Мягкий мораторий

14 сентября, 2018, 17:36 Распечатать Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября

ЕСПЧ вовсе не настаивает на упразднении всех запретов на куплю-продажу земли в Украине.

© Василий Артюшенко, ZN.UA

Принятие законопроекта об обороте земель сельхозназначения застопорилось. 

В Раде не набирается голосов ни за один его вариант. Надежда на правительственный законопроект, в котором, по заверениям ряда экспертов, было собрано все лучшее из ранее предложенного, не оправдывается. Неудачи в парламентской борьбе в плане отмены моратория на куплю-продажу сельхозземель побудили искать обходные пути реализации замысла, использовать любые возможности и зацепки. Дело в Конституционном суде, направленное группой нардепов с предложением признать мораторий незаконным, затянулось. А тут как раз последовало решение Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) по жалобе селян-паевиков, которое стало удобным поводом. В большинстве отечественных СМИ изображалось дело так, что ЕСПЧ обязывает Украину отменить мораторий и запустить земельный рынок. На самом деле это не совсем так…

Свободная интерпретация

ЕСПЧ вовсе не обязывает страну полностью отменить мораторий на куплю-продажу сельхозземли и тем более не требует срочного запуска мало чем ограниченного земельного рынка. На самом деле Евросуд рассматривает создавшуюся в Украине проблему не только в ракурсе справедливых жалоб нескольких истцов, а комплексно и в широком плане. Это вызвано тем, что суд учел не только жалобы истцов, но и несбалансированное законодательство, длительное нерешение в Украине земельного вопроса и, ссылаясь на ст. 46 Европейской конвенции, применил меры общего характера, обязав государство сменить правовую систему регулирования важнейшей проблемы.

На пресс-конференции, состоявшейся вскоре после обнародования решения ЕСПЧ, директор Центра стратегических дел Украинского Хельсинкского союза по правам человека (УХСПЧ) Михаил Тарахкало (структуры, которая непосредственно вела дела двух из пяти истцов, обратившихся в ЕСПЧ и выигравших дело) сказал, что решение суда ставит вопрос о том, что регулирование рынка земли в том виде, как оно существует, должно быть изменено, — "мораторий должен быть отменен или изменен".

Однако организаторы пресс-конференции, среди которых преобладали сторонники безотлагательной и полной отмены моратория, постарались не заметить дельного предложения специалиста, полагающего, что, кроме отмены и продолжения моратория, есть и третий вариант — изменить его, сделать не таким жестким и не нарушающим право собственности. Ведь в своем решении ЕСПЧ вовсе не настаивает на упразднении всех запретов на куплю-продажу земли. Это слишком свободная интерпретация его решений.

ЕСПЧ только утверждает, что принятый в нынешнем виде мораторий нарушает право собственников земли, и предлагает приемлемым образом решить не решаемую уже 18 лет проблему. Высказана рекомендация в разумные сроки "принять более сбалансированное законодательство", учитывая, что в Европе нет стран с таким жестким мораторием. 

От решения, принятого ЕСПЧ, выиграли не только истцы. На уже упоминаемой пресс-конференции М.Тарахкало предположил, что решения ЕСПЧ позволят селянам-паевикам более свободно распоряжаться своими паями, включая их продажу. "Например, — поясняет правозащитник, — человек может обратиться к нотариусу, высказав желание осуществить акцию продажи-покупки. Скорей всего, тот откажет, тогда можно подавать иск в национальный суд и требовать, чтобы продажа была узаконена".

И такие иски уже появились. Во-первых, решение ЕСПЧ с 22 августа вступило в законную силу. Во-вторых, опротестования на принятое решение ЕСПЧ в Верховную палату не поступало. Таким образом, селянам-паевикам теперь открыта дорога как в национальный, так и в Европейский суды. Ситуация в связи с этим складывается так, что селян-паевиков (хочется этого чиновникам или нет) придется допускать к предпродажной консолидации сельхозземель, а также к их возможной продаже, чего, судя по готовящимся законопроектам, они не планировали.

На фоне агрохолдингов, разрастающихся от поглощения более мелких хозструктур, большинство селян-паевиков беднеют и все в большей мере отчуждаются от своих наделов. Если с чем страна опаздывает, то не с запуском свободного (читай — спекулятивного) земельного рынка, а с созданием условий для формирования современного фермерско-селянского сословия, который высоко ценят в странах с высокоразвитыми агросекторами, производящими не агросырье, а маржинальные товары с высокой добавочной стоимостью. Важно преодолеть утверждающуюся практику, когда объемы землепользования в латифундиях растут, а в фермерско-селянских хозяйствах падают. В интересах общества, стремящегося к насыщению внутреннего рынка, перевернуть пирамиду, чтобы представители малого агробизнеса получили преимущественное право арендовать или выкупать паи у тех селян, которые не хотят или не имеют возможности заниматься земледелием. В таком случае появятся покупатели сельхозземель, а с дискриминацией селян-паевиков, не имеющих возможности распоряжаться своей собственностью, будет покончено. В то же время земельные банки наиболее перспективных сельских хозяев существенно возрастут, ускорится формирование крупного контингента ответственных сельхозпроизводителей. Именно этой категории селян нужны дополнительные возможности. В этом случае, с одной стороны, будет покончено с дискриминацией селян-паевиков, лишенных возможности распоряжаться своей собственностью, а с другой — не латифундии, а трудовое фермерство получит дополнительный импульс для развития. (Подробнее об этом идет речь в статье "Если рынок, то ограниченный, селянский" — ZN.UA от 24.11.2017 г.).

Как бы ни хотелось чиновникам продавать селянские паи по своим правилам, им придется учитывать решения ЕСПЧ, акцентирующие внимание на том, чтобы обеспечить паевикам возможность распоряжаться своей собственностью, в т.ч. продавать паи по своему усмотрению, а не ожидать высочайшего соизволения на продажу их заранее определенным лицам, да еще и оптом.

Кому — массивы, а кому — обочины

Если в правительственном законопроекте об обороте земель сельхозназначения перспектива создания крупных землевладений прикрывается хоть бы какими-то ограничениями, то во многих залежавшихся в ВР законопроектах исчезают последние признаки здравого смысла. Во всей красе отражается позиция "непримиримых", требующих допустить к процессу купли-продажи земли главных игроков рынка — крупнейшие агроформирования.

Хотя в проголосованных ВР законопроектах узакониваются такие формы хозяйствования, как семейные фермы, небольшие фермерско-селянские хозяйства и даже сельхозкооперация, но при этом масштабы среднего и малого агробизнеса в сравнении с агрохолдингами несоизмеримы. Его представителям по существу предлагают развивать отрасли, не требующие крупных массивов сельхозземли — садоводство, виноградарство, выращивание т.н. нишевых сельхозкультур, стимулируют заниматься органическим земледелием, так как дело это хлопотное, и не латифундистам, нацеленным на масштабный сырьевой агробизнес, им заниматься. Но особо рассчитывать на то, что принятые законопроекты по регулированию агросферы дойдут до финиша и поспособствуют установлению необходимого баланса, вряд ли стоит. И подтверждение этому — свершившийся факт: 19 августа президент П.Порошенко подписал один из принятых ВР аграрных законов. У него очень длинное название, и большинство экспертов и журналистов, сокращая, называют его по-разному: одни — законом о консолидации сельхозземель, другие — об обмене земельных участков или о трансформации коллективной собственности в частную или коммунальную. Вопросов тут еще больше. Мы прежде всего увидели в законе использование земельных участков, размещенных в крупных, в том числе орошаемых массивах.

Надо сказать, что крупные массивы, особенно в центральных и южных областях, — не какая-то редкость, скорее данность. Собственно, наше земледелие на них и держится. Большинство селянских паев, хотя и поделены на участки, в среднем составляющие около 4 га, но они размещаются преимущественно на крупных полях. Более того, в ходе распаевания сельхозземель это обстоятельство было учтено. И чтобы хозяева всех наделов, вне зависимости от того, где они размещены (в центре массива или ближе к обочине), могли свободно добираться к своим паям, была выделена в коллективную собственность земля для создания сети полевых дорог. Такой демократический подход уравнял возможности всех собственников и пользователей угодий, так как каждый мог свободно подъехать к своему участку. Новым законом статус этих дорог (одних — проложенных, а других — виртуальных) изменен. Из коллективной собственности их надлежит перевести в частную или коммунальную. Это приведет либо к полной ликвидации таких дорог, либо к сокращению их сети. И если крупным сельхозпроизводителям, пользующимся многими паями, это не нарушит транспортное сообщение, то у мелких возникнут проблемы. Кто возьмет в аренду или тем более купит паи, которым позволяется отрезать транспортное сообщение?

Законодатель ввел положение, которым предусмотрел возможность обмена земельными участками. Но при этом дал преимущество крупным сельхозпроизводителям перед мелкими. Предусматривается, что арендатор, пользующийся 75% земельного массива, может инициировать обмен на нем земельными участками по согласованию или через суд. Нетрудно предугадать, на чью сторону встанет суд, и насколько будет соблюдено требование, что меняться можно только равноценными участками, не отличающимися один от другого больше чем на 10% в отношении нормативной оценки земли.

Можно предположить, что новый закон только ускорит массовую "зачистку" крупных массивов от мелких сельхозпроизводителей. А значит, монополизм в агропроме. Что же касается развития сельхозкооперации, способной на основе объединения ресурсов средних и мелких сельхозпроизводителей составить конкуренцию разрастающимся агрохолдингам, то для нее поставлен очередной, труднопреодолимый барьер.

А чего стоит, на первый взгляд, безобидное положение того же закона о том, что пребывание сельхозземли в аренде или субаренде не должно препятствовать ее продаже. Это представляется чуть ли не благом для селян-паевиков, которым дается возможность продавать и такие отягощенные предшествующими теневыми операциями участки. Нетрудно догадаться: их, скорее всего, скупят дельцы, которые, пользуясь попустительством властей, заблаговременно создали "черные" схемы с дальним прицелом. И махинаторы, пользуясь отсутствием конкуренции, смогут скупить заблаговременно и на длительные сроки арендованные земли.

* * *

Поэтому надлежало бы признать выявленные ЕСПЧ просчеты и заняться их исправлением, а не замалчивать важнейшие из них, добавляя к уже совершенным новые. Очень уж заметно стремление должностных лиц, в том числе и высшего уровня, свести проблему к отмене моратория, а не пересмотреть всю, донельзя искаженную систему земельных отношений, в которых селянин — главный работник и землесобственник, занимает последнюю ступеньку общественного статуса.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №47, 7 декабря-13 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно