Карта Рима

Папа планирует посетить Украину в будущем году — об этом сообщил глава Украинской греко-католической церкви архиепископ Святослав Шевчук. Пока неизвестны подробности — когда, куда и с чем, но, определенно, приедет. Правда — это только половина новости. А вот ее вторая часть: Папа также намерен в ближайшее время встретиться с патриархом Московским Кириллом. Об этом понтифик заявил, возвращаясь из апостольской поездки в Грецию и на Кипр.

По словам понтифика, он ожидает визита главы Отдела внешних церковных связей РПЦ митрополита Илариона Алфеева и уверен, что тот едет именно для того, чтобы согласовать место и время встречи. Они могли бы пересечься с патриархом, например, в Финляндии, куда глава РПЦ планирует нанести визит. Но и против визита в Москву Папа, конечно, не возражал бы. И вообще, «чтобы встретиться с братом, протоколы не нужны».

Эти два сообщения — о возможном визите в Украину и встрече Папы Римского с патриархом Московским — взаимосвязаны. Сроки и программа визита Папы Франциска в Украину скорее всего будет зависеть от того, состоится ли его встреча с патриархом Московским, когда она состоится, и какой будет повестка дня. 

Гаванский тупик

Официальные каналы РПЦ пока что комментируют возможную встречу Папы и патриарха крайне сдержано и, в основном, в отрицательном ключе. Нет, не слышали. Нет, не собирается. В Москве — вообще немыслимо. Да и в Финляндию патриарх Кирилл, на самом деле, скорее всего не поедет — вы же понимаете, пандемия и все вот это вот… 

Но в голосах не чувствуется твердости. В конце концов, не в РПЦ этот вопрос будет решаться.

Вероятность встречи патриарха Кирилла и Папы Франциска в ближайшее время действительно высока. Поездка в Грецию и на Кипр, намерение посетить Украину — все это сигналы, которые Папа настойчиво посылает московскому «брату». Или, скорее даже, его начальству. 

Что бы мы с вами ни думали, основной целью Папы Франциска в нашей части мира остается Москва. Он этого не скрывал никогда, напротив, он работает на «восточном направлении» весьма упорно. После того, как ему удалось встретиться с патриархом Кириллом на нейтральной территории — на Кубе — и подписать программный документ — Гаванскую декларацию — прошло почти шесть лет. Но воз и ныне там — никакого развития «гаванский процесс» не получил. Декларация так и не была ратифицирована Архиерейским собором и фактически похоронена под давлением консервативных сил РПЦ. 

Но глава Католической церкви умеет ждать. А в этот раз ему и ждать-то долго не пришлось. За последние пять лет так много изменилось, что дело просто не могло не сдвинуться с мертвой точки.

Плюс-минус Рим

Впрочем, Папа Франциск и сам не сидел сложа руки. Он очень активно продвигался на Восток, укрепляя свое влияние в православном мире. Два года назад он совершил весьма плодотворную поездку в Румынию. На днях вернулся из поездки по Греции и Кипру — и встретил там теплый прием. В октябре в Италии побывал с визитом Вселенский патриарх Варфоломей — и это была далеко не первая их встреча. А совсем недавно в ходе визита в Грецию понтифик публично высказался в том смысле, что Великая схизма была решением политическим, а ее богословские обоснования не имеют ничего общего ни с личностью Христа, ни с текстами Евангелия.

Все это говорит о том, что Папа Франциск хочет не просто развивать православно-католический диалог. Этот диалог и так идет уже несколько десятилетий. Он ищет прочного союза, христианской солидарности для продвижения общих идеалов и интересов в мире, который все меньше воспринимает не столько даже традиционные ценности, сколько традиционные институты и традиционные методы их реализации в жизни общества. Он преследует амбициозную цель — обновление христианской жизни в мире. И будет это делать.

Еще недавно Москва выглядела вполне походящим партнером. Московский патриарх почти прямым текстом предлагал Апостольской столице союз «за традиционные ценности» против секуляризации, бездуховности, неолиберализма и прочей «мыслей западных заразы». Патриарх Кирилл давно мечтал о подобном союзе, и казалось, что Гаванская декларация открыла перед ним широкую дорогу к «сбыче мечт». 

Но что-то пошло не так. И в данный момент патриарх может с горечью наблюдать за тем, как жизнь проходит мимо — диалог между Католической и Православной церковью вполне успешно ведется без его участия. Позиции патриарха Варфоломея и греческой церкви укрепляются. А он из этого процесса исключен — и нельзя даже сказать, что только по собственной вине.

РПЦ понесла серьезные потери в результате предоставления Украине Томоса об автокефалии — потери и численные, и репутационные. Но главное — она скомпрометировала себя расколом с Вселенским патриархом. К тому же ее влияние в православном мире сильно ослабело из-за финансовых проблем, а также из-за превращения Кремля — главного козыря патриарха — из мирового лидера в мировое пугало. 

Карта раскола, которую выбросила на стол РПЦ, не сыграла — церкви-«сателлиты» не поспешили разорвать общение с Вселенским патриархом следом за РПЦ, она осталась в расколе одна. И ей, вероятно, очень хотелось бы вернуться к предыдущему ходу. Но как сделать это, не потеряв лица?

В этом мог бы помочь Папа Франциск, выступив в роли посредника между московским и константинопольским «братьями» во имя мира в православной церкви. Ну и заодно разморозить гаванский процесс.

Карибский комикс

Для того чтобы встретиться с «братом», протоколы Папе не нужны. А вот «брату» от них никуда не деться. Вопрос о том, с кем, где и с какой повесткой встречаться патриарху Кириллу, решает не он сам и не его епископат. Все сколько-нибудь серьезные решения, касающиеся РПЦ, принимают в Кремле. Если бы это было не так, возможно, и раскола между Москвой и Константинополем не было бы. 

Но главное — встреча патриарха с Папой Римским вряд ли ограничится исключительно церковной повесткой. Она наверняка будет охватывать куда более широкий политический контекст. Есть все основания предполагать, что Папа Франциск окажется еще одним человеком в довольно длинной очереди желающих стать посредником между Украиной и Россией.

Вот только в отличие от всех прочих кандидатов — уже отвергнутых Кремлем с разной степенью невежливости — у Папы Франциска есть реальные шансы эту роль получить.

Карибский кризис

В Кремле, как известно, Украину пытаются не замечать и представлять российско-украинский конфликт как конфликт интересов России и НАТО. И тут вмешательство Папы очень уместно. Во-первых, это выводит диалог на должный уровень — между Россией и Западом. Во-вторых (и, возможно, в-главных), Путину это польстит лично. Не потому даже, что Папа Римский — суперзвезда, с которой и постоять рядом приятно. Его участие придает нынешней ситуации схожесть с карибским кризисом. Снова как тогда: СССР против НАТО, католик — президент США, Папа Римский — на прямой связи с Кремлем и Белым домом. И даже Куба, хоть и далеко, но не чужда контексту. 

Былое величие и его реконструкции — сантимент стареющего диктатора. И пускай история, как водится, повторяется в виде фарса — и президент США на грани отлучения от Католической церкви, и СССР, мягко говоря, уже не тот, да и театр потенциальных военных действий больше не охватывает весь земной шар и к тому же из другого полушария приблизился вплотную к границам России. Главное, что есть несколько ключевых точек, которые совпадают. Хотя бы приблизительно. 

Перейдем на «вы»?

Еще недавно — в момент рождения Гаванской декларации — казалось, что Папа Франциск в целом не против рассматривать украинский вопрос исключительно в московском контексте. Украина, вероятно, виделась ему какой-то сумеречной и проблемной окраиной православного русско-советского мира, судьбы которой вершатся Москвой или хотя бы с разрешения Москвы. Я не берусь судить Папу Франциска — он человек из совершенно другого полушария и политического контекста. Чтобы разобраться в перипетиях европейской истории, нужны время, веский повод и желание.

Что ж, поводов думать и говорить о себе Украина в последнее время дает немало — еще никогда софиты мировой прессы не освещали нас так щедро, у нас просто нет возможности оставаться в «сумерках». Это в полной мере касается и церковной сферы. Для Папы Франциска первым «звоночком» могла стать бурная и весьма критическая реакция украинских католиков — преимущественно греко-католиков — на Гаванскую декларацию. Тогда заглаживать ситуацию из Ватикана прибыл лично госсекретарь Пьетро Паролин. 

Следующим событием, которое не могло пройти мимо внимания Папы, стало предоставление Украине Томоса об автокефалии. Украина обрела субъектность в православном мире. Для римского понтифика решение Вселенского патриарха, надо думать, что-нибудь, да значит. А его визит в Украину без испрашивания разрешений у Москвы — серьезный политический шаг, подтверждающий эту субъектность. 

Наконец, возможно, что Папа Франциск действительно возьмет на себя роль посредника в переговорах с Россией. Т.е. будет говорить «о нас без нас» — так, как этого и хочется Кремлю. Приехать после этого к нам — правило доброго дипломатического тона. Это должно показать, что Папа играет роль именно посредника, а не переговорщика «поверх головы». 

Но кроме того, Папе Франциску — если он действительно надеется сыграть роль посредника в российско-украинском конфликте — совершенно необходимо сделать какой-то красивый жест в адрес Украины. Его затянувшееся нежелание присмотреться к нам поближе, услышать и увидеть нас — не только как досадную помеху в диалоге с Москвой, но, напротив, как возможность, как союзника в своих глобальных проектах — вредит ему в глазах украинцев. Острые углы, возникшие между Украиной и Папой Франциском, должны быть наконец сглажены. Для Папы с его легендарным шармом это не составит особого труда. Все, что нужно сделать — сменить в разговоре об Украине слово «они» на слово «вы». 

Все статьи Екатерины Щеткиной читайте здесь.