Загадка Роксоланы

22 августа, 2013, 17:00 Распечатать Выпуск №30, 22 августа-30 августа

Проникнуть в тайну двух влюбленных сердец не дано никому. Можно только найти документы, которые помогли бы хоть приблизиться к разгадке одного из самых удивительных романов эпохи, имевшего неопровержимое влияние на развитие событий в тогдашнем мире и в дальнейшем.

Турецкий сериал "Величественное столетие. Роксолана" в этом году изрядно повлиял на ежевечернее расписание большинства украинских женщин. Ведь главная героиня — украинка. И, многие убеждены, что только наша женщина ("из-за своего украинского характера, силы воли, присущих украинским женщинам", — писал по этому поводу выдающийся украинский ученый-полиглот, историк и востоковед Агатангел Крымский) способна стать реальной героиней такой фантастической истории — и куда там сказочной Золушке. 

Хотя экранные перипетии, несмотря на серьезность титров, гласящих об исторической основе сценария, — это далеко не настоящая биография знаменитой украинки, известной в Турции как Хюррем ("смеющаяся", "веселая, радостная" — так нарекли в гареме смешливую полонянку), а в Европе как Роксолана, то есть русинка, родом с Руси; это не собственное имя, а национальность. Роксоланами, по латинскому определению, называли тогда европейцы народ на территории нынешней Украины; а поскольку первые сообщения об украинке в османском дворце дошли до нас из европейских источников, то это название утвердилось в отечественной исторической и литературной традиции как ее имя. И, возможно, секрет популярности сериала еще и в том, что кроется в нем для украинцев значительно больше, чем буквальная иллюстрация всегда увлекательного процесса "из грязи — в князи".

Пленница с Дикого поля

История — неисчерпаемый источник для художников. С такой же историей, как у Турции, бывшей более шести веков, с 1299 по 1922 г., метрополией Османской империи, сюжетов хватит не на один Голливуд. Но история любви султана Сулеймана и Роксоланы особая. Самый долговечный — 46 лет на троне! — османский правитель, прозванный в Европе Великим и Великолепным, а в турецкой истории — Кануни, то есть Законодатель, не просто влюбился в украинскую пленницу, но и вступил с ней в законный брак и жил в моногамном супружестве почти 40 лет. Более того — распустил свой гарем! 

Это было неслыханным для магометанина, а уж для властителя мощнейшей к тому времени империи, где "солнце всходит и заходит", — и подавно. Ведь законы шариата разрешали правоверному мусульманину иметь четырех законных жен, а наложниц — сколько сможет содержать. А религия, традиции, обычаи, окружение, давящие на каждого, будь он трижды падишахом, беспощадными тисками? Наконец, генетическая склонность мужчин к полигамии? И все это, освященное веками, перечеркивает одна-единственная женщина?! 

"Для его величества султана это такая любимая жена, что, рассказывают, с того момента, как он ее узнал, отныне он уже не хотел знать никакую другую женщину; подобного не делал никто из его предшественников, поскольку у турок есть обычай менять женщин", — докладывал сенату Венецианской республики в 1554 г., когда Роксолане было уже почти 50 лет, посол в Стамбуле Доменико Тревизано. Как будто подтверждал отчет своего предшественника Бернардо Наваджеро: "Его величество настолько любит жену, что никогда еще не было в оттоманском дворце другой женщины, имевшей бы большую власть. Говорят, что она приятна, скромна и очень хорошо знает характер великого властителя". 

По мнению дипломатов, Роксолана не была красавицей. "Молода, но не красавица", — пересказывал сказанное о ней еще в 1526 г. венецианский посол Пьетро Брагадин — только, добавлял, у нее грациозная, элегантно-небольшая фигура. Хотя как она тогда попала в султанский гарем? Может, как рукодельница? Или смуглые татары увидели что-то экзотическое в златовласой пленнице? Чем, действительно, могла взять султана дочь приходского священника с Украины Настя Лисовская — будущая султанша Хюррем?

Исследователи до сих пор спорят, как и когда Роксолана попала в султанский гарем. Вероятнее всего — через татарский плен. Доказано, что она родилась в 1505-м или 1506 г. — поскольку в документах о браке с Сулейманом указано, что она моложе его на 11 лет (а султан родился в ноябре 1494-го). Из турецких архивных источников очевидно, что осенью 1520 г. Роксолана уже была в султанском гареме — а до того будто бы училась в специальной школе для наложниц. Иначе где бы она овладела игрой на музыкальных инструментах или танцами, чем, в соответствии с одной из легенд, и пленила молодого Сулеймана? А если пленила песней, как гласит другая легенда, то не удивительно: украинский климат издавна создавал необыкновенные голоса. 

Впрочем, есть версия о королевском происхождении Роксоланы — поскольку в письмах ее и Сулеймана к польскому королю Сигизмунду (Жигмонту) ІІ Августу встречаются определения "брат" и "сестра": якобы она была внебрачной дочкой короля Сигизмунда І Старого, и Сулейман был уверен в этом. Но, если бы это соответствовало действительности, то такие почетные и важные для тогдашней Польши родственные связи должны были бы отразиться в польских хрониках.

Султанский биограф приписывает все случаю: как-то скучающий Сулейман прохаживался среди гаремных красавиц и наткнулся неожиданно не на пугливый или страстный, как обычно, а на шаловливо-дерзкий взгляд глаз на "нежном и милом" лице. "Влюбился с первого взгляда" — и накинул на девичьи плечи платок: знак, что выбрал ее на эту ночь. 

Обычно наложница, которую приводили к султану вечером, еще до того, как он засыпал, возвращалась в гарем. Хюррем осталась у Сулеймана до утра. Трудно представить, что 14-летняя поповна чем-то уж таким в постели могла поразить пресыщенного женским угождением 25-летнего султана, вступившего впервые в брак еще в 16 лет. Поэтому историки, а особенно писатели, ищут другую причину такого внимания — хотя и страстная влюбленность этой пары никогда ни у кого не вызвала сомнений. Но все сходятся на том, что умный, образованный, "искренне-человечный" Сулейман, наконец, нашел женщину, во всем его понимавшую. Более того — могла спорить, умело подсказать и направить, а еще очень важно — утешить. Ведь всемогущий султан был натурой романтической, писал стихи под псевдонимом Мухибби (это — то ли прирожденные способности, то ли обязательное в обучении наследников трона, поскольку и предшественники Сулеймана также писали стихи) — о тщетности жизни, богатства и славы. Таким образом, он был предрасположен к меланхолии (кое-кто из современных ему историков изображал властителя трети мира крайне хмурым и нелюдимым), а то и к депрессии — и кто же мог придать ему оптимизма, как не "Та, смееющаяся"?

Впрочем, нет, не все признают за дочерью священника право сравняться умом с самим султаном. Член польского посольства в Стамбуле в 1621–1622 гг. Самуил Твардовский не верил услышанному от турок, будто любимая жена самого знаменитого из султанов, "что ее Сулейман королевской сестрой называет, — подлого попа из Рогатина дочь!" ("подлого" — это не о характере, а о низком происхождении — как "подлый раб" или "подлый холоп"). Как же, дескать, великий султан "позволил водить себя за нос" "убогой девушке"? Хотя женами османских султанов и матерями их потомков чаще всего были невольницы: они умели писать и читать, но системного образования не имели. А у умного батюшки в Украине ХVІ в., обязанного по сану быть образованным, а не пропойцей, каким почему-то — несомненно, в угоду господствующему в СССР воинствующему атеизму — изобразил его в написанном в 1980 г. романе "Роксолана" советский украинский писатель Павло Загребельный, — дети, кроме Священного писания и арифметики, вполне могли знать латынь, древнегреческий и церковнославянский языки. И, само собой, родной украинский и польский — поскольку значительная часть Украины принадлежала тогда к Польскому королевству. Во всяком случае, известно, что Роксолана владела пятью европейскими языками (читала Гомера в оригинале) и уже в Турции выучила три восточных — турецкий, арабский и фарси (персидский). 

Российский историк И.Голенищев-Кутузов отмечал: "В ХVІ в. с кафедр Кракова и Болоньи, Падуи и Вены выходцы из украинских степей комментировали латинских поэтов", а "гуманисты украинского происхождения, называвшие себя русичами, развивали деятельность в Польше и на Западе, положили камни в фундамент замечательного строения польского Возрождения". В польских, немецких, итальянских университетах было много студентов из Руси. В первой половине ХVІ в. европейская знать зачитывалась переведенными на "живые" языки произведениями одного из популярнейший европейских писателей — украинца Станислава Ориховского, писавшего на латыни. 

Где-то же эти украинцы учились, прежде чем попасть в европейские университеты. С чего-то же брала начало грамотность народа, которую с огромным удивлением отмечал через столетие путешественник П.Алеппский, дважды, в 1654-м и 1656 г., пересекший Украину, путешествуя от Дамаска до Московии: "По всей земле русов, т.е. казаков, все они, за исключением немногих, и даже большинство их жен и дочерей, умеют читать. И дети, которых больше, чем травы, все умеют читать, даже сироты". Так что не должна удивлять и образованность поповны Насти Лисовской. Однако роксоланам, никогда не переводившимся в Украине, всегда не хватало здесь сулейманов — своих, патриотичных, волевых и мудрых. Может, именно потому, что такие черты больше присущи украинским женщинам — и женский архетип, по утверждению ученых, доминантный в национальном характере украинцев, диктует и наш исторический путь, то есть постоянное стремление не быть самим, а прислониться к чьему-то надежному плечу? Хотя тысячелетняя реальность, как серная кислота, должна была бы уже полностью растворить эту вредную и разрушительную для нашей государственности иллюзию — поскольку вместо того натыкаемся все время то на чужой кулак, то на жадную липкую ладонь. 

Украинка на троне

Украинское женское начало настолько могущественно, что не мелеет и не истощается, оказываясь даже за пределами родной земли.

И Роксолана — яркая иллюстрация этого тезиса. Ее огромное влияние на Сулеймана признавали все вокруг. Окружение и человеческая молва искали потусторонние объяснения этого феномена. Таким образом и в турецком фольклоре, и в серьезных исследованиях вроде многотомной "Истории Оттоманской империи" австрийского востоковеда И. фон Гаммера-Парштагля, и в мировой литературе, да и в современном турецком телесериале также Хюррем-султан — змея подколодная. Не простили ей турки безграничную любовь Сулеймана, убежденные, что только колдовскими приворотами и волшебным зельем удерживала она беспримерную многолетнюю верность самого величественного султана, тем временем интригуя и уничтожая отпору трона — великого визиря Ибрагима и будущего падишаха Мустафу — ради утверждения у власти себя и своих детей. Хотя не было дыма без огня, и султан имел серьезные основания устранить вчерашних любимцев — а с этим тогда не церемонились. 

Да чего хотеть от турок в ХVІ в., если в конце цивилизованного ХХ века "самый прогрессивный в мире советский народ" так же враждебно относился к умной, красивой и элегантной украинке Раисе Титаренко, чувств к которой тоже не скрывал ее муж Михаил Горбачев, руководитель крупнейшей в то время империи мира — СССР. Или, может, современный украинский народ не сплетничает (а многие и ненавидят) о тоже грациозной и элегантно-невысокой Юльке — Юлии Тимошенко, о которой автор романа "Роксолана" П.Загребельный сказал, что она умом и характером похожа на героиню его произведения?!

Не случайно турецкий сериал называется "Величественное столетие". Сулейман модернизировал гигантское государство, выстроив целостную административно-управленческую систему, упорядочил законодательство, внедрил финансовую и военную реформы. Поддерживал поэтов, художников, архитекторов, мореплавателей, картографов, ученых. Вел бескомпромиссную борьбу со взяточничеством, сурово наказывал чиновников за злоупотребления. Как писал Георг Вебер в "Общей истории", "завоевал благосклонность народа добрыми делами, строил школы, но был безжалостный тиран; ни родство, ни заслуги не спасали от его подозрительности и жестокости".

Зато эти черты помогли удержать власть. И передать Селиму ІІ, их с Роксоланой сыну, империю в зените расцвета. Как это часто случается, к сожалению, наследником стал не лучший из потомков. Селим любил веселую жизнь. Но, хотя его и называли Мест (Пьяница), — государство не запустил, а даже увеличил его территорию. Что не помешало множеству исследователей и устоявшемуся в турецком обществе общественному мнению обвинять Роксолану в упадке Оттоманской Порты ("приходившей в упадок" после нее еще более
350 лет) и во внесении в династию Османов "гена алкоголизма". Это обвинение, часто становящееся под пером некоторых украинских "популяризаторов" фигуры Роксоланы похвалой, — разрушила же вражескую империю! — вообще смешное. Особенно если вспомнить предшественников Сулеймана, среди которых хватало разномастных извращенцев и жестоких тиранов — как, впрочем, и среди преемников. Ведь не сегодня сказано: власть развращает; абсолютная власть развращает абсолютно. 

На самом деле Хюррем-султан наверняка была вдохновителем или даже организатором многих побед Сулеймана. Прежде всего — в продвижении империи к цивилизации, просвещению, к светскому государству. Строительство целых, говоря современным языком, социально-бытовых комплексов — школ и больниц, приютов для убогих и дешевых отелей для богомольцев, водопроводов и мечетей — не только в столице, на месте бывшего невольничьего рынка в том числе, но и в других городах — Иерусалиме, Мекке, Медине, Эдирне — было только одним из проявлений ее активной натуры. Заслуги султаны в создании нового архитектурного лица Стамбула можно увидеть и сегодня. Разносторонность, прогрессивность взглядов и поступков Роксоланы поражают. Чего стоит создание ею женского фонда, известного своей благотворительностью, — это 500 лет назад! Не исключено, что и в сфере, увековечившей в основном и Сулеймана, — законодательной — она оставила свой след. Ведь закон стал в защиту прав женщин. Да и, собственно, всей своей жизнью Роксолана заслужила особую признательность прекрасной половины человечества.

Хотя мы знаем: она просто перенесла в султанский двор обычаи родного народа, где всегда было фактическое равенство между полами, даже больше — внешне мужская власть в Украине на самом деле была женской, поскольку голова всегда поворачивается туда, куда хочет шея.

Хюррем-султан — единственная из жен 36 османских султанов — похоронена в специально построенном для нее мавзолее.

Этот мавзолей — окаменелое сердце Сулеймана — хранит память о его любимой Хасеки, которую он и после ее смерти 15 апреля 1558 г. не забыл и не предал. 

Дома

А украинцам всегда хотелось, чтобы Роксолана не предала родную землю. Как героиня народной думы поповна Маруся Богуславка. Ее прообразом известный украинский историк Дмитрий Яворницкий считал Роксолану, освободившую из турецкой неволи семьсот казаков. 

Но о Роксолане чего только не говорят, и как только ее не обзывают. Даже Загребельный сказал как-то, что она лишь отстаивала себя как личность, а о родном крае не заботилась: и ссылался на данные Грушевского, будто во времена ее триумфа татары — вассалы Порты — 38 раз, фактически ежегодно, нападали на Русь-Украину.

Публикации о Роксолане переполнены непроверенными утверждениями и мифами. Можно еще махнуть рукой на статьи из Интернета, где из одной в другую перекочевывает "громкий и раскатистый смех" Хюррем и всевозможные о ней байки. Но когда очевидная ерунда тиражируется харьковским издательством "Фоліо" в серии "Знамениті українці" — обидно. 

Ведь фигура Роксоланы не случайно так долго притягивает внимание. Невероятная сила воли, феноменальный характер этой женщины, которая в чужом и, собственно, враждебном к ней окружении, вместо того, чтобы подчиниться обстоятельствам, колоссальными личными усилиями меняла к лучшему не только свою судьбу, но и мир вокруг.

В том числе — жизнь в Украине. Участники научной конференции (1995 г.) в Рогатине привели другую, чем у Загребельного, историческую статистику. В ХVІ в. зафиксировано как минимум 69 нападений татар на украинские земли. Из них в первой четверти столетия — 23, после смерти Хюррем — 37. Во время ее замужества — с середины 20-х до середины 50-х — нападений было всего девять, причем, скорее всего, это были набеги наскоро, поскольку семь из них потерпели поражение. На протесты польского короля Сулейман отвечал, что набеги совершались "без ведома нашего цесарского", и грозил крымскому хану наказанием. По словам польского посла Зборовского на сейме 1538 г., "татары по приказу султана исправляются". Между Османской империей и Польским королевством, в которое входили украинские земли, в 1525 г. был заключен мирный договор, условия которого подтверждались в 1530-м и 1533 гг. Традиционными стали обмены посольствами и дружескими посланиями между польскими и турецкими монархами, обязательным тезисом которых было: "чтобы Украина оставалась в покое". За почти полвека пребывания на троне Сулеймана, вся военная мощь империи которого была направлена против христианского мира, он ни разу не направил своих завоевателей на Украину.

Именно в то время относительного пограничного покоя возникли первые оборонительные гарнизоны на Днепровских порогах, и князь Дмитрий Вишневецкий, вошедший в народный украинский эпос как казак Байда, в татарскую историческую память — как разбойник Деметраш, а в турецкие летописи — как "величайший враг блестящей Порты", заложил первую казацкую крепость на острове Байда (Малая Хортица). 

Ясное дело, хотелось бы иметь полную картину жизни нашей удивительной соотечественницы. Но в Украине чуть ли не единственным серьезным исследованием о ней до сих пор остается информация в изданной в 1924 г. "Історії Туреччини" А.Крымского. Почти спустя
100 лет добавились лишь некоторые уточнения к существующей базе данных. Не удивительно. В советские времена наша султанша отнюдь не вписывалась в параметры героев освободительной борьбы украинского народа. А нынешней Украине хватает беллетризованных выдуманных рассказов и нафантазированных альковных деталей — "пипл схавает", а история обойдется. Обходится же без героев, боровшихся совсем недавно, в середине ХХ в., за независимость Украины, еще и прилюдно срывает с них награды — так какое ей дело к тем, кто когда-то находил славу в чужой стороне?!

История всегда и везде была прерогативой государства — оно должно заниматься исторической наукой как неотъемлемой частью самого себя. Ведь для добросовестного изучения собственной истории нужен не спорадический энтузиазм одиночек, а системная работа целых институтов, а значит — четкая программа деятельности и финансирование. Невозможно правдивую историю Украины передрать из советских учебников. Следует годами добросовестно работать в архивах многих стран мира, с которыми Украина связана судьбой. А для этого исторические факультеты должны с первого курса отбирать способных к научным исследованиям и к изучению языков студентов и их, а не "своих", отправлять на стажировку в университеты за рубеж — с уже определенными темами будущих диссертаций. Только тогда мы получим настоящую историю и настоящих ученых — бесспорных авторитетов в той или иной теме для всей исторической науки. А пока что имеем лишь министра образования с научной степенью доктора исторических наук и вызывающе антиукраинским подходом к изучению истории Украины. Потому и не удивительно, что так мало знаем о себе. Что уж говорить о Роксолане?! А многие ли украинские историки знают турецкий язык? Или польский? У кого вообще есть время и деньги на серьезную научную работу — в стране, где научные степени покупают невежды при власти, а честные ученые, даже если найдут силы на исследования после безбожной учебной нагрузки, должны сами платить за публикации своих научных результатов? 

До сих пор неизвестно настоящее имя Хюррем-султан. Откуда взялись это имя и фамилия — Анастасия Лисовская? Сегодняшние исследователи считают, что они могли быть почерпнуты из народной традиции (на Буковине известна песня о девушке Насте, взятой в плен татарами  и ставшей султаншей) — или же созданы — украинской исторической и художественной литературой, писавшей о Роксолане, начиная с первой половины ХІХ в. Думаю, может быть и другая версия. Ведь существует гипотеза, что на древнейшем — на доске — портрете Роксоланы в белой чалме с красными полосками (хранится в экспозиции Львовского исторического музея и датируется ХVІ в.) на самом деле изображен "лисовчик" — воин из отряда польского полковника Лисовского, в котором носили такие вот оригинальные головные уборы. Глядя на портрет, поверить в это трудно, а вот представить постепенную трансформацию такого предположения в фамилию героини народных песен и пересказов Насти можно. Ведь, по всей вероятности, из народного творчества пошло — что поповна. Однако фамилии в то время носила только шляхта, а православный священник вряд ли мог к ней принадлежать. 

Неизвестно, и откуда Роксолана родом. Точно доказано только то, что с Руси. Упоминание С.Твардовского о Рогатине (сегодня райцентр Ивано-Франковской области) большинство историков, А.Крымский, в частности, и почти все писатели восприняли как истину — тем более что это, якобы достоверно, исследовал польский писатель Станислав Ржевуцкий. Но в современной Ржевуцкому исторической науке весьма скептически относились к его выводам, основывавшимся больше на фольклоре или просто желании любителей старины, чем на документальных доказательствах. 

Неизвестно, на чем основывался польский поэт Мауриций Гославский, указывая в своей поэме "Поділля" (1827 г.):

А отож та Роксолянка, 

Що трясла всім Сходом, 

Була наша подолянка

З Чемеровець родом.

Тем паче, что более поздние исследователи темы, в частности диаспоряне Ирена Кныш и Михаил Орлич, цитируют эту же строфу в другой версии: 

"Була наша попадянка 

 З Рогатина родом" — как куплет народной песни, распространенной в Ополье. 

Но ведь и у другого известного украинского историка и краеведа священника Михаила Орловского были какие-то основания — по его словам, "польские летописи и местные пересказы" — утверждать, что героиня его исторической повести "Роксолана, або Анастасія Лісовська"  (1880 г.) родом из Чемеровец на Подолье (нынешняя Хмельнитчина), где, как он говорит, на старинном православном кладбище возле церкви Бегства Богородицы в Египет, парохом которой был Настин отец Иван (в Рогатине его обычно называют Лукой, а чаще всего встречается в справочной литературе имя Гавриил), на левом берегу реки Жванчик похоронены ее родители. Правда, пишет Орловский, татары пленили Настуню около 1518 г. в городке Трембовль (ныне Теребовля Тернопольской области).

Сейчас во всех справочных источниках так и написано о месте рождения — или Рогатин, или Чемеровец. Вместо того, чтобы искать документальные доказательства, многие современные отечественные исследователи ищут компромиссы: дескать, родилась Настя в Чемеровцах, а потом ее отца перевели на службу в церковь Святого Духа в Рогатин. А то, что до Рогатина татары доходили несравненно реже, чем до Подолья, их не волнует. Собственно, и А.Крымский называет Роксолану "галичанско-подольской поповной из Рогатина", очевидно, считая Подольем "систему верхнего Днестровского течения". О большинстве авторов и говорить нечего: для них что Галичина, что Подолье — как говорят поляки, "вшистко едно". Различие понимают разве что исследователи, родившиеся возле, так сказать, возможного "места дислокации" рода Роксоланы.

Честно говоря, именно они больше всего и интересуются этой исторической личностью. И кто знает — может, местечковый патриотизм все же влияет на объективность исследования? Ведь Гославский и Орловский — подоляне, родившиеся неподалеку от Чемеровец. Хотя сейчас здесь почти нет их последователей, интересовавшихся бы личностью Роксоланы. Разве что безработный историк Владимир Летов и семья его ныне уже покойного друга, неутомимого энтузиаста-краеведа Михаила Кундиса, возглавлявшего почти 20 лет районный историко-краеведческий музей, изучавшего историю родного края и искавшего подтверждений того, что Роксолана именно отсюда. "Лисовских у нас полно", — сказал нам при встрече секретарь Чемеровецкого поселкового совета Юрий Ковальчук. И только пожимал плечами на все "почему?" — почему бы не инициировать исследования, не пригласить историков, не поставить памятник, не активизировать туризм? Нет денег. А нам показалось — потому что не было указаний свыше. В районной библиотеке вообще всем не до нас и не до Роксоланы, о которой напоминали лишь несколько книг на полке за стеклом, — там готовились к областному семинару. И в районную администрацию нечего было тыкаться: ее только что возглавил новый руководитель, гинеколог по образованию. Через несколько дней в вестибюле Хмельницкого областного совета выставили туристический стенд Чемеровецкой райгосадминистрации — без единого упоминания о Роксолане, зато с рекламой "Оболони", построившей в районе солодовый завод и угробившей этим все дороги, похожие теперь на татарские пути. Хорошая дорога в районе ведет только в Романовку — родину до недавнего времени заместителя главы администрации президента, а ныне нардепа от Партии регионов Станислава Скубашевского: благодаря ему несколько лет назад ее и проложили. И ни влиятельного земляка-регионала, ни президента "Оболони" Александра Слободяна, позиционировавшего себя украинским патриотом и меценатом на последних парламентских выборах в Хмельницком мажоритарном округе, явно не интересуют какие-то там исторические изыскания о какой-то там Роксолане. Как не интересуют и ученых расположенного за полсотни километров Каменец-Подольского национального университета с мощной научной исторической школой. Да и где что искать? Архив в Каменце сгорел, что уцелело — забрали в областной центр, а документы ХVІ в., по данным некоторых местных научных сотрудников, до сих пор лежат в запечатанных мешках султанской казны в Стамбуле, куда их в 1699 г. вывезли из Каменца турки после своего недолговечного господства на Подолье.

В общем, современные Чемеровцы и Хмельнитчина без сопротивления уступили право быть родиной Насти Лисовской Рогатину и Ивано-Франковщине. А впрочем, там не ждали милости ни от кого. Прикарпатские историки и краеведы Кись, Грабовецкий, Гаврилив, Воробец и другие активно писали о Роксолане, не столько, возможно, ища доказательств ее происхождения из Рогатина, как невольно приучая к этому общественное мнение. Доказательств, кстати, не хватает: по словам В.Грабовецкого, среди тысяч пересмотренных им галичских гродских книг и земских актов конца ХV — начала ХVІ вв. нет ни единого упоминания о роде Лисовских. А Воробец ссылается на воспоминания своей матери — о том, что "память" у краян о Роксолане вызвала опубликованная в
1930 г. повесть Осипа Назарука "Роксоляна", всколыхнувшая патриотичные чувства у прикарпатцев. А дотоле они и не догадывались о таком почтенном землячестве.

В 1989 г. студент архитектуры Юрий Курец, член общественно-культурного общества "Дзвін", инициировал сооружение в Рогатине памятника Роксоляне, как называют здесь, на Ополье, знаменитую украинку. Деньги собирали всем миром. Через десять лет созданная львовским мастером Романом Романовичем скульптура на высоком пьедестале была открыта на центральной площади города, тоже названной именем Роксоланы. Теперь здесь фотографируются влюбленные и туристы, добирающиеся чудом до Рогатина по разбитым вконец — и татарская конница не пройдет — дорогам. Таким образом рогатинцы "застолбили" за собой право называться земляками османской султанши.

Наталья Баглай, сотрудник Рогатинского художественно-краеведческого музея, где одну из четырех небольших комнат занимает посвященная Роксолане скромная экспозиция, без каких-либо сомнений утверждает: "Роксолана из Рогатина". На вопрос "Кто доказал?" после паузы отвечает: "Твардовский". Это нас не убеждает. И в приобретенной только что книжечке чикагского украинца Михаила Орлича, родом из близкого Стратина, считающегося здесь родиной матери Насти Лисовской — Александры, вдруг находим ссылку на работу американского исследователя Антони Бриджа "Сулейман Великолепный" (Нью-Йорк, 1983 г.). Если верить автору, создана она по дневнику самого Сулеймана, где о происхождении Хюррем Хасеки он пишет, что она из Рогатина, из семьи православного священника.

Что здесь скажешь? Надо читать дневник в оригинале. Ведь что у Орлича — настоящее, а что — выдуманное, знает только он сам. Разумеется, интересно узнать, что его бабушка Марунька Мельник знала не только множество песен и пересказов о Роксоляне, но и рассказывала, будто на свадьбу Насти и Сулеймана в 1534 г. (по другим данным, она состоялась в 1530 г.) ездила в сопровождении казацкой свиты и Настина мать. Среди множества подарков из Стамбула она вроде бы привезла серебряную гравюру султанши Хюррем, возле которой рогатинцы молились как около святой, благодаря за защиту родного края. И будто бы в честь свадьбы Сулейман отпустил всех невольников из Украины (вот вам и Маруся Богуславка). А Настина мама хорошо знала травы. И — внимание! — ее дочка розмарин-травой с Днестровских берегов лечила своего султана "от судорог", трясших его время от времени — но об этом никто, кроме жены, не знал. Ну, разве что и ее земляки, и певшие об этом, и пересказывавшие. 

Вот вам и приворотное зелье, и любовные чары... И кто знает, не в этом ли кроется загадка Роксоланы? Поскольку, если она была для Сулеймана не только любимой и другом, но и психологом, и терапевтом — то удивительно ли, что стала для великого падишаха дороже всех на свете?!

Впрочем, проникнуть в тайну двух влюбленных сердец не дано никому. Можно только найти документы, которые помогли бы хоть приблизиться к разгадке одного из самых удивительных романов эпохи, имевшего неопровержимое влияние на развитие событий в тогдашнем мире и в дальнейшем. И как бы ни трактовали эти события другие, мы должны были понять роль в них маленькой женщины с нашей земли. Хотя бы для того, чтобы изменить эту землю к лучшему. 

Поэтому, когда смотришь на портреты Роксоланы — коронованной императрицы трети мира, не можешь избавиться от назойливого вопроса: а как бы сложилась судьба Насти Лисовской, если бы она избежала татарского плена и осталась здесь, в Украине? Была бы рыжей и некрасивой? Или, в лучшем случае, стала бы мудрой матушкой и хорошо пела бы на клиросе в церкви? И на что сгодился бы здесь ее государственный ум, экономический прагматизм, архитектурное новаторство, обличенный в покорность очевидный феминизм? Впрочем, эти черты просто не раскрылись бы, невостребованные в вечно подневольном крае, среди народа, боящегося быть собой и не умеющего быть самим. 

Но мы должны знать о ней все — чтобы глубже познать себя, потенциальные возможности своего народа. Если, конечно, хотим изменить себя и свою страну. Если хотим перестать быть колонией, будучи нею на протяжении всей своей истории. Поскольку мы и сейчас в этом ярме. 22 года называем себя государством — а не удосужились даже создать свое кино. Наши рыцари и наши красавицы — Тарас Бульба, Юрий Володийовский, Настя Лисовская — становятся героями чужих фильмов и патриотами чужих государств. Мы можем гордиться, что они стали самыми лучшими там, куда забросила их судьба.
Но еще большие их успехи должны заставить нас создавать свое государство таким, которое способствовало бы самореализации граждан здесь, дома, для блага родного народа и родной земли. Что бы ни происходило сегодня, как бы ни разочаровывала нас действительность — мы должны это сделать. Если не хотим бесследно исчезнуть с лица земли.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 10
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно