МАЛЕНЬКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ В ВОЕНТОРГЕ

14 июня, 2002, 00:00 Распечатать Выпуск № 22, 14 июня-21 июня 2002г.
Отправить
Отправить

Долгожданное заседание Совета национальной безопасности и обороны Украины, посвященное укреплению позиций на рынках оружия, состоялось...

Долгожданное заседание Совета национальной безопасности и обороны Украины, посвященное укреплению позиций на рынках оружия, состоялось. Однако для ожидавших лишь подведения итогов информационной кампании против Украины некоторые решения Совбеза оказались неожиданными. В украинском оружейном бизнесе грядут перемены, причем для многих участников оружейной торговли эти решения вполне можно считать революционными. Украина будет торговать оружием по-новому. Если попытаться охарактеризовать будущую политику государства на мировом рынке вооружений одним емким выражением, то самым подходящим можно считать ленинский тезис: «Лучше меньше, да лучше». На практике он должен быть внедрен президентским указом в ближайшее время.

Еще одним интересным решением оказалось назначение на одну из ключевых должностей в оружейном бизнесе — генеральным директором госкомпании «Укрспецэкспорт» — экс-вице-премьера и экс-министра обороны Валерия Шмарова.

Государство — спецэкспортерам: «Quod licet Jovi, non licet bovi»

Начать стоит с того, что количество спецэкспортеров в Украине будет существенно уменьшено. Пока неизвестно насколько, но люди, близкие к подготовке решений, говорят, что «в строй» поставят чуть ли не всех нынешних самостоятельных игроков рынка вооружений и военной техники.

Как отметил первый заместитель секретаря СНБОУ — председатель Комитета по политике военно-технического сотрудничества и экспортного контроля при Президенте Украины Леонид Рожен, есть примеры, «когда деятельность некоторых спецэкспортеров приводит к нанесению ущерба государству — экономического и политического. Когда некоторые из спецэкспортеров делают предложения о поставках через зарубежные посреднические фирмы, обходя национальных посредников. В частности, компанию «Укрспецэкспорт», которая уполномочена государством на эту деятельность. Это можно было заметить на фоне тендеров в Египте или в других государствах. Поэтому принято решение, чтобы не создавать дополнительных неблагоприятных условий в чувствительной сфере, ограничить количество спецэкспортеров».

Что касается сроков, то исполнение приговора для неблагонадежных представителей ОПК должно реализоваться до конца года. Скорее всего, технически это будет выглядеть пристойно. А именно, будет модернизировано историческое постановление правительства №838 (родившееся в 1998 г.), на основании которого предприятиям и были даны права самостоятельного оружейного экспорта. А вот изменения могут быть внесены таким образом, что новые «экзамены» на право торговли смогут сдать, в лучшем случае, одно-два предприятия.

В июле 1999 г., кроме самого «Укрспецэкспорта» и его дочерних фирм, право на экспорт и импорт продукции военного и специального назначения было предоставлено государственной акционерной холдинговой компании «Артем», запорожскому ОАО «Мотор-Січ», Киевскому государственному авиационному заводу «Авиант», госпредприятию «Научно-исследовательский институт радиолокационных систем «Квант-радиолокация», госпредприятию «Авиационный научно-технический комплекс им. Антонова», а также госпредприятию «Внешнеторговая фирма «Таско-экспорт». А еще право на экспорт услуг по авиаперевозкам товаров военного назначения предоставлено госпредприятию Минобороны «Украинская авиационная транспортная компания» (сегодня таких авиаперевозчиков пять).

Еще немного раньше — в июне 1999 г. — правительство приняло постановление, разрешающее 60 оборонным заводам участвовать в кооперационном производстве на территории СНГ и поставлять комплектующие военного и двойного назначения в Россию. Кстати, этот список ныне расширился до сотни предприятий, планируется добавить к нему еще десяток-полтора заводов. Поэтому есть все основания полагать, что такая форма ВТС сохранится и далее — она оказалась чрезвычайно выгодной как Украине, так и России.

С того времени лишь танковое лобби пробило себе самостоятельную дорогу на рынок. Несмотря на заявление Госслужбы экспортного контроля Украины о том, что продукция госпредприятия «Завод имени Малышева» по международной классификации относится к категории «особо опасных вооружений смертельного поражения» со значительным дестабилизирующим действием (этим и был мотивирован первоначальный отказ заводу), перед окончанием президентской предвыборной кампании предприятие все же получило права спецэкспортера.

Теперь же монополия примет более жесткие формы. О том, хорошо это или плохо, можно дискутировать. Например, донецкий холдинг «Топаз» (производитель «Кольчуги») начал заключать контракты как раз после лишения прав спецэкспортера, а вот на запорожской «Искре» (производитель радиолокационных станций) считают, что лишение прав спецэкспортера в целом негативно отразилось на внешнеэкономической деятельности. Если ранее доля украинских спецэкспортеров иногда приближалась к третьей части всего оружейного экспорта, то теперь практически все сделки будут заключаться через госкомпанию «Укрспецэкспорт» и ее дочерние предприятия. С другой стороны, имея госпосредника как единственного представителя державы на международном рынке вооружений, Украина получает возможность более жесткого государственного контроля не только за экспортом, но даже за переговорами. Возможно, в условиях резкого увеличения количества обвинений Украины в нелегальных поставках это решение логично. Даже если объемы самого экспорта будут меньше. Но есть тут и опасность: если нарушает международные правила американский Boeing, то нарушителем объявляют исключительно Boeing; а вот если какой-нибудь украинский субъект рынка что-нибудь нарушит, все шишки посыплются на государство Украину.

Может быть, поэтому систему оружейного экспорта решили усилить еще и новым правительственным органом с вице-премьером во главе — для «увязки» вопросов ВТС и ОПК. Пока неизвестно, будет ли это совершенно новый орган, или его создадут на базе существующего. Безусловно, такой шаг говорит о желании усилить контроль государства за экспортом оружия, и вряд ли это будет способствовать увеличению объемов экспорта оружия. Украина уже имела подобный орган ранее, но после его ликвидации представители оружейного бизнеса говорили, что такая схема значительно замедляла принятие решений. Кстати, именно по этой причине Госслужбу экспортного контроля снова сделали самостоятельным органом, выведя его из подчинения Минэкономики. Но с точки зрения организации тотального государственного контроля за деятельностью экспортеров оружия его появление вполне вписывается в общую схему нового ВТС. По словам Л.Рожена, новая структура может быть образована уже в сентябре этого года.

А тем временем Украина планирует и в 2002 г. увеличить объемы экспорта вооружений. При том, что в 2001 г. по сравнению с
2000 г. они возросли на 15%. «В этом году ожидается не меньше. Хотя возможен ряд ограничений. Это вызвано последствиями антитеррористической операции и необходимостью учитывать ситуацию, по которой ряд стран отнесен США к «оси зла». Также нужно учитывать наши евроатлантические стремления. Это тоже может повлечь определенные ограничения в экспорте. Речь идет не о запретах. А об учете интересов евроатлантического сообщества», — резюмировал Л.Рожен.

Наконец, на этой неделе глава державы определился с назначением руководителя главного оружейного посредника. Кресло пустовало с 6 марта, когда в автокатастрофе погиб гендиректор госкомпании Валерий Малев. Назначение на эту должность Валерия Шмарова продиктовано логикой, хотя для многих оказалось неожиданным. Ведь последние годы Валерий Николаевич выполнял в основном представительские функции, а его «непрохождение» в парламент некоторые даже расценили как окончание политической карьеры. Но, с другой стороны, логика просматривается в том, что В.Шмаров, вне всякого сомнения, опытный политик и весьма тонкий дипломат. Возможно, как раз из-за усердия в политической жизни он лишился своих прежних постов в правительстве. Наряду, конечно, с проблемой нахождения общего языка с генералитетом. Во-вторых, он хорошо знаком с кухней оружейного бизнеса, и именно ему приписывают одну из наиболее весомых ролей в подписании пакистанского танкового контракта на $640 млн. Наконец, важным фактором оказался тот факт, что В.Шмаров не отходил от вопросов оружейного бизнеса: практически ни одна выставка оружия не прошла без его участия. Он хорошо знает проблемы военного ведомства и возможности Украины по созданию высокотехнологического оружия. Правда, глава авиапрома ранее всегда выступал за наделение предприятий большими правами и расширение количества спецэкспортеров. Очевидно, в новых условиях ему придется искать золотую середину.

Валерия Шмарова трудно причислить к непосредственному президентскому окружению. Но при условии реализации вышеперечисленных мероприятий по укреплению государственной монополии оружейного бизнеса Президенту, может быть, уже и не нужно иметь во главе «Укрспецэкспорта» слишком близкого человека. А после многочисленных скандалов Леониду Кучме, возможно, хочется вообще быть подальше от непосредственных исполнителей.

Внешний вид «оборонки»: quo vadis?

Сегодня дела украинской «оборонки» пока еще идут неплохо: по информации Л.Рожена, 70% экспортированной в 2001 г. продукции было произведено на предприятиях национального ОПК. В сентябре-октябре запланировано провести заседание СНБОУ по вопросам реорганизации оборонно-промышленного комплекса — день завтрашний пугает не только саму «оборонку», но и руководство страны.

Несмотря на утвержденную в феврале этого года Концепцию структурной перестройки национального ОПК, реализовать ее будет весьма сложно. Дело в том, что судить о внешнем виде ОПК любого государства в современный период можно по уровню кооперации. Превращение же страны в технологический заповедник не только попахивает средневековым натуральным хозяйством, но и грозит неминуемым отставанием от мировых лидеров. Речь не об упомянутых заказах, например, российской «оборонки» украинским заводам. Там украинская продукция, порой составляющая весомую часть военной техники, лишь используется для комплектации. Исключением являются некоторые уже известные на мировом рынке предприятия, добившиеся права самостоятельных поставок третьему государству. Например, ГАКХ «Артем» напрямую поставляет некоторым азиатским державам авиационные ракеты, которыми комплектуются проданные этим государствам российские боевые самолеты. Но таких примеров очень мало.

Что же касается современных схем кооперации, предусматривающих совместные проектирование, разработку, производство и реализацию третьим странам продукции, Украина уже оказалась на обочине. Парадоксально, но даже Россия уже скептически смотрит на возможность создания транснациональных финансово-промышленных групп (о Европе вообще речи нет — туда Украину не допускают). Причина проста: в двух соседних государствах разные формы управления и собственности. В Украине — исключительно государственная, в России — все больше частная. Или, по меньшей мере, смешанная. К примеру, российская промышленная группа «Каскол» (крупная авиастроительная негосударственная структура) заинтересована в развитии сотрудничества с украинским авиастроением в вопросах производства и поставок авиационных компонентов, но при условии реструктуризации национальной авиапромышленности. Это предполагает либо взаиморазмещение акций предприятий, либо их куплю-продажу. По мнению российских бизнесменов, украинские субъекты авиастроения, в частности АНТК им. Антонова, имеют достаточные перспективы для конкуренции на мировом рынке авиакомпонентов, который ныне оценивают в $100 млрд. в год. «Государство не является эффективным собственником. Мы делаем деньги, а государство делает самолеты», — сказал автору представитель «Каскола», намекая на более чем тощий пакет заказов украинским авиастроителям. Но вопрос акционирования оборонных предприятий пока остается без ответа. И тем более без ответа вопрос приватизации.

Из проблемы формы собственности вытекает и вторая: «нестыковка» людей, которые занимаются бизнесом. Сегодня более чем часто на переговорах с западными партнерами украинские представители просто говорят на разных языках. На Западе давно пришли к выводу, что одни люди должны создавать технику, а другие — ее продавать. В каждой работе своя специфика, а объединение этих двух почти несовместимых функций серьезно вредит делу. Участники переговоров рассказывают курьезы, когда партнеры очень быстро заканчивали переговоры, узнав, что украинскую сторону представляет и генеральный конструктор, и генеральный менеджер в одном лице.

Поговаривают, именно с решением этой проблемы (конечно, не единственной) связано назначение министром промышленной политики Украины Анатолия Мялицы, генерального директора Харьковского государственного авиационного завода.

Одним словом, «оборонка» пока в тупике: ни существующая нормативно-правовая база, ни уже принятые политические решения не позволяют двигаться навстречу объединению усилий с иностранным капиталом, независимо от того, с какой стороны он мог бы влиться.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК