«СЕЙФ» В ЗОНЕ ВЕЧНОГО ОТЧУЖДЕНИЯ

8 декабря, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №48, 8 декабря-15 декабря

Плачевное финансовое состояние нашей страны поставило под угрозу срыва немало программ — экономических, медицинских, социальных...

Плачевное финансовое состояние нашей страны поставило под угрозу срыва немало программ — экономических, медицинских, социальных. Но существуют про-граммы, промедление с реализацией которых угрожает не только сегодняшнему, но и будущему Украины. Речь идет о широкомасштабном проекте по переработке, утилизации и захоронению радиоактивных отходов. Ни одно другое государство не имеет таких болевых «радиоактивных» проблем. Хотя и принят ряд государственных актов, в частности закон Украины «Об использовании ядерной энергии и радиационной безопасности», закон Украины «Об обращении с радиоактивными отходами», состояние дел в этой сфере является, без преувеличения, критическим — убежден академик НАН Украины Эмлен СОБОТОВИЧ. По его мнению, вывод Чернобыльской АЭС из эксплуатации ситуацию даже обострит: что будем делать с радиоактивными отходами?

— Эмлен Владимирович, сегодня кое-кто высказывает опасение, что в связи с закрытием ЧАЭС зона отчуждения останется кладбищем радиоактивных отходов.

— А я, например, этого добиваюсь. По крайней мере, будет использоваться по-хозяйски: для традиционной человеческой деятельности она закрыта на сотни и сотни лет. Будем реалистами: чернобыльская зона отчуждения вместе с зоной безусловного (обязательного) отселения занимает территорию свыше 4000 км2. Почти четверть ее навсегда останется загрязненной. Нужно, по крайней мере, 240 тысяч лет (или десять периодов полураспада плутония), чтобы эта территория лишь условно избавлялась от радиоактивности. Эти земли нужно оставить для научных исследований (человечество должно учиться на своем горьком опыте) или использовать их с выгодой, не причиняя вреда ни нынешнему, ни будущим поколениям.

— Радиоактивные отходы в зоне практически не изолированы: все хранилища здесь — приповерхностные или поверхностные. Не угрожает ли это экологической бедой, которую потом будет трудно, а то и невозможно преодолеть? Тем более что природа периодически посылает сигналы «SOS»: в прошлом году вследствие наводнения на Припяти около 100 траншей с радиоактивными отходами были залиты водой.

— Радионуклиды мигрируют — грунтовыми водами из объекта «Укрытие», из техногенного пласта на близлежащей территории, из «могильников» радиоактивных отходов, значительная часть которых находится именно в горизонте грунтовых вод. Конструкции хранилищ «Подлесный» и «ІІІ очередь ЧАЭС» не отвечают требованиям сохранения радиоактивных отходов.

Но угрожают нам не только радиоактивные отходы чернобыльского происхождения, а и так называемые «обычные»: ядерной энергетики, объектов Министерства обороны, промышленных предприятий, медицинских и научных учреждений. Хотя они и хранятся в специальных хранилищах, но это, как говорится, до первого грома. Вдобавок хранилища радиоактивных отходов на территориях украинских атомных станций заполняются быстрыми темпами. И на большинстве из них ситуация или уже критическая, или приближается к такой.

— Понятно даже неспециалисту: откладывать на потом мероприятия по устранению радиоэкологической угрозы будет себе (то есть украинской нации) дороже. Просчитываются ли варианты локализации радиоактивного мусора?

— Такие мероприятия очень нужны. В особенности это касается высокоактивных и долгоживущих среднеактивных радиоактивных отходов. Проблему могло бы снять сооружение Центрального (национального) геологического хранилища (ЦГХ), что и предусматривает Комплексная (государственная) программа обращения с радиоактивными отходами на период до 2005 года. Правда, окончательный срок его введения в эксплуатацию не определен. Но среди первоочередных — разработка программы захоронения радиоактивных отходов в глубокозалегающие геологические формации; разработка концепции создания Центрального геологического хранилища; определение геологических критериев и методических рекомендаций для выбора места его сооружения.

Выполнение этих мероприятий планировалось на 1999—2000 годы. Пока что ни к одному руки не дошли: не хватает финансирования.

— На протяжении последних десяти лет в научных кругах Украины обсуждаются проблемы выбора места для строительства такого хранилища. Причем предполагают различные варианты: разместить его в геологических формациях — в гранитах в частности, в зоне безусловного отселения, в урановых или железорудных шахтах, в глинах Прикарпатья, даже в артемовских соляных разработках.

— Строительства мощного и надежного геологического хранилища для радиоактивных отходов, как бы мы ни отказывались от этого, нам не избежать. По моему мнению, его стоит разместить именно здесь, в неприемлемой для жизни «плутониевой» зоне (площадью около 900 км2). С экономической и социальной точке зрения — это лучшее место для сооружения и эксплуатации центрального геологического хранилища. Во-первых, здесь сосредоточены основные объемы радиоактивных отходов, во-вторых, существует развитая инфраструктура. К тому же для подавляющего большинства персонала ЧАЭС (а это 6000 человек) после ее закрытия в значительной мере будут сняты социально- экономические проблемы. А их опыт понадобится и во время строительства хранилища, и во время его эксплуатации.

Здесь целесообразно сосредоточить инфраструктуру по переработке, сохранению и захоронению всех радиоактивных отходов — как долгоживущих, так и короткоживущих (срок «жизни» короткоживущих не такой уже и короткий — 250—300 лет). Собственно, создание такой инфраструктуры здесь уже практично начато сооружением «Вектора» — комплекса производств по переработке, хранению и захоронению низко- и среднеактивных радиоактивных отходов. К сожалению, строительство первой очереди «Вектора» ведется крайне медленно, не говоря уже о «летаргическом» состоянии с сооружением центрального геологического хранилища.

— Наверное, никто из ученых не мог бы взять на себя смелость утверждать, что месторасположение ЧАЭС идеально для сооружения геологического хранилища. В свое время против строительства здесь атомной станции выступали ученые Академии наук Украины. Тогда их предостережения были отброшены доминирующими аргументами московских ученых-ядерщиков, в частности «проводника» ядерной энергетики академика А. Александрова.

— В самом деле, размещение ЧАЭС удачным не назовешь: она находится на склоне так называемого Украинского щита, который через систему тектонических разломов переходит в Днепровско-Донецкую впадину. Именно поэтому неоднократно высказывались (преимущественно неспециалистами по данной проблеме) возражения против сооружения здесь ЦГХ. Но не только же в Украине, а и, без преувеличения, на всей Земле нет идеального места для геологического хранилища. Нет такой территории, которую бы на протяжении всей ее геологической истории обошли стороной тектонические процессы. Делаю ударение: теоретически возможны различные катаклизмы где бы то ни было. Но крупных природных катастроф в районе ЧАЭС не было самое меньшее миллиард лет. Поэтому вероятность того, что определенный блок начнет вдруг опускаться, возвышаться или разрушаться, мизерна. Геологическому хранилищу-«сейфу» с долгоживущими высоко- и среднеактивными радиоактивными отходами, расположенными на глубине 800—1000 метров, не будут угрожать никакие аномалии, которые могут происходить на поверхности Земли или в границах осадочного чехла. Скажу, что ученые высказываются за строительство хранилища в зоне ЧАЭС, чиновники — против.

— МАГАТЭ выдвигает достаточно жесткие требования к условиям хранения долгоживущих радионуклидов: они требуют погружения в геологические формации на безопасные, достаточно большие глубины...

— ...где будут храниться сотни тысяч лет, пока не распадутся. Конечно, закладывать в глубокозалегающие геологические формации нужно лишь те радиоактивные отходы, в которых концентрации долгоживущих радионуклидов превышают определенные пороговые значения. Такие «пороги» в Украине еще не определены. Нет и национальной классификации радиоактивных отходов, определяющей условия их длительного хранения и захоронения.

В Украине не менее полумиллиона тонн радиоактивных отходов, которые нужно заложить в глубокозалегающие геологические формации. Это в основном радиоактивные отходы объекта «Укрытие» и техногенного пласта на близлежащей территории. Кстати, не мы единственные должны решать эту проблему: национальные программы 14 стран мира с развитой ядерной энергетикой предусматривают сооружение геологических хранилищ в ближайшие 10—15 лет.

— Сколько времени займет выбор и обоснование места для строительства такого геологического хранилища?

— Не менее шести лет. По правилам МАГАТЭ, нужно оценить минимум три площадки: провести разведывательные работы, бурение, сугубо геологические исследования. Мы должны убедиться, что породы, в которых планируют разместить хранилище, непроницаемые, монолитные. Столько же лет будет действовать подземная испытательная лаборатория: нужно определить «поведение» породы.

Выполнение комплекса работ — от первой буровой скважины до утверждения места для центрального геологического хранилища — займет не менее 15 лет. Прибавьте еще 10—15 лет для его сооружения и введения в эксплуатацию.

Но сначала нужно пробурить три-четыре структурно-параметрические буровые скважины глубиной до 1000 метров. Это позволит выучить глубинное геологическое строение и выяснить пригодность глубокозалегающих геологических формаций для создания такого мощного хранилища. Короче говоря, нужно убедиться в надежности природного барьера.

Комплексные эколого-геологические работы по выбору места сооружения ЦГХ нуждаются в объединении усилий организаций и учреждений различных министерств и ведомств — МЧС, НАН Украины, Минэкоресурсов, Минатомэнерго. Необходимо целевое финансирование этих работ, в частности их первого этапа — исследования глубинного геологического строения района ЧАЭС.

— Как утверждают специалисты, чернобыльская катастрофа породила такое количество радиоактивных отходов, что по этому показателю Украина вошла в первую десятку стран мира (а по вкладу ядерной энергии в суммарное производство электроэнергии мы занимаем третье место в мире). А на каком мы месте по степени решения проблем хранения и захоронения радиоактивных отходов?

— К сожалению, в конце списка стран с развитой ядерной энергетикой.

Сегодня значительная часть чернобыльской зоны является огромной радиоактивной свалкой. На этой территории, загрязненной радионуклидами стронция, цезия, плутония, америция и других элементов, еще с 1986 года находится хранилище высокоактивных радиоактивных отходов «Подлесный» (22 тысячи тонн), хранилище средне- и высокоактивных радиоактивных отходов «ІІІ очередь ЧАЭС» (88 тысяч тонн) и хранилище низко- и среднеактивных радиоактивных отходов «Буряковка» (770 тысяч тонн), около 1000 «могильников»-траншей (в общей сложности почти 1 млн. 920 тысяч тонн). Около 600 тысяч тонн высоко- и среднеактивных радиоактивных отходов лежит под техногенным пластом на территории объекта «Укрытие». Многочисленные свалки радиоактивных отходов в зоне находятся просто на поверхности. Радиоактивными являются донные отложения пруда- охладителя ЧАЭС. Но, конечно, наиболее опасны радиоактивные отходы объекта «Укрытие» (около миллиона тонн, из них свыше 100 тысяч тонн — топливосодержащие массы и прочие высокоактивные отходы).

— Без научных расчетов, серьезного научного сопровождения любое дело, и прежде всего государственная программа такого значения, может потерпеть фиаско.

— О мощной концентрации научного потенциала вокруг этой проблемы говорить рано. До сих пор нет научно обоснованной стратегии превращения объекта «Укрытие» в экологически безопасную систему (и никто не знает, какой в итоге она должна быть). А она возможна лишь на основе альтернативного анализа современных и перспективных технологий. Нужно создавать базу данных о традиционных и перспективных технологиях переработки, утилизации и захоронения радиоактивных отходов. Не обойтись без их классификации и идентификации, определения типов и объемов, которые необходимо закладывать как в приповерхностные хранилища (сроком до 300 лет), так и в глубинное хранилище — для длительного хранения на протяжении десятков и сотен тысяч лет.

— Специалисты говорят, что до сих пор в 30-километровой зоне не пробурено ни одной скважины, которая бы извлекла на свет Божий хотя бы кусочек породы с глубины 500—1000 м — для определения пригодности размещения здесь центрального геологического хранилища.

— Единственная буровая скважина сделана в Коростенском плутоне (массиве кристаллических пород) — в 50 км от ЧАЭС. Размещение хранилища в этом районе, на первый взгляд, вариант более дешевый: здесь меньше осадочный чехол, и для хранилища достаточно 200—300-метровой глубины. Но кто просчитал дополнительные затраты — например, по развитию инфраструктуры, которая уже существует в чернобыльской зоне? Таким решением прибавим еще одну зону отчуждения: уже через 30—40 лет сюда смогут возвращаться «отселенцы». Едва ли логично подвергать их опасности, размещая рядом огромное хранилище радиоактивных отходов (пусть и геологического типа, но с разветвленной инфраструктурой, необходимыми транспортными артериями).

— Много разговоров ведется сегодня вокруг превращения объекта «Укрытие» в экологически безопасную систему. В 1997 году правительственной комиссией утверждена соответствующая стратегия, предусматривающая изъятие из него всех топливосодержащих масс, переведение их в безопасное состояние, размещение во временных хранилищах, а затем — в геологическом хранилище. Но создается впечатление, что специалисты еще не знают, как развязать хитросплетенный узел.

— В «саркофаге» находится около 100 тысяч тонн высокоактивных, 200 тысяч тонн среднеактивных и около миллиона тонн низкоактивных отходов. Кроме того, на близлежащей территории размещено 5 тысяч тонн высокоактивных, 21 тысяча тонн среднеактивных и 600 тысяч тонн низкоактивных отходов. Принятая правительственной комиссией стратегия уже в 2010 году предусматривает изъятие из объекта «Укрытие» топливосодержащих масс и других высокоактивных отходов. Надеюсь, здравый смысл победит и эта идея останется на уровне идеи. Ведь для изъятия из «саркофага» топливосодержащих масс понадобится несколько миллионов контейнеров! И кто их изготовит? И сколько это будет стоить? И сколько хранилищ необходимо для их размещения? А самое главное: сколько возникнет новых ликвидаторов?

Напомню, что к объемам радиоактивных веществ, которые у нас уже есть, после 2010 года к нам вернутся из России около 500 тонн остекленных высокоактивных радиоактивных отходов — результат переработки отработанного ядерного топлива украинских АЭС. Правда, это незначительные объемы — по сравнению с сотнями тысяч тонн высоко- и среднеактивных веществ объекта «Укрытие».

Целесообразность реализации этой стратегии (избранной, кстати, без каких бы то ни было технико-экономических обоснований и анализа альтернатив) очень сомнительна по ряду причин: технологической сложности и необходимости разработки специальных технологий; больших «дозовых затрат», связанных с привлечением многочисленного персонала к работам в условиях радиационного облучения; продолжительности выполнения работ; значительных финансовых затрат; сооружения большого количества временных хранилищ топливосодержащих масс и хранилищ для других радиоактивных отходов, образующихся в процессе изъятия топливосодержащих масс.

— Говорят, даже из безвыходного положения можно найти выход. Есть ли альтернативные решения по изъятию из «саркофага» топливных масс?

— Еще в 1991 году предложен вариант «Монолит»: объект «Укрытие», активность которого — 27 мегакюри (а это впечатляющая величина: 1 Ku=1 рентген/час., летальная доза — 100—200 рентген) — «замонолитить» на 100 лет, до того времени, когда радиоактивность уменьшится в 50—100 раз. А уже следующим поколениям, с их новейшими технологиями, значительно легче будет «залатать» эту проблему. Но имеем ли мы моральное право перекладывать на них ответственность за возмещение того, что натворили?

Другая альтернативная стратегия преобразования объекта «Укрытие» может быть реализована в самое ближайшее время, причем в более сжатые сроки, за меньшие средства и, самое главное, с намного меньшими «дозовыми затратами» сравнительно с официально принятой стратегией. Речь идет о погружении объекта «Укрытие» в кристаллические породы, залегающие под ним, на глубину до 1000 метров. Соответствующий проект, который, конечно, требует детальных расчетов, предложен специалистами института «Кривбасспроект» с участием научных работников и инженеров ряда организаций и нашего центра в частности. В Украине имеются технологии и опытные профессионалы для осуществления такого на первый взгляд фантастического, но совершенно реального способа превращения объекта «Укрытие» в экологически безопасную систему. По предыдущим расчетам, его погружение на глубину 800—1000 метров обойдется в млрд. Разумеется, необходимы всесторонние и тщательные эколого-геологические исследования и детальная технологическая проработка проекта — для подтверждения пригодности глубинного геологического пространства под объектом «Укрытие» для реализации проекта.

Кстати, рядом с погруженным «саркофагом», который станет геологическим хранилищем, можно с относительно небольшими затратами соорудить дополнительное геологическое хранилище для других высокоактивных и долгоживущих среднеактивных радиоактивных отходов (возможно, с перспективой его дополнительного использования для размещения «импортируемых» радиоактивных отходов: хранение 1 килограмма высокоактивных радиоактивных отходов стоит —10 тысяч). Хотя сразу замечу: это вызовет сопротивление широкой общественности, которое не верит басням о мирном атоме.

— Вы упомянули о возможности продажи зарубежным фирмам «мест» в ЦГХ. Но для его строительства нужны значительные капитальные вложения. Какой вы видите из этого выход?

— Я понимаю, что высказал еретическую мысль. Но она может быть обоснована предложением о том, чтобы передать зону вечного отчуждения (около 900 км2) в международное управление. Наш вклад — территория, загрязненная долгоживущими радионуклидами (на срок более 240 тысяч лет), а также ее кристаллический фундамент. Европейское содружество могло бы использовать ее для научных и практических целей. Это может быть международный радиоэкологический институт, это может быть строительство и использование геологического могильника высокоактивных отходов и отходов, которые содержат a-излучатели и т. п. Содержание зоны отчуждения обходится Украине в 5—10% годового бюджета. Наше правительство мечтает избавиться от этой головной боли. А для западных инвесторов это предложение может быть заманчивым.

— Как используется научный потенциал, в частности Национальной академии наук Украины, в сфере ядерной энергетики, решении проблем обращения с радиоактивными отходами?

— К сожалению, остается практически невостребованным. Все чисто научные вопросы решаются на уровне министерств и ведомств. Даже широкомасштабный проект SIP (Shelter Implementation Plan), субсидируемый Европейским банком реконструкции и развития в размере 0 млн., не обсуждался широкими кругами научной общественности. Этот проект, ориентированный на стабилизацию конструкций и ядерную стабилизацию объекта «Укрытие», грешит неопределенностью конечного результата. Стабилизация объекта «Укрытие», безусловно, необходима при любой стратегии его превращения. Тем не менее зарубежные специалисты, работающие над проектом, и наше отечественное лобби (в основном, чиновники Минтопэнерго — реципиента западной помощи) не слишком задумываются над тем, как дальше реализовать эту стратегию. То же самое можно сказать и о другом проекте, который предусматривает вывод Чернобыльской АЭС из эксплуатации и финансируется Западом в размере около 0 млн.

Думаю, едва ли кто-то другой, кроме нас, будет заботиться об экологической безопасности будущих поколений Украины. Для западных «доноров» важнее дать работу своим специалистам, обеспечить как можно больше рабочих мест. А радиоактивные отходы — боль именно Украины.

Министерство по чрезвычайным ситуациям, на которое возложена ответственность за хранение и захоронение радиоактивных отходов, еще не начало выполнять Комплексную программу в части, касающейся создания центрального геологического хранилища. Многочисленные обращения Национальной академии наук в Минтопэнерго, Министерство по чрезвычайным ситуациям, Минпромполитики с предложениями выполнения фундаментальных работ, в частности по преобразованию объекта «Укрытие», обращению с радиоактивными отходами, выводу ЧАЭС из эксплуатации, наталкиваются на стереотипный ответ: нет средств.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 19 октября-25 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно