В конце и в начале

5 января, 2013, 09:32 Распечатать

Посмотрим, какой будет логика политических событий следующего года, но уже теперь можно предвидеть: она не будет однолинейной. Здесь многое будет зависеть не от политиков, а от социума.

Юрий Шаповал

"Если невозможно, чтобы все люди были счастливы, нужно стремиться, чтобы несчастных было как можно меньше". Так когда-то оптимистически (а на самом деле вполне реалистически) высказался Жан-Жак Руссо. В конце високосного года Дракона и в начале года Черной Змеи почему-то припомнились мне эти слова.

Стало ли больше счастливых (т.е. меньше несчастных) людей в Украине за прошедший год? Или общество поняло, наконец, после Евро-2012 и парламентских выборов, как выразился бессмертный Михаил Горбачев, "кто есть ху" (на всякий случай поясняю:
ху — от английского who)? Кажется мне, что на оба вопроса можно дать преимущественно отри
цательный ответ, поскольку в год Дракона его никто не то чтобы не убил, а даже серьезно не трогал — некому было.

…Когда-то президент Франции и одновременно очень крутой генерал Шарль де Голль задекларировал: "Я уважаю только тех, кто мне оппонирует, но я не намерен терпеть их". Для генерала — сказано хорошо. Для президента — не очень. Де Голля уже давно нет на белом свете, а лозунг его победил в нынешней Украине. Здесь оппозицию не терпят и сделали в этом году все, чтобы ее не было. Но она обязательно будет! Неужели это так трудно понять?

Думаю, в году следующем будет и кое-что другое, признаки чего выразительно обозначились в этом году. Украина "кучмизируется": вопреки всем декларациям о "европейскости", в приличные европейские дома наших лидеров, похоже, приглашать не будут. А собственно, кого приглашать? Не буду здесь говорить о вещах материальных — пусть соответствующие эксперты это комментируют. Вспомню только о двух очевидных глупостях, ставших явью в этом году: языковой закон и последний случай того, что я называю политической филологией (или филологической политикой?), т.е. предложение запретить употреблять слова "кацап", "жид", "москаль" и "хохол".

Это не проблема уровня конкретного инициатора законопроекта. Это проблема политического класса в Украине. Класса, до конца преданного тем государственническим идеям и подходам, вроде бы задекларированным в 1991 г. Поэтому и возникают политические мутанты, идентичность которых просто невозможно постичь. Вчера они ходили в вышиванках и говорили на украинском. Сегодня они "понимают" только "общепонятный" и предостерегают от "украинских националистов".

Наше общество не научилось оказывать давление на власть. Оно не выработало механизмов контроля власти, и многие воспринимают ее как нечто сакральное. А с другой стороны, социология последних лет свидетельствует о тотальном недоверии людей к власти. Любая власть, приходящая под какими-либо лозунгами, в глазах общества сразу становится аморальной и беспринципной.

Собственно, такой она обычно и является. И эта зависимость процесса формирования элиты от самого общества, и наоборот — зависимость общества от элиты — не дает нам возможности из этого круга вырваться.

Но это не такая пессимистическая ситуация. Можно поучиться у других стран. Те, кто при власти, этого не делают, но ведь существуют выборы, и у людей есть реальные рычаги влияния — пойти на выборы, проголосовать и выбрать какие-то иные лица и других людей.

В этой ситуации уместно вернуться к выборам и голосованию. Представленный в этом году феномен "Свободы" — не случайность и не только результат соответствующих финансовых вливаний в этот политический проект. Мне пришлось дискутировать со многими моими знакомыми и друзьями, людьми интеллигентными и образованными. В определенной степени я был шокирован, когда они говорили, что будут голосовать именно за "Свободу". На некоторые контраргументы ответ был очень простой. И это не был вопрос "А за кого еще?". Мне популярно объясняли, что в стране, кроме "Свободы", нет силы, которая откровенно и однозначно отважилась бы эту самую страну (с ее экономикой, культурой, языком, историей) защищать. "Донецкие" этого делать не будут, они живут одним днем и здесь им ничего не дорого, поэтому голосовать следует за "Свободу".

Такой была логика моих друзей и знакомых. Посмотрим, какой будет логика политических событий следующего года, но уже теперь можно предвидеть: она не будет однолинейной. Здесь многое будет зависеть не от политиков, а от социума. Современный украинец — это существо амбивалентное, противоречивое. С одной стороны, он пользуется многими благами — свободой слова, передвижения, выбора товаров, возможностями каких-то услуг, ранее и не снившихся. А с другой стороны — это существо, которое все время жалуется и говорит: "Боже мой, как здесь плохо, жить в этой стране невозможно". То есть это индивид, не исповедующий оптимизм. Но главное не в этом, а в том, что это существо не вмешивается в то, что оно видит, не стремится изменить ситуацию. Самое главное, что в людях нет ощущения перспективы, динамики и оптимизма. Это самое худшее, что может происходить.

Может ли время изменить это? Надеюсь. Хотел бы, чтобы Змее хватило ума "подсказать" нам всем, как избавиться от комплексов, которых во все столетия у украинцев было достаточно. Как когда-то шутил писатель Василий Кожелянко, "мы страна, где все течет, но ничего не меняется". На самом деле уже изменилось, изменяется и будет изменяться.

Под Новый год принято дарить подарки. Вот и я подумал, а чтобы мне такое подарить нашим власть имущим (или имущим власть)? Решил подарить две цитаты. Первую дарю, разумеется, 4-му президенту Украины — это слова из предисловия Николая ІІ к учебнику истории для кадетских корпусов: "Россия — страна не земледельческая и не торговая, а военная. Ее призвание — быть грозой мира и собирать народы под своим крылом". Вторую цитату адресую новому-старому министру образования, науки и еще чего-то там. Это — слова известного российского историка Василия Ключевского: "История — не учительница, а надзирательница: она ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков".

Моя бы воля — прибил бы я обе цитаты на входной двери офисов упомянутых лиц. Но, боюсь, не дадут. Тем не менее, ничего страшного в этом не вижу. Все равно жизнь в следующем году надиктует упомянутым лицам приведенные слова, заставит с ними считаться. Вот увидите.

Ну и, наконец, очень хочется пожелать чего-то самому себе и всем таким же не аристократам, а посполитым. И здесь припомнилось мне, что именно в конце года, в декабре 1065-го, было основано знаменитое Вестминстерское аббатство. Оказавшись в Лондоне, я отметил, что эта достопримечательность несколько теряется на фоне своего младшего, но не менее знаменитого соседа — здания английского парламента, хотя, начиная с Вильгельма Завоевателя, почти все английские монархи короновались именно в Вестминстере.

Постепенно аббатство превратилось, в сущности, в мавзолей колоссальных масштабов. Под плитами здесь похоронено 3300 человек, а другим посвящено невероятное количество памятников. Здесь похоронены Сэмюэл Джонсон, Чарлз Диккенс, Редьярд Киплинґ, Томас Харди, Исаак Ньютон, Чарлз Дарвин и мн. др. Здесь, среди литераторов, похоронен и композитор Георг Гендель, большая часть жизни которого прошла при английском дворе.

А я разыскал необычную могилу, в которой лежит абсолютно необразованный человек по имени Томас Парр. В 1635 г., когда ему исполнилось 152 года, его привезли в Лондон из городка Шропшира. Он так объелся на приеме у короля, что по дороге домой умер. И тогда Карл ІІ приказал его похоронить в Вестминстере.

…Помянул я Парра стаканчиком виски его имени и подумал: "Подальше от королей. Подальше, чтобы не укорачивать себе жизнь". Так дай же нам, Бог, в следующем году жить собственным умом и не зависеть от тех, от кого зависеть опасно.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 8
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >