Украинский феномен — 2

11 декабря, 2009, 14:11 Распечатать Выпуск №48, 11 декабря-18 декабря

В своей статье «Украинский феномен» («ЗН» от 16.05. и 23.05.09) на основании анализа официальной советско...

Мир — народам, земля — крестьянам...

В своей статье «Украинский феномен» («ЗН» от 16.05. и 23.05.09) на основании анализа официальной советской статистики (Демографический энциклопедический словарь, М., 1985) я сделал вывод, что за 53 года советской власти с 1926-го по 1979 г. коэффициент воспроизводства русских в СССР был в 9,2 раза выше, чем украинцев (76,6% и 8,3% соответственно). Минимальные потери украинского этноса в СССР за эти годы составили 21,3 млн. человек. Эта страшная цифра не учитывает потери в годы Великой Отечественной войны и получена в результате сравнения динамики воспроизводства двух крупнейших этносов — русских и украинцев. В статье также показано, что массовый геноцид украинского народа в Советском Союзе носил не этнический, а классовый характер — уничтожались не украинцы, а зажиточные крестьяне, которых, к сожалению, среди украинцев было большинство (по меркам большевиков).

Статья вызвала неоднозначную реакцию читателей — от восторга до резкого неприятия. Если отбросить возражения «идеологических» противников, которые ни при каких обстоятельствах, независимо от аргументов и фактов, не признают геноцид и Голодомор украинского народа при советской власти, то высказанную конструктивную критику можно свести к следующим тезисам:

1. Доказательная база сделанных сенсационных выводов о резком различии условий жизни и воспроизводства русского и украинского этносов в СССР основывается на очень ограниченном количестве документальных и печатных источников информации.

2. Экстраполяция сохранившихся цифр по национальному составу СССР за 53 года не является точной, так как содержит многие неопределенные данные, в частности о потерях населения в годы Второй мировой войны, масштабы миграции, изменений территории УССР в 1939—1940 гг. и т. д.

3. Нарисованная картина массового раскулачивания является умозрительной и слабо подтверждается официальными источниками информации тех времен (30-е годы XX в.).

Сознавая справедливость этих критических замечаний и увлекшись затронутой проблемой, я продолжил свои исследования и поиски в этом направлении.

Во многом случайный успех с использованием материалов из «Демографического энциклопедического словаря», на которые я опирался в предыдущей статье, подсказали мне идею направить поиски на тщательное изучение специальной справочной и энциклопедической литературы. В СССР существовало мощное разветвленное издательство «Советская энциклопедия» с филиалами во всех республиках, регулярно издававшее многочисленные тома, содержащие самую разнообразную информацию обо всех сторонах жизни государства.

Конечно, в этих издательствах также существовала жесточайшая партийная цензура. Однако иногда цензоры пропускали «ненужные» цифры и таблицы, справедливо считая, что даже самый въедливый читатель редко обращает внимание на цифровой материал, читая в основном лишь выводы и рекомендации. Учитывая высокий профессиональный уровень авторов энциклопедических статей, издательство старалось избегать явной фальсификации при подаче конкретного материала.

Я занялся анализом советской энциклопедической справочной литературы, надеясь отыскать если не прямые, то хотя бы косвенные цифры и сведения, не только подтверждающие факты Голодомора и геноцида украинского народа, но и позволяющие определить его масштабы.

Прежде чем перейти к изложению дополнительных фактов, подтверждающих страшные масштабы геноцида, хочу поделиться с читателем обнаруженными мною интересными сведениями о жизни крестьянства царской и советской империй в начале XX в., которые позволяют глубже понять исторические процессы, протекавшие в нашей стране в трагические годы между Первой и Второй мировыми войнами.

Накануне Первой мировой войны (в 1913 г.) большая часть населения Российской империи — свыше 80% — проживала в сельской местности и занималась преимущественно крестьянским трудом. Если учесть, что добрая половина городских жителей в то время проживала в маленьких городах и также не чуралась крестьянского труда (держали птицу и скотину, обрабатывали огороды и т.п.), то становится очевидным, что подавляющая часть населения империи, в том числе и территории современной Украины, относилась к крестьянству.

Крестьянский труд был тяжелым и непродуктивным. В обстоятельном справочнике «Аграрный вопрос и крестьянское движение», изданном в Москве в 1935 г. (издательство Международного аграрного института), я нашел следующие сведения. До революции Россия занимала первое место в мире по экспорту зернопродуктов. Российские патриоты и монархисты, рассказывая о славном дореволюционном прошлом, до сих пор в качестве одного из главных аргументов приводят тот факт, что Россия в XIX — начале XX вв.
была житницей Европы. При этом они умалчивают или не знают, что в этой «житнице» среднее количество зернопродуктов на душу населения составляло 3,6 центнера (в США — 8,9 ц, Румынии — 6,4 ц, Венгрии — 5,2 ц — данные за 1913 г.). Средняя урожайность зерновых в России в начале XX в. составляла порядка 6 ц с гектара и была почти в три раза ниже средней урожайности в Европе. Основная масса населения в «житнице Европы» жила впроголодь, а хлеб массово вывозился за границу. Увы, в России практически ничего не меняется в политике власть имущих по отношению к своему народу. В начале XX в. экспортировали в огромных количествах зерно, которого не хватало собственному населению. В начале XXI в. в огромных объемах экспортируют природный газ, при том, что по степени газификации Россия значительно уступает не только европейским странам, но даже Украине и Беларуси.

Приведенные в аграрном справочнике данные разрушают еще один миф, который до сих пор навязывают современные наследники советской власти, — миф о «естественном» характере массовой гибели украинского крестьянства в результате неурожая. Согласно справочнику, средняя урожайность зерновых в СССР в 1930—1934 гг. колебалась в пределах 6,7—8,8 ц/га, а о 1933 г. сказано буквально следующее: «Под лозунгом Сталина сделать колхозы большевистскими, а всех колхозников зажиточными, разворачивались все хозяйственные и политические кампании 1933 г. И в результате лучшие ударники колхозных полей с гордостью подвели итоги хорошего урожая. Большинство колхозов закончило 1933 г. невиданными доходами. В колхозах Татарии, Днепропетровщины, Харьковщины, Одесщины, Северного Кавказа, центральных черноземных областей, Нижней Волги и многих других доход колеблется от 6 до 12 кг одного хлеба на трудодень, а в ряде мест и до 25 кг».

Таким образом, официальные советские источники информации оставили неопровержимые свидетельства не только характера, но и объема страшного процесса коллективизации сельского хозяйства, приведшего к гибели и «распылению» значительной части относительно зажиточного крестьянства.

Что же касается национального аспекта этого трагического процесса, то здесь дело обстоит сложнее и докопаться до истины на основании советской официальной статистики было непросто. Проанализировав практически все довоенные издания Большой и Малой советских энциклопедий (БСЭ и МСЭ), я убедился, что их многочисленные авторы, излагая материал по национальному составу населения СССР в целом и отдельных республик в частности, старались давать минимум информации, тщательно избегая острых углов.

Я уже стал терять интерес к своим поискам, когда натолкнулся на предвоенное издание МСЭ 1940 г. и в статье «СССР» в коротком разделе по населению на стр. 151 обнаружил следующую таблицу.

Эта таблица привела меня в шоковое состояние. Я не мог понять, каким образом она попала на страницы официального издания. В те времена за публикацию подобных данных должны были расстрелять не только авторов статьи, но и половину редакции и кураторов издательства (ОГПУ—НКВД, цензоров и работников идеологических отделов партии), ибо в этой таблице в концентрированном виде представлена сущность национальной политики советской власти и истинная цена «интернационализма и братских отношений народов, добровольно вошедших в Советский Союз».

Естественно, в статье из МСЭ данная таблица не анализируется. Складывается впечатление, что авторы статьи «СССР» написали нужный текст и приложили к нему для солидности несколько таблиц, присланных в редакцию из статистических органов, не вникнув в их содержание. Они справедливо рассуждали, что ни цензоры, ни читатели на цифровые иллюстративные таблицы не обращают внимания. И, как мы видим, оказались правы. Профессиональные историки и демографы не только в СССР (что понятно и объяснимо), но и за рубежом, в диаспоре и уже в постсоветские времена не заметили(?!) официальной советской статистики или не сумели ее проанализировать.

Чтобы докопаться до истины в сложных исторических процессах XX в., нужно не пересказывать истории и мифы, а уметь пользоваться современными методами математического анализа и криминалистики. Наверное, во многом был прав выдающийся философ Лев Шестов, который в книге «Афины и Иерусалим» по этому поводу писал следующее: «Что такое истина? Говорить перед камнями... или перед животными, в расчете, что твой дар очарует их и они поймут? Люди ведь, наверное, даже не услышат: они так заняты — делают историю — до истины ли им? Все знают, что история куда важнее, чем истина». Отсюда новое определение истины: истина есть то, что проходит мимо истории и чего история не замечает.

Однако вернемся к анализу злополучной табл. 1. Из верхней ее строки видно, что за 13 лет (с 1926 по 1939 г.) численность русского этноса в СССР возросла на 21,2 млн. чел. — в среднем прирост русских за эти годы составлял 1,63 млн. чел. в год, благодаря чему их удельный вес возрос на 5,5 % (до 58,4%). За это же время (вторая строка таблицы) численность украинского этноса в СССР уменьшилась на 3,1 млн. чел. и на 4,7% (до 16,5%). Если никакого Голодомора и геноцида украинского народа в СССР не было (или его воздействие на близкородственные народы — русских и украинцев — было приблизительно одинаковым), то справедливо предположить, что коэффициенты смертности, рождаемости и прироста населения для двух крупнейших этносов СССР были бы близки. Действительно, очень трудно объяснить, почему два крупных родственных народа, живущих в одной стране, при одинаковых экономических, политических и социальных условиях, с весьма схожими семейными традициями, единой религией и т.д., имеют столь резко отличающиеся демографические показатели.

С позиций физиологии, социологии и демографии при отсутствии чрезвычайных обстоятельств численность украинцев в СССР с 1926 по 1939 г. должна была возрасти с 31,2 млн. чел. приблизительно до 39,7 млн. чел. (31,2 х 1,27=39,7, где 1,27 — коэффициент прироста русского этноса за эти 13 лет). Разность между теоретической численностью украинцев в СССР за 1939 г. в 39,7 млн. чел. и фактической численностью в 28,1 млн. чел., равная 11,6 млн. чел., показывает чудовищные демографические потери украинского этноса в СССР за 13 предвоенных лет. Для большей наглядности процесс изменения численности населения двух крупнейших этносов СССР — русских и украинцев — в предвоенные годы (1926—1939) представлен графически на рис. 1.

На этом рисунке кривая 1 отображает изменение численности русского этноса в СССР за 13 предвоенных лет, кривая 2 — расчетную прогнозную численность украинского этноса в СССР за эти же годы. Кстати, при построении этой зависимости я учел расчеты академика М.Птухи, который в 1930 г. определил, что к 1939 г. население УССР должно достигнуть 35,4 млн. чел., а с учетом того, что за пределами УССР в предвоенные годы проживало около 8 млн. чел. и часть населения УССР (около 5-6 млн. чел.) не относилась к этническим украинцам, мы и получили к 1939 г. расчетную цифру украинского этноса в СССР порядка 39—40 млн. чел. Кривая 3 показывает фактическую численность украинцев в СССР с учетом высокой смертности (Голодомора) в 1932—1933 гг.

Следует подчеркнуть, что полученные в результате анализа предвоенных источников информации данные о численности русского и украинского этносов в СССР хорошо корреспондируются с данными по этому вопросу из послевоенных источников информации, в частности с демографическим энциклопедическим справочником 1987 г., на который я ссылался в предыдущей статье. Запущенный в начале 30-х годов геноцид советской власти по отношению к украинскому народу, на который наложились страшные потери во Второй мировой войне, на долгие годы исказил основные демографические процессы украинского этноса — смертность и рождаемость — и привел к увеличению людских потерь (по сравнению с русским этносом) до 21,3 млн. чел. к 1979 г., согласно официальной советской статистике.

Внимательный анализ этой статистики, а также профессиональных исторических трудов и документов дает богатую пищу для размышлений.

Видно, что в СССР был хорошо налажен учет и контроль населения страны, в том числе его национальной принадлежности. В качестве примера можно привести часть таблицы из МСЭ 1960 г. издания, где с точностью до 1 тыс. чел. приведена численность украинцев, живших в 1959 г. в других (не УССР) республиках Советского Союза.

В постсоветское время в России появилось довольно много исследователей национальной и классовой политики советской власти в интересующие нас довоенные годы. Историки как патриотического, так и либерально-демократического направления обнаружили и опубликовали множество интересных документов той эпохи. Хорошо исследован, в частности, процесс «кулацкой ссылки», который охватил основные зернопроизводящие районы страны и был начат еще в феврале 1930 г.

За 1930—1931 гг. было официально депортировано 2,05 млн. чел. Опубликованы документы официальной разнарядки на раскулачивание и депортацию по некоторым областям, районам и селам. Ясно, что официальные цифры значительно занижены.

Российские историки подсчитали, что с осени 1932 г. по апрель 1933 г. население СССР сократилось на 7,7 млн. чел. (обстоятельная монография П.Поляна «Не по своей воле... История и география принудительных миграций в СССР»), из них свыше 4 млн. в Украине и приблизительно по
1 млн. чел. на Северном Кавказе, в Поволжье и Казахстане.

Описан механизм введенных решением партийных органов «черных досок» — занесение на «доску позора» не только отдельных крестьян, но и целых сел, районов и станиц, провинившихся перед советской властью. «Черные доски» широко применялись в УССР, на Кубани и Дону. Например, в декабре 1932 г.
по постановлению ЦК КП(б)У и Совнаркома УССР на «черную доску» занесли полностью шесть сел (два — в Харьковской, два — в Днепропетровской и два — в Одесской областях). Занесенные на «черную доску» села и станицы брались в блокаду, из них часто вывозили все продовольственные товары, а население принудительно выселялось. Например, в январе 1933 г. население трех кубанских станиц — Полтавской, Медведовской и Урупской — было полностью выселено в северные районы СССР в составе 45639 чел. Обезлюдевшие села и станицы заселились семьями красноармейцев из других районов СССР, часто в принудительном порядке. Так, только по документам с 1933 по 1937 г. в Украину принудительно переселили 221465 чел. семей красноармейцев из РСФСР и Белоруссии. Новые поселенцы имели право занимать любой понравившийся дом, даже если в этот момент в нем еще жили прежние хозяева.

Выдающийся советский писатель, лауреат Нобелевской премии в области литературы М.Шолохов 30 апреля 1932 г. в письме своей приятельнице Е.Левицкой писал: «Я все такой же, только чуть-чуть погнутый. Я бы хотел видеть такого человека, который сохранил бы оптимизм и внимательность к себе и близким при условии, когда вокруг него сотнями мрут от голода люди, а тысячи и десятки тысяч ползают опухшие и потерявшие облик человеческий. Я мотаюсь и гляжу с превеликой жадностью. Гляжу на все. А поглядеть есть на что. Хорошее: опухший колхозник, получающий 400 г хлеба пополам с мякиной, выполняет дневную норму. Плохое: один из хуторов, в нем 65 хозяйств. С 1 февраля умерло около 150 человек. По сути хутор вымер. Мертвых не заховывают, а сваливают в погреба. Это в районе, который дал стране 2300000 пудов хлеба. В интересное время мы живем! До чего богатейшая эпоха!». Опубликовано в журнале «Звезда» 2009/9 в статье И.Сухих «Русская литература. XX век».

Практически во всех трудах современных российских историков, где приводится цифровой фактический материал, иллюстрирующий описываемые страшные события, назойливо бросается в глаза национальная специфика крестьянской политики советской власти в те годы. Основной удар в жестокой классовой борьбе наносился по украинцам и казакам:

— из 7,7 млн. чел., на которые с 1932 по 1933 г. официально сократилось население СССР, свыше 4 млн. приходится на Украину и почти 2 млн. на казацкие области (Кубань, Дон, Терек и Яик);

— механизм «черных досок» применялся в Украине, на Кубани и Дону (практически отсутствует информация о применении «черных досок» в исконно российских регионах);

— опубликованные планы о раскулачивании и депортации на 80—90% направлены на население Украины, Кубани и Дона.

Однако подавляющее большинство российских историков, не только прямых наследников советской идеологии, но и национально-патриотического (официально признанного в современной России) и либерально- демократического направлений, упорно «не замечают» этой специфики и отрицают элементы геноцида украинского народа со стороны советской власти. По-видимому, русская историческая и общественно-политическая мысль даже либерально-демократического направления еще не готова признать, что советская власть — это русская власть. Тиражируемая национал-патриотами России мысль об инородности и чуждости коммунизма менталитету русского народа, мягко говоря, не соответствует действительности. Советская власть безусловно нанесла жесточайший удар по русскому этносу — она объявила классовую войну и уничтожила едва ли не поголовно лучшую часть своего народа: дворян, духовенство, предпринимателей, купцов, значительную часть интеллигенции и зажиточное крестьянство, но большинство русского народа признало эту власть своей и поддержало ее! Ленинизм-сталинизм имеет такое же отношение к марксизму, как секта «Белое братство» к христианству. Большевики такие же марксисты, как современные «братки» с золотыми крестами на груди и персональными церквями в своих угодьях — христиане. Уже в 20-е годы большевистские вожди вынуждены были для удержания своей власти скорректировать свои планы и взгляды в «русском народном духе», создав причудливый конгломерат идеологических, политических и экономических ценностей, базирующихся на общинно-крестьянских и люмпенских взглядах, распространенных в русских народных массах.

Что касается украинцев, как и большинства других народов СССР, то для них советская власть была чуждой. Советскую власть в Украине приняла лишь незначительная пролетарская прослойка больших городов, большинство которой, как известно, не принадлежало к украинскому этносу. Так, в 30-е годы XX в. лишь в двух областных центрах УССР (Полтаве и Чернигове) украинцы составляли большинство населения. Подавляющее большинство крестьян Центральной, Южной и Восточной Украины в 20—30-е гг. так же, как и население Западной Украины в 40-е гг., воспринимали советскую власть резко негативно и старались бороться против нее если не прямо, то хотя бы косвенно (саботаж, низкопродуктивный труд в колхозах и т.д.). Поэтому не удивительно, что главное острие своей национальной и классовой борьбы большевики, разобравшись с бывшими господствующими классами, направили на украинское крестьянство.

Можно продолжать спорить о правомерности юридического термина «геноцид», говоря о расправе чуждой власти над десятками миллионов украинцев. Можно назвать этот процесс «этническими чистками» или «классовыми чистками с этническим уклоном». Следуя логике любителей «чужой истории», можно назвать его «неизбежными издержками героической борьбы украинского народа за коллективизацию сельского хозяйства и индустриализацию экономики». Однако остается непреложным факт, что в 30-е гг. XX ст. советская власть физически уничтожила несколько миллионов человек, еще несколько миллионов украинцев раскулачила, «распылила» (депортировала), отправила на «стройки коммунизма», где условия жизни и работы были не лучше, чем в концентрационных лагерях, и построила такой «развитой социализм», от которого Украина не может оправиться до сих пор.

Уже 18 лет мы живем в независимой стране. Чужая власть и чуждый строй рухнули почти без наших усилий. Однако, к сожалению, не рухнула чужая система ценностей, чужая идеология и история. Внуки и правнуки расстрелянных, сосланных и репрессированных украинцев (а это большинство наших граждан), живут в городах, носящих имена палачей их дедов, ходят по улицам и проспектам с типично советскими названиями, с удовольствием смотрят «героические фильмы» о советских чекистах и российских ментах. Вирус «совковости» основательно искалечил наши души, мы даже не замечаем, что сохранили большинство символов и атрибутов «славной советской эпохи». Наши парады, партийные съезды, помпезное пафосное празднование дутых юбилеев как по форме, так и по содержанию не отличаются от аналогичных советских мероприятий. Наши руководители в духе лучших советских традиций массово назначают все новых и новых героев Украины, народных артистов и заслуженных деятелей, «героизм», «народность» и «заслуженность» которых за редким исключением измеряются размерами кошелька претендента или «близостью» к власть имущим. Привнесенная совковость причудливо сочетается в нашем современном менталитете с родным принципом: «Моя хата скраю, я нічого не знаю (і знати не хочу)», т.е. с массовым безразличием и невежеством.

Ушел в историю XX век, принесший украинскому народу много горя и лишений. Человечество постепенно переходит в новую эпоху — эпоху информации и знаний. Однако этот процесс протекает очень непросто.

В 2008 г. в Польше вышла книга известного поэта, публициста и журналиста-международника Рышарда Капущинского (1932—2007) – «Стремнины истории. Записки о XX и XXI веках». В этой книге-завещании автор рассуждает о глобальных человеческих проблемах, показывает, что вопреки тиражируемым СМИ и массовой культурой мнениям и стереотипам современный мир не стал человечнее. «В XXI в. может усугубиться расслоение мира и измениться его иерархия, — считает Р.Капущинский. — Говоря образно, некоторые из стран будут его головой, другие — руками, третьи — ногами. Мечты о равномерном развитии всех, лелеемые в 1950-х и 60-х гг., не удается реализовать. Мировые ресурсы для этого слишком слабы, а механизмы их распределения и перераспределения слишком несовершенны. Кто выиграет при глобализации? Конечно же, самые сильные... «the winner takes all» — «победитель получает все».

Можно констатировать, что Украина на данном этапе относится к странам, которые в глобальном мире выполняют функцию «рук» и «ног». У украинского народа не так уж много времени, чтобы изменить свою роль в этом жестком мире. Мы должны быстро и кардинально вытравить в себе рабский дух, «совковость» и второсортность, трансформировать экономику, серьезно реформировать систему образования и сформировать систему эффективных конкурентоспособных национальных ценностей. В противном случае наш удел — раствориться в многочисленных жителях экономической, политической и культурной периферии нашей планеты, чувствующих себя обделенными и обиженными.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 13 октября-19 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно