Гендер в контексте предрассудков

4 ноября, 2011, 14:24 Распечатать

Гендер — понятие, обозначающее социальный пол (не биологический), соответственно, гендерное равенство — равенство мужчин и женщин в обществе. «А какое общество, такое и равенство».

© Ксения Соколова

Гендер — понятие, обозначающее социальный пол (не биологический), соответственно, гендерное равенство — равенство мужчин и женщин в обществе.

«А какое общество, такое и равенство», — размышляла я, лежа на турецком пляже и наблюдая, как маленький мужчина, огибая лежаки, вел к морю большого роста женщину, укутанную с головы до ног в розовую материю. Глядя на мокнущих в одеждах дам (к женщине в розовом вскоре присоединились другие), я пыталась угадать, из какого уголка арабского мира они приехали, какова их «семейная гавань», что чувствуют они рядом с оголившимся народом. А еще: станут ли пророческими слова поэта Андрея Вознесенского «Стриптиз бастует, — он победит!».

Молчи, женщина!

Такая постановка вопроса отменена в Турции с 1934 года. Турецкие женщины заговорили благодаря реформам Кемаля Ататюрка, которого в Турции боготворят и называют «турецким Лениным». Ататюрк снял с женщин исламский платок, уравнял их с мужчинами в имущественных правах, дал возможность голосовать, быть избранными, выбирать профессии и выходить замуж за выбранных ими мужчин. А представительница доселе «молчащей» половины турецкого общества — Тансу Пенбе Чил­лер — стала даже лидером партии, а затем и премьер-минист­ром (с июня 1993 до марта 1996).

Турция для арабских стран — это оазис свободы. Разговорив­шись с иранкой, услышала, что приехали сюда глотнуть вольного воздуха: «О, в Иране также есть замечательные места для отдыха, но нет, как здесь, свободы». В нынешнем, 2011-м, второй по численности группой (после Германии) оказались прибывшие в Турцию из арабских государств.

Однако европейское ухо все же уловит отголоски мужского шовинизма. К примеру, меня поразило самодовольное замечание турецкого экскурсовода, брошенное во время экскурсии для русских туристов: «Турецкая девушка победила в 2002-м на конкурсе «Мисс мира». Так вот: это была моя любовница, стала старая — поменял на другую».

К сожалению, такого рода пренебрежение к женщине — приемлемое явление и в Украине. Как-то на заседании киевского журналистского клуба речь зашла о бедствиях наших соотечест­венниц, попавших за границей в сексуальное рабство. И когда было озвучено, что среди жертв оказалась женщина 58 лет, информация неожиданно вызвала оживленное веселье у группы мужчин: «значит, было что эксплуатировать».

«Мы живем в обществе, в котором отчетливо слышны расистские и сексистские обертоны. И это может оказывать незаметное, но важное воздействие на поведение доминирующего большинства так же, как и на поведение женщин и представителей различных групп меньшинств. При­чем в значительной степени такое поведение неосознанное», — из книги «Человек — общественное животное» современного американского социального психолога Элиота Аронсона.

По мнению Аронсона, все мы в разной степени подвержены стереотипам и предрассудкам: то ли против расовой группы, людей с иными сексуальными предпочтениями, продуктов питания и т.п. Однако есть общая тенденция: «традиционно успехов ждут от мужчин. Они должны быть кормильцами, инициаторами и агрессорами, умеющими прятать свои слабости». От женщин успехов, как правило, не ждут. И так ведут себя не только мужчины, такой тип поведения гораздо больше, чем мы себе представляем, распространен и среди женщин.

Женщины приучены считать себя интеллектуально ниже мужчин. Это доказал руководитель отдела социологии City College (Нью-Йорк) Стивен Голдберг. Он попросил своих студенток оценить научные статьи. Одним из них достались подписанные авторами-мужчинами, другим — те же, но подписанные авторами-женщинами. Студентки значительно выше оценили научные работы, подписанные мужским именем, и ниже — женским. Иными словами, студентки знали «свое место». А место женщины в обществе — домашней хозяйки, секретарши, медсестры, школьной учительницы. (Это только Мария Кюри получила Нобелевскую премию, причем — дважды.)

Мама моет раму, папа читает газету

Даже первые книжки в картинках передают эти ролевые стереотипы. Но, по наблюдениям психологов, директивное формирование в процессе воспитания заинтересованности или незаинтересованности в тех или иных темах препятствует полнокровному процессу индивидуального развития. Возможно, тяга к хозяйствованию у девочки и заложена в генах, но куда более вероятно, что с раннего детства ее просто приучали к «женским» занятиям. И у такой девочки меньше амбиций в получении хорошего образования или утверждения на общественном поприще.

В последние годы в школах Западной Европы, например в Германии, детей учат обмениваться традиционными ролями — мальчики в столовых учатся готовить, девочки столярничают, а затем — наоборот. И в их школьных учебниках приведены примеры, когда Ганс может работать продавцом или медбратом, Клара — техником или конструктором. В нашем букваре мама по-прежнему моет раму, папа читает газету.

Что думают по этому поводу в нашей школе? «Гендерное равенство — это не значит, что мужчина должен выполнять женскую работу и наоборот, — говорит Нина Григорьевна, завуч одной из киевских школ. — Для меня более важно, что они делают это вместе, но мужчина должен выполнять более тяжелую работу. Почему женщина должна быть на тракторе? Это в нашем букваре. Еще в добукварной книжке, где только картинки, детки на каждой страничке вместе. Мальчик кормит коровку, девочка — доит. Девочка играет куклой, мальчик — врач».

А вот директор специализированной школы №173 г. Киева Валентина Ермоленко произнесла в сердцах: «Да у нас огромные проблемы с воспитанием как раз потому, что и семейным, и школьным вынуждены заниматься женщины. Мужчины в школы не идут. От мужского голоса в них давно отвыкли. Во всем школьники знают только «женскую руку».

Уже два года, как в школах Киева ввели урок гендерного равенства. «Проходит он два раза в год в игровой форме, и детям ролями обмениваться нравится», — сказала психолог школы №173. Но девочки по-прежнему выбирают вузы гуманитарного направления (по статистике этого года в пять раз чаще), после которых получают специальность, как правило, низко оплачиваемую. Мальчики поступают в учебные заведения в основном технического направления.

Профессии по-прежнему делятся на «мужские» и «женские». Главный механизм оплаты труда — профессиональный. К примеру, тетя Клава работает медсестрой. Делает уколы, подает лекарства, ухаживает за больными. Ее сосед, дядя Саша, по образованию — техник, работает механиком. Нагрузка меньше, зарплата — больше. В Украине разница в оплате труда мужчин и женщин составляет 30 процентов (среднеевропейская разница — 17 процентов).

Целые отрасли сложились по половому признаку — стали гендерно ориентированными. Лег­кая промышленность, образование, социальная сфера, медицинская — с женским или почти женским лицом. В списке наиболее психозатратных (и наиболее малооплачиваемых) женские профессии: воспитатель в ясельной группе, медсестра, учительница младших классов, автодис­петчер.

О дискриминации мужской и женской

«Дайте в «женские» отрасли высокую зарплату, и они станут гендерно сбалансированными — туда пойдут работать и мужики», — видит выход Татьяна Ясько, председатель Всеукраинского профсоюза работников и предпринимателей торговли, общественного питания и услуг. Она рассказала, что в самом Трудовом кодексе есть спорные моменты, приводящие к гендерной дискриминации также и мужчин.

— Например, достижение советских времен — запрет женщинам трудиться на вредных и опасных производствах, в ночное время, поднятие и перемещение предметов, масса которых превышает установленные граничные нормы. Это противоречит принципам равенства выбора. А если женщина хочет работать в ночную смену, потому что за это заплатят больше? Если же говорить о тяжестях, есть сильные женщины, а есть мужчины, для которых и 2 кг вес. Дискрими­национная в отношении мужчин — запретная норма работать женщинам на химических предприятиях, которая устанавливалась из гуманных соображений: женщина — будущая мама. А если мужчина работает на вредных предприятиях, его детородная функция не страдает? А право ухода за ребенком до трех лет, хоть и есть соответствующий закон, у нас по-прежнему предоставляется преимущественно женщинам. Потому что, если в отпуск по уходу за ребенком уйдет отец, общество будет считать, что с этим мужчиной что-то не так. Этот стереотип подогревается самими мамами и бабушками, которые считают детей своей «собственностью» и уверены, что мужчины с детьми справляются хуже.

Отдельная тема — дискриминация в оплате труда. Женские заработки в среднем на треть меньше, чем у мужчин, причем часто на равных должностях. 90—95 процентов финансовых ресурсов в Украине также контролируют мужчины. Из 100 миллионеров — только одна женщина.

Сейчас ситуация меняется, но во многих профессиональных сферах осталось предубеждение против женщины-руководителя, потому что и на работе действуем по типу семейных отношений: мужчина — главный. Потому женщины, если и возглавляют предприятия, по большей части малые: 26% малых предприятий, 15% — средних, 12% — больших. Бизнесом в промышленности руководят только 2% женщин.

Успехов в этом отношении добились Скандинавские страны. В половине норвежских компаний совет директоров состоит более чем на 40% из женщин потому что там введен закон, по которому необходим минимум в 40% женщин среди руководителей, иначе компанию закроют. В управлениях США 13,6% женщин, Британии — 11,8%.

Особая тема — сексуальные домогательства в трудовой сфере. У нас их, вроде, как бы и нет. Есть ужасная статистика по бытовому насилию: на учете в органах внутренних дел Украины пребывает больше 80 тыс. мужчин, совершивших разного рода насильственные действия по отношению к женам и детям. На работе же насилие чрезвычайно сложно определить, если речь не идет о грубом изнасиловании. Похлопывания, пощипывания, высказывания скабрезного рода. По европейскому законодательству даже за недвузначные взгляды можно за решетку «загреметь». У нас мало того, что наказание за такое отношение законодательно не отрегулировано, сама женщина своего положения не понимает — воспринимает это как «руководитель отличил», даже если ей это неприятно. Или вынуждена бросать работу.

Тяжелое уравнение

Уравнять мужчин и женщин в Европе и в мире взялись путем законодательного введения равной репрезентативности и прежде всего в политике. Больше 40 государств определило такую норму в своих конституциях или законах — вносить женщин в избирательные списки. 50 стран оставило такое решение партиям, обязуя их соблюдать паритет обоих полов в числе кандидатов. Для Украины подобная задача пока еще «тяжелое уравнение», — рассказала Тамара Мельник, эксперт Программы равных возможностей представительства ООН в Украине.

— Украина ратифицировала международную конвенцию, касающуюся дискриминации женщин, еще в 1980-м, чем признала сам факт дискриминации. Потом была законодательная инициатива в 1999-м, внесенная народным депутатом Михаилом Ковалко. Тогда в Верховной Раде были в совершенной прострации в понимании того, что депутат хочет этим законом сказать. Но уже в 2005 году одновременно было подано семь таких законопроектов. И один из них принят. Гендерная тематика тогда была топ-темой народных избранников, принимались указы, государственные программы, определялись направления гендерной политики, в учебных заведениях стали читаться спецкурсы, изданы учебные пособия по основам теории гендера для студентов, был поставлен вопрос о переписывании вообще школьных учебников с точки зрения гендерной экспертизы. Наши учебники написаны мужчинами о мужчинах. А необходимо раскрытие жизни не только мужской части населения, но и женской. Общество и терминологию отработало мужскую. Даже в вопросах детства, куда уж ближе, чем к матери, мы говорим «усыновить» ребенка, а не «удочерить». Не говоря о шансах женщин попасть в парламент, так как среди женщин практически нет богатых. А необходимость избрания в парламент женщин гражданское общество не совсем понимает — гендерная культура в обществе не сформирована, — говорит г-жа Мельник.

По ее мнению, мы не обеспечим равенства в системе законодательной власти, пока не введем квотирование. Подразумевается, что при составлении партийных списков кандидатов в парламент используется принцип «мужчина—женщина». К примеру, если руководитель партии мужчина, заместителем должна быть женщина. В Украине было предпринято несколько попыток ввести гендерные квоты, однако все они были безрезультатными: в 2006 и 2007 годах парламент рассматривал законопроект о внесении изменений в закон о выборах в Украине, которые предусматривали выдвижение, по крайней мере, одного кандидата противоположного пола на каждые пять кандидатов. Законопроект не получил поддержки в парламенте. В результате большое число женщин являются членами партий, однако немногие из них могут получить руководящие должности. Был принят Закон «Об обеспечении равных прав и возможностей женщин и мужчин», который де-юре гарантирует равные права и возможности женщинам и мужчинам в политике, при этом де-факто закон не дает разъяснений, как выполнить сие положение.

— Разницы между мужчиной и женщиной с точки зрения права нет, — продолжает Т.Мельник, — но с точки зрения подходов к решению вопроса — несомненно. Женщина по природе своей чутка к социальной сфере, мужчина долгое время оставался к ней рав­нодушен. Пока у верховной власти не будет достаточного количества женщин, не будет должного решения социальных вопросов. Организация Объединенных Наций, проанализировав работу парламентов всех государств ми­ра, пришла к заключению, что если в парламенте менее 40 процентов женщин, социальные вопросы в государстве не решаются оптимально. Норвегия, имеющая 50 процентов женщин в парламенте, «паритетная» (50 на 50) Швеция, Финляндия имеют также и наивысшие в мире уровни жизни.

Почему правят мужчины

Потому что не настало еще время массового прихода женщин в политику. А все, кому это удавалось до сих пор, были, скорее, «мужчинами в юбке» и не отличались женской деликатностью. Так считает упомянутый выше Стивен Голдберг. В своей книге «Неизбежность патриархата» (The Inevitability of Patriar­chy), он настаивает, что женщины и мужчины все же разные в своем социальном поведении по причине биологической. Муж­чины, в крови которых больше тестостерона, более агрессивны, амбициозны, более склонны к борьбе за высокое положение в обществе. Отсюда их массовое присутствие в политике, и никакое воспитание этого не изменит.

Мужчины приверженцы край­них мер — большинство руководителей мужчины, но и
90 процентов отбывающих наказание, в подавляющем большинстве — бомжи. Голдберг называет мужчин «по природе политическими животными» и отсюда непропорционально маленькая репрезентация женщин в сферах власти. Женщины менее склонны к риску, при решении конфликтов избегают силовых решений.

Но он также уверен, что не всегда будет доминировать грубая сила. С развитием общества и культуры типично мужской подход к решению вопросов ут­ратит свою актуальность. Необ­ходимы будут «мягкая сила», хорошее взаимопонимание, прозорливость и эмпатия, большее уважение к человеческой жизни. Этим, как правило, больше отличаются женщины. Вот тогда дамы в полной мере получат свой шанс оказаться на публичной арене.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №29, 11 августа-17 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно