Рожденные сердцем

8 мая, 2016, 16:00 Распечатать

На Луганщине воздвигнуты новые народные памятники.

Семен ПЕРЦОВСКИЙ, заслуженный журналист Украины, секретарь Луганской региональной организации НСЖУ

Из окон нашего дома, крайнего в Северодонецке, видна вдалеке, за Северским Донцом, местная природная достопримечательность, которую воспел еще земляк-классик Владимир Сосюра:

"Ну як мені забуть далеку Білу Гору,

…де в ніч ясну, прозору

носився з вітром я скажено на коні?".

В детстве мы добирались сюда по абрикосы — лучшие в округе. А на самом рубеже веков мой добрый друг, северодонецкий протоиерей Георгий Дубовик освятил здесь целебный источник, выходящий из меловых недр. Ныне другой земляк, знакомый с молодости как физик и кибернетик, Сергей Камышан, ставший в новое время отцом Сергием, привечает тут паломников в новопостроенном храме в честь иконы Божьей матери "Призри на смирение". В общем, когда я увидел, как на ночной горе замерцали огни, сливающиеся в крест, то подумал: а не так ли и должно быть на святом месте?

Огни эти оказались рукотворными, но энергию им днем дает само солнце. Освещают же они действительно священное и вечное для всех нас — память и скорбь о павших освободителях родной земли.

Зажег необычные "свечи" сам народ. Не официальный, зато трогательный, берущий за душу памятник воздвигли, что называется, всем миром, а посвятили его тем, кто более 70 лет тому назад погиб в кровопролитных боях на этом пятачке земли у самого Донца.

"Бои местного значения"

Что происходило в нашем крае летом 1943-го? Красноармейцы, уже успевшие освободить Лисичанск, но вынужденные оставить его и отойти за Донец, рвались, наконец-то, вновь перейти от затянувшейся обороны в наступление.

Читаю сводку Совинформбюро за 20 июля 1943 г. (759 день войны и сутки самого кровопролитного боя на Белой горе): "На юге, в Донбассе… завязались бои местного характера, имеющие тенденцию перерасти в серьезные бои. Здесь наши войска форсировали реку Северский Донец и реку Миус, серьезно улучшив свои позиции". Это было началом Изюм-Барвенковской наступательной операции Юго-Западного фронта. Ставилась цель: сковать донбасскую группировку противника и не допустить переброску его войск в район Курской битвы.

Цель была достигнута. Однако 3-й гвардейской армии окончательно прорвать вражескую оборону тогда не удалось. В мемуарах фельдмаршала Эриха фон Манштейна "Утерянные победы" нашел пояснение тому: "После того, как операция "Цитадель" по приказу Гитлера 17 июля была окончательно прекращена также и группой "Юг", командование группы решило снять временно с этого фланга крупные танковые силы, чтобы с помощью этих частей восстановить положение в Донбассе". На высоком правом берегу Донца гитлеровцы занимали господствующие, сильно укрепленные позиции.

Так было и на Белой горе. Ее штурмовали части 279-й стрелковой дивизии. За два месяца до этих боев комдивом был назначен генерал-майор Владимир Потапенко. Через много лет он переехал жить в Лисичанск, стал его Почетным гражданином. Тут поселился и бывший солдат 1001-го стрелкового полка Иван Васильевич Иванов — рядовой участник тогдашнего форсирования Донца. Один из немногих уцелевших.

Потери с обеих сторон были огромными. Особого подкрепления танками и артиллерией наступавшим обеспечить не удалось. Что переправишь на лодках и плотах под жестоким огнем? В батальонах после ожесточенных боев оставались в строю очень немногие. Но за этот, юго-восточный относительно Лисичанска, плацдарм дрались героически.

— Народной памяти не менее достойны и павшие на Белой горе, — решили люди. О подвиге воинов 1001-го, 1003-го, 1005—го полков, которыми командовали М.Печерский, В.Ленивый, Н.Русаков, хорошо знают во всем крае — и в Лисичанске, и в Северодонецке (во время войны — рабочем поселке Лисхимстрой, а ныне — административном центре Луганской области). И рядом с ними — в старинном поселке Боровское, где гордятся своим земляком, снайпером 1001-го полка Владимиром Дашевским, уничтожившим десятки гитлеровцев. Части 279-й дивизии стояли и здесь. Такие примеры (как и от солдата до комдива) тоже развенчивают новые российские мифы, озвученные В.Путиным о том, что врага бы удалось одолеть и без участия украинцев.

Всюду действуют поисковые группы, отыскавшие останки многих павших участников сражений. Имена некоторых удалось установить, а другие погребены как неизвестные солдаты в разных братских могилах. Их увидишь в окрестных городах, поселках, селах. Настал черед и общему памятнику. На том, политом их кровью, месте…

Родом из военного детства

Воплощать народные и свои чаяния взялся удивительный человек — Николай Моисеенко, живущий в пригороде Северодонецка Метелкино. "Ждать с этим мне уже было нельзя — не те годы", — сказал он.

Николай Иванович — ровесник Луганской области: родился за три года до войны. Где? В селе Белая Гора — под той самой высотой 127.8, где полегли тысячи воинов. И стрельбу помнит, и землю эту, всю изрытую снарядами. В этой земле похоронен его отец Иван Иванович, командир дивизиона "катюш", вернувшийся с войны инвалидом. О ней Николай вспоминал, строя заводы в африканских и других странах. А теперь сделал все, что только мог (и больше того), чтобы память о войне хранила не только земля. И не только Донец, по которому он вместе с героическими медсестрами Лисичанской дивизии пускал цветы, почитая тех, чью жизнь здесь оборвали пули да осколки.

Толковый инженер-монтажник Моисеенко сам сделал проект, эскизы и макет народного мемориала.

— Хотелось такого, к чему можно было бы прислониться, что хранило бы тепло и свет, — признается он. — Такой настрой мне придала поездка в Индию. Но эти мысли и чувства вложил в родные символы.

Так и был сотворен памятный шестиметровый дубовый крест.

— Помогли друзья-мастера из Кременского района, — рассказывает Николай Иванович. — А всю скрупулезно рассчитанную конструкцию, с очень надежным фундаментом, креплениями сделали в родном "Промхиммонтаже". Хотя сейчас монтажникам очень туго. О том, что ночью крест, в который вмонтированы специальные устройства, светит солнечным огнем, ты уже знаешь.

На площадке рядом с крестом — бетонная чаша скорби. И стела, символизирующая разрыв снаряда. Здесь — на возвышенности, с которой открывается замечательная панорама на реку, задонечье, белые кварталы Северодонецка, поселок с добрым названием Мирная Долина, сельские хаты, — думаешь о многом. На мемориальных плитах у Поклонного креста, как он назван, рассказано о том, что при завоевании этого плацдарма погибли тысячи наших воинов, начертаны обращение к каждому, кто поднялся сюда, и просьба к Господу упокоить души павших. Создатель монумента нашел для этого самые нужные слова.

Разумеется, мы повели речь и о тех, кто помогал руководителю инициативной группы, ведь он, понятно, никак не мог бы обойтись собственными возможностями.

— Так и скажу: народ, — ответил он. — Кто чем мог. Кто — работой, кто — материалами, небольшими деньгами. Простые люди, кем бы они ни работали. Вновь убедился, какие они у нас замечательные, отзывчивые. Обратишься даже к незнакомым — и поддерживают. Это радует, трогает, очень обязывает. Друзья подключились. Скажем, предприниматели Владимир Ермоленко, Юрий Дядык помогали в строительстве, финансово, просто как неравнодушные люди, выросшие на этой земле. Хлопоты разделили и молодые земляки: в Лисичанских горраде, краеведческом музее…

А сколько Моисеенко приобрел новых единомышленников! В том числе среди земляков из Госслужбы по чрезвычайным ситуациям, которые тоже протянули руку помощи. Бывали и неожиданные встречи. Заглянули на Белую гору участники велопробега из Северодонецка во главе с Николаем Скуридиным, увидели, чем тут заняты земляки, и тоже подключились.

Памятник был торжественно открыт в воскресенье, 21 июля 2013 г. На Белую гору пришли односельчане, гости из соседних городов. Разработали волнующий сценарий, воплотить который помогли тогдашняя заведующая отделом культуры Северодонецкой горрады, а ныне заместитель губернатора Луганщины Ольга Лишик, другие энтузиасты.

— Единственное, о чем я попросил, — говорит Николай Иванович, — чтобы все было не пафосно, а сердечно и без какой-либо политики. Заказали полевую кухню — одну на всех: и генералов, и рядовых.

Памятник пока что не оформлен официально — для того нужно многое, начиная с проекта, землеотвода. Тут инициаторам одним не справиться, а без документации местные рады принимать на баланс объекты не могут. Даже такие. Эту бюрократическую проблему надо решать и в регионе, и в Киеве. Ведь все получилось достойно, своеобразно, примечательно.

Наследники

Осенью того же года Военно-исторический клуб имени 279-й Лисичанской стрелковой дивизии провел тут военно-исторический фестиваль "Лисичанск-1943". Его посвящают 70-летию освобождения колыбели Донбасса от нацистов. Главным событием фестиваля стала реконструкция боя 1001-го полка 279-й стрелковой дивизии с частями вермахта за освобождение села Белой Горы и соседнего Лисичанска. Все происходило там, где семь десятилетий назад шли настоящие, кровопролитные бои. И согласно тогдашним событиям. Был повторен полковой маневр по обходу Лисичанска с левого фланга и удара с белогоровской стороны.

Удалось разыскать фотохронику 279-й дивизии тех дней: саперы наводят переправу. На правом берегу видны производственные сооружения знаменитого Лисичанского содового завода. После войны он вновь стал работать на полную мощность. А несколько лет назад, еще в мирное время, при чехарде собственников, оказался разрушенным до основания. Вместе с уникальной, чуть ли не самой длинной в Европе грузовой канатной дорогой. Стыдно ли кому-нибудь хотя бы перед солдатами, которые в 43-м штурмовали этот берег?

В центре села Белая Гора Попаснянского района Луганщины — братская могила, где покоятся около 800 красноармейцев. Почти втрое больше, чем нынешнее население села. А всего за несколько дней в этих местах погибли тысячи воинов. Село все же тогда взять не удалось — освободили его 2 сентября 1943 г. одновременно с Лисичанском. Но те, в честь кого на Белой горе сейчас воздвигли монумент с Вечным солнечным огнем, — тоже освободители. И победители!

Так же, как те украинские воины, освобождавшие эту землю в 2014-м. Кто мог знать, что в тех же местах вновь вспыхнут уже не реконструированные, а настоящие бои? И на мосту через Донец погибнет комбриг Национальной гвардии Александр Радиевский, имя которого теперь увековечено и в Северодонецке, и в Лисичанске.

Его боевые побратимы по антитеррористической операции несут сейчас службу и в районе Белой горы. По сути, это пограничье. Мы поднялись к памятнику вместе с Николаем Моисеенко, офицерами запаса Владимиром Гаврилюком, Владимиром Луганским... Автор монумента рассказал о давних боях за освобождение Донбасса, а бойцы АТО — о своей службе здесь, фактически на самом рубеже между войной и миром Порадовало, что воины ухаживают за памятником, высадили рядом с ним молодые деревья, возлагают к мемориалу цветы.

Мы приехали сюда, чтобы обсудить восстановление поврежденного при обстрелах гранитного указателя и возможное дополнение к мемориалу. Во время боев за плацдарм тут погибли и тысячи солдат вермахта. Недавно немецкие общественные организации обратились к Николаю Моисеенко с просьбой об установлении здесь гранитного знака, рассказывающего и об этих потерях. Они — тоже жертвы войны, нацизма, и этот факт не разъединяет, а объединяет народы.

И новые поколения должны знать, что ожидает тех, кто приходит с войной на нашу землю. А всем нам следует подумать о том, что если давно примирились украинский и немецкий народы, то как же не установить нерушимый мир в нашей собственной стране? Это — долг памяти, долг перед самими собою, перед нашими детьми и внуками.

Читайте также: Боевики "ДНР" проведут 9 мая парад с участием военной техники, вопреки предупреждению ОБСЕ

Отклик в каждой душе

Под Северодонецком появилось еще одно святое место. В нем тоже воплотились инициатива, душа и труд Николая Моисеенко. Сам он, еще ребенком, считай, в этих местах, которые в военное лихолетье на полгода стали прифронтовой полосой у Северского Донца, пережил и бомбежки, и артиллерийские налеты. Но рассказал о других детях.

Летом 43-го из зоны боевых действий 279-й стрелковой дивизии, которая готовилась к штурму Лисичанска, было решено эвакуировать 25 малышей, ставших сиротами. Утром 5 июля они отправились из поселка Метелкино на пяти подводах в сопровождении пятерых взрослых. Но тут налетел фашистский стервятник, и его бомбы угодили прямо в подводы.

— Горше всего, когда война убивает детей, — говорит Николай Иванович. — И я, услышав рассказ о забытой могиле в лесу у нашего пригородного поселка Метелкино, где похоронены малыши, долго не мог прийти в себя. Нашел ее и стал действовать.

Поисковому отряду, действующему при народном музее Северодонецкого объединения "Азот", удалось найти запись в документах Смоляниновского эвакогоспиталя, где ждали детей, о том, что никто тогда не уцелел, и фамилии погибших установить не смогли. Всех их похоронили на лесной поляне, но в наше время эту могилу пришлось искать заново. Когда с помощью старожилов и грибников отыскали, всей громадой решили увековечить память о детях, которые (сколько таких было!) так и не стали взрослыми.

— Деньги на памятник собирали всем миром, — рассказал Н.Моисеенко. — Так же и сооружали его, открывали в 2013-м. А позднее установили и гранитную стелу, на которой высечены слова о произошедшей здесь трагедии.

Для обеспечения работ понадобились не только способности общественного активиста Моисеенко зажечь земляков, передать им свою убежденность в важности благородного дела, но и поддержка других неравнодушных людей.

Действенно подключились к воплощению проектов (поначалу эскизов) многие предприниматели, коллективы, благотворительный фонд "Ради будущего", добровольные помощники, в первую очередь жители пригородного поселка Метелкино. Собирали средства, материалы, доставали технику, показывали рабочее мастерство, творческую жилку. Николай Иванович как инициатор успевал всюду.

Рядом с памятником, с гранитной доской "Поклонись…" появилась и еще одна стела. На гранит под изображение Божьей матери перенесена фотография, запечатлевшая момент освящения памятника.

И сейчас в памяти — годовщина открытия памятника. Мало кто верил, что тогда возле него вновь соберутся люди: практически рядом проходила уже нынешняя линия фронта. Накануне, позвонив мне, Николай Иванович рассказывал:

— В нашем пригородном лесу раздавались автоматные очереди, взрывы. Постараюсь их прекратить.

И… отправился к воюющим, на линию фронта сегодняшней войны.

— Утром 5 июля здесь должны собраться и взрослые, и дети — почтить память малышей, погибших на этом самом месте в 1943-м. Мы ровно год назад поставили тут народный памятник, и нельзя, чтобы на таком святом месте вновь гибли люди.

Ветерана-созидателя услышали. А услышат ли тех, кто на сходке-реквиеме заявил: никто не должен гибнуть ни в каком месте нашей земли? Один человек смог прервать войну в одном месте на несколько часов, а если за это возьмутся все…

Сюда вновь пришли и старожилы, и молодежь, и дети. Встреча получилась искренней, душевной, пронзительно трогательной. Подходили и те, кто просто шел по дороге, ведь на ней появился траурный знак-указатель: "Остановись! Здесь покоится прах 25 детей, убитых войной".

Были и официальные лица — председатель городского совета ветеранов Владимир Корженко, голова поселковой рады Василий Попов и депутат рады Александр Метелкин, заведующая отделом культуры горрады Ольга Лишик, ставшая после освобождения Северодонецка заместителем губернатора. Но, возложив цветы к памятнику и пообщавшись с земляками, они предпочли больше слушать, чем говорить.

Отзвучал метроном. Лесную тишину наполнила музыка Баха, Моцарта. Каждый думал о своем, и все — об одном. А отец Иоанн, отслужив молебен, сказал об этом уже как простой гражданин: все мы в ответе за то, что происходит на нашей земле, — и перед Богом, и перед самими собой, и перед нашими детьми.

Кто не клялся, что готов все сделать для их счастья, не допустить ни одной их слезинки? Но дети — первые жертвы! — гибнут и сегодня, в Украине, в навязанной нам войне, вспыхнувшей нежданно, будто лесной пожар. Но такого не должно быть — ни по Божьим, ни по людским законам. Потому сельчане и поставили на своей земле такой памятник.

Не знаю, что поняла из сказанного маленькая Рината Попова, пришедшая сюда вместе с дедушкой. Она просто подошла к памятнику и положила к нему свою самую любимую куклу. Детям, которые не играли в войнушку и вообще не успели еще наиграться. Приходят к памятнику, ухаживают за ним сироты из местной школы-интерната.

Мемориал получился действительно волнующим. Тут и стенд с детскими рисунками о мире, прерванном войной, и школьная доска. И пирамидка для игрушек, и будто надломленные взрывом березки, с которых вспорхнули белые лебеди, и пеньки, чтобы присесть — послушать птиц, свое сердце, и тропа между соснами…

А теперь здесь увековечили и память детей, погибших от мин и снарядов в наше время. На мемориале, пострадавшем от обстрелов, добавили надпись: "Этих детей убивали дважды — в июле 1943-го и в июле 2014-го. Люди! Прокляните войну!". Рядом с памятником появились забетонированный фрагмент разорвавшегося здесь снаряда, "аист в гнезде" на дереве, усеянном осколками. К этому месту приходят и взрослые, и дети — приносят цветы, игрушки. "Дети войны" теперь — и старые, и малые.

— Говорят, на некоторых тропах сейчас поставлены минные растяжки, — сообщил местный житель, — так что вы в сторону не отходите. Видите? Детей все придерживают.

Как горько, что и наши дети узнали о войне не только из фильмов и книг. Им вновь пообещали, что мир наступит обязательно. Только почему мы его не сберегли, и научимся ли беречь теперь?

Оберегая Родину — большую и малую

Оба мемориала — и памяти детей, и "Поклонный крест" на Белой горе — истинно народные. Да, мы приходим к Вечному огню, другим официальным памятникам, но все же должны были появиться и неповторимые, свойственные каждому краю, святыни. Для нынешнего административного центра Луганской области Северодонецка, выросшего фактически после Второй мировой войны, не имеющего глубоких исторических корней, это особенно важно: своя история, свое лицо, влияющие и на формирование новых поколений.

И действительно: когда мы говорим "Малая Родина", с которой для нас начинается наша Отчизна, наша Украина, то вспоминаем не только площади, проспекты, но и те уголки, которые особенно близки сердцу. Именно такие душеные порывы уловил, например, протоиерей Георгий Дубовик, благодаря которому в сосновом бору на западной околице города, раньше вообще не знавшего церквей, появился необычный храмовый комплекс "Лесная дача". А на восточной окраине стараниями энтузиастов недавно возник мемориал, мимо которого нельзя пройти просто так. Если ты — человек.

Народные памятники призваны помочь тому, чтобы единомышленников у их создателей стало еще больше, чтобы отозвались все сердца. Сейчас к ним приносят цветы, просто идут постоять в раздумьях о том, на какой земле живут, о том, что на ней уже пролито столько крови. И о жизни вообще, для которой рождаются дети.

— Мы запланировали проложить к детскому памятнику дорожку, сделать мостик над старым речным руслом, выполнить другие работы, а у мемориала "Поклонный крест" хочется поставить часовню, — делится планами Николай Моисеенко.

И уточняет: народную инициативу все вроде бы приветствуют, но выделение земли под мемориалы никем так и не оформляется; местные власти не торопятся признать их своими. А без того они как бы есть, но как бы и не существуют, помощь привлекать не так-то просто.

* * *

В весенний субботний день мы вместе с Николаем Ивановичем Моисеенко вновь побывали у памятника детям. Кое-что подправили и отошли в сторону, потому что сюда подъехала чета новобрачных. Постояли, взявшись за руки, положили цветы… А где-то вдали, в стороне Попасной, пугая и детей и взрослых, что-то вновь бабахнуло.

Но может, это уже начались весенние грозы? Только и всего. Дай-то Бог!

По материалам: ZN.UA /
Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >