключительное заявление саммита. Здесь есть упоминание о самых больших достижениях прошлых лет — безвизе и Соглашении об ассоциации. Очень важные проекты.

Все элементы безопасностной и международной политики — поддержка территориальной целостности, сдерживание России — этот блок заявления обширный и детализированный. И это снова же заслуга — заслуга, достигнутая постоянной многолетней работой дипломатического корпуса. Хорошим дополнением блока безопасности стали проекты технической помощи ЕС для Азовского региона. Главное — никто не пытается сбавить темпы. Ни со стороны Украины, ни со стороны ЕС (несмотря на попытки в отдельных государствах-членах пересмотреть и смягчить санкционный режим против России).

Больше же всего разногласий кроется в вопросах относительно будущего: чего мы можем достичь в сотрудничестве с ЕС в дальнейшем? 

В своих предвыборных советах Петр Порошенко снова обратился к идее секторальных союзов, которые он пропагандировал несколько лет назад.

И здесь заключительное заявление дает довольно острую оценку, усугубляемую стремлением украинских евроинтеграторов во что бы то ни стало представить как победу.

Яркий пример — "промышленный безвиз", то есть Соглашение АСАА, о котором в последние годы писалось и говорилось много. Гипертрофированно техническое соглашение, которое признает качество и безопасность украинской промышленности, улучшает условия для промышленного экспорта. То, о чем мечтают все наши политики, — экспорт с добавленной стоимостью, технологии.

Правительство и впрямь сделало много на протяжении последнего года. Заставило ЕС сформулировать исчерпывающий перечень требований для заключения соглашения. В который раз протащило в Раде необходимый закон. (Не стоит придираться, что это далеко не первый закон на эту тему с 2014 года и что каждый раз говорилось о том, что требования выполнены. Не стоит придираться, что законопроект был представлен депутатами, а не правительством. Не стоит придираться, что законопроект был провален и поспешно принят снова и что было потеряно важное время. Все это обычные для украинских реалий вещи.) 

Мы в самом деле приблизились к тому, чтобы этот вопрос рассмотреть по сути. Но не успели. Не дотянули. И по факту остались там, где и были пять лет назад.

И есть риск, что люди, которые успешно саботируют это направление десятилетиями, вздохнули облегченно и сказали: "Снова пронесло". Может и в следующие пять лет так повезет. Потому что так случалось всегда с начала 2000-х.

Поэтому лицемерно звучат фанфары со стороны украинских евроинтеграторов, что, дескать, в заключительном заявлении впервые упомянуто о возможности заключить Соглашение АСАА. Такая возможность декларировалась со стороны ЕС много лет. К тому же она уже много лет как юридически закреплена в Соглашении об ассоциации.

И если и стоит громко говорить на эту тему, то надо говорить, почему именно не удалось. Чтобы те, кто придет на смену, могли избежать тех же ловушек. Украинские же евроинтеграторы решили традиционно искать поводы для саморекламы. А жаль.

Подобная ситуация у нас и с цифровым рынком. На первый взгляд, все движется вперед. В заключительном заявлении немного больше слов о цифровом рынке, чем в предыдущем. А что же имеем в сухом итоге? За год от прошлого саммита Украина и ЕС обменялись двумя документами. Мы прислали дорожную карту относительно интеграции в цифровой рынок ЕС в августе 2018 года. И в конце июня 2019-го, как раз накануне саммита, получили от ЕС отчет об оценке этой дорожной карты. 30 страниц текста от чиновников Еврокомиссии разными способами говорят "нет", "нет" и еще раз "нет". Что наша дорожная карта не такая уж и дорожная. Слишком общая. А я еще добавлю — и неамбициозная, с дедлайнами на декабрь 2023 года (что на нашем бюрократическом языке значит — никогда). Что об интеграции речь может идти только в контексте электронных коммуникаций, а не всего цифрового рынка. Что нужно обновлять приложение XVII, но в целом — не только электронные коммуникации, но и почтовые, и финансовые услуги, международные морские перевозки. Это, кстати, элегантный европейский способ саботажа — затянуть работу до бесконечности.

Поэтому, опять-таки несмотря на суперлативы в коммуникациях, мы остались там, где и были в этом вопросе. Возможно, transition book, который готовит вице-премьер-министр по европейской и евроатлантической интеграции, даст ответ. Хотя, думаю, все проще — нехватка интереса и аппетита к этому вопросу в правительстве в целом. И невозможность правительственных евроинтеграторов "продать" эту идею внутри правительства.

Еще большим фиаско стала "шенгенская" сфера — сотрудничество в сфере юстиции, свободы и безопасности. Со времени минувшего саммита ЕС сказал "нет" каким-либо новым форматам в этой сфере — только продолжение существующего сотрудничества. Странные формулировки на эту тему в заключительном заявлении звучат положительно, но на самом деле — это просто просьбы пока придержать свои амбиции.

На этом фоне весьма специфически успешными выглядят два направления — таможня и энергетика.

Интеграция украинской таможни в ЕС стала приоритетом работы Минфина. Отчасти потому, что это требование ЕС для предоставления макрофинансовой помощи. А главное — из-за того, что интеграция с европейскими таможнями — едва ли не единственный шанс избавиться от контрабанды и коррупции на таможне украинской. Дополнительным обнадеживающим сигналом является то, что Максим Нефедов сделал интеграцию в ЕС одним из краеугольных камней своей работы во главе украинской таможни.

Так или иначе, но все нужные законы готовы к принятию во втором чтении и в целом. К сожалению, в этот четверг — последний аккорд Рады — ей хватило запала только на Избирательный кодекс. По крайней мере, нужные законопроекты не убили. И это хорошо. Будет чем заняться новой Раде.

В энергетике Украина и ЕС буквально накануне саммита завершили эпопею с обновлением Приложения XXVII к Соглашению. Владимир Гройсман и Федерика Могерини обменялись письмами об окончательном юридическом принятии решения Совета ассоциации о его обновлении. 

Почему это важно для евроинтеграторов? Потому что это не автоматическое обновление приложений к Соглашению, а существенное изменение отношений в этой сфере — от сотрудничества к интеграции. ЕС решение далось нелегко. Но оно может быть прорывным и для других сфер, где Украина хочет интегрироваться во внутренний рынок ЕС.

Почему это важно для энергетики? Потому что новый подход к отношениям с ЕС в этой сфере усиливает все те реформаторские усилия, которые Украина прилагала в течение прошлых лет. Но само по себе это решение ничего не меняет. Его нужно реализовать на практике. В частности, провести самый тщательный мониторинг нашего законодательства со стороны Еврокомиссии. Для того чтобы запустить механизм полной юридической интеграции. Это особенно нужно сейчас, когда в нашей энергетике бурно запускается рынок электроэнергии, можно ожидать газовой блокады со стороны РФ, и ко всему — нужно решить проблемы с "конституционностью" регулятора.

Кстати, об этом речь шла в ходе саммита. А следовательно, и конструктивный сценарий внедрения этого решения является вполне реальным.

Вот такого серьезного и объективного разговора о евроинтеграции со стороны тех политиков, которые поднимают ЕС на свои флаги, не хватало в контексте саммита. И за самым громким скандалом саммита, когда на него не пустили Иванну Климпуш-Цинцадзе, потерялось главное — что именно она должна была сказать в ходе саммита. Какие уникальные месседжи несет евроинтеграционный блок правительства? Эта история очень показательно свидетельствует о том, что официальная дискуссия об интеграции в ЕС никак не может окончательно избавиться от комсомольского упорства в формировании лозунгов. Если от них избавиться, можно увидеть, что Украина многое делает на пути интеграции в ЕС, и ей многое удается. Только говорить об этом надо по-взрослому. 

Что же дальше? Как и в прошлом году, все обнадеживающие, но туманные обещания в заключительном заявлении надо реализовать на практике. Как и в прошлом году, между саммитом и Советом ассоциации у украинских политиков и чиновников есть шанс добиться от ЕС конкретных шагов и решений. Какими они будут — увидим уже в декабре.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 1
  • Николай Нестор Нагорняк Николай Нестор Нагорняк 13 липня, 10:25 Звичайно, та Климпуш - Цистдзе КАР'ЄРНИЙ дипломат - а як же У 1994 році закінчила Національний педагогічний університет імені Михайла Драгоманова, спеціальність — дефектологія і логопедія. Отримала диплом спеціаліста (з відзнакою). согласен 0 не согласен 1 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №27, 13 июля-19 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно