Битва за Европу. Битва за душу

25 мая, 22:00 Распечатать Выпуск №20, 26 мая-1 июня

Битва за Европу продолжается. Горячая и кровавая у нас. Холодная и циничная у них.

© Василий Артюшенко, ZN.UA

Когда мне предложили написать прогноз украинского и европейского развития на среднюю перспективу, в голову сразу пришла ехидная фраза Вуди Аллена о том, что "прогнозы делать сложно, особенно насчет будущего". 

Кажется, будущее просчитать невозможно — его возможно только угадать. На том, что кто-то когда-то что-то иногда угадывает, основывается целая мифология, почему-то особенно популярная в наших краях. Тут и там слышишь стопроцентные прогнозы и видишь готовность "выставить ящик коньяка", если случится не так. На самом деле никто не знает, что случится завтра — в этом величие, страх и надежда нашей жизни. Поэтому я не буду писать прогнозы, но напишу о том, чего больше всего хотел бы и чего боюсь. При этом ни первое, ни второе, наверное, не станет реальностью. Жизнь опять окажется умнее нас. 

Фридман и крах Европы

В 2009 г. директор американского института "Стратфор" Джордж Фридман выпустил книгу "Следующие 100 лет" — смелую, даже в чем-то нахальную попытку просчитать основные события XXI в. Включая, к примеру, "великую американо-мексиканскую войну", которую он, кажется, запланировал на 2080-е гг., и которую Соединенные Штаты, по его мнению, выиграют за счет преимущества в количестве… космических ракетоносцев. 

Так вот, в первой четверти нашего века он по годам запланировал крах Европы. До 2025 г. он видит кризис между Россией и Украиной и конфликт между Россией и ЕС ("битву за Балтию"). После чего в книге не упоминается ни ЕС, ни Россия, ни Украина. Фридман дает понять, что оснований для оптимизма не видит. Параллельно он выводит на политическую арену Европы (т.е. на руины ЕС) три сверхдержавы — Германию, Польшу и Турцию, которые и делят континент между собой на зоны влияния. Одним словом, планируется развал, война и возвращение к зонам влияния… Как говорят в таких случаях американцы, "окей, пусть это будет наш план Б". По-человечески все же трудно поверить в столь стремительное одичание европейцев и исчезновение идеи, которая успела впитаться в европейскую кровь. Хотя европейские бесы ведь никуда не делись. Их заклинатель сидит в Кремле и трубит сбор. Нынче их время брать свое. 

"План А"

Но хватит апокалипсических сценариев. "План А" (вероятный и желательный для нашего континента) — это продолжение европейского проекта, в нынешней форме либо какой-то другой. Единая Европа была беспрецедентным сдвигом исторической традиции. Преодолеть европейскую вражду, объединиться вокруг либеральных ценностей, прекратить войны, простить друг друга и попросить прощения, договориться о "европейской солидарности" — это (и многое другое) подняло ЕС до уровня наиболее благородной затеи, когда-либо произведенной на свет искусством политики.  Привлекательность проекта была в его прекраснодушии. Увы, конец проекта может быть в нем же. 

Великая европейская идея совпала по времени с периодом, который Линдон Джонсон по ту сторону Атлантики окрестил "временем великого общества". То есть общества 1950-х, 1960-х, а потом и 1970-х гг., которое сделало реальностью массовое благосостояние. Эпохи, когда дом, элегантное авто и достойный отпуск стали атрибутом почти каждой американской семьи. Единая Европа тоже была творением и воплощением "великого общества". Где-то начиная с 1970-х, благосостояние и европейский средний класс наконец-то сошлись в одной точке. Это обстоятельство дало европейцам веру в себя, динамику и драйв, с которыми они и встретили исторический
1991 г. и даже вписались в поворот эпох. Однако за этим поворотом элегантное европейское авто поджидал неэлегантный российский "Камаз". 

"Одиночество полукровки" или "гордыня неудачника"?

Россия, которую в 1990-х гг. списали как побежденного врага либо же видели как перспективного европейского партнера, не оказалась ни первым, ни последним. В том смысле, что партнером можно стать, только если хотеть стать партнером (увы, неспособная выйти за рамки мышления с нулевой суммой, Москва этого никогда по-настоящему не хотела). А также в том, что враг не является побежденным, а война завершенной, если он не считает себя побежденным и войну завершенной (в российском сознании противостояние с Западом никогда не завершалось). 

Холодная война продолжается — просто ведется она лишь одной стороной, "без шума и пыли", в то время как другая сторона не замечает этого либо предпочитает не замечать. Россия была и остается антитезисом европейского импульса "объединиться вокруг ценностей" и "простить и быть прощенным". Все ее мышление построено на культе исторического реванша и отрицании самоценности человека перед государством. В конце концов, ну кто такой отдельный человек перед "матушкой Россией"? 

В послеельцинские годы на поверхность всплыла идея евразийства. Сурков ее поэтически перепел на свой лад как "одиночество полукровки". Суть этой шаманской идеологии состоит в отрицании прогресса и утверждении собственного мистического пути, который связывает россиян с Кремлем, а Кремль — с Богом. Россия в толковании евразийцев может быть только такой и никакой иной. А если ее такой не будет на свете, то, пользуясь зловещими словами Путина, "зачем нам такой мир"? Так в российские головы была вложена идея, ради которой Путина, вероятно, и привели к власти: перемены по чужим лекалам — это зло, дайте нам власть — и мы дадим вам счастье. Так и возникла на востоке континента "альтернативная Европа с альтернативными ценностями". 

И вправду, Путин стал продавцом счастья. Ибо что такое кража Крыма, как не счастье триумфа над слабым? И что такое эти ежедневные пропагандистские шоу, как не коллективная радость от публичного избиения очередного недалекого "украинского политолога"? И что такое пропаганда, как не упоение своим умозрительным величием перед умозрительным убожеством других? Путин принес россиянам радость простых ответов на сложные вопросы. Кто виноват? — Америка! Почему мы великие? — Потому что мы огромные! Почему мы имеем право? —Потому что мы нация Достоевского! Унизительный для человеческого интеллекта угар стал государственной идеологией. 

Проклятый вопрос

На самом деле перед Россией, как и перед Украиной, стоит один и тот же вопрос: почему природа дала нам так много, а мы такие бедные? Вопреки исторической близости и внешней схожести, Россия и Украина дали диаметрально противоположные ответы. Украина избрала тяжелую, болезненную правду: во всем виноваты мы сами, и если хотим жить лучше, то должны измениться. С тех пор весь наш путь отмечен желанием измениться, отойти от своего греха, стать лучше (такими, как более успешные восточные европейцы). Трудный путь. Желание не всегда подкрепляется делами. Стать лучше пока не очень удается. У кого-то опустились руки. Вдобавок ко всему, Украина стала поперек горла многим в Европе, а для России и вовсе превратилась во врага номер один (см. последние соцопросы). И тем не менее по какой-то загадочной причине Украина как нация не сдается и стоит на своем: наш путь — здесь. 

Россия дала иной ответ. Гордый и радостный: виноваты другие. "Враг у ворот" хотел нас изменить. Но мы — это мы, и меняться нам не престало. Ну что ж, избрать приятную ложь вместо болезненной правды — это тоже позиция и сознательный моральный выбор. Советский Союз видел мир через призму "мы хорошие — они злые". Путинская Россия не такова. Она исповедует идеологию "они злые — так и мы будем злыми". В мире киселевых и соловьевых нет места добру, его сменил "прагматизм" — красивое слово, за которым кроется культ силы, отрицание морали и опьянение вседозволенностью. 

"Обитаемый остров" Владимира Путина

А еще эта духовная диета поражает своей адаптивностью. У них ведь в арсенале не только простые ответы. У них простые ответы для каждого свои. Для потребителей телевизионной жвачки — одни. Для пользователей Интернета — другие. Для стариков — одни. Для молодых — другие. Для России — одни. Для Европы — другие. Для Америки — третьи. К тому же, эпоха социальных сетей открыла двери в глобальный подвал человеческой души — и Россия проворно, радостно этим воспользовалась. Она в этом подвале хозяйка. 

Собственно, "русский мир" — это ведь не совсем и ложь, а скорее альтернативная реальность, в которой все логично взаимосвязано. И лишь одна вещь абсолютно извращена: никакого "врага у ворот" нет. Все, о чем Запад думал в последние десятилетия, — это как наладить мирное сосуществование с Россией в рамках Европы. Увы, мирное сосуществование было в ее глазах унизительным и не входило в ее планы. Ей мечталось о существовании Европы в рамках России. Ей нужен был "враг у ворот" — и она его слепила. По большому счету это классический сюжет братьев Стругацких. Здесь и "огненосные отцы" в Кремле, и "башни излучения" в виде пропаганды, и "выродки" в виде оппозиции. Перечитайте "Обитаемый остров"!

В эту реальность потихоньку, как сома на крючке, затаскивают Европу, отделяя ее от Америки и максимально используя нынешнюю специфику американской политики. Европе тоже предлагают простые ответы. Почему падает уровень социального комфорта? — Потому что новые члены ЕС жируют за наш счет! Почему мой сын не может найти работу? — Потому что понаехали беженцы! Почему в Украине война? — Потому что при власти фашисты! Почему санкции? — Потому что они выгодны американцам! И что характерно: это работает. Жвачка наполняет европейские умы, создает комфорт духовной сытости и главное — не заставляет идти на жертвы (это другие пусть на них идут!). 

Искушение диктатурой

Главный соблазн для Европы (да, в общем, и для Украины тоже) — это соблазн диктатуры. Диктатура — это тоже своего рода счастье, которое Путин успешно "продал" россиянам, а теперь пытается продать и европейцам. Счастье любви к вождю, чувство национальной гордости, триумф силы, эйфория единства. В то время как демократия — штука утомительная и тяжелая, необходимые реформы десятилетиями откладываются в ней на завтра, а стратегическое мышление за пределами электорального цикла почти невозможно. По статистике в некоторых странах ЕС до 60% были бы не прочь иметь "сильного лидера, не зависимого от выборов и парламента". Иными словами, если не называть диктатуру диктатурой, до 60% — за! Так что не удивляйтесь, когда слышите от европейцев: "вот нам бы своего Путина!" В Европе российским пропагандистам есть с кем и с чем работать.

По мере того, как Россия возникала в качестве альтернативной Европы, Европейский Союз превращался в единственную преграду для путинщины. Это хорошо видно по европейскому политическому ландшафту. Не все те, кто за Европейский Союз, — против Путина, но все, кто против Европейского Союза, — за Путина (британских брекзитеров, в большинстве своем не имеющих с ЕС идеологических разногласий, я в расчет не беру). Все аморальное, эгоистичное, равнодушное, что есть в Европе и европейцах, собирается под знаменами национализма и бросает Европейскому Союзу вызов. По нынешним временам выбор между ЕС и национализмом — это выбор между добром и злом, миром и путинщиной. Это, кстати, касается и Украины, у которой со своим собственным национализмом давняя и отдельная история. Но об этом в другой раз. 

Этика и патетика

"Европейская перспектива" может стать той нитью, которая выведет нас из лабиринта. Другой пока нет. Это с одной стороны. А с другой — в нашем случае скорее экономический успех будет ключом к интеграции, чем наоборот, как в случае с Польшей, Венгрией и другими новыми членами. Цель у нас, может, и та же, да маршрут другой. 

Несмотря на глубокие системные проблемы (демографические, духовные, политические), Украина готова к успеху в большей степени, чем мы склонны верить. И ключевой фактор здесь (кроме плодородной земли, благоприятного климата, развитой инфраструктуры, близости к Европе, образованного населения) — это то, что мы не делаем идола из наших грехов. Мы готовы учиться у других. Мы готовы работать в поте лица. Мы готовы начинать с нуля. Мы можем жить по правде. В наших людях — столько же таланта, сколько и света, и бескорыстия. Взять хотя бы наше волонтерское движение — какие высоты духа открылись в нем!

Все эти наши гневные разговоры в узком кругу, все эти наши депрессивные ток-шоу, все эти наши ежедневные вздохи, мол, "ох не тот у нас народ" — что это, как не коллективное покаяние на пути к общественному очищению? Украинцы хотят стать лучше до такой степени, что пошли на две революции на протяжении одного десятилетия. Где еще такое возможно?

Тот же Фейсбук существует на Западе, чтобы "постить фотки" и поздравлять друг друга с днем рождения, в России — для подогрева масс, а в Украине… А в Украине он существует для ежедневных, часто за гранью приличия баталий одних украинцев с другими на темы судеб Отечества. "Рвусь из сил и из всех сухожилий", — сказал бы Высоцкий. "Дух, що тіло рве до бою", — сказал бы Иван Франко. Эта энергия — великая вещь. Эх, направить бы ее на конструктив! Эх, почистить бы нашу страну с таким же рвением, с каким мы выставляем напоказ ее позор! Эх, доросла бы наша этика до нашей патетики!

Национальное покаяние vs национальное очищение

Наше национальное покаяние затянулось, а очищение задержалось. Что отнюдь не означает, что оно не состоится. Когда мы видим, что "верхи" и дальше живут по лжи, то и сами так живем. Но ведь и обратное возможно. Если кто-то наверху заражает народ беззаконием, то кто-то наверху может стать для народа и вдохновением. Если кто-то покажет пример жизни по правде и найдет правильные слова, — "низы" подхватят. Не сразу, но подхватят. Коррупция — вредная привычка, типа курения. Но порядочность тоже может стать привычкой. В последние годы порядочных людей во власти стало больше. Даже откровенно грешные люди пытаются быть лучше. Появляется то, чего не было, — культура честного служения государству. В условиях войны это нормальная человеческая реакция — чувствовать стыд, пытаться быть достойным своего народа, который делает так много для победы.

Прочие "вредные привычки", конечно, никуда не делись: непрофессионализм, нечестность, уныние, болезненная неспособность доверять другому человеку. Добро и зло борются в наших душах так же, как и в нашей политике. Один австриец когда-то говорил, что Украина напоминает ему подростка, которого в детстве обижали, и он с тех пор никому не верит. Наверное, это было неизбежно. После столетнего существования на грани бытия и небытия, после Голодомора, двух мировых войн, Чернобыля, Крыма, Донбасса — с Украиной нужно общаться, как с подростком, который прошел через страшное, и которому нужно помочь вернуться к нормальной жизни. Терпеливо, великодушно, а главное — без лжи и самовлюбленности. Все читали в детстве "Педагогическую поэму"?

"План Б"

А теперь насчет фридмановского тезиса о "развале Европы" и ее разделе между национальными государствами. Частично этот прогноз объясняется тем скепсисом, который некоторые американцы втихомолку испытывают, глядя на ЕС. Кто знает Америку, подтвердит: в восприятии многих (особенно консервативных) американцев проект ЕС имеет левацкий привкус. Многие американцы в глубине души не верят в его жизнеспособность. Однако те, кто знает ЕС, возразят: этот скепсис не оправдан, в Европе достаточно сильный внутренний стержень, чтобы справиться с внутренними проблемами. 

Вопрос в другом: хватит ли этого стержня, чтобы справиться с внешним оппонентом, который нашел слабые места Европы и готов расшатывать ее годами, пока она не упадет. В ближайшие годы Россия будет большим вызовом для Европы, чем кризис беженцев и возможные новые финансовые обвалы. Россия расшатывает и будет расшатывать самоуважение ЕС так же, как она расшатывает самоуважение Украины. Она потихоньку подминает и будет подминать под себя соседей ЕС. Фридмановская "битва за Балтию" — не такой уж фантастический сценарий. Однако главный приз и главный знак вопроса — не Балтия, а Украина. И здесь битва уже идет полным ходом. 

Путин искренне верит, что "мы один народ". В рамках этого логического конструкта украинская революция — это и революция российская. То есть это революция против него. Потому он давит и будет давить. Если додавит, то вместо второй Польши в Европе появится второе Гаити. На десятилетия вперед континент будет дестабилизирован. Подавляя Украину (а ее придется подавлять ежедневно), Россия еще более радикализируется, а ЕС окончательно превратится в "закрытый клуб". Закрытый и в смысле прекращения европейского расширения, и в смысле заката европейской идеи как трансформационного фактора, и в смысле необходимости постоянно быть начеку перед нестабильным, тяжелым, диким Востоком.

Регион перестанет быть пространством для роста демократии и превратится в пространство для роста диктатуры. Сумрачный сюжет братьев Стругацких перерастет в антиутопию сестер Вачовски. И вот здесь уже блюсти грань между холодной и горячей войной станет даже труднее, чем во времена Берлинской стены. Будем надеяться, что у Европы хватит мудрости просчитать этот сценарий и шаги, которые к нему ведут. Например, построение газопровода Нордстрим-2. 

Вместо постскриптума

ЕС — это не просто политический проект, а скорее знаковый эксперимент для всего человечества, которое именно в этой точке пространства и времени научилось преодолевать нескончаемую череду ненависти и войн. ЕС достиг невозможного: сделал ценности более важными, чем границы, поднял политику над национальным эгоизмом. Однако, как уже было сказано, именно прекраснодушие этого проекта может стать для него роковым. Ибо противостоит ему сила невеликодушная, мстительная, не мыслящая категориями симбиоза. Эта сила сформировалась как европейская альтернатива и даже стала привлекательной для части европейцев. Ее цель — новый раздел Европы, установление права силы вместо силы права.

Готова ли Единая Европа называть вещи своими именами и защищаться? Кажется, не совсем. Перекраивание границ, вмешательство в выборы, отравления, пропаганда — Россия раз за разом нащупывает, что бы такое еще она могла себе учудить. Разжигает помалу огонь под конфоркой, рассчитывая, что ЕС "сварится", сам того не заметив. Было бы жаль, если бы благородный европейский порыв завершился так бесславно. Для Украины это было бы совсем плохо. Однако и для ЕС прорыв Путина в Украину был бы знаком выхолащивания европейского проекта. 

ЕС по праву считает себя механизмом позитивной трансформации политического пространства, призванным превращать врагов в друзей. Он по природе своей не ищет ни врагов, ни рецептов сосуществования с врагами. В этом была его сила. Сейчас это может быть слабость. Ибо Россия, похоже, твердо настроена на длительное противостояние.

Дилемма Украины — та же, что и у Европейского Союза, но более острая: как уживаться с соседом-параноиком, избегая вечной войны? От чего можно отказаться ради мира, а от чего нельзя отказываться ни при каких обстоятельствах? Короче говоря: как жить с Россией? Это — украинский и европейский вопрос, на который нет выигрышных ответов. Наш "выбор Софи". Любой честный ответ подразумевает политическую Голгофу, любой нечестный — скорее всего, победу России, а отсутствие ответа будет означать, что Украина и дальше будет терять на этой войне своих лучших людей, а Европа — свой драйв и авторитет. Так что в конечном итоге это дилемма даже не политического расчета, а моральная, этическая. 

Битва за Европу продолжается. Горячая и кровавая у нас. Холодная и циничная у них. Кто-то должен победить. Вряд ли будет ничья. 

Данный текст войдет в сборник политических эссе "Новая Европа", запланированный Центром "Новая Европа" и "Видавництвом Старого Лева" на осень этого года. 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 5
  • Саша Рузенков Саша Рузенков 26 травня, 09:20 По поводу Украины. Мы оказались фактически зажаты между ЕС и Россией. И если с росией все понятно, ВРАГ и отторжение на десятилетия вперед, то с ЕС все очень аморфно. На сегодня перед ЕС стоит выбор: Украина с неразвитым рынком и мизерными по есовским меркам объемами торговли или российские углеводороды в обмен на европейскую высокотехнологичную продукцию. И в этой раскладке Украины не ПРИОРИТЕТ! Да санкции вводят, но очень медленно да и продлять не спешат. А вот строить северный поток 2 очень спешат! Вывод для Украины только один, спасение утопающих, дело рук самих утопающих! К сожалению, глядя на наше сегодняшнее руководство, не брезгующее наживаться на оборонном заказе и ворующее из бюджета понимаешь, что со времен януковича изменилось НЕМНОГОЕ. А коррупция это прямой путь к поражению. И европа в случае потери Украины НЕ РАССТРОИТСЯ, невелика потеря. Единственным проигравшими будем мы, украинский народ, потому что нам потом жить в ярме и дерьме... согласен 5 не согласен 6 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться Жан Ковальчук Жан Ковальчук 27 травня, 06:52 Про зажатость мне непонятно. Нам жизненно важно сосуществовать и с теми и с другими. согласен 2 не согласен 0 Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно