Владимир Гройсман. Сто дней служения

6 марта, 2015, 21:00 Распечатать Выпуск №8, 6 марта-13 марта

Но вот окажется ли по силам председателю Верховной Рады Владимиру Гройсману стать самостоятельной фигурой в политике, способной выполнить собственную миссию? Ибо большинство его предшественников рано или поздно превращалось в послушный инструмент того или иного правителя, восседающего на Банковой. А никак не слугу страны, все еще ожидающей самоотверженного служения ей. 

С Владимиром Гройсманом мы беседовали неоднократно, когда он был еще успешным мэром Винницы. Потом — вице-премьером, министром региональной политики, курирующим децентрализацию. А теперь он — председатель Верховной Рады Украины, независимой и "коренной" в парламентско-президентской республике ветви власти. Тот же секретарь, тот же помощник. Те же амбиции и уверенность в том, что он со всем справится. Сам.

Безусловно, организовать аппарат, оптимизировать структуру, наладить процесс — и еще много чего из управленческого ряда, — ему по силам. Притом на любом уровне. Проверено предыдущими постами. 

Но вот окажется ли по силам председателю Верховной Рады Владимиру Гройсману стать самостоятельной фигурой в политике, способной выполнить собственную миссию? Ибо большинство его предшественников рано или поздно превращалось в послушный инструмент того или иного правителя, восседающего на Банковой. А никак не слугу страны, все еще ожидающей самоотверженного служения ей. 

— Владимир Борисович, предлагаю начать с самого простого. Почему вы до сих пор не обеспечили конституционную норму персонального голосования в парламенте? Разве ста дней оказалось мало для того, чтобы ликвидировать проблему "кнопкодавства"?

— Эта проблема нам досталась от прежнего парламента. Она не стала серьезнее, чем была, однако я согласен с тем, что она до сих пор существует. И ее надо решить. Но мы на финальном этапе окончательного принятия решения на этот счет в рамках изменений в регламенте, ответственности и технического обеспечения. 

— Ну, так приоткройте завесу.

— Не хочу опережать события. Скоро вы сами все увидите. 

— Хорошо, тогда давайте о том, что мы уже увидели. Вы достаточно сильно ударили по собственной репутации, когда в декабре (во время голосования за бюджет) были не только нарушены регламентные процедуры, но и сделаны уточнения в уже проголосованные статьи. Есть вопросы и по процедуре прохождения закона по СНБО. Многие в вас разочаровались и сочли, что вы слишком быстро из самодостаточного министра, который хоть и в команде, но был в состоянии выстраивать собственную линию и чувствовать свою миссию, превратились в подручного президента. Считайте, что один из самых сложных вопросов я вам уже задала. 

— Я никогда не боялся рисковать своей репутацией ради дела. Сегодня у меня есть отдельный, совершенно конкретный, участок работы, которую я выполняю. Да, эта работа для меня была новая, но когда я еще только принимал решение на нее согласиться, сразу же обозначил для себя ключевую цель: парламент — двигатель реформ, а не тормоз. Вот я вам и определил точку, из которой, собственно, и принимаю все свои решения. А разочаровывает это кого-то или нет — вопрос второстепенный. Вспомните прошлый парламент, который — скажу о том, что мне было близко, и что знаю досконально, — несмотря на наличие готовых законопроектов, не принял ни бюджетную децентрализацию, ни закон об основах региональной политики, да ничего не принял. А мы пока не провалили ни одного важного голосования.

Что касается декабря и голосования по бюджету, то мы вместе с коллегами действовали, исходя из понимания того, что может быть со страной, если бюджет не примем. Да, именно это понимание заставило пойти на непопулярные шаги. Но в этом, считаю, и есть суть самодостаточного руководителя, способного принять решение. 

Если же говорить о законе об СНБО, то, да, он был проголосован. Но давайте не будем забывать: в условиях военного времени, когда нужно повышать управляемость процессами, были желающие заблокировать принятие такого решения и использовать для этого любые зацепки. Я это знал, видел и понимал: для того, чтобы сохранить страну, сегодня во что бы то ни стало необходимо сделать шаг на опережение. И я его сделал. 

— Независимость ваших решений и шагов, Владимир Борисович, как спикера парламента, заключается исключительно в двух вещах — Регламенте ВР и Конституции Украины. 

— Позволю себе уточнить, что во время принятия того же бюджета премьер-министр озвучил идеи, которые и были проголосованы, но которые потом пришлось переводить в формулы. Вот их трактовка у ряда политиков и не совпала. Но поверьте мне, что аппарат парламента, юристы, которые на этом уже собаку съели, никогда в жизни не поставили бы свои подписи под какими-то фальсификациями и нарушениями.

Что касается регламента, то я уже предупредил всех — ни один законопроект не будет внесен в повестку дня, если нет заключения комитетов. Кто бы меня ни просил. Потому что это противоречит регламенту.

— На самом деле, в случае с законом об СНБО, впервые в истории ВР заключение делало не только научно-экспертное управление парламента, которое сочло ряд норм не конституционными, но и поддержавший законопроект Институт государства и права. Возможно, это и хороший ход, однако объективности можно было достичь только путем совместного экспертного обсуждения документа в профильном комитете.

— Да заседал и комитет, и эксперты. Я вообще не вижу здесь какой-то проблемы. Чем больше мы будем привлекать экспертов, тем качественнее будут решения. 

— Если попытаться как-то систематизировать и углубить вопросы к вам насчет организации работы ВР, то речь на самом деле идет о двух, достаточно системных, вещах. Во-первых, как раз таки о закрытости и непрозрачности работы в комитетах. За примерами далеко ходить не надо: самый свежий — законопроект №2273 по окончательному переводу "Укрнафты" под контроль государства блокирует партнер Коломойского глава профильного комитета г-н Иванчук. Хоть вы и приняли красивое распоряжение о трансляции заседаний комитетов в Интернете, закон на голосование в зале в четверг не поставили. Во-вторых, доминирование принципа: "быстрее, потому что надо". В результате, достаточно много законов принимаются по сокращенной процедуре, страдает качество документов, не соблюдаются сроки подготовки к чтениям, что дает дополнительные возможности для скрытого лоббизма. А потом начинаются правки…

— Что касается Иванчука, то спрашивайте об этом лично его. Тем более что в пятницу на сессии я дал публичное поручение Иванчуку в кратчайшие сроки рассмотреть этот вопрос на комитете. Теперь о прозрачности работы комитетов — мое распоряжение действительно откроет все карты. Однако не за один день. Дайте время на обеспечение технической стороны вопроса. Но процесс-то пошел. Уже сейчас начали публиковаться стенограммы заседаний, чего раньше никто не делал. То есть я знаю, как сделать работу и аппарата парламента, и комитетов эффективной. Как оптимизировать аппарат — мы сократили 80 человек. Как перераспределить нагрузку, да как экономить бумагу, наконец… Опыт у меня есть. И я буду это делать, пока здесь работаю. 

В отношении сокращенной процедуры. Вообще не вижу проблем. Да, я считаю, что это нормально. К примеру, закон по полной процедуре в первом чтении нужно рассматривать в зале 57 минут. Переливать из пустого в порожнее на камеру целых 57 минут! Я никогда никого не ограничиваю, обсуждаем столько, сколько необходимо. Но ведь проект уже прошел комитеты, был размещен на сайте… То есть если бесконечно что-то обсуждать, то к цели парламента — не быть тормозом реформ — мы вряд ли дойдем. 

— Если вас что-то не устраивает в регламенте — меняйте его. Официально. 

— Мы думаем об этом. Я бы вообще за основу все законы рассматривал по сокращенной процедуре. 

— Да, когда тебе дают 80 листов накануне внесения изменений в бюджет, то определенная тщательность гарантирована… Вряд ли все депутаты разделят вашу склонность к вышеупомянутому ускоренному принципу. Особенно молодые и неопытные. 

— Мы вместе с депутатами должны систематизировать работу над законодательством, планом законодательного обеспечения реформ, его календарным планом, чтобы можно было планировать свою деятельность и заниматься полезным и эффективным законотворчеством, а не говорильней. Все — и в аппарате ВР, и в зале — должны работать профессионально и четко. 

— Бессменный руководитель аппарата ВР г-н Зайчук перестал работать профессионально и четко? Или его заявление — результат принятого пенсионного законодательства? 

— Он мне заявления не подавал. Эти дни достаточно напряженные в Раде. Аппарат ВР профессионально обеспечивает работу. Я никогда не занимался политическими или еще какими-то чистками. Судил и сужу людей только по профессиональному признаку. У меня к нему нет никаких претензий. Человек долго и профессионально трудился, выстроил работу аппарата. И если он принял решение уйти — это будет исключительно его личное решение. 

— Касательно напряженности в Раде. Есть информация о том, что фракции Тимошенко и Ляшко рассматривают возможность выхода из коалиции. Говорят, что в двух этих политических силах анализируют возможность проведения досрочных парламентских выборов, рассчитывая получить лучший результат на фоне падения доверия к президенту и премьеру. Насколько, по-вашему, реалистичен подобный сценарий? И какие усилия лично вы можете приложить для сохранения единства правящей коалиции? Есть ли ресурсы для ее удержания?

— Коалиция на самом деле достаточно живая. В этом есть и плюс, и минус. Действительно, там происходят какие-то дискуссии, какая-то борьба за конкретные решения. Но мне кажется, что этот парламент есть и останется продуктивным. В итоге все достаточно сложные решения, например антикоррупционные и экономические, принимаются. Поэтому не думаю, что по инициативе этих двух фракций коалиция может развалиться. По крайней мере, еще ни разу никто публично не заявлял о том, что кто-то куда-то собирается уходить. Критиковали, да, но не более. Поэтому делать предсказания о досрочных выборах я не возьмусь. Моя задача на сегодня делать все, чтобы наладить взаимодействие политических сил — как в коалиции, так и в парламенте. И для украинской политики наладить взаимодействие в таком формате — абсолютно новая задача.

савченко2
Лица Рады

— Профилактический вопрос: считаете ли вы возможным и необходимым переход к пропорциональным выборам по открытым спискам? 

— Открытые списки — это хорошо и эффективно — однозначно буду поддерживать.

— Это правда, что сразу после получения транша МВФ коалиция будет рассматривать и оценивать работу экономического блока правительства? К чему в итоге можете прийти?

— К выводам, как сработал экономический блок в момент кризиса. Надо полагать, объективным выводам. 

— Яценюк совершил много ошибок. Когда премьер впитает в себя весьма много негатива, его придется менять. Вы готовы стать премьером? 

— Этот вопрос вообще сегодня не стоит. Сейчас как никогда необходимо сохранить единство. Когда меня выбирали мэром, мне было всего 28 лет, и один руководитель сказал: "Запомни, городу можно только служить". То же касается и страны.

— Миллионы граждан Украины стали свидетелями, как вместе с премьером и президентом на первом заседании нового парламента вы воздели руки к небу. По-видимому, в знак будущего служения государству. Однако сегодня ситуация в Украине, мягко говоря, критическая. С одной стороны — инфляция, рост цен, принятие жестких тарифных и пенсионных законов. С другой — только обещания реформ. И, знаете, народ был бы готов потерпеть, если бы ощущал изменение системы. Но ведь ничего не поменялось. Система и ее новые уполномоченные болтики оказались равнодушны даже к тысячам смертей своих соотечественников. 

— Да, мы пока не поломали систему. Не победили коррупцию. Но она сегодня видоизменилась. Нет четко поставленной системной задачи с жесткими рамками и сборами на самый верх. Коррупция стала более рыхлой. И мы, как парламент, делаем необходимые шаги. В частности, создание антикоррупционного бюро. Разве это не шаг? Понимаю, у вас уже готова реплика насчет того, что никакое бюро и даже самый чистый его начальник, избранный по конкурсу, в одиночку систему не поломают. Нужна политическая воля. Но даже если она есть, не от нее одной все зависит. Мы настолько прогнили морально и ментально, настолько привыкли "решать вопросы", что накатанные схемы во многих сферах продолжают действовать. И тут необходим комплекс мер, в том числе и децентрализация власти. Когда политика и экономика переместятся на места. Когда мэрам не нужно будет блуждать по коридорам и просить подаяния в министерских кабинетах за откаты. Когда и мэр, и депутаты общин, районов и областей получат реальные полномочия и финансы, в том числе и местные налоги, за которые им придется отвечать перед своими общинами напрямую. 

— Вы не задумывались, что пока вы будете искать решения, люди просто не выдержат и выйдут на улицу? И "чужие" лица организованного финансового Майдана сменят абсолютно искренние свои, пришедшие с фронта. Или заявление Авакова после пьяного действа макаровского судьи, мол, работник милиции может стрелять во всякого, кто поднял на него оружие, можно считать профилактическим, упреждающим?

— Я уверен, что ни один настоящий патриот Украины не будет рисковать ею в такое время. Вы же видите, что происходит в Одессе, Харькове… Нас пытаются развалить изнутри. Но это, безусловно, не снимает ответственности с власти, которая должна коммуницировать с людьми. Не отрываться от реальности. Все в наших руках. Надо просто включать мозги и все возможные каналы коммуникации. 

Ведь на самом деле сегодня крайне много спекуляций и манипуляций в отношении как ситуации, сложившейся в экономике, так и по поводу достаточно жестких последних решений правительства и парламента. Тот же закон, касающийся сотрудничества с МВФ. Вот если сесть, все просчитать и просто выложить на бумагу, то картина будет сильно отличаться от того, что говорят с трибуны. Что дает нам принятие закона? Да все на сегодня! Возможность получить транш от МВФ и поддержать на эти средства украинскую экономику. Фактически мы получаем время на проведение масштабных реформ. И поверьте мне, прессинг времени я лично ощущаю довольно остро. Потому моя задача как спикера — подкрепить реформы конкретными законами. И здесь я сторонник двух ключевых вещей — создания новой системы управления государством и мощной экономики. А теперь представьте, если бы мы не проголосовали этот закон?

— Но проголосовав, мы подтвердили, что не справились с ситуацией в экономике и финансовом регулировании. Стимулы для оживления экономики не созданы. И, что главное, мы пришли к совершенно определенным формам внешнего управления, о чем нас давно предупреждали и наши, и зарубежные экономисты. 

— И, тем не менее, сегодня можно продолжать говорить о внешнем управлении и еще каких угодно страшилках, а можно делать конкретные шаги для того, чтобы вернуть себе управление собственной страной раз и навсегда. Нам необходимо защитить права собственника, чтобы в Украину не боялись инвестировать. Дерегулировать законодательство, чтобы убрать эти бесконечные справки, разрешения и лицензии. Минимизировать влияние чиновника на все сферы жизни. На самом деле только этих компонентов уже будет достаточно, чтобы задышала экономика. Мы уже пошли на бюджетную децентрализацию! В том самом бюджете, процедуру принятия которого вы критикуете. 

— Первоочередное принятие бюджетной децентрализации нарушило логику реформы. Сначала нужно создать общины, затем передать им полномочия и только потом — финансы. 

— Наверное, вы правы. С одной стороны. С другой же, если вернуться в отправную точку — внедрять реформы, а не тормозить, то это был вынужденный и правильный шаг, хоть и несколько преждевременный. Если бы мы приняли бюджет по старой системе, он бы ее просто законсервировал еще на год. И ни о какой децентрализации и местных выборах на новой основе мы бы сегодня не рассуждали. И, позвольте, я не буду вам объяснять почему. Я это просто знаю. 

А так процесс запущен. Вот мы сегодня передали состоятельным общинам (районам, городам областного значения и областным центрам) 60% подоходного налога на собственные нужды. Они никогда не имели денег по этой статье, а получали обеспечение только на делегированные полномочия. Что это значит? Да всего-то, что они теперь заинтересованы вывести из тени заработную плату. А тут на подходе уже новый законопроект, касающийся единого социального взноса (ЕСВ), значительно улучшающий ситуацию. Все это взаимосвязанные процессы. И решения нужно объединять. 

А вчера на Совете реформ я вышел с одним, весьма важным, документом, о котором уже упоминал выше, — Планом законодательного обеспечения реформ в стране. Семь блоков, 44 раздела, 305 законов, которые предстоит принять. 

— Да мы запутались в уже задекларированных властью планах и реформах. Стратегия-2020 (62 (!) реформы). Программа правительства, коалиционное соглашение, план восстановления страны на 2015–17 гг., теперь еще один план... Плюс Национальный совет реформ, плюс — ответственные за 15 реформ. Правда, без механизма наступающей ответственности. Вам это ничего не напоминает? 

— План законодательного обеспечения реформ как раз основан на перечисленных вами документах, он их объединяет. Чтобы и вы, и другие люди не путались. Мы сейчас все это систематизируем, потом вложим в календарный план, где будет четко обозначено, что и когда мы принимаем. И кто за это отвечает. Знаете, когда я встречаюсь со спикером Бундестага, а он мне говорит, что они за год приняли 120 законов, мне неловко. У нас же только на начало сессии их зарегистрировано более 600. Куда, люди добрые? Я хочу сказать, что у любого государства должна быть принята четкая законодательная стратегия. Чтобы сшить хороший костюм, его нужно правильно раскроить и все системно разложить. Так же и здесь. В ближайшее время из состава фракций будут выделены специалисты по каждой из реформируемых сфер, далее — совместно с Кабмином и АП мы смоделируем эти законы, а затем вынесем на совет реформ и еще раз обсудим. В том числе и с экспертной средой. 

— И какая у вас самая готовая и систематизированная реформа? 

— Децентрализация, конечно, подразумевающая также внесение изменений в Конституцию Украины. На хорошем уровне разработки — имплементация подписанного Соглашения об ассоциации с ЕС. На сегодня уже есть совместное решение, поддержанное и Кабмином, и президентом, — создать на площадке парламента одну общую команду, которая займется децентрализацией.

— Вы хотите создать единый центр принятия решений по реформе, которого до сих пор нет?

— Абсолютно верно. И решение уже принято. Глава этого центра, группы, называйте, как хотите, — перед вами. У меня два зама: вице-премьер Геннадий Зубко и замглавы АП Виталий Ковальчук. 

— Несколько дней назад вы публично согласились с тем, что реформа из экспертного поля попала в политическое. И это ваш бывший коллега мэр Варшавы, а ныне координатор группы польских экспертов по реформе местного самоуправления в Украине Марчин Свенчицкий назвал главной ошибкой власти. А теперь вы сообщаете, что политик Гройсман будет возглавлять рабочую группу, в которой у него два зама — тоже политика, причем так же нагруженные другими полномочиями под завязку. А где все-таки эксперты, разработчики реформы? 

— Они входят в нашу группу. 

— Вы готовы день и ночь заниматься реформой? У вас есть на это время? Вы ведь еще и Конституционную комиссию по поручению президента возглавили. Вы не переоцениваете собственные возможности? 

— Отнюдь. На сегодня это задача, которую нужно решить. И я сделаю все возможное для этого. Поверьте, на сегодня это самый оптимальный и возможный вариант. Команда будет работать профессионально и быстро. 

— Имеется соответствующий документ?

— Есть указ президента о создании Конституционной комиссии, а это взаимосвязанные вещи, потому как первые изменения, которые будут внесены в Конституцию, коснутся именно децентрализации. Это первый блок, который будет изменен. 

— Если следовать озвученным планам — проведению выборов на основе новой системы управления страной, переданных на места полномочий и финансов, то у вас критично мало времени. 

— Да, все изменения, касающиеся системы власти на уровне районов и областей, — передачи исполнительной власти советам, введению позиции префекта и пр. — нам нужно проголосовать два раза 226 голосами до июля. Уже есть много наработок на этот счет. Даже тот проект изменений, которые президент вносил летом, в части децентрализации Венецианская комиссия оценила достаточно высоко. Летом предстоит потрудиться Конституционному суду, а в сентябре мы сможем принять окончательные решения. 

— У конституционного процесса есть еще одна сторона. Проведение конституционной реформы — один из пунктов Минских соглашений. Но выдача подобных обещаний — за пределами компетенции лиц, принимавших участие в переговорах. Как вы, председатель ВР (единственного органа, уполномоченного вносить изменения в Основной закон), отнеслись к подобному? 

— Во-первых, мы все поддерживаем мирный план президента и подписанные соглашения. Иного выхода на сегодня нет. Во-вторых, президент является субъектом законодательной инициативы — это его право. 

— Но если даже будет прекращен огонь и отведено тяжелое вооружение, мы, выполняя последующие пункты соглашений, вероятнее всего, зайдем в тупик. Это касается и проведения свободных выборов на оккупированных территориях, и изменения Конституции по лекалам России.

— Да там нет речи ни о какой автономии или федерализации, о чем говорят СМИ. Речь идет о децентрализации, а также о том, что эту территорию должны покинуть все вооруженные формирования. 

— Если вы имеете в виду российские — в документе обозначенные как иностранная составляющая этих формирований, то я с вами согласна. Однако местным участникам ополчения обещана амнистия. Более того, если вы внимательно читали документ, речь действительно идет об изменении Конституции и децентрализации, однако с "учетом особенностей отдельных районов Донецкой и Луганской областей, согласованных с представителями этих районов". Что должно быть подкреплено дополнительными законами с учетом, опять-таки амнистии, назначения силовиков по согласованию с местными властями, а также создания собственной милиции. 

— Это подписанный мирный план. 

— Но сегодня г-н Пушилин заявил, что видит в Минских соглашениях после восстановления региона пока еще в рамках Украины возможность самоопределения! При таком раскладе вы на самом деле верите в реалистичность проведения каких-то местных выборов на неподконтрольных Киеву территориях, как это предусмотрено Минскими соглашениями? Верите в возможность введения миротворческого контингента в Донбасс? А если этого не произойдет, то в возможность долгого сосуществования Украины и неконтролируемых территорий?

— Выборы должны быть честными, должны пройти по украинским законам и под наблюдением миссии ОБСЕ и других международных организаций. И это будет еще один реальный шаг к миру. Нужно позволить живущим в Донбассе людям избрать нормальную власть. Не под дулом автомата. Безусловно, убийцы, бандиты не могут быть избраны. Они должны понести наказание. 

— Ключевое слово — "должны". Трудно об этом говорить, поскольку я роддом из Макеевки, но разве вы еще не поняли, что в результате должны только мы? А ведь никто не считал, во сколько обойдется восстановление оккупированных территорий. Зато всем понятно, что как только российской стороне потребуется малейшая корректировка мирного плана, в Улан-Удэ всегда найдется бурят, который въедет на танке в сквер моего родного города. Зачем мы экономически вешаем на себя, то, что, по сути, давно потеряли? Информационно, ментально, политически. Такой себе "мирный план" по окончательному выпадению Украины из Европы. 

— Я бы не утверждал так категорично, что регион окончательно потерян. Да, в силу слабости постреволюционного государства было совершено достаточно много ошибок. Однако мы с каждым месяцем становимся сильнее. И я уверен, что на оккупированных территориях людей, понимающих всю абсурдность сложившейся там ситуации, становится больше. Ну что не понятно, если на шахте Засядько погибло более 30 (!) горняков, а эти чудовища не пускают наших спасателей на территорию?! 

— С этими, как вы говорите, "чудовищами", у нас подписан мирный план, и в перспективе они переизберутся в местную власть. Хотя есть и другой вариант, озвученный рядом экспертов, а также общественной инициативой Коалиция патриотических сил Донбасса, объединившей 17 общественных организаций из Донецкой и Луганской областей. Если совсем коротко, то территории называем оккупированными, никаких отношений, никакого содержания, все это — проблемы Путина. Параллельно — государственная программа для переселенцев и разъяснительная работа на оккупированных территориях. Тем самым жертвуем территориями ради сохранения жизней и выбиваем козыри у Путина, чтобы идти дальше. Хотели? Возьмите. 

Мнения могут быть разные, но в этом случае нужно серьезно думать и принимать чрезвычайно взвешенные решения. 

— Депутаты "Самопомочі" в курсе варианта отказа от оккупированных территорий. Поэтому, вполне возможно, что когда мы таки упремся в тупик с Минском-2, вам придется внимательно его изучить. Как, впрочем, президент в любой момент может встать перед выбором: продолжать зависать с Минском или назвать войну — войной. Если Россия пойдет дальше. Я о том, что давно пришло время конкретных решений. Больных, ужасных — но не половинчатых. А воевать — это значит тоже называть вещи своими именами. Вводить военное положение со всеми вытекающими отсюда последствиями. 

— Президент, если будет нужно, примет все необходимые решения. И если он до этого времени не сделал решающий шаг, то, поверьте, у него были на то причины. Потому как уровень информации, которой он располагает, по объективным причинам, больше. 

— Конституция предполагает ограничение определенных прав и свобод в случае введения военного положения. Но четко не регламентирует. Все отдается на откуп власти (президенту, Раде и СНБОУ). Вам не кажется, что в случае проведения конституционной реформы 64 статья КУ подлежит детализации?

— Безусловно. 

— 18 февраля СНБОУ одобрил проект изменений к закону "О правовом режиме военного положения". Поступил ли этот проект в ВР? Когда он может быть рассмотрен?

— Проекта в Раде еще нет. Но как только он поступит, будет рассмотрен в соответствии с регламентом. 

— Глава СБУ Валентин Наливайченко заявил о причастности Суркова к расстрелам на Майдане. Президент процитировал слова главы СБУ. Однако через десять дней заместитель генпрокурора Алексей Баганец заявил, что в материалах дела нет ни одного упоминания ни о Суркове, ни о ФСБ. Это, по-вашему, успешная информационная политика?

— Я не берусь оценивать заявления Наливайченко. Однако мы переживаем такой сложнейший период в истории страны, против нас работает такая чудовищная пропагандистская машина, что если глава СБУ позволил себе подобное заявление, значит, у него были на то основания. Что касается прокуратуры, то если у нее такой информации пока нет, это еще не означает, что ее вообще нет. Вы можете меня спросить, верю ли я, что на Майдане есть российский след? Да, я в это верю. Как верю и в то, что малазийский "Боинг" сбили россияне. И мне абсолютно все равно, что на этот счет будет говорить тот или иной канал. Потому что я видел тела тех людей, четыре дня пролежавших под солнцем. 

— Прокуратура Нидерландов сделала заявление насчет российского Бука, подкрепив вашу уверенность фактами расследования. Плохо, что мы не можем ничего противопоставить тому же буряту, увидевшему по телевизору такие же тела, но только в Одесском доме профсоюзов. И поехавшему спасать русских. А мы ничего за целый год не сделали, чтобы нанести симметричный удар по их адской пропагандистской машине. Хоть парламентская ВСК еще в октябре рекомендовала силовикам обратиться за помощью к международным экспертам. Я ничего не говорю о "Небесной сотне", это расследование нужно только нам. 

— Уже обратились. Хотя абсолютно с вами согласен: слишком долго раскачиваемся. Времени же просто нет. Могу сказать только одно — запустить маховик всегда сложно. Но в расследованиях мы, наконец, сдвинулись с мертвой точки и теперь будем только набирать обороты. 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 24
  • Иван Петренко Иван Петренко 22 липня, 22:20 ПОЧЕМУ ГРОЙСМАН НЕ ИСПОЛНЯЕТ ЗАКОНЫ? А ПРЕЗИДЕНТ ПОРОШЕНКО – МОЛЧИТ ! Владимир Гройсман неуклонно теряет свой рейтинг, который может упасть, как и у его предшественника – Яценюка, до нуля. Став премьером, Гройсман не исполняет законы, которые сам же подписывал, будучи спикером Рады. Так, Парламент 15 июля 2015 года принял Закон № 614-VIII, который защищает права пенсионеров-военнослужащих на перерасчет пенсий. Закон вступил в силу с 1 января 2016 года, согласно которому КМУ под руководством Яценюка ещё до конца 2015 года обязан был привести свои нормативно-правовые акты в соответствие с данным законом. Однако КАБМИН плевал на закон! Да и новый премьер Гройсман открыто демонстрирует беззаконие, безволие и непрофессионализм! Ведь уже СЕДЬМОЙ МЕСЯЦ 2016 года, уже ПРИ ГРОЙСМАНЕ, ЗАКОН О ПЕРЕРАСЧЕТЕ ВОЕННЫХ ПЕНСИЙ В УКРАИНЕ САБОТИРУЕТСЯ! А НАШ ГАРАНТ – ПЕТР ПОРОШЕНКО – МОЛЧИТ! ЭТО ЧТО, СГОВОР? ИЛИ согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №39, 19 октября-25 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно