«ДАЙ ИМ ЧЕРТЕЙ, ГАРРИ!»

15 октября, 1999, 00:00 Распечатать Выпуск №41, 15 октября-22 октября

«Дай им чертей, Гарри!До сих пор в Америке не прекращаются споры о том, в чем главная причина победы Трумэна на президентских выборах 1948 года...

«Дай им чертей, Гарри!До сих пор в Америке не прекращаются споры о том, в чем главная причина победы Трумэна на президентских выборах 1948 года. Одни считают, что он добился успеха, поскольку был продолжателем популярного в стране нового курса Рузвельта. Другие объясняют это стратегическими ошибками соперника - Томаса Дьюи, его самонадеянностью и пассивностью. В специальном исследовании Республиканской партии главную причину поражения связывают со стратегией Дьюи, «оказавшегося под наркотическим воздействием опросов общественного мнения» и «принесшего им в жертву инициативу». Дьюи не помог даже компромат на Трумэна, который ему регулярно поставлял директор ФБР Гувер. Третьи придерживаются мнения, что Трумэн обязан прежде всего самому себе как человеку и политику.

Я разделяю именно эту точку зрения. Американцы - в противоположность украинцам, преклоняющимся перед власть имущими и болтливыми хитрецами, - уважают мужественных и упорных, даже если не разделяют их взглядов. Без этого невозможно понять, как Гарри Трумэну, оказавшемуся на грани поражения, удалось добиться триумфальной победы.

В Украине есть спецпоезд «Владимир Щербицкий». Но он так и останется на запасном пути. Если бы нынешний глава государства отправился на нем в предвыборную президентскую кампанию, то график железнодорожного движения, по-видимому, был бы полностью парализован. И вообще, в какую сторону держать путь? И как убеждать обнищавший, озлобленный народ, если не выполнены прежние обещания? Да и времени на раскачку не остается: 31 октября уже на носу.

Эта статья на тему современной американской истории имеет непосредственное отношение к сегодняшней Украине. Она посвящается кандидату в президенты, за которого я намерен голосовать. Я желаю ему осрамить политических «пророков», которые не сулят ему никаких шансов на успех, подобно тому как это сделал пятьдесят лет назад американский президент Гарри Трумэн.

В Америке все наоборот…

Сентябрьским днем 1948 года с железнодорожной станции Юньен стейшн в Вашингтоне отправился спецпоезд. Эта поездка взбудоражит всю Америку и станет триумфальной. К хвосту состава из шестнадцати вагонов был прицеплен единственный в стране президентский. Построенный двадцать лет назад компанией «Пулман», он был переоборудован в годы Второй мировой войны в «крепость на колесах» для президента Франклина Рузвельта. Длина вагона составляла более двадцати пяти метров. Окна - из пуленепробиваемого стекла толщиной семь с половиной сантиметров, а весь он - от крыши до днища - был бронирован и весил более 140 тонн. В пути к этому огромному весу прибавится еще почти 6 тысяч фунтов (примерно 2 тонны 720 кг) льда для надежного функционирования системы охлаждения и кондиционирования воздуха. Поезд имел кодовое название «POTUS»: звуковая аббревиатура по начальным буквам английских слов «президент Соединенных Штатов Америки» - и ему повсюду был открыт зеленый свет.

Специальный президентский вагон носил имя Фернана Магеллана. На его борту президент Трумэн совершит несколько поездок. За время второй, осенней, он преодолеет 21928 миль. Расстояние сопоставимое с тем, которое преодолел знаменитый португальский мореплаватель, совершивший первое кругосветное путешествие! Политическая одиссея Трумэна войдет в историю США как одна из самых драматических президентских избирательных кампаний. В борьбе за сохранение места хозяина Белого дома, доставшегося ему согласно Конституции США в апреле 1945 года после кончины Рузвельта, он, по всеобщему признанию, не имел ни малейшего шанса на успех.

С самого начала кампании Трумэну катастрофически не хватало денег. Влиятельные и богатые американцы азартно играли в гольф, но у них не возникало желания сыграть в политический покер, делая ставку на банкрота.

Америка - не Украина, там все наоборот. У президента, добивавшегося переизбрания на второй срок, часто не хватало денег, чтобы заплатить за эфирное время для трансляции своих выступлений по национальному радио. А большинство газет, в том числе наиболее влиятельных - таких как «Нью-Йорк таймс», «Лос-Анджелес таймс», «Уолл-стрит джорнэл», относились к Трумэну с нескрываемым скепсисом и фактически сбрасывали его как политика со счетов.

Пожалуй, единственный, кто с самого начала твердо верил в успех начатого предприятия, был сам Гарри Трумэн. Невзирая на то, что до этого был трижды нокаутирован.

После трех нокаутов

В 1946 году на выборах в Конгресс победили республиканцы. Это был первый нокаут и одновременно роковое предзнаменование. Со времени окончания гражданской войны место в Белом доме неизменно доставалось представителю партии, которая задавала тон на Капитолийском холме.

В стане демократов произошел двойной раскол. Трумэн был отправлен в нокаут во второй раз в июле 1948 года, когда на съезде в Бирмингеме (штат Алабама) «диксикраты» (консервативно настроенные законодатели-демократы из южных штатов) отвергли его либеральное законодательство в сфере гражданских прав как попытку обречь белых «на статус неполноценной расы» и вышли из партии. Непримиримую позицию в отношении Трумэна занял и либерально настроенный Генри Уоллес - вице-президент в администрации Рузвельта. Он возглавил «прогрессистов», которые также приняли решение о самостоятельном участии в выборах. Для Гарри Трумэна это был третий нокаут.

Положение усугублялось постоянными нападками из поредевших рядов партии, над которой он фактически потерял контроль. Начинавший в ту пору политическую карьеру знаменитый сенатор Уильям Фулбрайт требовал немедленной отставки президента Трумэна, заявляя, что американский народ настроен против него. Профсоюзы осуждали его за «жесткость», а представителей крупного бизнеса не устраивали попытки Трумэна установить контроль над их деятельностью.

Ко всему прочему семья Франклина Рузвельта питала патологическую неприязнь к «провинциальному выскочке». Сын почившего президента Джимми возглавил в Демократической партии коалицию за выдвижение кандидатом в президенты генерала Дуайта Эйзенхауэра. Трумэн, упорно борясь за свое политическое выживание, вынужден был заявить публично, что готов уступить ему место. Лишь категорический отказ Эйзенхауэра баллотироваться в президенты на платформе Демократической партии спас его от поражения без боя. Прославленный генерал, увенчанный в Америке лаврами победителя Гитлера, выдвинет свою кандидатуру на следующих выборах от Республиканской партии и станет 34-м президентом США.

Гарри Трумэну все-таки удалось добиться выдвижения своей кандидатуры кандидатом в президенты на съезде Демократической партии. Но это событие вызвало ликование в стане республиканцев и пессимизм в рядах демократов. Трумэну противостоял губернатор Нью-Йорка Томас Дьюи. Он пользовался репутацией серьезного либерального политика, закаленного в предыдущей, хотя и проигранной, схватке за Белый дом с Франклином Рузвельтом. Выдвинутая им программа предусматривала поддержку популярных мер «нового курса» Рузвельта в сферах здравоохранения, социального страхования и гражданских прав и вызвала позитивный отклик в американском обществе.

В противоположность малоизвестному и непопулярному Трумэну, позиции которого сильно пошатнулись, Дьюи был уверенным в себе политиком, как считалось, несравненно большего калибра. Ему предрекала несомненную победу служба Гэллапа. В политических кругах Вашингтона живо обсуждали, кому достанутся министерские портфели в новой администрации Дьюи. Никто даже не подозревал, что вскоре вся элита будет посрамлена…

Глас народа услышан…

Серия предвыборных поездок Трумэна (двух длительных и нескольких коротких) вошла в историю Америки как «кампания остановок по свистку». Когда на железнодорожном вокзале собиралась толпа, локомотив давал сигнал и состав останавливался. Президент выходил на трибуну, обращаясь к избирателям и отвечая на их вопросы. По американской традиции в кампании участвовали члены президентской семьи. «Познакомьтесь, это моя супруга Бесс», - говорил Гарри. «А это моя дочь Маргарет», - добавлял он (иногда полушутя называя Бесс «боссом», а Маргарет - «боссом босса»).

Трумэн говорил о житейских проблемах. Так возникало ощущение, что все вместе они - большая, дружная американская семья. Встречи оставляли еще более глубокий след, когда «Магеллан» временно переводили на запасной путь, а президент совершал поездки по городам и весям. Случалось, что он садился в круг, общаясь с людьми накоротке. Ему особенно удавались именно такие встречи. Гарри любил рассказывать о себе, о своей семье и родословной.

Часто мишенью критики Трумэна были не столько его политические оппоненты сколько сами избиратели. «Меня удивляет, сколько раз вас нужно бить по голове, прежде чем вы поймете, кто вас лупит», - говорил. Он призывал их не совершить новую ошибку. Это был тонкий психологический ход, цель которого - пробудить пресытившихся в условиях послевоенного экономического бума соотечественников от политической спячки, помочь им осознать, кто есть кто. «Демократическая партия представляет народ, - провозглашал Трумэн. - Демократическая партия ставит на первое место права человека и его благосостояние… Республиканцы, разжиревшие на привилегиях, - бессердечные люди. Они лукавят».

Популизм Трумэна основывался на пирамиде фактов. В период после Второй мировой войны, совпавший с правлением демократов, Америка достигла пика процветания. Оборотный капитал американских корпораций составил почти 54 миллиарда долларов. Безработица опустилась ниже 4 процентов. К тому же Трумэн предпринял дальновидный ход, который умело использовал затем в пропагандистских целях. Он созвал чрезвычайную сессию Конгресса (такого не было с 1856 года) и, не добившись принятия предложенного им законодательства в социальной сфере, обвинил своих политических оппонентов в том, что они глухи к жизненным интересам людей.

Трумэн, которого всюду приветствовали десятки и сотни тысяч людей, а в Лос-Анджелесе и Нью-Йорке - по миллиону, не давал спуску республиканцам. Но он избегал личных нападок против своего политического конкурента, не отпускал в его адрес язвительных шпилек. Члены команды Трумэна не припоминают случая, чтобы на борту «Магеллана» вообще упоминалось имя Дьюи.

Лишь один раз на стадионе в Чикаго у Трумэна сорвалась с языка фраза: голосовать за Дьюи - все равно что голосовать за фашиста. Это был позорный инцидент избирательной кампании: виновник даже не извинился. Дьюи был вне себя от ярости, он намеревался дать противнику достойный отпор. Но советники убедили его не поддаваться на провокации, и Дьюи, выступая в Чикаго, лишь осудил демократов за то, что они «опускаются все ниже в грязь».

До последней минуты уверенный в победе, он лишь один раз заклеймил Трумэна в связи со скандальным промахом - неудавшейся затеей направить в Москву на переговоры со Сталиным «дипломатическую миссию». «Лучше бы Гарри Трумэн держался подальше от дел еще несколько недель! Особенно от внешней политики, в которой он вообще ни черта не разбирается», - заявил он журналистам. Но эта реплика была «не для прессы» и не имела никакого общественного резонанса.

О комиксе, бесплатной рекламе и других выборных технологиях

Штаб Трумэна состоял приблизительно из семидесяти человек и включал группу агентов секретной службы, секретаря, врача, нескольких «спичрайтеров», группу стенографисток, более сорока журналистов и пять фоторепортеров. Президентская команда трудилась с семи утра до полуночи, иногда засиживаясь в купе-столовой до глубокой ночи. Ни одно из основных выступлений не было плодом усилий одного человека и не было одобрено с первого раза. Гарри Трумэн внимательно перечитывал каждую строчку, охотно прислушивался, когда кто-то предлагал сократить текст. Трумэн терпеть не мог сложных конструкций и бессмысленных высокопарных фраз. «Это - не мой стиль, - заявлял он. - Будем выражаться точно». Последнее слово всегда принадлежало ему. «Разбирайтесь между собой сами, а я буду решать», - говорил Трумэн.

Материалы поставлял исследовательский отдел Национального комитета Демократической партии. Впрочем, это громко сказано. В действительности несколько молодых «яйцеголовых» трудились в поте лица в небольшом офисе в Вашингтоне и поддерживали постоянную связь со штабом на колесах. Они направляли на борт «Магеллана» уйму материалов - фотокопий важных документов, газетных вырезок, экономических, политических и исторических данных, часть которых сразу запускалась в дело.

Тем временем команда Трумэна на колесах искала новаторские ходы, чтобы прорвать информационную блокаду. Не имея доступа к ведущим изданиям, она наладила регулярный выпуск пресс-релизов на польском, испанском, итальянском, немецком, русском и шведском языках для национальных периодических изданий и радиостанций. Все это было рассчитано на 35 миллионов человек (около четверти всего населения Америки). Фурор произвел изданный 3-миллионным тиражом комикс - биография Гарри Трумэна. Тогда этот жанр не использовался в Америке для солидной политической рекламы. Некоторые деятели в Вашингтоне считали, что необычный проект, одобренный Трумэном, лишь повредит его репутации. Но американцы с интересом читали увлекательную историю о простом парне из штата Миссури, который всего в жизни достиг сам, а сейчас упорно добивается того, чтобы остаться хозяином Белого дома, и проникались к нему чувством симпатии.

Однако наибольший психологический эффект произвел 10-минутный документальный фильм о Гарри Трумэне. За неделю до выборов его демонстрировали в 20 тысячах кинотеатров страны перед показом художественных фильмов. Киноленту увидели около 65 миллионов американцев. История ее создания необычна. Когда сторонники Трумэна узнали, что республиканцы готовят фильм о Томасе Дьюи, они начали угрожать, что начнут пикетировать кинотеатры, если одновременно не будет показана кинолента об их кандидате. Тогда «Юниверсэл ньюзрилз» вынуждена была бесплатно выпустить фильм «История Трумэна», смонтированный в рекордно короткий срок из кадров о его деятельности на посту президента, встреч с избирателями и снимков из семейного альбома. Он оказался более удачным, чем задуманный с большой помпой дорогостоящий театрализованный фильм о Дьюи.

О прогнозах, опросах и ставках

В период изнурительной и, как казалось большинству в Америке, безнадежной избирательной кампании Гарри Трумэн проявил себя как непоколебимый оптимист. Один из сподвижников Трумэна считает, что он «был убежден в победе всегда, с первого дня, когда начинал борьбу за избирателей». Трумэн проявил мужество и шел на риск, появившись в «запретной» для него зоне. Во время поездки в Техас «диксикраты» открыто угрожали, что «пристрелят сучьего сына Трумэна вместе с его гражданскими правами», но это не остановило его.

Трумэн проявил себя как трудоголик. Неся на себе основное бремя избирательной кампании, он одновременно выполнял обязанности президента. Скрупулезно перечитывал поступающую ежедневно президентскую почту: важнейшие документы министерств, доклады Конгресса, материалы с грифом «конфиденциально». Некоторые из них требовали не только формальной подписи, но и быстрой реакции, от которой во многом зависела судьба не только Америки, но и всего мира. Избирательная кампания совпала по времени с одним из опаснейших после Второй мировой войны международных кризисов. Сталин ввел блокаду Берлина, но Трумэн не поддался давлению, создав бесперебойно действующий воздушный мост.

Президент США тем не менее с уважением относился к советскому диктатору как к сильной личности. Этим объясняется заявление, которое Трумэн сделал во время остановки «по свистку» в Юджине (штат Орегон). Вспомнив о конференции в Потсдаме, он воскликнул: «Мне нравится старик Джо! Он хороший парень». Для журналистов это была сенсация, и новость разнеслась по всей Америке. Госдепартамент моментально среагировал на прокол. Президенту тактично намекнули, чтобы впредь он не выражал подобных мыслей вслух, Трумэн прислушался к совету.

По иронии судьбы Сталин невольно стал союзником Трумэна. Спровоцированный им международный кризис, учитывая присущий американцам антикоммунизм, содействовал сплочению нации вокруг президента.

За три недели до выборов еженедельник «Ньюсуик» опубликовал опрос пятидесяти влиятельных политических аналитиков. Итог - 50:0 в пользу Дьюи. Правда, Трумэн выскажется о них с нескрываемым презрением: «Я знаю каждого из этих пятидесяти парней. Ни у кого из них не хватит ума, чтобы засыпать крысиную нору». Спустя неделю служба Гэллапа объявила, что Трумэн проигрывает своему сопернику 6 пунктов. Профессиональные азартные игроки ставили 15 против 1 на Дьюи против Трумэна. Иногда даже 30 против 1. Результаты последнего опроса службы Гэллапа свидетельствовали о том, что разрыв сократился, но составлял пять пунктов.

Даже когда начался подсчет голосов и было уже очевидно, что чаша весов склоняется в пользу Трумэна, инерция предубежденности не была преодолена. Включив в день выборов - 2 ноября, около полуночи, радиопрограмму Эн-Би-Си, Гарри Трумэн, уединившийся на небольшом курорте Эксельсиор Спринг в родном штате Миссури, узнал, что он опережает Дьюи с солидным разрывом в 1200000 голосов. Но, комментатор по-прежнему утверждал, что нынешний президент «несомненно потерпел поражение». Трумэн выключил радио и ушел спать. Даже около четырех часов утра, когда разрыв составлял 2 миллиона голосов, радиокомментаторы продолжали утверждать, что не представляют себе, как может победить Трумэн. Как раз в это время его разбудили помощники. «Мы их побили», - сказал президент, оставшийся хозяином Белого дома на второй срок.

«Он победил, имея наименьшие шансы за всю историю президентских кампаний, - свидетельствует известный американский биограф Дэвид Маккаллоф в фундаментальном бестселлере «Трумэн». - Ни одна служба по опросам общественного мнения не дала правильного прогноза. Ни один радиокомментатор или газетный обозреватель, ни один из сотен репортеров, освещавших кампанию, не дал ей правильной оценки. Все эксперты ошиблись. Как говорилось, «страну охватил повальный хохот». Люди считали дураками тех, кто прикидывался всезнайками».

Трумэн набрал 24105812 голосов избирателей и получил 303 голоса выборщиков, Дьюи - 21970065 голосов избирателей и 189 голосов выборщиков.

20 января 1949 года состоялась инаугурация Гарри Трумэна. Ее непосредственными свидетелями стали более миллиона жителей Вашингтона. Это было первое в истории США вступление в должность президента, которое показывали по телевидению. Торжественную церемонию на черно-белых экранах смотрели 10 миллионов американцев (больше чем за всеми инаугурациями вместе взятыми, начиная с первого президента США Джорджа Вашингтона). 100 миллионов американцев слушали радио. Интересная деталь: уверовав в грядущую победу, республиканский Конгресс ассигновал на празднества беспрецедентно большую сумму - 80 миллионов долларов. Демократы на радостях растратили все до единого цента. Как любил говорить Гарри Трумэн, «вот, пожалуй, и все».

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно