Цензура в овечьей шкуре

29 ноября, 17:52 Распечатать Выпуск №46, 30 ноября-6 декабря

Что на самом деле должен делать Дезинформационный комиссар.

© flickr/Ben Raynal

Уже не впервые в Украине звучат призывы к учреждению должности информационного комиссара. 

Если раньше призывы были направлены преимущественно в защиту авторства правозащитных кругов и касались обеспечения информационных прав, то ныне идея принадлежит Министерству культуры, молодежи и спорта и якобы направлена на противодействие дезинформации.

О необходимости создать новый орган, который контролировал бы соблюдение права на информацию, говорили еще до принятия в 2011 г. Закона "О доступе к публичной информации". Политической воли хватило лишь на этот закон,  контрольные же функции распределили между Уполномоченным по правам человека, который мог вносить представление об устранении нарушений (зачастую без последствий игнорировавшиеся распорядителями информации), и прокуратурой, которая привлекала нарушителей к административной ответственности. В 2014 г., с принятием новой редакции Закона "О прокуратуре", все функции защиты информационных прав сконцентрировались у омбудсмена.

При этом привлечение нарушителей к ответственности — несвойственная функция для независимого органа парламентского контроля. Тем более, что привлекая к индивидуальной ответственности, Уполномоченный по правам человека сам рискует нарушить права человека.

Похожая история случилась и с принятием Закона "О защите персональных данных", который был одним из условий получения безвиза. Контролером стала Госслужба по вопросам защиты персональных данных. Она просуществовала с апреля 2011 г. по сентябрь 2014-го и запомнилась только тем, что в результате буквального выполнения требований закона была завалена тоннами бумажных сообщений от сотен тысяч юридических лиц и общественных объединений о наличии у них баз персональных данных. Этот хлам передали Офису Уполномоченного по правам человека, который стал единственным органом контроля.

Как бы ни старался секретариат омбудсмена бороться за доступ к публичной информации и защиту персональных данных, штата и бюджета на это не хватает. Секретариат Уполномоченного по правам человека играл ключевую роль во введении этого принципиально нового законодательного регулирования. Кажется, с имеющимися ресурсами уже достигнут максимум.

Уполномоченный по правам человека — это лучше, чем правительственная служба, но нужно искать другую модель. Для должного контроля следует создать новый независимый государственный орган. Достичь нужного уровня независимости может только орган, прямо предусмотренный Конституцией Украины. К таким относятся Счетная палата, Уполномоченный по правам человека, Нацрада по вопросам телевидения и радиовещания, Нацбанк и т.п. Но есть ли на то политическая воля?

В предыдущем созыве парламента даже была неудачная попытка собрать подписи под законопроектом о соответствующих изменениях в Конституцию. В этом созыве президент Зеленский подал законопроект о внесении изменений в Конституцию, которые позволили бы на основании закона создавать уполномоченных ВР по разным вопросам. 

21 ноября законопроект первым из семи президентских инициатив об измененях в Основной Закон получил негативный вывод Конституционного суда. Это беспрецедентный случай за последние 20 лет — до сих пор Конституционный суд полностью отклонил только неудачную попытку депутатов в 1999 г. зафиксировать в Конституции пенсионный возраст. Чтобы признать отдельные положения проекта изменений не отвечающими Конституции, в последний раз такую отвагу суд на Жилянской продемонстрировал в 2010 г., когда предлагалось продлить полномочия конкретного созыва местных рад на один год, вопреки нормам Конституции.

В выводе КСУ речь идет о том, что предложенный новый вид парламентского контроля может выйти за пределы контроля над соблюдением конституционных прав и свобод человека и гражданина и создаст риск чрезмерного вмешательства парламента через уполномоченных, а следовательно может привести к нарушению прав человека. Кроме того, сузит сферу деятельности и ограничит полномочия омбудсмена.

Как бы там ни было, но в украинском обществе не видно запроса на появление информационного комиссара. Зато 15 ноября министр культуры, молодежи и спорта Владимир Бородянский представил концепцию защиты информационного пространства от дезинформации. Министерство планирует посвятить этому отдельный законопроект и предполагает создать институт омбудсмена по вопросам информации. Впрочем, с правом на информацию и защиту персональных данных это не имеет ничего общего. Это будет сугубо омбудсмен по вопросам дезинформации.

На самом деле дезинформация в эпоху постправды, во времена расцвета соцсетей и Интернета — это вызов настоящего, который трудно ограничить. С фейк-ньюс надо бороться, филигранно используя скальпель хирурга, а не косить все медийное поле. Любые движения в этой сфере надо начинать с основательных консультаций с привлечением, в том числе, экспертов международных организаций. На шестом году войны вряд ли можно оправдать необдуманные и резкие шаги.

Мы уже писали о необходимости должным образом соблюдать права на защиту персональных данных в системах видеонаблюдения, применение которых стремительно распространяется, вне какого-либо законодательного регулирования. Членам правительства и парламентариям следует защитить персональные данные — изображение лиц и номерных знаков автомобилей сотен тысяч, если не миллионов украинцев. После представления нашего исследования на эту тему секретариат Уполномоченного по правам человека начал проверять киевскую систему видеонаблюдения. Однако же таких систем сотни, они действуют почти во всех городах, во многих поселках и даже в селах. Самостоятельно подчиненные Людмилы Денисовой с таким объемом работы не справятся. 

Во многих странах ЕС действуют национальные органы защиты персональных данных. Самый известный пример — Словения, где информационный комиссар Наташа Пирч-Мусар смогла добиться признания неконституционности для сохранности больших массивов персональных данных без согласия на это.

То есть нам, очевидно, есть к чему стремиться в этой сфере и есть что улучшать. Напрасно надеяться на построение эффективной и непредвзятой системы борьбы с фейк-ньюз в условиях низкого доверия к судебной власти, постоянных попыток давления на СМИ и откровенного пренебрежения к ним со стороны вельмож. В концепции законопроекта о медиа, разрабатываемого парламентским Комитетом по вопросам гуманитарной и информационной политики, уже есть идея криминализации дезинформации, так что скоро депутаты имеют шанс наступить на любимые грабли, которые раньше назывались "криминализация клеветы".

Украине еще очень далеко до того уровня общественной дискуссии о рамках свободы слова, которая уже десятилетиями ведется в США и странах Старой Европы. Дождемся ли мы обсуждения концепции свободного рынка идей, а не эмоциональных и заполитизированных обсуждений концепции запретов?

Вектор государства в информационной политике должен быть направлен не только и не столько на опровержение российского бреда от Соловьева и Киселёва. Украина должна сфокусироваться на открытости информации и одновременно на защите персональных данных. Открытость информации — действенный инструмент предотвращения коррупции, а защита персональных данных — один из новейших вызовов информационного общества. На сгоревшем Доме профсоюзов на Майдане Незалежности в Киеве долгое время висел баннер со слоганом Freedom is our religion. Обратите внимание: свобода, а не цензура.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №48, 14 декабря-20 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно