Двадцать твитов для 2020 года

13 января, 16:31 Распечатать Выпуск №1277, 11 января-17 января

Пребывая на рубеже десятилетий,  невольно стремишься нарисовать будущее лишь в светлых тонах.

© Василий Артюшенко, ZN.UA

Ведь так хочется верить, что вызовы и опасности десятилетия уходящего не перейдут в наступающее. Такое искреннее, однако совершенно наивное желание по-английски звучит как wishful thinking. То есть склонность выдавать желаемое за действительное. Готовя эту публикацию, эдакий эскиз 2020-х годов, мы, группа авторов, всячески пытались избегать выдачи желаемого за действительное. Для удобства решили разложить мысли "по полочкам" в виде двадцати "твитов", которые были бы актуальны для нового десятилетия. "Твиты", в свою очередь, мы поделили на четыре (по нашему мнению) взаимосвязанные категории, а именно: "Мир", "Европа", "Украина в мире" и "Общество". Ведь, как не крути, изменения не только неумолимо коснутся стран или регионов, но и будут происходить на уровне обществ и даже отдельного человека.

Мир

1. "Жабы и гадюки". Фрагментация мира будет усиливаться, а разговоры о глобализации останутся красивым мифом.

Поколение назад, когда принималась Декларация Тысячелетия ООН, глобализация была почти свершившимся фактом. Но квазиглобализованный когда-то мир сегодня становится все больше расколотым, и со временем будет напоминать, скорее, многоквартирный дом, чем дружное общежитие с комендантом, похожим на Билла Клинтона. С каждым следующим годом политикам и дипломатам на международной арене будет труднее апеллировать к ценностям. Сложно не согласиться с Папой Римским Франциском, который, пребывая на итальянском острове Лампедуза, констатировал "глобализацию равнодушия" в современном мире.

Неуверенность будет усиливаться и из-за сосредоточенности Белого дома на внутренних проблемах США в целом, и на грядущих президентских выборах, в частности. Однако самым главным фактором влияния на международную систему будет именно отсутствие международной системы. В "Ялтинском мире", к примеру, Турции или Саудовской Аравии отводились роли отнюдь не плеймейкеров, а лишь старательных исполнителей приказов "старших товарищей". К тому же заржавелая "Тегеранско—Ялтинско—Потсдамская" система предусматривала наличие совершенно другого Китая. В новом десятилетии сохранится риск дальнейшего обострения кризиса в Афганистане, странах Ближнего Востока и Африки. А потому, господа, как говорится, будьте внимательны и осторожны. Ведь в новом десятилетии может ожидаться многополюсный редизайн международной системы.

Более того, в обозримом будущем роль международных учреждений еще больше ослабеет, а влияние негосударственных игроков на мировые процессы — усилится. Власть будет выскальзывать из рук, и уже не будет принадлежать официальным структурам или политическим партиям так, как до сих пор. Семнадцатилетняя защитница окружающей среды Грета Тунберг, у которой "безответственные политики украли детство", может иметь значительно большее влияние, чем политический лидер, за которым стоят старая элита и закоснелый чиновничий аппарат. Кстати, эпоха общественных авторитетов и ярких политических лидеров понемногу будет двигаться к концу. Кибератаки со стороны хакерских организаций будут учащаться и провоцировать еще больший хаос в беспорядочном мире. Что касается упомянутой защиты окружающей среды, то будут обостряться разногласия между теми, кто выступает в ее защиту и беспокоится о климатических изменениях, и теми, кто в природе усматривает преимущественно источник выгоды.

2. Дракон определился. Невозможно будет не считаться с "мягкой силой" и агрессивной бизнес-дипломатией Китая.

Главное, с чем определился Китай, — с новой геостратегической философией страны. Она заключается в объединении внутреннего фактора ("китайская мечта"), фокусирующегося на достижении благосостояния жителей Поднебесной, с фактором внешним ("Один пояс, один путь"). Мечта мечтой, но она все же постепенно воплощается в реальность.

После "прогулки" по миру в течение последних четырех декад Пекин уверенно "вернулся" в Азию, чтобы наверстать упущенное время. В этом нет ничего странного, ведь Китайское государство до сих пор занималось созданием собственного глобального имиджа в ущерб региональному влиянию. Теперь же Пекин готов устанавливать свои правила в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Наращивание там военного потенциала и экономическая экспансия Китая будут вынуждать США внимательно следить за действиями своего мощнейшего оппонента. Противостояние между обеими сверхдержавами, бесспорно, будет влиять и на безопасность во всем регионе, но Китай и Соединенные Штаты все же обречены вести диалог. Кстати, то, что в 2019 году подавляющее большинство комментаторов называли "торговой войной", на самом деле следовало трактовать именно как "диалог". Один из многих, которые ведут и будут вести страны с суммарным паритетом покупательной способности в 40 триллионов долларов.

В свою очередь, китайскую власть будет беспокоить рост мощностей Индии. Продолжится и постепенный процесс фактического превращения Российской Федерации в китайскую периферию. Прямыми следствиями того, что происходит на китайско-индийском и китайско-российском направлениях, станут дальнейшее превращение Пакистана в страну — клиента Китая и нарастание периферизации России в Евразии. Сверхуспешной историей Пекина может стать Африка, где китайцы быстрыми темпами возводят города, строят автострады, трубопроводы и даже собственные военные базы. Что касается европейского фронта — в 2020 году Китай и ЕС обязались подписать новое стратегическое соглашение. Процесс пошел, Китай "путешествует" на запад, а сегментация ЕС благодаря "Одному поясу, одному пути" несется вовсю. Сколько будет об "Одном поясе, одном пути" в новом соглашении между Китаем и Европейским Союзом, пока точно неизвестно. Сейчас следует признать, что Евросоюз уже не воспринимается Китаем как единая лаборатория идей. Пекин заждался, когда ЕС, согласно сюрреалистическому замыслу своих праотцов, наконец-то станет "еще более тесным союзом". Иначе европейские государства — клиенты Китая появятся не только на Балканах.

3. Злой, но отощавший медведь разоряет соседские пасеки. Российская Федерация после завершения холодной войны так и не смогла найти себя среди демократических государств, ведь ордынские гены все же имеют значение.

Во внешней политике на ближайшее десятилетие Москва будет ставить перед собой две основные цели. Во-первых, стать членом "глобальной тройки" сверхдержав, разрушив биполярность мира, где доминируют Соединенные Штаты и Китай. Во-вторых, восстановить политико-территориальный контроль в пределах бывшей Российской империи. При этом, не имея надлежащих силовых ресурсов, Россия выбрала, на первый взгляд, беспроигрышную тактику: создать проблему и предложить услуги по ее решению. Успешность такой практики опирается не только на традиционную кремлевскую наглость и размахивание ядерной дубинкой, но и на бесхребетность западной политической элиты, которая часто готова обменивать принципы и ценности на российские газ и нефть.

Несколько обстоятельств не позволят Российской Федерации в ближайшее десятилетие реализовать задуманное. Прежде всего — это общая деградация российского социума и инфраструктуры страны. Серьезным ударом для российской экономики станет и внедрение возобновляемой энергетики, и отказ от ископаемых энергоресурсов. Но самое главное — то, что, вопреки всем реверансам в сторону "газовой трубы", западные элиты утратили доверие к российскому руководству, и долгие годы будут воспринимать Россию как стратегическую угрозу, с которой можно играть в real politik, но нежелательно создавать долговременный союз. Последний гвоздь в гроб российских амбиций вобьет Китай, который откровенно смотрит на северного соседа как на младшего партнера и источник дешевых ресурсов, а потому не допустит самостоятельной игры в стратегически важных для Поднебесной регионах. Модель внешней политики, которую реализовывает и будет реализовывать Российская Федерация, — относительно эффективна для получения временных преимуществ, но не для стратегического прорыва.

4. Мне уже 71-й год, я же не ОДКБ какой-то. НАТО вынуждено доказывать свою монолитность и дееспособность как структуры с функционирующим, а не "мертвым" мозгом.

Эта задача окажется довольно непростой, принимая во внимание количество угроз, которые предстали и еще предстанут перед Альянсом. Достойным ответом может стать реальная перспектива расширения ареала НАТО за счет членства Грузии, Молдовы и, конечно же, Украины. Такой четкий сигнал мог бы прозвучать весной 2020 года в Киеве на заседании Парламентской ассамблеи Североатлантического альянса. Кроме того, актуальным останется и вопрос сотрудничества между НАТО и Европейским Союзом. Несмотря на все проблемы и несовершенство семидесятилетнего Североатлантического альянса, самым большим его соперником будет оставаться прежде всего он сам. Но утешает, что рост российской угрозы, в частности, не позволит членам Альянса утратить не только бдительность, но и ощущение общей судьбы.

5. Отшлифовать бриллианты. В новом десятилетии будет расти интерес к недооцененным прежде регионам.

Заинтересованность в Африке не только сохранится, но и активизируется. Например, в уходящем десятилетии на этом континенте были открыты сотни новых посольств. Из них одной Турцией — несколько десятков. Такой интерес имеет под собой серьезные основания. На берегах океана, горных плато и посреди джунглей вырастают ультрасовременные небоскребы и автострады, пустыни покрываются десятками километров солнечных батарей. Африка еще удивит мир не только природными ресурсами, но и человеческим потенциалом. Заслуженные симпатии получит и динамический Азиатско-Тихоокеанский регион, который может стать двигателем развития глобальной экономики и источником мировой стабильности ХХІ века. Однако для самой же Азии этого может оказаться недостаточно. Ведь сильной Азии необходима сильная Европа. Только тогда в понимании большинства ключевых лидеров этого региона международная система получит столь необходимое, хотя и ситуативное, но все же — равновесие.

Европа

6. Такие разные двойняшки. В 2020-х годах будет существовать два Европейских Союза.

Первый — тот, который и в дальнейшем будет "праздновать" свое особое место в системе современных международных отношений. Его уникальность еще с ХХ века заключается в том, что народы и государства нашли один из наиболее эффективных путей и механизмов объединения национальных и межгосударственных интересов. Но будет существовать и Европейский Союз, который до сих пор не преодолел последствия мирового кризиса 2008–2009 годов и, напуганный нашествием мигрантов, находится в смятении. Спираль проблем не даст передышки прежде всего молодым европейцам. Низкий прирост производительности труда, постоянные скачки инфляции, угроза со стороны искусственного интеллекта будут беспокоить молодых и амбициозных французов, британцев, шведов, итальянцев, греков или португальцев и в этом десятилетии.

В экономическом цунами оказались те страны ЕС, которые не в состоянии выплачивать немалый государственный долг, накопленный еще в предыдущем веке. Здесь можем вспомнить "благозвучные" PIGS (Португалию, Италию, Грецию, Испанию), ставшие на определенное время "слабым звеном" объединенной Европы. Однако и для других членов ЕС экономическая ситуация будет оставаться не слишком радостной, потому что "праздновать" европейцы любят, а вот пополнять европейскую казну — не очень.

7. Вроде пока еще не "зрада", но уже и не "перемога". Европа "чеканит" Post Populi.

Обещания светлого будущего в Европе будут переплетаться с победоносным заигрыванием со "славным" прошлым. С легкой руки Путина, система международной безопасности дала трещину, а тревога по поводу завтрашнего дня породила рецидив популизма. И совершенно неважно, кто именно выступит представителем этого популизма в 2020-х годах — Джонсон, Орбан, Сальвини или кто-то другой. Они — лишь отдельные примеры того, как активно мир "чеканит" ответ на желание Кремля перезагрузить мировой порядок. Так что теперь ожидаемо все больше граждан европейских стран, от Испании до Польши, будут сомневаться в том, что "принадлежность к Европе является благом для страны". Новые политические движения подхватят эту идею ради привлечения на свою сторону избирателей, утративших веру в абстрактный образ Европы. Потому в Европе будут "чеканиться" и новые региональные союзы. И это коснется не только целых стран, но и провинций.

8. А это — памятник Европе. Фактически, прекратилось или проходит с заметными сложностями расширение и закрепление западного цивилизационного пространства на европейском континенте.

Все ощутимее в ряде центрально- и восточноевропейских государств преобладание национальных интересов над общими союзническими. "Слабым звеном" объединенной Европы стала Венгрия во главе с Виктором Орбаном. Время от времени создает проблемы Брюсселю правящая в Польше правоконсервативная партия "Право и справедливость". Брекзит же не только разделил Великобританию на два лагеря, но и нанес ощутимый ущерб целостности самого Евросоюза. Этим постарается воспользоваться французский президент Эмманюэль Макрон с целью укрепления собственных политических позиций и ради доминирования Франции в ЕС. Чему поспособствует и завершение эпохи легендарной Ангелы Меркель в качестве бундесканцлера ФРГ.

9. "Я вам не завидую". Внутри европейского сообщества формируются отдельные блоки с заметно разными интересами, а страны-партнеры ссорятся все громче.

В английском языке, как известно, Present Continuous Tense — настоящее длительное время. В отношении европейской политики мы заменили бы его на некое Present Changeable Tense. То есть такое, которое постоянно меняется, меняет им пользующихся, и меняет среду, в которой находится. Именно такое время переживает сейчас Европейский Союз в "новой нормальности" ХХІ века. Поиск общего языка с другими "соседями" и осознание, с кем этот язык следует искать, экономическое благосостояние, забота о климатических изменениях и обновленный взгляд на информационную безопасность — все это ложится на плечи европейцев. А если добавить сюда еще и миграционную "диету" — из-за невозможности договориться об общей политике в отношении мигрантов и беженцев, становится понятно, почему Европейскому Союзу сегодня не позавидуешь.

10. Увлекшись европейскими ценностями и культивируя величие Брюсселя, Европейский Союз не заметил, как попал в экзистенциальный кризис.

Десятилетия процветания под "американским зонтиком безопасности" сыграли с европейцами злую шутку. Утрата чувства опасности привела к редуцированию ценностных ориентиров и, как следствие, ослабила способность сопротивляться внешним угрозам и вызовам. Лишь шесть стран ЕС сегодня тратят не менее 2% своего ВВП на оборону. Все это тормозит завершение процесса окончательной интеграции всех государств континента в европейские и евроатлантические структуры, а также создает неблагоприятный фон для Украины, усложняя ее геополитическое положение в регионе. Овеянной мечтой Европе в 2020-х годах придется отыскать себя снова и в который раз вернуться к вопросу европейской идентичности — или же отложить его рассмотрение до лучших времен. ЕС крайне понадобится новое и действенное видение. Неизвестно, возможно он сможет найти его восточнее собственных границ. Украину в свое время со скрипом уже "включили" в Европу в ходе проведения чемпионата по футболу Евро-2012. Теперь же наш народ, дорогой ценой оплачивая право быть частью Европы, все еще пытается сохранить "европейскость" не только для себя, но и "для тех парней" из ЕС.

Украина в мире

11. Нельзя просто так взять и сделать внешнюю политику эффективной. На международной арене важно сохранять имеющийся уровень солидарности со стороны международных партнеров и не распылять усилия.

Мир не является и никогда не был украиноцентричным. И это естественно. Руководству государства придется выбирать приоритеты во внешней политике, не выискивая бутафорные спасательные круги, а выстраивая прочные цепи из тех стран, которые уже доказали свое доброжелательное отношение к Украине. Геополитический шпагат, а точнее — геополитическая йога в нынешних условиях была бы губительной. Однако одно лишь провозглашение того или иного государства нашим союзником еще не будет гарантировать его полную благосклонность и поддержку. Нужно искать новые формы сотрудничества с дружественными государствами и постоянно подтверждать близость отношений с ними, опираясь прежде всего на общность стратегических интересов. Это, в частности, касается стран Балтии, ряда стран Северной и Центральной Европы, Канады, Японии, Австралии, Израиля, Хорватии.

Последняя ежегодная пресс-конференция Владимира Путина четко продемонстрировала, что чуда прекращения войны на Донбассе и возвращения Крыма в ближайшее время ждать не стоит. Потому не только вопросы международного сотрудничества, но и вопросы безопасности будут оставаться актуальными для нас и в следующем десятилетии.

12. Украина жалуется, Альянс разводит руками? Вступление в НАТО стало бы существенной гарантией безопасности, перспективы которой могут обрести реальные очертания весной в Киеве.

Для этого прежде всего жизненно необходимо приблизить отечественный сектор безопасности к стандартам Североатлантического альянса. Но кроме европейской и евроатлантической интеграции важно также активизировать сотрудничество с субрегиональными структурами за пределами уже классических ЕС и НАТО. Прежде всего речь идет о проекте "Междуморье" в составе Украины, Польши, Литвы, Молдовы и (в перспективе) Беларуси, который мог бы стать определенной альтернативой пораженным кризисом Евросоюзу и Североатлантическому альянсу. Более реалистичным, чем вышеупомянутый пример, может рассматриваться ребрендинг и активизация Организации за демократию и экономическое развитие ГУАМ.

13. За горизонтом. Украине стоит изучить, как работает Азиатско-Тихоокеанский регион, и обратить на него больше внимания.

Это необходимо, в частности, для готовности Украины к полноценному разговору с Китаем, на самом деле уже начавшим такой разговор с Украиной. Китай уже стал "полноценной европейской силой" со своим субпроектом под названием "17+1". Другая страна региона — Япония — во многом в ущерб решению "вопроса северных территорий" с Российской Федерацией, активно поддержала санкции ЕС и США против Российской Федерации. Не надо забывать и об автомобилях для полиции, переданных Японией Украине в рамках Киотского протокола. Сейчас же японское государство, и прежде всего ее премьер Синдзо Абе, терпеливо ждут от Украины соответствующих геостратегических и бизнес-предложений.

Важным представляется сотрудничество Украины с Ассоциацией государств Юго-Восточной Азии. Киеву логично и уместно было бы начать ее понимание через Сингапур — наиболее высокоразвитое государство в рамках организации. Примечательно, что в Сингапуре находится единый координационный институт в рамках АСЕМ — Asia-Europe Foundation (ASEF). Со времени своего создания в 1997 году сингапурская штаб-квартира АСЕМ организовала выполнение свыше шестисот больших проектов. Отсутствие Украины среди членов АСЕМ вызывает, по меньшей мере, удивление.

Общая беда, связанная с крушением самолета МН17, сблизила Украину с другим государством региона, Австралией. Австралийский политический истеблишмент и тамошняя украинская диаспора надеются, что "послевоенная" Украина станет более открытой для австралийских инвестиций, академического и культурного обмена между странами. Географически далекая от Украины Новая Зеландия одной из первых в мире отреагировала на аннексию Россией Крыма в 2014 году. Уже 3 марта тогдашний премьер-министр страны Джон Ки приказал прекратить переговоры о зоне свободной торговли с Россией, и новозеландская делегация покинула Москву. Украина обязана была надлежащим образом отреагировать на такой дружеский шаг. Это не сделано до сих пор. Кроме того, новозеландские аграрные технологии могли бы помочь Украине довольно быстро выйти в лидеры по многим направлениям сельского хозяйства.

14. МИД, дай команду. Отечественной дипломатии необходимо стать качественно другой, отвечать современным реалиям, владеть необходимым кадровым потенциалом и материально-техническим обеспечением.

Центру принятия решений по вопросам внешней политики Украины целесообразнее было бы с улицы Банковой переместиться ближе к Михайловской площади, где расположено отечественное Министерство иностранных дел. Улучшения требует и координация между Офисом президента, Верховной Радой Украины и МИД в вопросах, касающихся внешней политики. Механизмы публичной дипломатии в отечественных властных кабинетах до сих пор ошибочно недооцениваются. Хотя ими следует пользоваться значительно активнее, эффективнее и разнообразнее, чем это происходит теперь. Тем временем средства публичной дипломатии должны усиливаться реальными, не имитационными изменениями в самом государстве.

15. Ukraine WOW. В новом десятилетии необходимо наконец изменить восприятие нашего государства как источника конфликтов и нестабильности.

Уже давно стало аксиомой, что Украина слишком мало присутствует в мировом информационном пространстве. Известный нарратив, что наше государство защищает Европу и является "щитом Запада", в свое время срабатывал. Теперь же он лишь усиливает восприятие европейцами Украины как периферийного государства. Более того, позиционирование себя жертвой агрессии уже не кажется таким эффективным, как раньше, и все чаще вызывает обратную реакцию у партнеров, заставляя относиться к нам как вечному просителю и "траблмейкеру". В 2020 годах ни площадь государства и численность его населения, ни объем его ВВП или даже военная мощь не будут иметь такого определяющего значения, как раньше. Способность отвечать асимметрично на агрессивные действия, успешность публичной дипломатии и умение находить союзников во фрагментированном мире станут решающими предпосылками для выживания таких государств, как наше.

Общество

16. Разделиться и властвовать. По аналогии к фрагментации в международных отношениях, будет усиливаться и фрагментация в обществе.

На смену вспышке искреннего, однако временного альтруизма, присущего многим украинцам в 2014 году и позже, прогнозируемо придет прагматизм. Граждане все больше внимания будут уделять не глобальным проблемам, а именно локальным вопросам области, города или села. Дела общенационального масштаба многие будут считать слишком абстрактными и станут сосредотачиваться прежде всего на нуждах родных и близких людей. К сожалению, история свидетельствует, что украинское общество способно объединяться лишь при экзистенциальной угрозе и в течение непродолжительного отрезка времени.

Грядущее десятилетие отметится постепенным переходом от любительской гибридизации общественных сфер к их профессионализации. Так, политики все больше будут отдаваться именно политике, ученые — науке, чиновники — служению государству, а журналисты — не менее профессиональному выполнению своей социально значимой миссии. Новое десятилетие сформирует и взлелеет общественный запрос на такие дефицитные сейчас вещи, как интеллект, компетентность и профессионализм.

17. Десятилетие новое — проблемы старые. Размывается грань между действительностью и виртуальной реальностью, между правдой и выдумкой.

Дезинформация будет становиться все более изысканной и находчивой. Будет усиливаться осознание того, что опровержение фейковых новостей — еще далеко не борьба с дезинформацией и, тем более, не залог победы в информационном противостоянии. Постепенно будет приходить и настоящее понимание того, что критическое мышление и медиаграмотность сегодня — одни из самых важных навыков для человека. В то же время все большее значение будет приобретать "политическая грамотность", которая станет противоядием от популистов, наглых невежд и фейковых политиков.

18. Бегство от реальности. Хаотичный характер событий в мире будет вызывать естественную усталость, заставлять замыкаться в собственной "ракушке" и бежать от неуютной реальности.

Одна из причин такого "эскапизма" — перегруженность информацией. Принимая во внимание рост связи между облачными технологиями и большими данными, искусственным интеллектом и аналитикой Интернета вещей, вполне возможно, что уже в конце этого десятилетия можно будет говорить и о вселенной больших данных. Общее положение о защите данных Европейского Союза (GDPR) монументально будет влиять на то, как предприятия обрабатывают данные лиц, проживающих в любой стране — члене ЕС. И хотя сейчас только 26% европейских компаний готовы к таким трансформационным преобразованиям, 2020-е продемонстрируют, что изменения неминуемы. Эта мысль будет оставаться своеобразной "суперзарядкой" с поиском новых решений, чтобы наш мета-мир из big data не превратился в dark data — "территорию неразберихи". Тем временем, учитывая чрезмерный поток событий и множественность "правд" и "фактов", будет все труднее складывать кусочки пазла. Не менее сложно будет и прогнозировать на годы вперед, тогда как время измеряется максимум месяцами, а то и неделями. Такой эффект "сжатия" времени в человеческом сознании будет влиять и на желание людей получать результат "здесь и сейчас". В том числе и относительно изменений в стране.

19. Услышу каждого. События вокруг Брекзита продемонстрировали настоятельную необходимость эффективных стратегических коммуникаций.

Ценность стратегических коммуникаций и коммуникаций правительства с гражданами будет расти все больше. Тем временем у многих высокопоставленных чиновников будет возникать соблазн имитировать общение с гражданами. Этому будет способствовать и уже упомянутая тенденция к размыванию границы между реальным и вымышленным. Часто имитация процесса общения с гражданами будет оставаться важнее его результата.

20. Что мы скажем хаотичному миру? Не сегодня! Национальная стойкость станет одним из самых важных требований для выживания граждан.

События в Украине в течение последних шести лет продемонстрировали, что национальная стойкость является залогом победы во время агрессии, а воля человека — мощнейшим оружием. Несмотря на это, в неоднородном украинском обществе до сих пор остается огромный процент граждан с инерционным мышлением, которые боятся или же не желают брать на себя хоть какую-то ответственность. Такие граждане ждут быстрых изменений, но чужими руками. Государство же для них всегда было и будет "виновато" и "должно". Не менее разношерстной будет оставаться и наша молодежь, на которую уже традиционно будет возлагаться ответственность за будущее страны. Этому поколению сосредоточенных на себе и на своих гаджетах индивидуалистов выпало родиться и формироваться в очень интересное время. Но это время так и не научило их, как надо объединяться. По крайней мере пока.

Вместо послесловия

Вызовы нового десятилетия упорно будут требовать владения новыми компетенциями. То же умение сплачиваться и объединять вокруг себя других, не пренебрегая при этом собственными интересами, станет одним из наиболее востребованных навыков нового десятилетия. И не только для граждан, но и для государств в целом. Двадцатые годы XXI века продемонстрируют, действительно ли современное ультрафрагментированное человечество способно объединяться, или же оно на длительное время погрязнет в эгоизме и собственной мелочности.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №1277, 11 января-17 января Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно