Горькая старость. Кормильцы или пансионаты?

10 июля, 2015, 00:00 Распечатать Выпуск №25, 10 июля-17 июля

В последние годы в Украине резко возрос спрос на проживание в домах престарелых. Часто пожилых людей привозят дети, у которых нет возможности ухаживать за ними, и нередко платят за их пребывание немалые деньги. Согласно действующему законодательству, месячное содержание родителей, у которых есть дети трудоспособного возраста, достигает 4 тыс. грн. 

 

Несколько лет назад Львов потрясла ужасная история. В одном из пригородных сел внуки посадили в машину 80-летнего деда, отвезли и оставили около Львовского гериатрического центра. Утром его обнаружили случайные прохожие — обмороженного, с двусторонним воспалением легких. У несчастного были запасная одежда, документы. По ним милиция и нашла родственников. Они объяснили свой поступок тем, что дед мешал им жить, и категорически отказались забирать его назад. 

Как рассказал директор Львовского гериатрического пансионата Михаил Сенкевич, в последние годы в Украине резко возрос спрос на проживание в домах престарелых. Часто пожилых людей привозят дети, у которых нет возможности ухаживать за ними, и нередко платят за их пребывание немалые деньги. Согласно действующему законодательству, месячное содержание родителей, у которых есть дети трудоспособного возраста, достигает 4 тыс. грн. 

Из дома меня никто не выгонял

83-летняя Юлия Романова, бывшая жительница Черновцов, живет в пансионате уже 15-й год. Почти половину своей жизни (38 лет) проработала на торговом флоте. После окончания педагогического училища вышла замуж и попала в Одессу. Вскоре ее муж трагически погиб, и тогда она сама подалась в плавание. Нет такой приморской страны, где бы она ни побывала.

"СССР в обмен на лояльность много помогал африканским государствам. Мы возили студентов, военных, туристов. Я работала на кухне, в ресторане. Там надо было иметь хорошее здоровье, но мне было нетрудно. Замуж больше не выходила. Предлагали, но мне было некогда — все время была в рейсах. Не раз говорила себе: еще немного и брошу. Но когда приходили в Одессу или Калининград, видела, как люди много работают и еле сводят концы с концами... А на корабле у меня все было, я ни о чем не думала". И так проработала еще четыре года после выхода на пенсию. Но наступил 1992-й, СССР перестал существовать, а вместе с ним уничтожили и Черноморский флот. Женщина поселилась во Львове — там жила ее родная сестра. 

"В пансионат я пришла, не зная, что это такое. Принесла директору трудовую книжку, а он заглянул в нее и сказал, что я могу мемуары писать. Переживала, возьмет ли меня. Взял. Говорит, идите в соцзащиту и проситесь к нам. Это было 15 лет назад. Если бы здесь мне было плохо, я так много не прожила бы, — говорит Юлия Романова. — Здесь у меня трехразовое питание, уход врачей, бытовое и культурное обслуживание. Единственное — не хватает денег на лекарства, но их нет не только у меня. А лекарства нынче ужасно дорогие. Из 1400 гривен моей пенсии забирают 75%, 25% дают на руки. Эти деньги идут на необходимое: порошок, мыло, лекарство. А ведь хочется купить еще и какие-то фрукты, сладости". 

70-летняя Анна из Борислава также сама решила переселиться в дом для престарелых. В ее квартире живет семья дочери, которая работает в Польше, где вместе с полячкой открыла продуктовый магазин. За детьми сейчас присматривает муж. В Украине он все равно столько не заработает. 

"Из дома меня никто не выгонял, — говорит Анна. — Даже просили остаться. Но я-то видела, что в доме уже не нужна. Когда была молодая, много работала, помогала детям. Но однажды почувствовала, что мешаю. Мне нужен уход, а у них нет времени. Подумала и решила поселиться в доме для престарелых. Здесь меня кормят, присматривают за мной. Сильно радуюсь, когда привозят ко мне внуков. Самому маленькому только два с половиной года, он такой милый". 

Но многих жителей пансионата, несмотря на то, что у них есть родственники, посещают редко. Отвезли и избавились. Едва ли не единственное, что привлекает, — четверть пенсии, которую выдают на руки. 

"Не поверите, — говорит Юлия Романова, — как только нам выдают эти несчастные гривни, тут же, как мухи на мед, слетаются родственники. "Кто вы такие, чтобы отбирать у них деньги?" — спрашиваю. — "Я — брат, а я — сват, а я — племянник или племянница...". Но когда этим беднягам нужны лекарства, родственники и знать не хотят. Более того, когда те умирают, хоронить их отказываются". 

Они — надоедливы 

"Ситуация с людьми преклонного возраста во всем мире практически одинакова. Зачастую они одиноки, ибо у них свои взгляды на жизнь, а у молодых — свои. Недоразумения приводят к конфликтам. В этой ситуации пожилые люди ищут возможность куда-нибудь деться, не хотят мешать молодым жить. Но в западных странах эти пансионаты лучше приспособлены для жизни пожилых людей, лучше финансируются государством. И к тому же там существует много благотворительных фондов. Чаще всего эти дома частные. Наш пансионат организовали в приспособленном для этого здании", — рассказывает Михаил Сенкевич. 

Сказать, что среди "пациентов" приюта одни святые, — нельзя. "Среди них много людей со сложными характерами, — говорит директор пансионата. — Может, у них карма такая, а может, есть какие-то другие причины. Много таких, что попали сюда именно из-за своего характера, неспособности ладить с другими людьми. Ведь добрым людям в селах односельчане всегда рады, будут ухаживать до последнего. Полсела будет смотреть за таким человеком и никуда его не отпустит. А есть такие люди, которых односельчане всем селом спровадят, ибо так достали, что дальше некуда". 

На таких сожителей жалуется и Анна: "Я им говорю "Добрый день!", а они в ответ: "Ну и что с того? Что тебе надо?". 

По ее словам, она приехала сюда, поскольку думала, что среди людей своего возраста встретит "коллег", с которыми сможет общаться, найдет сочувствие. А на самом деле здесь много черствых бездушных людей. "Они злые, ничего не хотят делать. Я, если бы могла, засадила бы все вокруг интерната цветами, а они часами сидят около телевизора и на лавочке. Немало и любителей выпить. Приходят, просят одолжить денег. На выпивку не дам, говорю, не надо вам это". 

В пансионате есть спортивный зал с тренажерами, бильярдный стол, библиотека. Но видно, что спортивными упражнениями здесь мало интересуются, а книги читают. Преимущественно классику и современные детективы. Женская половина любит концерты. Они здесь — еженедельно. И больше всего радуются, когда приезжает кто-то из родных. 

"Семьи, где люди жили в бедности, где было много детей, крайне редко сдают родителей в интернат. Чаще так делают зажиточные люди, которым, казалось бы, всего хватает. Еще участились случаи, когда в поисках работы дети выехали за границу, а родители остались сами". 

На прощание спрашиваю о мечтах, желании. "Мечтаю только о том, чтобы в нашей стране перестали воевать. Это ужас, когда гибнут совсем молодые. Больше всего хотим, чтобы в Украине, наконец, наступили мир и покой". 

Добро возвращается

Иван Михайлович Зеленчук, научный сотрудник общества "Гуцульщина":

"Недосмотренная старость — это наша боль и наш стыд. В Верховинском районе на месте бывшей больницы в селе Кривополье тоже обустроили интернат для престарелых людей. В старину одиноких пожилых людей в нашем краю не оставляли без присмотра. Когда в 1910—1912 гг. к нам приезжал Михаил Коцюбинский, он был неимоверно удивлен, что у нас существует традиция под названием "кормильцы". И даже собрал материал, чтобы написать об этом большую повесть. Сейчас эта рукопись хранится в его музее в Чернигове. Это должно было быть большое документально-художественное произведение. Коцюбинский был гениально прозорливым солнечным человеком. 

Что означает слово "кормилец"? Люди, у которых есть земля и хозяйство, под старость просят кого-нибудь прийти к ним жить за наследование земли, дома и всего имущества. Заключали договор, и таким образом человек, у которых не было детей или были другие проблемы, доживал свой век в своем доме. А когда умирал, все, что ему принадлежало, переходило к кормильцам. 

Эта традиция сохранилась на Гуцульщине и поныне, как ее ни вытравливали. Кормильцем быть нелегко. Ведь когда живешь со своими родителями — это одно, а когда ухаживаешь за чужими людьми — совершенно другое. Чаще всего кормильцем берут кого-то из дальних родственников, чтобы земля и имущество перешли в семью. Такова была традиция, а потом все поломали. До Первой мировой войны у нас все было гармонично отрегулировано, не было упадка усадеб. Теперь, когда ходишь по горам, видишь "хатыщи". Это место, где уже нет дома, или есть пустующий дом. Когда-то это было крайней редкостью, и для общины считалось огромной бедой. Чтобы из леса сделать поле, необходим был труд нескольких поколений. И считалось большим грехом, чтобы оно, не дай Бог, заросло лесом. В горах это происходит довольно быстро. 

Человек, который с годами приближается к Богу, становится добрым для всех, а тот, что отдаляется, превращается в лицо, описанное в сказках. К сожалению, не каждому дано приближаться к Богу. "Это у вас были одни кормильцы, но и вас оставили, а пришли другие. А если приходят третьи кормильцы, то здесь и подавно не о чем говорить...". В селе считалось, что доброго человека никто не бросит. 

Все познается в сравнении. Когда-то люди выживали, как могли, пенсию получали единицы. А теперь у нас нет ни одного человека, у которого не было бы пенсии, пусть даже социальной. А с пенсией можно выжить. На гуманитарке можно купить дешевую одежду, будет что носить. Беда — если у человека нет жилья. А если дети оставили родителей, — это их общая вина. 

Я бы объяснил это явление с философской точки зрения. У меня есть зять Иван Ребарук, фактически мой духовный отец. Так вот он рассказал, что во всех самых больших мировых религиях есть одно, что объединяет всех, — "закон жертвы". Что это означает? Если ты хочешь, чтобы твои дети за тобой ухаживали, то должен и сам принести им собственную жертву. Поэтому когда я воспитывал своих детей, жертвовал всем самым лучшим, что у меня было. И Бог так дает, что с возрастом дети также жертвуют всем, что у них есть, для своих родителей. Поскольку на глубинном уровне, в подсознании у них это записано. 

Но бывает по-разному. Как-то видел, женщина несла поросятам еду в ведрах. Меня она не видела. Ребенок, ее внук, такой, как солнышко, играл на ее пути. Тогда она... так толкнула ногой его в плечи, что ребенок перекатился через три ступеньки. "Что вы делаете?" — вскрикнул я. Она мне на это отвечает, что дети оставили ей внука, а сами уехали на заработки. А она уже не может ухаживать за ним. Не думаю, что когда этот ребенок вырастет, то подаст ей воды. Это ужасный пример. Но если кто-то не хочет ничем пожертвовать для внуков, то не сможет надеяться на что-то хорошее в старости. 

Как бывший физик, на первое место ставлю закон сохранения. И не только энергии. А этот закон говорит, что ничего из ничего не бывает. Если ты ничего не делаешь, ничего у тебя и не будет, а если делаешь какое-то добро, оно к тебе вернется. Чтобы не доживать в домах престарелых, с колыбели всю любовь, все, что у вас есть самое лучшее, отдавайте своим детям". 

 
Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно