ZN.ua
Зеркало недели не подводим с 1994-го года
Продолжается поиск

Арабский ренессанс

ZN.UA Эксклюзив
Арабский ренессанс
Алексей Ижак
Автор Алексей Ижак заведующий отделом Национального института стратегических исследований (НИСИ)

Объединенные Арабские Эмираты запустили атомную электростанцию. Создает ли она угрозы на Ближнем Востоке?

1 августа, всего через десять дней после начала собственной исследовательской миссии к Марсу, Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) запустили атомную электростанцию, первую в арабском мире. Нефть и газ из Персидского залива никуда не делись, но не они теперь определяют будущее региона.

В ОАЭ, регионе Ад-Дафра эмирата Абу-Даби, начал генерацию первый блок атомной электростанции (АЭС) Барака. После пуска всех четырех блоков, ориентировочно к 2023 году, на атомную генерацию будет приходиться 25% производства электроэнергии в ОАЭ с населением 10 млн человек. Стабильная атомная генерация должна будет сглаживать колебания генерации возобновляемых источников — солнечного света и ветра. По расчетам, запуск станции должен уменьшить выбросы углерода на 21 млн тонн в год, что эквивалентно устранению с дорог 3,2 млн автомобилей с двигателями внутреннего сгорания.

ОАЭ стали 31-й страной, владеющей собственной атомной генерацией электроэнергии, и первой новой страной в этом клубе с 1990 года, когда свою АЭС запустил Китай.

Незадолго до этого события с космодрома в японском космическом центре Танегасима была запущена космическая ракета Мицубиси H-IIA со спутником «Аль-Амаль» («Надежда») ОАЭ, который в начале следующего года должен присоединиться к шести другим спутникам на орбите Марса (три — США, два — ЕС, в том числе один совместно с РФ, один — Индии). Во временнОе окно этим летом к поверхности Марса отправили свои миссии США и Китай (это более сложные миссии, чем изучение атмосферы с орбиты). РФ пыталась от них не отстать, но ввиду технических проблем вынуждена отложить запуск на следующее временнОе окно, которое откроется в 2022 году (чтобы успеть к следующему сближению Земли и Марса).

В ОАЭ не скрывают, что смысл марсианской миссии — не только научный. Начало исследования Марса должно быть приурочено к 50-летию образования государства, которое будет отмечаться в декабре следующего года. Такое использование космических достижений — не новость. Но все же речь идет именно о достижении, а не купленном атрибуте статуса. Даже если миссия к Марсу не будет успешной (около 30% таких миссий терпят неудачу), реализуя космическую программу ОАЭ успела глубоко изменить систему образования в пользу современных высоких технологий и значительно увеличить пропорцию высокотехнологичных производств. В ОАЭ утверждают, что спутник, отправленный к Марсу, на 100% создан с нуля собственными учеными и инженерами. Возможно, здесь есть натяжка: ОАЭ сотрудничали с Южной Кореей в создании спутников наблюдения Земли, отправляли своего астронавта на Международную космическую станцию. Ученые, реализовывавшие миссию к Марсу, тесно сотрудничали с американским Университетом Колорадо в Боулдери. Но в любом случае, ОАЭ продемонстрировали, что могут ставить и достигать амбициозные цели.

Реализация проекта АЭС Барака началась в 2009 году, когда тендер на строительство выиграла коалиция во главе с южнокорейской компанией KEPCO. Проект оценивался в 20 млрд долл., затем подорожал до 30 млрд. Оценка стоимости при пуске первого блока составляла 24,4 млрд долл. Первоначально пуск первого блока ожидался в 2017 году. Но национальный орган ОАЭ, полномочный сертифицировать деятельность в сфере ядерной энергетики, потребовал множества доработок, задержавших начало загрузки блока топливом до февраля 2020 года. После получения лицензии первый блок был введен в рабочий режим и подключен к электрической сети. Строительство второго блока уже завершено, но процесс сертификации только начат. Третий блок готов более чем на 90%, четвертый — более чем на 80%.

В АЭС Барака используются реакторы APR-1400 производства Южной Кореи. Их мощность, как понятно из индекса, составляет 1 400 мегаватт. Они существенно мощнее работающих в Украине ВВЭР-1000 советского производства с мощностью 1 000 мегаватт и мощнее новых российских ВВЭР-1200 с мощностью 1 200 мегаватт. APR-1400 начал разрабатываться в 1992 году на основе корейских реакторов предыдущего поколения OPR-1000, базировавшихся на дизайне американской компании Combustion Engineering. Для нового поколения корейских реакторов также использовались наработки этой компании, атомный бизнес которой к тому времени был куплен компанией Westinghouse.

Кроме ОАЭ три энергетических реактора APR-1400 (из общего числа в мире 141, включая новый на АЭС Барака) работают в Южной Корее на двух АЭС (всего в стране 24 реактора). В Южной Корее тестируется и скоро должен быть введен в эксплуатацию еще один реактор этого типа, два строятся, строительство еще двух приостановлено. APR-1400 могут быть использованы на новой АЭС Мурсайд в Великобритании. Реактор APR-1400 получил лицензию в Южной Корее в 2002 году. В 2017-м был получен европейский сертификат EUR, который требуется в некоторых странах вне Европы, таких как ЮАР и Египет. В 2019 году реактор получил сертификат Комиссии по ядерному регулированию США, действующий в течение 15 лет.

АЭС Барака в ОАЭ, таким образом, использует мощные атомные реакторы нового образца, основанные на американском дизайне и зарекомендовавшие себя в Южной Корее. Это теперь технология первой АЭС в арабском мире и третьей в странах Ислама (после Пакистана и Ирана).

Станция расположена на берегу Персидского залива недалеко от границы ОАЭ с Катаром. В определенном смысле она находится на линии двух политических разломов: между арабским миром и Ираном, а также межу ОАЭ и Саудовской Аравией с одной стороны и Катаром — с другой. Это дало повод критикам проекта заявлять, что АЭС Барака несет новые угрозы безопасности. Логика понятна: в случае обострения в Персидском заливе АЭС Барака рискует стать объектом теракта или военного удара. В 2017 году проиранские отряды хуситов в Йемене уже сообщали о пуске ракеты в сторону станции. Но ОАЭ опровергли попадание.

Фронтменом критиков выступает известный британский ученый Пол Дорфман, консультировавший правительства Великобритании и Франции по вопросам ядерной безопасности, в том числе в связи с утилизацией реакторов атомных подводных лодок. Созданная им Группа ядерного консультирования в прошлом году опубликовала исследование, раскрывающее недостатки дизайна APR-1400 и риски его эксплуатации в ОАЭ. Главные претензии выдвигаются относительно отсутствия так называемого уловителя активной зоны в случае расплавления (проблема, выявленная аварией на Чернобыльской АЭС) и недостаточной прочности оболочки реактора, не позволяющей выдержать попадание авиационной ракеты или таран боевого самолета. Вердикт Дорфмана состоит в том, что запущенный в ОАЭ реактор — это неправильный реактор, построенный в неправильном месте в неправильное время. Дорфман считает, что если уж реактор запущен, необходимы переговоры стран региона для создания общего протокола реагирования на аварии АЭС Барака.

Нельзя сказать, чтобы указанные технические недостатки были критичными с точки зрения установившейся практики в сфере атомной энергетики. В конструкции нового поколения реакторов действительно предусмотрены уловители расплавленной активной зоны. Но установленных реакторов с такими уловителями все еще единицы. Что касается усиленной защитной оболочки, в мире достаточно реакторов вовсе ее не имеющих.

Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ) приветствовало пуск первого блока АЭС Барака. ОАЭ для агентства — образцовая страна с точки зрения прозрачности и безопасности. Еще до начала реализации своей ядерной программы ОАЭ объявили ее ключевые параметры: отказ от изотопного обогащения урана (один из конфликтных вопросов в отношении Ирана) и подписание дополнительного протокола к гарантиям МАГАТЭ, который усиливает меры контроля исходя из опыта их обхода со стороны Северной Кореи и Ирана. С началом проекта в 2009 году ОАЭ подписали со США так называемое соглашение 123. В нем отражены требования раздела 123 Акта об атомной энергии США 1954 года, содержащего запреты, считающиеся «золотым стандартом нераспространения», в частности относительно изотопного обогащения и переработки отработанного ядерного топлива (два ключевых процесса, позволяющих получать оружейный уран и плутоний).

Теперь все большие игроки большого Ближнего Востока — арабские страны, Иран, Израиль, Пакистан — имеют свои технологические преимущества. Очевидно, что это было сделано не без благосклонного участия США. Причем арабский мир стал обладателем статусных технологий гармонично и естественно на фоне ожиданий арабского ренессанса, а не новой войны на Ближнем Востоке. Одно из ключевых условий достижения такого результата — соблюдение некоторых базовых правил международной системы безопасности, повсеместно считавшейся разрушенной, но, вероятно, просто претерпевшей трансформации.

Можно констатировать, что COVID-19 не остановил мировое развитие, поскольку этим летом еще одна страна стала космической державой с атомными технологиями.

Поделиться
Заметили ошибку?

Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку

Добавить комментарий
Всего комментариев: 0
Текст содержит недопустимые символы
Осталось символов: 2000
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот комментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК
Оставайтесь в курсе последних событий!
Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Следить в Телеграмме
Вас заинтересует