«Пустсоветизм»

8 июля, 2011, 13:22 Распечатать

Всем нам приходится слышать от разномастных обществоведов о том, что Украина представляет собой «переходное общество».

Всем нам приходится слышать от разномастных обществоведов о том, что Украина представляет собой «переходное общество». И хоть бы одному человеку было понятно, «переходное» — к чему? Разве что к болотистой аморфности будней, которые украинец организует сам для себя, при том, что экономика и право отбрасывают длинную тень, в которую нужно вписаться, чтобы не влачить совсем уж жалкое существование. Если бы мы хотели перейти к новому общественному строю (или нас хотели бы «перейти»), то принужденный властями социум катастрофически быстро не перешагивал бы срединную норму принятого в мире порядка, скатываясь в крайности: от коммунистического авторитаризма к криминально-олигархической системе, от плановой экономики к «дикому» капитализму. Оттого и хочет наш человек несочетаемого, например, свободного рынка вкупе с государственным патернализмом.

Многие знатоки общественного устройства отводят такому явлению, как постсоветизм, двадцать лет сроку — за это время происходит смена поколений. Но на самом деле разрушительная в своей аморфности сила этого термина вся перешла в префикс «пост-» ( а сам он — в «пуст-»). В осадке же остался самый настоящий крепчайший советизм. И бывший советский человек не может переступить через этот «пост-», как не может рыбное филе обрасти жабрами и плавниками…

Общественное сознание не держит баланс

— У нашего человека разбалансированное сознание — ему хочется жить как в западном мире, можется — как при советах, причем как в работе, так и во взаимоотношениях с другими людьми. Человек растерян и не знает, как себя вести, хотя наше общество не аморально и представление о жизни у него есть, — рассказывает доктор экономики и социологии, заведующий отделом социальных экспертиз Института социологии НАНУ Юрий Саенко. — По данным нашего института, 30% населения Украины выступает за возврат к советской плановой экономике, причем 17% — молодежь! «Совок» передается из поколения в поколение в рассказах старших о бесплатном обучении, жилье, гарантированной работе, социальном обеспечении… И если нельзя построить возможную в сегодняшних условиях модель жизни, «совок» возвращается к старой модели. Советский менталитет просматривается и в стремлении решать свои вопросы через власть, через партийные органы. Хотя сейчас у нас, в отличие от России, велико разочарование во власти. Уже нет никакого доверия к государству. Поэтому и выезжают за рубеж люди, привыкшие быть советскими рабами, они с легкостью примеряют на себя осовремененное рубище раба, становясь «заробитчанами» в странах Западной Европы, где их не спешат легализовать как работников.

Сейчас многие задаются вопросом, был ли неизбежен распад Советского Союза. Мы могли продлить его «агонию», если бы резко изменили экономическую систему, как это сделал Китай, — он пока держится, но все равно политическая и идеологическая системы там скоро начнут меняться.

Но наши люди ностальгируют по советскому укладу жизни: за союз России, Беларуси и Украины выступают 33% населения; хотят, чтобы общественное устройство оставалось таким, как есть, 26%; построить государство европейского типа надеются всего 22%; создать федерацию путем объединения некоторых областей страны желают 3%. А отдать России Крым и Восток страны, чтобы на оставшейся части построить свободную европейскую Украину, готовы всего 2% опрошенных. Так что сепаратистскими настроениями украинцы не страдают.

Зато у нас проблема с самостоятельными людьми: 46% респондентов считают, что их жизнь зависит от внешних обстоятельств, 22% — что от них самих, 32% — что и от внешних обстоятельств, и от них самих.

Важно помнить, что мы живем в социальном пространстве, отличном от советского, ведь постсоветизм содержит и капитализм. У нас уже другие ценности. И здесь нужно говорить не о смене поколений, а об изменении сознания людей. Но за двадцать последних лет мы так и не узнали, как нужно жить.

«Совок» навсегда?

— Как гражданину постсоветизм мне чужд и неприятен, хотя все мы «совки»…Но человек имеет право быть таким, как есть, — говорит доктор психологических наук, заведующий лабораторией психологии масс и общностей Института социальной и политической психологии НАПНУ Вадим ВАСЮТИНС­КИЙ. — Я со своей студенческой молодости был антисоветчиком, но ведь нельзя не признавать, например, что именно при «моей» советской власти, в 60—80 годах прошлого века, не было беспризорных детей. Именно советская власть первой в мире внедрила обязательное среднее образование, чем подняла «темные массы» (насаждая при этом свою идеологию).

«Постсоветское наследие» не ушло за одно поколение, поскольку, во-первых, в наших психике и поведении доминирует общечеловеческое: во всем мире люди скорее одинаковые, чем разные. Советские граждане пятьдесят, десять лет назад и наши современники — это почти одни и те же люди, для которых важны вечные ценности, а идеология вторична. Во-вторых, есть такой феномен — инертность массового сознания. Люди меняются очень медленно, это действительно вопрос смены поколений. Скажем, в конце 80-х годов прошлого века украинскому обывателю страшно было подумать о частной собст­венности, а сейчас нас раздражают только слишком уж несправедливые пути ее приобретения. А значит, постсоветизм будет продолжаться вечно, поскольку в нем есть общечеловеческие элементы: упование на справедливость, на всеобщее равенство — и на то, что человеку, который не особо перерабатывает, все же не дадут умереть с голоду… Вечен и коллективизм. Но и советский антураж, нечто краснознаменное, останется. Как сейчас появляются последователи Гитлера.

Уж лучше пусть в каком-нибудь местечке стоит заброшенный памятник Ленину, а дети и молодежь не знают, кто это, — чем когда этот памятник разбивают, объединяя вокруг такого «события» малочисленный электорат коммунистов с их радикальными «отповедями». Ценить нужно то, что коммунизм умирает в умах. И когда эти идеи уйдут — будет прекрасно. Я еще надеюсь дожить до тех времен, когда коммунистов не изберут в парламент.

Следует помнить, что основные причины распада СССР — экономическая (именно в конце 80-х годов назрел кризис, который продолжился в 90-х годах и многими ошибочно считался «издержками» независимости), информационная (сейчас трудно представить себе монополию на истину, даже имея перед глазами пример Кубы и Северной Кореи, а перед распадом СССР барьеры для информации стали очень условными) и психологическая (ритуализированное сознание наших граждан, измученное информа­цией о партсъездах, испытывало настоящий психологический застой, что и привело к «взрыву»). Однозначно существовала общность «советский народ» — к этой структуре относили себя процентов 70 советских граждан, они ценили ее. Советский Союз не был собственно союзом, а очень и очень централизованной импе­рией, когда все более или менее принципиальные решения принимались в Москве. Из-за этого даже после краха системы Украи­на на несколько лет отставала от России в различных преобразованиях.

Словом, как известно, после распада Союза никто не ушел в лес, чтобы наскакивать на мирное население с пламенными лозунгами, — как никто и не поддерживает социалистическую идею. Только вот изживать «пуст­советизм» нам приходится, как змеям, меняя сотую кожу за последние двадцать лет…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №23, 16 июня-22 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно