ЧЕЛОВЕЧНОСТЬ В БЕСЧЕЛОВЕЧНОЕ ВРЕМЯ

25 июня, 1999, 00:00 Распечатать

На мое имя из Кельна пришла бандероль. Отправители - мои добрые друзья супруги Мюллеры - активисты благотворительной организации «Максимилиан Колбе Верке»...

На мое имя из Кельна пришла бандероль. Отправители - мои добрые друзья супруги Мюллеры - активисты благотворительной организации «Максимилиан Колбе Верке». Девиз, кредо этой организации - через покаяние, осознание вины перед узниками концлагерей, гетто - к примирению, миру, дружбе. «Когда ненависть превращается в любовь, наступает мир».

В бандероли письмо и брошюра-буклет «За примирение и мир», стоящая толстых томов. Особенно поразила меня одна история: еще одно доказательство того, что даже самый талантливый вымысел бледнеет перед творцом, имя которому - жизнь.

Человечность в бесчеловечные времена, в бесчеловечных обстоятельствах. Как убедится читатель, история фельдфебеля Эрвина Долда выходит далеко за узконациональные рамки, поднимается к глобальным, вечным, как мир, проблемам и обобщениям - человек и система... Человек создает систему, а та, в свою очередь, лепит, кует, вытягивает на своем прокрустовом гулаговском ложе, ломает индивидуум под себя, делает его таким, каким хочет его видеть: рабом или надзирателем, жертвой или палачом, узником или комендантом концлагеря, начальником ГУЛАГа. Или уничтожает.

История показывает: только немногие вступают в единоборство с Системой. Сократы, Спартаки, декабристы, в наше время Сахаров - явление не конвейерного, а штучного производства.

«Я хотел, чтобы они жили...»

Систематическое массовое уничтожение в немецких концлагерях является ужасным и уникальным явлением в истории человечества. Многие из тех, кто в большей или меньшей степени принимал в этом участие, впоследствии оправдывали свое участие перед судом необходимостью выполнять приказ.

Пример Эрвина Долда показывает, что можно, даже находясь на ответственной должности, работать против геноцида.

Эрвин Долд из деревни Бухенбах (в Шварценвальде) в последние месяцы войны спас от верной смерти по меньшей мере 1000 человек - с помощью различных маневров и хитростей, постоянно рискуя своей жизнью.

После того как были потеряны нефтяные месторождения в Румынии, правительство рейха начало разработку месторождений торфа в предгорьях Швабских Альп. Силами СС было создано две дюжины концлагерей, в которые были депортированы узники из всех частей Европы. Ощущалась нехватка всего: воды, мест общего пользования, одеял, матрацев, и узники должны были спать на сырой земле. Вскоре вспыхнули эпидемии сыпного тифа, туберкулез, люди умирали от переохлаждения.

Каким образом беспартийный Э.Долд стал комендантом концлагеря Даутмерген? После тяжелого ранения он был признан негодным к строевой службе и откомандирован в звании фельдфебеля в этот лагерь летом 1944 г. Лагерь находился в состоянии, негодном для проживания людей. Он располагался в болотистой местности, в бараках не было пола, не хватало одежды, лекарств. Уже в первую минуту Долд твердо решил: «Мои родители воспитали меня в духе христианской веры и в убеждении, что следует помогать другим». Для того чтобы освободить 2000 обессиленных узников по крайней мере на короткое время от тяжелой работы на торфоразработке, он, несмотря на сопротивление СС, объявил о «карантине на время эпидемии».

Он приказал ликвидировать «блок смерти» и потребовал прислать немецких гражданских врачей со следующим обоснованием: заключенные должны работать для окончательной победы Германии и поэтому должны быть здоровыми.

Он организовал поставку белья и одеял. Для этого он напоил охрану склада в Шомбурге вишневой настойкой и очистил склад. В обмен на бензин он достал на черном рынке мясо, муку и картофель. Каждый день этот начальник концлагеря рисковал своей жизнью, нарушая все законы военного времени. При малейшем просчете это привело бы к его гибели. Но он спас таким образом жизнь многим своим узникам, и один из узников-евреев позднее на суде воскликнул: «Я призываю благословение небес этому человеку, его детям и внукам».

От автора:

Вряд ли нужны комментарии к этой истории. Впрочем, не трудно предвидеть и сомневающихся, Фом-неверующих, а то и просто «трезвомыслящих»:

- А был ли уж таким альтруистом ваш фельдфебель, оказавшись в должности коменданта? Ведь шел не 1939-й, не 41-й, а

44-й год, когда судьба Третьего рейха, по сути, уже была предрешена? Не сработал ли здесь инстинкт самосохранения? Факты, однако, упрямая вещь. В 1944-1945 годах, до самого прихода советских или союзных войск в лагерях смерти во всю дымили печи крематориев. Именно в эти месяцы были уничтожены сотни евреев, депортированных из Чехословакии, Венгрии, самой Германии.

Не дремало и гестапо. И во всю работали, отправляя на расстрел, под топор палача «врагов рейха» - «народные суды».

И последнее. Эрвин Долд - единственный из комендантов концлагерей Третьего рейха, кто был судом оправдан.

У нас же ни один из начальников бывших лагерей, больших и малых ГУЛАГов не предстал перед судом. Все они - и те немногие, которые в те годы проявили какие-то проблески человечности, сострадания, и отъявленные садисты умирали своей смертью, а если живут, здравствуют, то еще получают пенсию (и немалую!) за свои «труды» в лагерях.

Коменданты, начальники, надзиратели, следователи - скуловороты, расстрельщики и расстрельщицы, старым режимом обласканные и новым не забыты.

Доживем ли мы когда-нибудь до покаяния, до обнародования своих Эрвинов Долдов?

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №20, 26 мая-1 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно