Киевская Русь между унитарной и конфедеративной формами государственного устройства

10 июля, 2015, 00:00 Распечатать Выпуск №25, 10 июля-17 июля

Территориально Киевская Русь в значительной степени сформировалась в конце ІХ — начале Х вв. добровольным или насильственным объединением восточнославянских племен. Кульминационной точкой этого процесса стал захват князем Олегом (не позднее 882 г.) города легендарного князя Кия, расположенного на пересечении тогдашних важных торговых путей — водного пути "из варяг в греки" и сухопутного из Европы в страны Древнего Востока.

 

Территориально Киевская Русь в значительной степени сформировалась в конце ІХ — начале Х вв. добровольным или насильственным объединением восточнославянских племен. Кульминационной точкой этого процесса стал захват князем Олегом (не позднее 882 г.) города легендарного князя Кия, расположенного на пересечении тогдашних важных торговых путей — водного пути "из варяг в греки" и сухопутного из Европы в страны Древнего Востока.

Оценив стратегическое расположение поселения на приднепровских кручах, Олег решил: "Се буди мати городомъ Рускьімъ". В ряде городов Олег назначал посадников, т.е. непосредственно подчинил их себе; в других "седяху князья подъ Ольгомъ суще", которые платили Киеву дань, а с остальными князь воевал. Чтобы удержать власть, воинам с севера необходимо было заручиться поддержкой населения. Логичным здесь было бы заключение между Олегом и старейшинами Полянской земли договора, в котором обуславливались бы взаимоотношения между князем и киевлянами, а также предоставлялись полянам определенные преференции относительно других племен. В пользу такого предположения свидетельствует перечень в договоре Олега с Византией городов, которым греки должны давать "уклады" (контрибуцию). В главной тройке — полянские Киев и Переяслав и освобожденный Олегом от хазарской зависимости северский Чернигов; затем — Полоцк, Ростов, Любеч и другие города (в дальнейшем Киевская, Черниговская и Переяславская земли фигурировали в летописях как коренная Русь). 

При преемниках Олега — Игоре и Святославе — Киев расширил свое влияние на весь регион расселения восточных славян, образовав крупнейшее в тогдашней Европе государство. Его властители постепенно сосредоточили власть в Киеве: если в договоре Игоря с греками еще упоминаются местные князья, то в договоре Святослава — лишь великий князь и бояре. Отношения между отдельными землями и центром определялись в основном выплатой дани, общим участием в военных походах, в которых они имели свою долю добычи. Не менее важной была общая защита земель Руси от посягательств соседей, в частности кочевых племен. Такие отношения служили объединительным фактором. Нередко население подвластных Киеву земель восставало против центральной власти, в основном из-за грабительского сбора дани. Отмечались непокорностью соседи полян — древляне. 

Первые шаги в реформировании государственной сферы, консолидации племен принадлежат княгине Ольге. После жестокой расправы с восставшими против "князя-волка" Игоря древлянами, их землю Ольга подчинила непосредственно Киеву. Вместе с тем она осознала как потребность ограничить губительный для Руси произвол варяжской династии, так и необходимость трансформировать ее в славянскую. Вместо того, чтобы бесконтрольно собирать дань — "полюдье", Ольга установила фиксированные "дань и оброки", а также погосты — места сбора дани. Позже Ольга сделала еще один судьбоносный для будущей Руси шаг. Согласно хорошо мотивированной гипотезе российского историка ХІХ в. Д.Прозоровского, княгиня из варяжского дома пошла на династический союз с самым ожесточенным, но поверженным противником варяжского господства — древлянским князем Малом. Его дочь Малуша стала женой Святослава, а сын Добрыня (былинный Добрыня Никитич) — одним из воевод. Владимир Великий был внуком не только Игоря Рюриковича, но и Мала.

И после прихода его к власти в летописях исчезли какие-либо упоминания о конфронтации Киева с древлянами. Понимала княгиня и то, каким объединительным фактором для разрозненных восточнославянских племен, поклонявшимся разным богам, стало бы христианство. Важный в этом направлении шаг — возглавленное Ольгой посольство в Константинополь в 955 г. Поездка "архонтессы Руси" в столицу империи описана как в византийских письменных источниках, так и в "Повести временных лет". Однако информации о мотивах, которыми руководствовалась Ольга, отправляясь в довольно почтенном возрасте в нелегкую и опасную путь-дорогу, а также о ее последствиях, нет. По византийским источникам, в составе посольства были священник Григорий и племянник Ольги, имя которого не указано (это мог быть Святослав). Вполне вероятно, что Ольга надеялась ввести христианство с помощью Византии и установить между двумя государствами династические связи. Но переговоры успеха не имели.

За неимением информации невозможно сказать что-то конкретное о наследовании власти в тогдашней Киевской Руси. Летопись ничего не сообщает о братьях Олеге, Игоре, Святославе. Правил один князь, имевший, согласно летописи, заранее известного преемника: Олег — Игоря, Игорь — Святослава. Не зафиксирована и связанная с борьбой за власть междоусобица. В определенной степени тогдашнее государство можно назвать унитарным.

Первое сообщение о своего рода децентрализации власти есть в "Повести временных лет" под годом 970-м, когда Святослав, отправляясь после смерти Ольги в военный поход, посадил старшего сына Ярополка в Киеве, Олега — в Древлянской земле и по просьбе новгородцев дал им Владимира. Учитывая гипотезу Д.Прозоровского, эту сообщение в летописи можно рассматривать под несколько иным углом. При жизни Ольги у Святослава не было оснований делить земли Руси между малолетними сыновьями. Теперь в Киеве оставались две "группировки", между которыми тлела вражда, — варяжская воеводы Свенельда и славянская, возглавляемая Добрыней. Победа одной из них несла угрозу Святославу. В этой непростой ситуации он принял решение, достойное не только полководца, но и мудрого государственного мужа. Принимая во внимание сильное влияние варягов в Киеве, на время своего отсутствия князь назначил их представителя регентом при Ярополке. Вместе с тем он восстановил автономию древлян, послав к ним среднего сына Олега. Вероятно, назначение Олега было согласовано с Добрыней, а с древлянами заключен соответствующий договор, иначе Святослав не рисковал бы жизнью сына. Регентом при Олеге стал кто-то из древлянских бояр. Новгород — вторую по значению и самую отдаленную землю Руси — отдал Добрыне и Владимиру. Однако князь-воин погиб в 972 г. от рук печенегов, возвращаясь из неудачного похода на Византию. 

Со смертью Святослава исчез объединительный фактор, и земли получили возможность действовать по своему усмотрению, т.е. фактически образовалась конфедерация княжеств, в которых реальная власть оказалась в руках регентов. И впервые Русь охватили драматические события, связанные со сменой власти. В Киеве на видное место вышел Свенельд. Сначала он спровоцировал войну Ярополка с Олегом, во время которой последний погиб. Затем удар был направлен на Новгород, так что Владимиру и Добрыне пришлось бежать за море. Через три года они собрались с силами, вернулись в Новгород и впоследствии захватили Киев. 

За долгие годы (980–1015) единоличного правления Владимира формировалась качественно новая Русь. Великий князь провел реформы, направленные на укрепление обороноспособности русских земель, объединил их идеологически единой для всего государства религией — христианством, начал открывать школы. На удельных столах вместо местных князей сидели его сыновья, которые полностью зависели от великого князя. Русь переживала первую фазу своего золотого века, когда во главе целостного государства продолжительное время стоял выдающийся деятель. Но именно при Владимире возродилось полузависимое от Киева Полоцкое княжество, на много десятилетий ставшее очагом нестабильности. Уже в конце жизни князя дали о себе знать сепаратистские тенденции и в Новгороде — при поддержке местного боярства его старший сын Ярослав отказался платить Киеву дань в 2 тысячи гривен.

В летописи нет прямых указаний, кого великий князь видел своим преемником; можно только предположить, что это был Борис, и такой выбор устраивал не всех его сыновей. Поэтому после смерти Владимира Русь на четыре года погрузилась в междоусобицы, освещение которых в летописи содержит много нестыковок и белых пятен. Результат борьбы за власть — многочисленные человеческие и материальные потери, а также гибель четырех сынов киевского князя — Бориса, Глеба, Святослава и Святополка. А два главных претендента на киевский стол — Ярослав и Мстислав, поняв, что одного победителя не будет, договорились о разделе Руси по Днепру. Мстислав признал за Ярославом, как старшим, право на Киев. Фактически возникла своеобразная форма дуумвирата, за 10 лет существования которого князья жили в мире и согласии, согласованно действовали во внешнеполитических вопросах. Размежевание по Днепру было искусственным, и после смерти Мстислава Ярослав без каких-либо осложнений стал самодержцем Руси. 

Правление Ярослава Мудрого (1018–1054) ознаменовало продолжение золотого века Древней Руси. Отсутствие на протяжении длительного времени междоусобиц и набегов кочевников способствовало значительному экономическому и культурному подъему русских земель. С середины 30-х ХІ в. Киев пережил настоящий строительный бум. Величественные культовые сооружения украсили Новгород, Чернигов, Полоцк и другие города Руси. Наученный горьким опытом, старый князь на склоне лет думал, как сохранить стабильность в государстве, его единство. Умирая, он принял решение, предусматривавшее перемещение князей на старшем киевском и удельных столах. Киевом должен был владеть старший по возрасту, и, значит, каждый из сыновей Ярослава имел шанс законно стать великим князем после смерти предшественника. Вместе с тем удельные князья не засиживались на одном месте, что должно было предотвратить угрозу сепаратизма, побуждать всех их защищать Русь как общую вотчину.

Характерно, что основными столами Руси в завещании Ярослава стали те же, что упоминаются первыми в договоре Олега с греками, — Киев, Чернигов, Переяслав. Близкое их расположение друг от друга давало возможность оперативно решать неотложные проблемы, а частое общение позволяло избежать недоразумений. Фактически это была первая попытка поставить процесс смены власти в рамки закона. Начатая Ярославом форма устройства объединяла элементы унитарного государства, которое возглавлял великий князь, федерации (младший князь был хозяином в своем временном владении, границы которого были незыблемы) и триумвирата (важные вопросы решались совместно). Однако положенный в ее основу родовой принцип, примеряемый Ярославом к сыновьям, в долгосрочной перспективе имел ряд существенных недостатков и, в конце концов, стал одной из причин упадка государства. 

Сначала Ярославичи придерживались завещания отца. Каждый сидел в назначенном Ярославом уделе. Князья строили, а не разрушали, основывали или укрепляли города-крепости на рубежах Русской земли с Полем, сооружали храмы. Не вызвали у них споров перестановки на смоленском и владимирском удельных столах после смерти Вячеслава, а позже — Игоря. Ярославичи вместе ходили воевать с торками, укрощали полоцкого князя Всеслава…

Первая трещина в отношениях Ярославичей появилась в 1073 г. Средний брат Святослав, считая, что именно он достоин занять отчий стол, подговорил младшего Всеволода выступить против старшего Изяслава. Тут следует вспомнить характерное для тех времен (также не учтенное Ярославом) явление — появление князей-изгоев. Если один из сыновей великого князя умирал, его потомки автоматически теряли право на киевский стол, а, значит, круг претендентов ограничивался. Великий князь наделял их незначительными уделами или оставлял без земли. Многие из них бежали в Тьмутаракань (анклав, расположенный за Диким полем на берегах Азовского и Черного морей), и захватывали там княжеский стол. Они набирали дружину из местных племен и половцев и шли на Русь отстаивать свои права. В битвах погибли великий князь Изяслав, один из князей-изгоев Борис. Государство понесло тяжелые людские и материальные потери.

Бесперспективность и губительность междоусобиц понимали часть князей, в частности Владимир Мономах и его сын Мстислав. Они и стали инициаторами съезда князей в Любече в 1097 г., на котором узаконили за каждой стороной междоусобиц как вотчины земли, доставшиеся их предкам по завещанию Ярослава Мудрого. Решения съезда оказались половинчатыми, поскольку не решали проблему владения киевским столом, и поэтому лишь на какое-то время погасили разногласия между потомками Ярослава. Да и управление Русью целым родом Ярославичей не способствовало укреплению государства. Младшие князья были вассалами великого князя и должны были выполнять его волю. Вместе с тем все они были членами одного рода. Поэтому непокорность великому князю, которую следовало немедленно наказать, часто заканчивалась по-родственному целованием креста и не имела никаких последствий. Злоупотреблял своим положением и старший князь, раздавая удельные столы своим сыновьям в обход младших братьев. Добавив к этому еще властные амбиции части младших князей, получаем клубок разногласий... 

Такой порядок не мог устраивать князей, очутившихся на властной верхушке и стремившихся к стабильному положению. Зато он вполне удовлетворял большинство удельных князей, ибо обеспечивал их практически независимое от центра положение и в то же время оставлял надежду занять старший стол. С ними не мог не считаться великий князь. Попытки отдельных киевских князей стать единоличными правителями натыкались на решительное противодействие тех, чьи права ущемлялись. Возможно, поэтому после Владимира и Ярослава ни один из правителей Руси не стал реформатором. Даже такие выдающиеся деятели, как Владимир Мономах и его сын Мстислав. Единство Руси держалось только на их авторитете. У преемников уже не было ни такого авторитета, ни возможности его завоевать.

При отсутствии сильной руки к киевскому столу потянулись многочисленные претенденты, и Киевская летопись год за годом описывает беспрерывные междоусобицы. Русь постепенно распадалась на независимые княжества. Вместе с тем старшие князья этих земель не отказывались от своих прав на Киев. Особую активность проявлял суздальский князь Юрий Долгорукий. Его преемник Андрей Боголюбский завоевать киевский стол послал своего сына Мстислава. Захватив Киев в 1169 г., "…и грабили они два дня весь город — Подол, и Гору, и монастыри, и Софию, и Десятинную Богородицу. И не было помилования никому и ниоткуда: церкви горели, христиан убивали, а других вязали, жен уводили в плен… И взяли имущества множество, и церкви оголили от икон, и книг, и риз, и колокола с церквей поснимали...". Впервые стольный град Руси подвергся такому погрому, и впервые князь, захвативший его, поставил в нем наместника, а сам остался в вотчине. Политику Боголюбского продолжил его брат Всеволод, захвативший после его смерти владимирский стол. Киевская Русь постепенно попадала в зависимость от Всеволода, который сеял зерна недоверия между ее князьями, требовал свою долю в Русской земле, однако избегал прямого военного столкновения. За 37 лет его правления фактически произошел окончательный раздел наследства Ярослава Мудрого на две части, в которых уже проявлялись отличия в общественно-политическом устройстве. В конце жизни, как и Ярослав Мудрый, Всеволод поделил вотчину между сыновьями. То есть при передаче власти Владимиро-Суздальская земля пошла путем, который уже показал свою несостоятельность в Киевской Руси. Сразу после смерти Всеволода между его сыновьями вспыхнула междоусобица.

Враждующие князья иногда договаривались между собой, целовали крест, клялись друг другу в дружбе. Однако при первой же благоприятной возможности одна из сторон нарушала договоренности. Единственным исключением стало общее управление Русью старшими князьями враждующих сторон Святославом Всеволодовичем и Рюриком Ростиславичем, которые сумели стать над собственными амбициями во имя государства. К сожалению, правящая верхушка Киевской Руси оказалась неготовой воспринять форму правления, начатую Святославом и Рюриком, и общее великое княжение в Русской земле представителей двух враждующих "группировок" так и осталось исключением, нереализованной альтернативой. После смерти Святослава Всеволодовича борьба за обладание "золотокованным столом киевским" началась с новой силой.

Особенно неблагоприятными для Киевской Руси оказались времена, предшествовавшие появлению на ее восточных границах монголо-татар. С 1201-го по 1212-й на киевском столе 15 раз сменялись князья. Победители в соперничестве за стольный Киев понимали неуверенность своего положения. В любой момент их могли согнать со стола другие претенденты, и тогда властитель Киева мог вообще остаться без волости. По этим соображениям отдельные князья считали лучшим оставаться в своих вотчинах, а Киевом управляли их ставленники. Накануне взятия Киева монголо-татарами им управлял тысяцкий Даниила Галицкого Дмитрий, т.е. едва ли не впервые со времен Кия в основанном им граде вообще не было князя...

 
Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 1
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно