GOLD-STOP

04 июля, 1997, 00:00 Распечатать Выпуск № 27, 4 июля-11 июля 1997г.
Отправить
Отправить

или почему украинские ювелирные изделия наполовину дорожают из-за простейшей пробы Ювелирные изделия по вполне понятным причинам никогда не относились к предметам первой необходимости, а суть предметы роскоши...

или почему украинские ювелирные изделия наполовину дорожают из-за простейшей пробы

Ювелирные изделия по вполне понятным причинам никогда не относились к предметам первой необходимости, а суть предметы роскоши. Без них можно обойтись и уж тем более не горевать из-за их отсутствия, когда массе украинских граждан едва удается сводить концы с концами. Но при всем при этом, если представится случай, кто же откажется от возможности украсить свою жизнь?

С другой стороны, независимо от благосостояния значительной части населения в конкретный период, ювелирная промышленность не только служит удовлетворению, так сказать, потребностей граждан в роскоши, но и существенно пополняет госбюджет за счет отчисления налогов и обязательных платежей, которые государство может использовать как раз для облегчения положения малоимущих и на социальные программы. И с этой точки зрения вполне понятно, что в прибыльности ювелирной промышленности должно быть заинтересовано государство. Тем более, что ювелирных дел мастера не требуют никакого льготного налогообложения или госкредитов.

Но буквально с момента независимости Украины вокруг ювелирной промышленности сформировалась весьма странная обстановка. Странность ее в том, что преуспевшая в исполнении контрольных функций над ювелирами Государственная пробирная палата не столько заботится о государственных доходах и благе покупателей дорогих украшений, сколько провоцирует неоправданный рост цен на отечественные ювелирные изделия (тем самым делая их неконкурентоспособными на украинском и рынках других стран, и одновременно ограничивая технологические и художественные возможности производителей оных). Сами же пробирщики, получается, не только стимулируют наплыв в Украину иностранной продукции (зачастую не лучшего художественного и вообще качества), но и весьма своеобразно используют заработанные на пробах средства.

Ювелирных дел мастера возмутились и уже который год подряд требуют прекратить произвол. Пробирная палата в лице ее очаровательной руководительницы, между тем, настаивает на правильности своей линии. Так и длилась эта перманентная борьба вплоть до осени прошлого года.

Когда же в пробирной палате прослышали о том, что новый законопроект о драгоценных металлах фактически может лишить пробирщиков чуть ли не монопольного контроля над производством и рынком сбыта ювелирных изделий Украины, они поспешили свести такую вероятность на нет. А уж тут, как водится, все средства хороши... Законопроект - конечно, не панацея от всех бед ювелирщиков и особенно производителей драгметаллов и камней. Но, как говорят те же ювелиры, это уже кое-что. Что же касается отношения к законопроекту о драгметаллах предприятий по добыче золота и иже с ним и драгоценных камней, эта тема вообще заслуживает отдельного разговора, к которому «ЗН» намерено еще вернуться.

Но если бы оппонентам (в данном случае - Государственной пробирной палате и директорам ювелирных заводов Украины) удалось найти компромисс до очередного парламентского чтения проекта закона о драгметаллах, мы, наверное, никогда бы не узнали, или не очень скоро узнали бы, «почем фунт золота» и о пробах, что называется, на вес золота. А факты эти весьма интересны. Причем, как водится, часть из них заслуживает определенного внимания той части читателей «ЗН», которые в свободное от чтения нашей газеты время (то есть большую часть суток) по роду прокурорской и другой государственной службы должны заниматься изучением подобной информации.

Ювелирных дел мастера

Еще раз уточню, что разговор пойдет не о самом золоте, других драгоценных металлах и камнях, а об их огранке, и так сказать, переработке и продаже. И не суть в этом контексте, что госпрограмма по добыче и переработке золота и алмазов в Украине на нынешнем этапе, судя по всему, как выражаются острословы, накрылась бордовой шляпой. Проблема в том, что и ювелирная промышленность может оказаться под тем же головным убором...

Хотя в Украине испокон веков и находили редкие самородки, но все же ювелирная промышленность, как во времена СССР, так и после обретения самостоятельности, не ориентировалась на отечественное сырье. До 1991 года, конечно, преобладали российские алмазы и золото. Но с недавних пор россияне заламывают такие цены, что украинским ювелирам остается только мозгами шевелить да искать товар подешевле. Ведь особого недостатка в драгметаллах и камнях на рынках мира нет. Так что при желании и умении сырье для собственных предприятий украинские ювелиры находят, да и предложений более чем достаточно.

Между тем, отечественный рынок ювелирных украшений не испытывает недостатка в предложении изделий, в основном импортного производства. Да и продавцов золотых украшений (включая официально зарегистрированные ювелирные мастерские частников) в стране немало - 243 (по данным ювелиров). И вот что интересно: в Украине сегодня один грамм импортных изделий из золота предлагается по цене восемь долларов, в то же время отпускная цена одного грамма золотых отечественных изделий... 20 долларов. И не суть важно, что нередко заморская продукция «не все те золото, що блищить». Хотя, если верить пробирной палате, то в 1996 году стандартам соответствовали все 300 кг золотых изделий, получивших «добро» пробирщиков. А сколько килограммов продано в Украине без проб, наверное, одному Богу известно...

Украинские же ювелирные изделия в свою очередь пользуются достаточным спросом за рубежом. И львиная их доля, как утверждают ювелиры, в принципе может экспортироваться. Ценится, говорят, их качество и художественность. Тогда, спросите, почему же на складах столько товара залежалось? И я о том же спрашивала директоров ювелирных и алмазных заводов. Отвечают, что, мол, всему виной Государственная пробирная палата, после проб которой да выплаты всех положенных платежей отечественные ювелирные изделия «дорожают» не то что вдвое, а, порой, и втрое... В результате экспорт ювелирных изделий в среднем за 1996 год составил по заводам 10-15%, столько же продано за рубеж ограненных алмазов, ведь именно это искусство украинских ювелиров очень ценится и может принести весомую прибыль.

За рубежом же есть стандартная процедура оценки аналогичного товара, и никто не станет покупать пусть и восхитительные украшения, но по цене вдвое дороже. Как не делают этого и украинские граждане... Собственными глазами видела, например, что в одной из европейских стран скромненькое такое колечко с алмазом в 18 карат в золоте двух сортов стоит около 380 долларов. У нас такое колечко оценивается не менее, чем в полторы, а то и две тысячи долларов... Но таких колечек в Украине не производят, потому что пробирщики не могут на всех видах золота, использованных в изделии, поставить свое клеймо...

Дабы не быть голословной, приведу официально предоставленную информацию администраций трех ювелирных заводов о стоимости изготовления украшений и стоимости их клеймения пробирной палатой. И вы сами убедитесь, что в цене украинских ювелирных изделий основная составляющая - отнюдь не зарплата ювелиров (о цене материала речь пока не идет).

Судя по цифрам, приведенным в таблицах, есть основания верить ювелирам, которые заявляют, что основные проблемы у них связаны с позицией и действиями Государственной пробирной палаты Украины.

Например, директор Львовского государственного ювелирного завода Владимир Кузовкин негодует по поводу того, что в этом году пробирная палата способствовала срыву контракта этого завода с поставщиками сырья из Италии. Итальянцы, которые и сами за год перерабатывают около 450 тонн золота, предлагали львовянам (за хорошо оплачиваемую переработку) изготовить ювелирные изделия из 15 тонн золота. Но когда они узнали, что без пробирной палаты Украины не обойтись (а им клеймо украинской палаты - как пятое колесо в телеге, так как практически нигде за рубежом, по словам ювелирщиков, этот орган не котируется, даже россияне уже не признают печатей этой палаты...), а значит, изделия автоматически получаются на 50% дороже, они быстренько «забрали свои слова обратно». И, наверное, уже давно заказали изготовление золотых украшений в другой стране. Львовские же ювелиры остались не солоно хлебавши... К слову сказать, это не единственный пример.

Как вы сами понимаете, такая прибыльная и дорогостоящая отрасль, как ювелирная, не может оставаться вне поля зрения государственного контрольного ока. Поэтому на разных этапах ювелирное производство подвергается строгому присмотру. Что ж, вполне справедливо, и даже ювелиры смирились с этой необходимостью. Но контроль контролю - рознь.

Палата №... пробирная,

или Как одна леди всех ювелиров

в узде держала

Еще в октябре 1991 года Кабмин издал постановление «О государственном пробирном контроле и организации оборота драгоценных металлов и драгоценных камней». Одновременно правительство согласилось с идеей создания на базе действующей в Киеве Центральной украинской госинспекции пробирного контроля ее преемницы - Государственной пробирной палаты. Ей подчинены с тех пор и все другие госинспекции пробирного контроля страны.

Одним из самых «уполномоченных» госконтролеров для ювелиров и не только, декретом Кабинета министров уже 17 мая 1993 года (со времен премьерства нынешнего Президента Украины) снова-таки определена Государственная пробирная палата. Согласно определению в упомянутом декрете «О государственном пробирном контроле», этот самый контроль задумывался, как «система организационно-технических и правовых мер, направленных на осуществление госконтроля за добычей, производством, использованием, оборотом, учетом и хранением драгметаллов и драгоценных камней и изделий из них, выполнением операций с названными ценностями...»

Из устава Государственной пробирной палаты Украины (утвержденного Минфином в январе 1992 года).

В состав пробирной палаты Украины входят:

Центральная госинспекция пробирного контроля (Киев), которой также принадлежат контролеры на предприятиях по обработке алмазного сырья;

Западная госинспекция (Львов);

Южная госинспекция (Одесса);

Восточная госинспекция (Харьков).

Пробирная палата возглавляется начальником, которого назначает Минфин Украины (он же есть учредителем палаты). Он же несет персональную ответственность за выполнение производственных и финансовых заданий.

...Учредитель не имеет права вмешиваться в оперативную деятельность начальника пробирной палаты.

Не первый год возглавляет пробирную палату Н.Лисовская.

Как и предписано всеми правилами и инструкциями, палата и ее начальница взяли на себя весь контроль за ювелирными изделиями, производимыми и продаваемыми предприятиями всех форм собственности.

Причем изначально было определено, что деятельность свою палата выполняет на условиях «полного хозяйственного расчета, самоокупаемости и самофинансирования». Ювелиры говорят, что практически это вылилось в следующее. Пробирная палата по договорам с отечественными ювелирами (собственно, за их счет) контролирует соответствие производства техническим требованиям и нормам безопасности, берет пробы и ставит клейма, выдает лицензии на право производства, хранения, продажи и других операций с драгметаллами и камнями. Она же фактически решает, кто может продавать ювелирные изделия, а кто нет. Она же получает плату за пробы на импортных изделиях, экспертизы и еще за массу других операций разной степени трудоемкости.

Сами понимаете, не каждому встречному позволительно, например, торговать дорогими безделушками. Но вот странно-то получается, сетуют директора ювелирных заводов: частные предприниматели за пару недель получают в пробирной палате соответствующие разрешения на право реализации ювелирных изделий, а вот отечественным заводам на своей территории или рядом этим видом деятельности заниматься не разрешают. Не то, чтобы запрещают, но вот лицензий от госпожи Лисовской им получить не удается. Более чем 200 предпринимательским структурам можно, а вот заводам, выходит, нет?! Для чего же их строили?

И о другой странности также сокрушаются ювелирщики: от них требуют чуть ли не ежегодной перерегистрации (или как там точно называется эта процедура?) лицензий на право... заниматься ювелирным производством. За каждую такую «перерегистрацию» надобно снова платить «дань» пробирной палате. А директора ювелирных заводов возмущаются почти что в стиле «Зачем рыбке зонтик?»: ну что еще кроме огранки алмазов должен делать алмазный завод, тем более, что в свое время он получил бессрочное разрешение на оную деятельность?..

Проблема третья. О стационарных и стандартизированных лабораториях, аккредитованных Госстандартом и имеющих разрешение на проведение проб и клеймение ювелирных изделий. В Минпроме (к чьей вотчине относится ювелирная промышленность) и на самих заводах утверждают, что пробирная палата безосновательно монополизировала право клеймения. Мол, палата, которая до сих пор сама-то не имеет должным образом оснащенной лаборатории и соответствующих требованиям безопасности помещений ... не разрешает заводам при наличии всего вышесказанного и даже специалистов самим клеймить изделия. Пусть бы, говорят ювелирщики, пробирная палата и занималась контролем этих лабораторий. Это бы значительно удешевило стоимость изделий да и упростило бы задачу производителей.

Но пробирщики рассуждают иначе. Н.Лисовская в своей докладной в парламент сетует, конечно, что «Пробирная палата не обеспечена соответствующим помещением», и что нет в стране монетного двора, который бы выпускал госпробирные клейма, и что эталоны приходится изготавливать за рубежом и там же находятся арбитражные службы сферы оборота драгметаллов. Но при этом она чуть ли не обещает, что появись альтернативные пробирные лаборатории и несколько больше прав у ювелирщиков, - в этом случае стране однозначно грозит «утеря контроля и пробирного надзора со стороны государства» над всем рынком драгметаллов и камней. Н.Лисовская обещает такие последствия, как утеря монополии государства на рынке драгметаллов (имея в виду, наверное, утерю собственной монополии?), дискредитацию продукции отечественного производства в Украине и за рубежом, отсутствие защиты прав потребителей, исчезновение честной конкуренции (будто бы она до сих пор наблюдалась) и, наконец, «неконтролированность рынка сбыта этих товаров, который непроизвольно станет «черным рынком».

К аргументам г-жи Лисовской мы еще вернемся, и надо признать, есть в них какое-то зерно. Но если все же выяснится, что все или большая часть того, о чем писала парламенту глава пробирной палаты правда, то возникает справедливый вопрос: почему она раньше об этом молчала, ведь по логике вещей она должна была обо всех нарушениях, упомянутых в ее докладной записке, сообщить правоохранительным органам. И сообщить срочно, а не тогда, когда ей это выгодно. Впрочем, это, может быть, и произошло. И для этого, вероятно, не нужно спрашивать разрешения у пробирной палаты.

У пробирной палаты и лично ее главы есть смысл спросить: куда отправляют пробирщики доход за выполненную работу, если не в бюджет страны? Ювелирщики говорят, что это хозрасчетное объединение распоряжается деньгами по собственному усмотрению несмотря на то, что оно по сути «отнимает» часть прибыли у тех же отечественных ювелирных заводов...

Н.Лисовская сама писала в докладной, что «органами пробирного надзора Украины выполняются пробирные работы и услуги в объеме 10 млн. ювелирных изделий массой 15-20 тонн золота и серебра ежегодно». Откуда же такие обороты? Или мы слишком многого не знаем?.. Или и в самом деле получается, что пробирная палата ставит клейма (и допускает на внутренний рынок) на контрабандный товар? Ведь за каждое импортируемое ювелирное изделие надобно уплатить, по словам ювелиров, 50% пошлины и 35% от стоимости товара - акцизный сбор. Все это должно направляться в госказну. Прибавьте к этому стоимость клеймения (смотрите расценки), и получится, что импортные ювелирные изделия никак не могли бы быть настолько (8 против 20 долларов) дешевле отечественных. К тому же, если пробирная палата, например, в 1996 году «заклеймила» 300 кг ювелирных украшений, должны быть договора, по которым легко установить: были ли уплачены пошлина и акцизный сбор импортерами? И, очевидно, что это не забота журналистов.

После всего этого остается процитировать уже упомянутый устав Государственной пробирной палаты, где кроме полномочий внятно говорится и о том, что палата «несет полную ответственность за результаты своей производственно-хозяйственной и финансовой деятельности, за выполнение своих обязательств перед партнерами... перед государственным бюджетом и банками согласно действующему законодательству Украины, а также за полное исполнение своих уставных обязательств». И если рассматривать все претензии Н.Лисовской (из ее докладной) с учетом этого, то может оказаться, что пробирная палата просто не справляется с возложенными на нее (или сверх меры добровольно взятыми) обязанностями по госконтролю за рынком драгоценных металлов и камней Украины.

«Я лично подам

в суд

на Лисовскую...»

Это категоричное заявление было сделано генеральным директором Винницкого завода «Кристалл» на встрече с журналистами, когда цитировали докладную записку главы пробирной палаты от 25 мая 1997 года. Н. Лисовская писала:

«В результате проведенных Государственной пробирной палатой Украины 2300 ревизий и проверок предприятий, учреждений и организаций по вопросам учета, использования, хранения драгметаллов и камней, сбора и сдачи в Госфонд Украины их отходов и лома нарушения установлены в 90% проверенных субъектах... Этими ревизиями выявлено утерь, воровства, нерационального использования 10 тонн золота, платины, серебра и 10 тыс. каратов природных алмазов, в том числе установлено неучтенных и сохранено для государства 5 тонн драгоценных металлов и 9 тыс. каратов природных алмазов...

Проверками, проведенными в 1996-1997 годах Винницкого завода «Кристалл» и Киевского предприятия «Изумруд» установлено, что имеющиеся значительные остатки бриллиантов на сумму более 30 млн. долларов США, принадлежащие государству, распродаются.

Высококачественные бриллианты, принадлежащие государству, и бриллианты давальческие одновременно нескольких иностранных фирм, а также отходы алмазов выдаются в работу одному лицу и, как следствие, на Винницком заводе «Кристалл» выявлена недостача 1200 штук бриллиантов».

Честно сказать, и прежде приходилось слышать о всякого рода нарушениях и хищениях в «золотой» промышленности . Но чтобы официально да еще о нарушениях в таких объемах и масштабах - это, признаюсь, впервые.

Директора всех ювелирных заводов (исключая директора Одесского завода, которой не было на встрече) в один голос твердят, что Н.Лисовская их оклеветала и потребовали выяснить, что к чему. А пока что они добровольно опровергают приведенные главой пробирной палаты факты и аргументы. Директор упомянутого Винницкого завода Владимир Абрамов утверждает, что при действующей на предприятии системе контроля (ведь нетрудно догадаться, что алмазы весьма соблазнительный товар), хищения, о которых всуе говорит Н.Лисовская, практически невозможны, иначе завод просто будет разграблен.

К слову сказать о торговле ювелирными изделиями и изделиями из алмазов. По словам директора киевского завода «Изумруд» Николая Ненова, с этим видом деятельности у ювелиров, в частности обрабатывающих алмазы, возникает странная история. Даже имея лицензию на торговлю изделиями из алмазов, завод не имеет права продать их просто покупателю. Продать их можно только тому, кто имеет соответствующую лицензию. И завод вынужден заниматься выяснением этих нюансов. Ну не абсурд ли? И «зачем рыбке зонтик»?

Директора ювелирных предприятий в принципе не отрицают, что случаются иногда кражи. Например, получил человек для обработки 12 камней, а в конце смены сдал 11. Тогда с него высчитывают полную стоимость материала, стоимость его обработки, начисляют штраф и увольняют. При этом предприятие получает с вора чуть ли не вдвое больше стоимости камня. Так что воровство заканчивается для работника однозначно - увольнением. В докладной записке не указано, сколько конкретно и когда украдено, а также где. Но, например, директор Львовского государственного ювелирного завода заявил, что за два последних года на его предприятии в связи с кражей было возбуждено только одно уголовное дело.

Кстати, о Львовском заводе. Н.Лисовская сообщает парламенту, что «в марте с.г. на участке монтажа ювелирных изделий выявлено и изъято фальшивое клеймо золота 585 пробы, рабочая поверхность которого свидетельствует о клеймении им десятков тысяч золотых изделий». Главный львовский ювелир - директор завода Владимир Кузовкин по этому поводу пояснил, что клейма в принципе принадлежат именно пробирной палате и изготавливаются по ее заказу. Если же сами пробирщики «утеряли» из виду фальшивое клеймо, то им, выходит, и отвечать за это. А по поводу того, сколько изделий им клеймили, так этого, говорит директор завода, на глаз не определить. Так что с фальшивым клеймом предстоит еще разобраться.

Главный инженер ОАО «Украинские ювелиры» Леонид Симчук в свою очередь опроверг некоторые аргументы главы пробирной палаты. Не то, чтобы она совсем уж не права, но один и тот же факт при различных формулировках может трактоваться по-разному.

Например, пишет глава пробирщиков, что «на ОАО «Украинские ювелиры» (Киев) палатой выявлено 2600 ювелирных изделий массой 7 кг золота с фальшивыми именниками этого предприятия; в палате на экспертизе находятся золотые изделия с бриллиантами, которые имеют фальшивые пробирные клейма и именники ОАО....»

Л.Симчук в этой связи процитировал акты экспертизы, где по поводу вышеназванного содержатся совершенно иные формулировки. Так, например, в документах присутствуют фразы типа «Недоступен для апробирования», «Нет места для клейма или оттиска именника производителя» - вряд ли эти выражения могут расцениваться как диагноз о фальшивках. Во всяком случае, Л.Симчук утверждает, что нет, хотя речь, по его мнению, идет об одном и том же.

Перечень аргументов и опровержений можно продолжить на несколько газетных страниц. Но очевидно, что в попытках отстоять свои права (и не мне решать, дозволено ли это пробирщикам и ювелирных дел мастерам) обе стороны более, чем усердны. А все потому, что

Проба дороже золота

И еще потому, что статья 15 законопроекта «О государственном регулировании добычи, производства и использования драгоценных металлов и драгоценных камней и контроля за операциями с ними» (третье чтение которого в ВР ожидается на днях), в которой собственно и говорится о госконтроле, предлагается с формулировкой:

«Государственный пробирный контроль за качеством ювелирных и бытовых изделий из драгоценных металлов осуществляется региональными госинспекциями пробирного контроля, которые подчинены Главному управлению драгоценных металлов и драгоценных камней Минфина Украины».

Из этого следует (в случае принятия парламентом такой формулировки), что Госпробирная палата должна стать одной из региональных инспекций, каковой она и была несколько лет назад. Госпробирная палата по сути теряет смысл существования. Тем более, что и клеймение предлагается, согласно проекту этого закона, проводить в специализированных лабораториях, в том числе и у производителей, которые аккредитованы Госстандартом. Пересмотру будет подлежать и система лицензирования всех видов деятельности с драгметаллами и камнями, что, как известно, также до сих пор является вотчиной пробирной палаты.

Что же касается конкуренции, то с принятием закона, считают директора ювелирных заводов, она только и появится, так как до сих пор ее просто не существовало из-за абсолютной неконкурентоспособности отечественной ювелирной продукции. А пробирная палата, по словам заместителя директора Харьковского ювелирного завода Николая Шкуренко, «делает все, чтобы отечественным ювелирным заводам невозможно было работать», в то время как частные фирмы и импортеры драгоценностей пользуются ее неоправданным протекционизмом.

Никто не спорит, что государство не имеет права и не может себе позволить устраниться от контроля за рынком драгоценных металлов и камней. Но до сих пор, судя по вышеназванным фактам, на этом рынке порядка не было. И вряд ли он появится сам собой при действующей системе контроля со стороны пробирной палаты в ее нынешнем виде. Украине, конечно, надо семь раз отмерить, прежде чем перенимать иностранный опыт в организации рынка драгоценных металлов и камней. Но, возможно, стоит учесть хотя бы в будущем, как рассказал Геннадий Веселовский, начальник управления Министерства промышленности, что во многих странах все производители и торговцы ювелирными изделиями перечисляют определенную сумму от своих доходов единому органу (аналогу украинской пробирной палаты), который ими и государством уполномочен производить апробирование и клеймение всех изделий, а также контролировать соответствие принятым в мире стандартам клейм и именников производителей. Нарушители строго караются, и таким образом заложены основы для разумного контроля и конкуренции. К слову сказать, и главный пробирщик, как арбитр и эксперт, там избирается по решению всех участников, так сказать, картельного соглашения ювелирщов.

Сравнительная стоимость изготовления и клеймения ювелирных изделий

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК