Ювенальная юстиция — шанс для несовершеннолетних правонарушителей

14 ноября, 2008, 13:20 Распечатать Выпуск №43, 14 ноября-21 ноября

Нынешняя карательная система в том виде, в котором она существует, не способна сделать из юных правонарушителей законопослушных граждан...

Детская преступность — явление, распространенное в Украине. Каждый год приговариваются к различным срокам заключениям более 20 тыс. подростков. Что неудивительно, так как уровень жизни в стране заметно ухудшается, а с этим молодеет и сама преступность. Самому маленькому воришке сегодня может не быть и 10 лет… К сожалению, нынешняя карательная система в том виде, в котором она существует, не способна сделать из юных правонарушителей законопослушных граждан. Следовательно, она требует существенных реформ и изменений. Каких именно, корреспондент «ЗН» решил поинтересоваться у правоохранителей, юристов и психологов.

О детской преступности я знаю не понаслышке, так как однажды самой довелось стать жертвой несовершеннолетних правонарушителей. А случилось это в небольшом шахтерском городке в Западной Украине, когда, прогуливаясь вечером по центральному проспекту, на меня напали два подростка. В ходе недол­гого противостояния они выхвати­ли из рук сумку с документами и мобильный телефон. Бе­жать за ними вдогонку не было смысла, поскольку воришки бросились в разные стороны. Оста­валось одно: обратиться в милицию в надежде на то, что город-то маленький и, как говорится, здесь «каждая собака» на виду. К счастью, буквально через пару недель несовершеннолетние преступники были задержаны, так как промышляли в одном и том же месте. Как оказалось, я была далеко не первой и не последней их жертвой. В общей сложности подрост­ки украли одних только мобильных телефонов на 5 тыс. грн. Следовательно, их ожидало несколько лет заключения. Но, как мне стало известно, дело до суда так и не дошло, поскольку родст­вен­ники воришек решили расплатиться с их жертвами. Ко мне обратились тетушки несовершеннолет­них грабителей. Они рассказали печальную историю о том, что их племянники практически сироты и сейчас находятся на попечении бабушки. В том, что ребята совершили, есть и их вина, мол, не досмотрели. Поэтому согласны мне возместить стоимость мобильного телефона и затраты на оформление украденных документов взамен на мое согласие забрать из милиции свое заявление. На вопрос: откуда у них такие деньги, ведь сумма денежной компенсации всем жертвам, прямо сказать, впечатляет, женщины ответили, что возьмут взаймы у знакомых, а потом поедут за рубеж на заработки, чтобы через год вернуть им долги. Вот только оценят ли этот поступок своих тетушек непутевые племянники? Ду­маю, вряд ли. Так как за свой проступок они не понесли серьезного наказания. Соответственно, где есть гарантия того, что повторное желание обогатиться за чужой счет, обворовав похожего, у этих ребят не появится снова?

В этом со мной согласна и доктор психологических наук, профессор Наталья Максимова. Она считает, что отсутствие наказания за совершенное ребенком преступление не пойдет ему на пользу. Поскольку дети сами не смогут осознать своей вины за содеянное преступление, вырастая потом в отъявленных преступников. «Украв раз и оставшись при этом безнаказанными, они понимают, что то же самое можно будет делать и дальше, — объясняет Наталья Юрьевна. — По достижению совершеннолетия преступники начинают недоумевать, почему за обычную кражу, за которую раньше не наказывали, их сейчас посадили за решетку. Конечно, я не сторонник жестких мер наказания для несовершеннолетних. В этом со мной солидарны и многие зарубежные коллеги. Так, к примеру, французы считают, что у них не так много детей, чтобы сажать их в тюрьмы. Поэтому в стране работает только одна детская исправительная колония закрытого типа, рассчитанная на 500 мест. К большинству юных правонарушителей во Франции применяют несколько иные методы наказания, отличные от криминального преследования, дейст­вующего в Украине. Ведь главное — достучаться до ребенка, совершившего проступок, чтобы он осознал свою вину и не повторял содеянное. Достижение такого результата возможно в том случае, если подросток, имеющий проблемы с законом, не брошен на произвол судьбы. Такими детьми за рубежом занимаются специально обученные работники социальных служб, психологи и, конечно же, школьные преподаватели. Вспомните, как еще при Советском Союзе работала система общественного порицания в школе. Сейчас же учителя и дирекция наших учебных заведений устраняются от выполнения воспитательных функций. Моти­вация проста: все, что происходит с детьми за стенами школы, нас не интересует, так как наша задача заниматься обучением детей и не более.

По словам Натальи Максимовой, показательным может стать недавний случай, когда группа девочек-подростков из неблагополучных семей решила поставить свою прилежную одноклассницу, как сейчас принято говорить, «на счетчик». Они требовали от девочки денег, спиртных напитков и сигарет. Взамен обещали ее не трогать, но пригрозили смертью в случае, если та «сдаст» их своей маме. В итоге девочка какое-то время шла у шантажисток на поводу, когда же у нее закончились деньги, те ее попросту избили.

Узнав об этом, мама пострадавшей написала заявление в милицию, а там ей популярно объяс­нили, что девочки, избившие ее дочь, — несовершеннолетние. Следовательно, им суд все равно даст условный срок либо вообще откажет в возбуждении уголовного дела, поскольку речь идет о легких телесных повреждениях. Так что работникам милиции просто нет смысла возиться с такого рода преступлениями, впустую расходуя свое время и силы, когда на очереди столько нераскрытых убийств. После такого разговора в милиции обеспокоенная мама пришла к директору школы с просьбой как-то повлиять на избивших ее дочь одноклассниц, а также их родителей. Но все безуспешно, так как педколлектив отказался разбираться в этом деле, мол, драка произошла не в школе, значит, учителя не имеют к этому никакого отношения. После такого поворота событий хуже стало только несчастной девочке. Ведь ее обидчицы, вдохновившись своей безнаказанностью, почувствовали себя всесильными и продолжали над ней издеваться. Выхо­дит, что их родители, учителя и правоохранители своим равнодушием попросту поощрили такое поведение.

Но не всем детям в Украине удается избежать сурового наказания. Не так давно один из районных судов Киевской области 14-летнему воспитаннику шко­лы-интерната вынес приговор — три года лишения свободы за кражу из сарая двух алюминиевых кастрюль и бывшей в употреблении коробки передач от автомобиля «Москвич-412». В ходе следствия было выяснено, что подросток успел продать в пункт приема металлолома только нехитрую кухонную утварь. На вырученных семь гривен, мальчик собирался купить себе еду, так как был очень голоден. Но эти деньги у него отобрала родная мать, в свое время лишенная родительских прав, чтобы потратить их на водку. В результате мальчику был вынесен такой строгий приговор. И судья не мог поступить иначе: закон в этом случае не предусматривал другой, альтернативной меры наказания. Данный пример как нельзя лучше показывает несоответст­вие системы наказания содеянному подростком правонарушению. Как следствие осужденный ребенок не осознает своей вины. Так как посчитает, что в его бедах виновато общество, а также судья и прокурор, которые дали ему такой срок только за то, что тот был голоден.

— Поэтому необходимо пересмотреть существующую модель реагирования на преступное поведение несовершеннолетних, — считает начальник отдела профилактики правонарушений среди детей и организации работы приемников-распределителей для детей департамента криминальной милиции по делам детей Алексей Лазаренко. — Ведь не секрет, что такие альтернативные способы наказания, как штраф, который нельзя применять к неработающим подросткам, или общественные работы, за которыми со стороны государства не ведется должного контроля, на практике себя не оправдали. Отчего судьи не могут назначать подобные меры наказания. Следовательно, им ничего не остается, как сажать несовершеннолетних в тюрьмы или освобождать их от уголовной ответственности с обязательными мерами воспитательного характера, увы, не определенными законом. В последнем случае ребенок, совершивший какой-либо проступок, остается один на один со своими проблемами, поскольку его родителям просто некогда заниматься его ресоциализацией. Следовательно, не существует гарантий того, что он не совер­шит повторно незаконное деяние. Именно поэтому во многих странах Европы уже давно приме­няется новый подход к реагированию на преступления, совершенные несовершеннолетними, в виде так называемого восстановительного правосудия, когда судом дается шанс на договорной основе возместить материальный, эмоциональный и физический ущерб пострадавшего, таким образом, принять ответст­вен­ность за совершенное преступ­ление, что очень актуально для несовершеннолетних. Восприятие своих поступков как отклоне­ние от нормы, возможность самому исправить случившееся, чистосердечное желание не повто­рять никогда подобную ситуацию — главный урок, который дол­жен вынести подросток после применения правосудием мер наказания. Как следствие — дейст­вен­ное раскаяние, осознание своей вины и понимание серьезности нанесенного ущерба потерпевшему с дальнейшим его возмещени­ем. В виду этих действий появляется возможность не только вос­становить права жертвы преступления, но и уберечь от социаль­ной деградации подрастающего члена общества, который в дет­стве попросту оступился. Прав был доктор К.Менингер, утверждавший, что то, что сделано против детей, они потом сделают с обществом. К счастью, в Украине с 2003 года ведется работа по преемственности опыта западных соседей в области восстановительного правосудия. Правда, это только часть мероприятий, включающих всю профилактическую работу по предупреждению преступности несовершеннолетних.

Большим шагом в этом плане, по словам Алексея Лазаренко, является внедрение определенных принципов ювенальной, то есть детской, юстиции во всех сферах правоотношений, перевоспитании и социальной реабилитации несовершеннолетних преступников. Сегодня для этого есть определенные законодательные предпосылки в виде отдельных статей Уголовного кодекса Украины, которые предусматривают особенности рассмотрения дел о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, и их ответственности, постановлений Верховного суда и отдельных указов президента в виде «Национального плана дейст­вий по реализации Конвенции ООН по правам ребенка», одобренного в прошлом году Верхов­ной Радой. В этом документе идет речь о создании ювенальной юстиции, которая будет включать и ювенальную пробацию, и восстановительное правосудие, и специализированную социальную помощь для «детей, находящихся в конфликте с законом».

Большой вклад в развитие системы правосудия для несовершеннолетних внесли и негосударственные общественные организации, которые часто выступают инициаторами как практических, так и законотворческих процессов. Так, Всеукраинской фундацией «Защита прав детей» при поддержке МФ «Возрожде­ние» с 2007 года на базе Киевской области и АР Крым реализуется ряд проектов, направленных на создание модели ювенальной юстиции.

— Отличие этого нововведения заключается в том, что, если раньше ребенок, совершивший преступление, находился в распоряжении сотрудников милиции, прокуратуры и суда, после чего ему выносили приговор, то теперь к работе подключены «дет­ские» правозащитники и адвокаты, работающие «В центре правовой помощи» 24 часа в сутки, психологи, а также медиаторы, — продолжает Алексей Лазаренко. — Их задание не только собрать воедино все существующие сведения о социальном положении несовершеннолетнего преступника, поведении в школе, дома, среди ровесников, но и способствовать установлению диалога с его жертвой. Если же во время таких переговоров подросток, совершивший преступные деяния, принесет пострадавшему человеку свои извинения за причинение ущерба (морального, материального, физического), возместив его, и пострадавший их примет, тогда суд может дать несовершеннолетнему правонарушителю возможность исправиться и искупить свою вину. В дальнейшем он будет находиться под наблюдением службы пробации, функции которой у нас сегодня частично выполняет криминально-исполнительная инспекция. Ее действия сводятся не только к осуществлению надзора за исполнением наказаний, а и к подго­товке досудебных отчетов на основе социально-психологического изучения подростка, его семьи, окружения, что очень важно для судьи, который будет принимать решение. Ведь в компетенции милиции — только расследование самого факта преступления. Но вот социально-психологические причины, толкнувшие подростка на его совершение (пребы­вание в неблагополучных семьях, особенности психического здоро­вья ребенка и т.д.) раньше не так серьезно изучались. А ведь от этого зависит мера наказания ребенку, совершившему то или иное преступление, при определенных обстоятельствах, выявлением которых за рубежом занимается служба пробации. По­том вся эта информация передается в суд. Согласно совокупности собранных данных о преступнике, его договоренностей с жертвой, судья может выносить по каждому отдельному случаю свое решение. Приятно, что на проведение подобного эксперимента в Украине отозвался председатель Белоцерковского городского суда Владимир Санин. Благодаря ему в Киевской области удалось проработать механизм ювенальной юстиции. На основании этого эксперимента сегодня проводятся тренинги со специалистами в других областях. Надеемся, что вскоре у нас в стране заработает институт дет­ского правосудия, что будет способствовать снижению численности правонарушений, совершаемых подростками.

Правда, в этом не уверен юрист Константин Логутов, принимавший участие в обсуждении проектов, связанных с внедрением принципов ювенальной юстиции. По его словам, в странах, где применяется такой подход к несовершеннолетним правонарушителям, растет количество рецидивов, то есть преступлений, совершенных повторно одним и тем же лицом. Особенно этим явлением обеспокоены голландцы, у которых количество рецидивистов постоянно возрастает. «Причина в том, — объясняет г-н Ло­гутов, — что подросток, попавший в колонию, содержится в прекрасных условиях быта и про­живания. —К его услугам многие спортивные секции и кружки, регулярные общения с психологом и социальным работником, который после освобождения подрост­ка подбирает ему жилье и работу. А тот в свою очередь может остаться недовольным таким выбором. Тогда соцработник обязан предоставить на рассмотрение своего подопечного другие предложения. Как правило люди, разбалованные таким вниманием общества к своей персоне, не очень тяготятся принести ему пользу и норовят снова попасть в места заключения, где их бесплатно покормят, оденут и даже развлекут. Спрашивается: зачем тогда работать, если можно совершить преступление и жить, словно в санатории?».

Но эта проблема не дает нам оснований оставлять карательную систему подростков в таком виде, в каком она существует сегодня, считают психологи и криминалисты. Целесообразнее изучить опыт зарубежных государств в сфере ювенальной юстиции и остановить свой выбор на самых эффективных методах предотвращения детской преступности. Возможно, тогда произойдут долгожданные перемены к лучшему.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно