Многодетные переселенцы

28 апреля, 2016, 22:00 Распечатать Выпуск №16, 28 апреля-13 мая

65% переселенцев выживают на 1330 грн, лишь у 27% доход составляет 1331—2500 грн. Таковы данные опроса, проведенного в марте Международной организацией по миграции совместно с Украинским центром социальных реформ.

 

65% переселенцев выживают на 1330 грн, лишь у 27% доход составляет 1331—2500 грн. Таковы данные опроса, проведенного в марте Международной организацией по миграции совместно с Украинским центром социальных реформ. 

Только в Донецкой области зарегистрированы 720 тыс. внутренне перемещенных лиц (ВПЛ). И если традиционная семья с одним малышом еле сводит концы с концами, то как же приходится многодетным семьям? Учитывая к тому же ограничения размеров пособия для ВПЛ: 442 грн — на взрослого, 884 грн — на ребенка, но не более 2400 грн на семью. То есть каждая многодетная семья (хоть трое, хоть пятеро детей) все равно получает не более 2400 грн в месяц.

У Людмилы Бондарь  —  пятеро детей: от года до пятнадцати лет. Семья жила в прифронтовой Авдеевке. За свой дом держались до последнего. Думали, вот-вот война закончится. Муж продолжал работать на коксохиме, а тогда еще беременная Людмила с четырьмя детками боялась далеко от него уезжать. 

"Просидели почти четыре месяца без воды, два месяца —  без света. Стекла взрывной волной выбивало — меняли. Опять выбивало — опять меняли. Прятались с детьми в подвале. Как-то выходим из укрытия, а крыша соседского дома уже сгорела. Прямое попадание. То есть несколько метров в сторону, и нас бы тоже накрыло. Лидочке тогда только месяц исполнился. Муж сказал: "Хватит". Ночью побросали сумки в микроавтобус, и он нас вывез. Случайно узнали, что в Дружковке сдается квартира для переселенцев. Год назад сюда и направились", — вспоминает Люда. —  В Дружковке мы оказалась впервые. Я сначала была в шоке — незнакомый город, никого не знаю, в голове еще грохот обстрелов. А я одна с детьми — муж нас выгрузил и поехал обратно в Авдеевку, завод нужно было восстанавливать. Первые дни я была настолько подавлена, что на улицу не хотелось выходить. Потом ради детей взяла себя в руки". 

Семья из шести человек разместилась в старенькой двухкомнатной полупустой квартире — ни мебели, ни посуды. "В Дружковке  —  прекрасные люди, отзывчивые. Мы только зарегистрировались, я не успела к кому-то толком обратиться, а о нас уже знали, —  говорит Людмила. —  Волонтеры принесли посуду, коляску для малышки, нас одели, обули. Звонок в дверь. Открываю. Холодильник заносят. Потом кто-то кровать привез. Деток много, стирки много, а машинки нет. Так соседка нам предложила к ней приходить стирать. Женщина сама инвалид, но тоже откликнулась на нашу беду". 

Конечно, трудностей хватает. Людмиле повезло: квартиру снимает с оплатой лишь коммунальных услуг. Но на коммуналку, расходы на детсад и школу уходят все соцпособия, которые получает семья. "У нас же колонка. Чтобы всех детей перекупать, много газа идет. Плюс электричество, отопление. Хорошо, что муж работает, вот что он нам пришлет — на это и живем. Так что если бы не местные жители, волонтеры, фонд Ахметова, нам бы не протянуть. Я о такой поддержке даже подумать не могла. Мы же и сидели в Авдеевке, потому что только и рассказов было, как трудно переселенцам. Если бы изначально знала, что так сложится, сразу бы выехали".

Но как бы уютно ни было в Дружковке, семья все равно душой в Авдеевке. "Мы поэтому и мебель не покупаем, все "на чемоданах" сидим и готовы в любую минуту схватить сумки и с радостью возвратиться домой". 

Ольга Денщик сама воспитывает троих детей. В Горловке жили в поселке Румянцево  —  одном из самых обстреливаемых районов. "К августу 2014-го не было ни пособий на детей, ни возможности подработать. Шли постоянные бои. Потом начали подрывать мосты. Взрывной волной у нас выбило все стекла. Это стало последней каплей", — рассказывает Ольга.

Из-за разрушенных мостов транспорт из города выехать не мог. "И что делать? Ночью собрала документы, детские вещи, завязала все в два узла. Рано утром погрузила баулы на велосипед, посадила на него старшего сына (ему тогда было шесть лет), а девочек (четыре и два годика) — в коляску. И мы вчетвером, без копейки в кармане, пошли пешком в Славянск, где жил мой отец. Расстояние  — 70 км".

Через три часа первый привал — у колодца недалеко от Майорска. "Там было много местных, так как снаряды повредили водопровод. Увидев меня с детьми и баулами, нам начали давать — кто хлеб, кто конфеты, кто деньги. А еще там был мальчишка, но из-за стресса я даже не спросила, как его зовут. Он сказал: "Тетя, только не уходите". И куда-то убежал. Возвращается с пакетом мелочи, а среди монет — осколки керамики. Он разбил свою копилку. Мальчик настаивал, и я со слезами приняла этот бесценный дар. А ведь он копил монетку за монеткой на какую-то мечту. Никогда его не забуду". 

Ольга с детьми весь день шла по пустынной трассе, движение автотранспорта было перекрыто. "Август, жара. Что меня поразило — на протяжении всего пути малыши ни разу не всхлипнули, не заплакали. Как будто эти крохи понимали, что от их поведения зависит жизнь всех нас". 

Ночью дошли до Семеновки (поселок под Славянском), где семью на машине ждал отец Оли. "Здесь был первый блокпост, от которого разрешен проезд автомобилей, поэтому папа ближе к нам никак не мог подъехать". 

А затем начались будни переселенцев. "Мне повезло. У папы, хоть и старенький, но свой домик. Тогда в Славянске работало много волонтеров. Нам помогли обустроиться на новом месте. Какие-то фонды приходили в город, какие-то уходили. Но постоянно и до сих пор нас поддерживает штаб Рината Ахметова и "Каритас". А выдача ахметовской гуманитарки — это особое для меня событие, так как из соседних поселков приезжают горловские подруги. И только здесь мы можем встретиться, обменяться новостями о ситуации в городе. Вот так я узнала, что и в наш двор попал снаряд, полдома разрушено. Но за домом уже не грущу (хотя в последний месяц я как раз заканчивала ремонт, не успела всего две полосы обоев доклеить). Технику, мебель можно купить. Но там остались дорогие мне мелочи, например детские фотографии. Их уже не восстановить. И я никогда не смогу своему ребенку показать, каким он был маленьким, как делал первые шаги".

Как и все многодетные переселенцы, Оля на четверых получает пособие в 2400 грн. Вернее, получала. Из-за новых правил и переоформлений вот уже три месяца нет выплат. И именно сейчас поддержка волонтеров и фондов — то, что помогает семье продержаться.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно