Фундаментальное сорго, или Какая наука нужна Украине?

12 декабря, 2014, 21:59 Распечатать Выпуск №47, 12 декабря-19 декабря

О том, что украинская наука гибнет, знают все, причем большинство убеждены, что причиной является недостаточное бюджетное финансирование. Но это только часть правды, причем не главная.

 

О том, что украинская наука гибнет, знают все, причем большинство убеждены, что причиной является недостаточное бюджетное финансирование. Но это только часть правды, причем не главная.

В действительности, дело в том, что в украинской науке до сегодняшнего дня используется кастовая система организации деятельности научных учреждений и сотрудников, внедренная еще Сталиным.

При этой системе труд ученых оценивается не по научным достижениям, а по кастовой принадлежности — кандидат ты или доктор наук, член-корреспондент или академик, а успехи научного учреждения — по количеству таких работников. И если оценивать науку по этим критериям  (а других в нашей стране просто не существует), то в Украине она процветает, поскольку количество кандидатов и докторов наук не только не уменьшилось, а наоборот выросло, а член-корреспондентов и академиков различных академий стало даже намного больше.

Вполне естественно, что такая оценка деятельности ученых предопределяет и их поведение. Энергия подавляющего большинства ученых направляется не на решение актуальных проблем для государства, обеспечивающего им заработную плату, а на прорыв в высшую касту. Причем чем выше каста, тем ожесточеннее борьба между претендентами.

Поэтому можно горько плакать по советской науке, которая лучше финансировалась, но пользы от нее было столько же, как и от нынешней украинской. В каждом среднестатистическом советском институте на 300 работников было не более двух десятков настоящих ученых, пытавшихся что-то сделать для государства, для остальных же прозябание над высосанной из пальца диссертацией было единственной научной работой всей жизни. Уровень советской науки лучше всего отображали производст­венные предприятия, в частности, технический уровень их средств  производства и произведенной продукции, на десятилетия отстававший от передовых стран.

Кто-то может заметить, что военная продукция СССР была на высоком уровне. Но ведь в военной промышленности научные степени присуждали не за надуманную диссертацию, а за разработку новой военной техники.

После развала СССР в организации научной деятельности в Украине почти ничего не изменилось. Только в бывшем СССР кандидатов на член-корреспондентов и академиков подбирали КГБ и компартийные органы, а теперь это поставлено на рыночные рельсы. 

Зато правовое положение ученых в независимой Украине изменилось коренным образом — был разрушен железный занавес. И, убедившись, что на Родине в организации науки ничего не изменилось, подавляющее большинство настоящих ученых творческого возраста выехали за границу, где успешно и работают.

А ученые, демонстрировавшие преданность КПСС, остались в Украине. Чтобы не усложнять себе жизнь, они срочно подготовили Закон о научно-технической деятельности, и 13 декабря 1991 г. его подписал Л.Кравчук. Стержнем этого документа является определение понятий "фундаментальные научные исследования" и "прикладные научные исследования".

По мнению чиновников от науки, сотворивших этот закон:

"Фундаментальные научные исследования — научная теоретическая и (или) экспериментальная деятельность, направленная на получение новых знаний о закономерностях развития природы, общества, человека и их взаимосвязи". 

Понятно, что депутаты Верховной Рады, ответственные работники Администрации президента и Кабмина не в совершенстве владеют научными терминами, и потому для них "фундаментальные исследования" — это нечто весьма важное и необходимое государству как фундамент для его будущего развития.

Но это не совсем так или даже совсем не так.

Из дефиниции "фундаментальные" непонятно, для кого полученные знания являются новыми. Например, если ученик, решающий задачу по физике, получает новые для себя знания, выходит, он проводит фундаментальные исследования? 

Следовательно, речь может идти только о мировой новизне. Кроме того, в этой дефиниции нет понятия ценности полученных знаний.

Получается, что биолог, посеявший на исследовательском участке сорго и каждое утро измеряющий высоту растений в период их вегетации, — выполнял фундаментальные исследования, поскольку получил знания о развитии природы (сорго), причем они для него новые.

Конечно, отечественные ученые, выполняющие фундаментальные исследования, вегетацию сорго не исследуют. Результаты своих исследований они элегантно упаковывают в формулы и ссылки на других исследователей, но польза от них такая же, как и от исследования сорго.

Во всех развитых странах наука является двигателем технического прогресса, даже средством производства. Она создает новые технологии, принципиально новые средства производства и товары народного потребления.

В Законе о научно-технической деятельности  речь идет лишь о получении новых знаний (новизну которых определить невозможно), и — ни единого слова об их ценности для Украины.

В развитых странах в фундаментальные исследования вкладывается совершенно другое содержание: 

"Фундаментальные научные исследования — научная теоретическая и (или) экспериментальная деятельность, направленная на получение новых знаний, которые являются вкладом в мировое развитие научной мысли по исследуемому вопросу, или получение нового вида продукции, полезной для человечества".

Поэтому, если ученый опубликует результаты своих исследований в ведущем в соответствующей отрасли журнале мира или запатентует способ производства принципиально новой продукции, — это будут результаты действительно фундаментальных исследований. А если результаты исследований публикуются в сборнике научных работ своего института, а их фундаментальность определяют сами исследователи и их руководители согласно положению упомянутого закона, то это — чистая профанация.

То,  что большинство ученых НАН удовлетворяют свое любопытство за народные средства, — беда, но не вся.  Беда еще и в том, что чиновники от науки заставили отраслевые институты также выполнять подобные фундаментальные исследования. Они даже присвоили себе право по названию темы определять, какие именно исследования будет выполнять отраслевой институт — фундаментальные или прикладные, хотя из дефиниции "фундаментальные", приведенной в указанном законе, вытекает, что все исследования являются фундаментальными. Поэтому ученые отраслевых институтов, вместо того чтобы создавать новые средства производства и товары народного потребления, выводят новые породы животных и сорта растений, выдают отчеты.

Причем если в отчетах институтов НАН о т.н. фундаментальных исследованиях есть хоть какая-то логика, то в аналогичных отчетах отраслевых институтов —  настоящий бред. Цена всех этих отчетов не превышает их стоимости при сдаче в макулатуру.

Для каждого незаангажированного сотрудника очевидно, что ценные для общества знания, "лежавшие на поверхности", ученые давно уже описали. При нынешнем же отставании отечественной науки от науки ведущих стран мира сказать свое новое слово практически невозможно, а получать уже известные знания и выдавать их за свои открытия — это плагиат. Посему для подавляющего большинства ученых НАН и всех отраслевых институтов остается проводить только прикладные исследования. Уточним, что это за исследования.

В упомянутом законе дано следующее их определение:

"Прикладные научные исследования — научная деятельность, направленная на получение новых знаний, которые могут быть использованы для практических целей".

Ахиллесовой пятой этого закона является то, что полученные новые знания могут быть использованы для практических целей, а могут — и не быть.

К величайшему сожалению, подавляющее большинство наших ученых выполняют прикладные исследования в полном соответствии с этой дефиницией. Они проводят какие-то научные исследования, получают новые знания, но для практических целей их не используют. И государству от такой научной деятельности — одни убытки.

В нашей стране — сотни научных учреждений. В то же время многие промышленные предприятия не работает вообще, либо их производственный потенциал используется только на несколько процентов из-за отсутствия конкурентоспособной продукции. Государство все импортирует — от зубной щетки до телевизора, причем за одолженные средства, а научные работники выполняют "фундаментальные исследования".

Чтобы улучшить экономическую ситуацию в стране, ученых необходимо направлять на решение научно-технических проблем в промышленности и сельском хозяйстве. То есть ученый за свою деятельность должен отчитываться не килограммами наукоподобной макулатуры, а новыми или модернизованными, которые были бы конкурентоспособными на рынке, средствами производства и товарами народного потребления.

В частных беседах с научными сотрудниками институтов НАН я часто спрашивал, почему они не участвуют в возрождении экономики страны? Ответы однотипны: "За такую зарплату я еще что-то буду делать?..".

Оказывается, не эти горе-ученые в долгу перед государством (поскольку  получают практически дармовые средства), а государство виновато перед ними, что мало платит.

В цивилизованных странах ученому хорошо платят не для того, чтобы он хорошо работал, а за то, что плохо работать он по определению не может.

А у наших научных сотрудников доходит до абсурда. Кружки технического творчества разрабатывают и изготавливают разведывательные беспилотники, а в Институте кибернетики — тишина. Или завод "Агромаш" изготавливает бронежилеты, а Институт сверхтвердых материалов молчит и даже не разрабатывает бронебойные пули, имеющиеся уже на вооружении у россиян. 

Поэтому реформировать украинскую науку — сверхсложная задача. Ну, кто захочет рубить сук, на котором так удобно устроился? Дело в том, что отчет о т.н. фундаментальных исследованиях научный работник среднего уровня может написать за один месяц, а остальная часть года — его личное время. Но ведь даже чтобы модернизировать какой-либо объект, необходимо работать ежедневно. Однако многие высокопоставленные чиновники, которые не имеют никакого отношения к науке, но подкармливаются за ее счет, как, например, народный депутат В.Литвин, будут тормозить научную реформу.

В то же время, как показывает опыт Беларуси, такая реформа обеспечивает рост экономики страны. Поэтому эффективное реформирование науки по ее влиянию на экономику страны равнозначно борьбе с коррупцией.

Реформу научной деятельности целесообразно начинать с внесения изменений в Закон о научно-технической деятельности, в частности в определение понятия "прикладные научные исследования", которое предлагаем сформулировать так: 

"Прикладные научные исследования — научная деятельность, направленная на получение новых знаний, обеспечивающих улучшение средств достижения практических целей до самых лучших мировых аналогов и их реализацию в экспериментальных объектах".

Второй важный вопрос — финансирование прикладных исследований. Дело в том, что большинство отечественных предприятий "лежат", т.е. едва сводят концы с концами. И надеяться, что они будут финансировать прикладные исследования, — не стоит.

Прикладные исследования должно финансировать государство. И ученые будут учиться сотрудничать с предприятиями, а предприниматели увидят, что от науки есть реальная польза, и будут с ней сотрудничать. При этом государство компенсирует свои затраты за счет налогов по реализации увеличенного количества и улучшенного качества продукции, полученной за счет предложений науки.

Постепенно финансовое положение наших предприятий улучшится, и сотрудничество между предприятиями и наукой перейдет на коммерческую основу, как в развитых странах.

Важным фактором, тормозящим развитие отечественной науки, является и уравниловка в оплате труда. Ведь и научный работник, занимающийся целый рабочий день научными проблемами и имеющий реальные результаты, и тот, кто большую часть рабочего времени решает личные дела, а в конце года подает никчемный отчет, — если они одной касты, получают равную зарплату.

Еще более 100 лет назад американский инженер Фредерик Тейлор доказал, что при уравниловке в оплате труда все члены коллектива равняются в труде на самого плохого работника.

Новая система оплаты труда ученых может быть, например, такой:

1) базовая (минимальная) ставка для всех категорий работников подразделения;

2) надбавка от 5 до 15% от базовой ставки (в зависимости от сложности) на первый год при заключении соглашения о сотрудничестве с субъектом хозяйствования;

3) надбавка от 10 до 30% на второй год работы за решение проблемы, предусмотренной соглашением; 

4) надбавка от 20 до 40% на третий год работы за разработку и успешную апробацию экспериментального объекта, предусмотренного соглашением;

5) надбавка от 50 до 80% на три последующих года за серийное использование разработки субъектом хозяйствования.

Сегодня сталинская система организации научной деятельности не используется нигде в мире, кроме Украины. Даже продолжатель дела Сталина в международных отношениях В.Путин провел пусть и половинчатую, но реформу, в результате которой были ликвидированы отраслевые академии (хотя кастовый принцип оценки деятельности ученых остался).

А.Лукашенко, несмотря на все его недостатки, сумел эффективно реформировать научную отрасль, и белорусские ученые, вместо того чтобы готовить толстенные отчеты о "новых" знаниях, непосредственно участвуют в создании новой продукции. Поэтому все белорусские предприятия успешны, их работникам не надо трудиться на Россию и терпеть унижение человеческого достоинства. Причем продукция белорусских предприятий успешно конкурирует с продукцией западных стран и на рынке нашей страны.

Поэтому полезно было бы отправить в командировку в одну из западных стран (или хотя бы к последнему диктатору Европы в Беларусь) отечественных апологетов сталинской системы организации науки, чтобы они убедились, какую пользу для государства она может принести.

 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 32
  • vratushnyi vratushnyi 12 січня, 16:42 Відносно демагога, який порівняв роботу вчених в Білорусі з роботою їх колег в шарашках Берії, то він проявив повну політичну сліпоту. Вже давно ліквідована залізна завіса і завдяки сталінській системі організації наукової діяльності, яка завдяки меркантильним інтересам наших академіків і їх підручних зберігалась в нашій країні, кращі науковці України виїхали на Захід і цей процес продовжується, причому найбільше з Інституту електрозварювання, в тому числі і мій друг. І от, не дивлячись на те, що кількість громадян, які виїхали на Захід з України і Білорусії в процентному відношенні майже однакова, білоруські науковці залишились на батьківщині, а результати їх роботи можна побачити в будь-якому магазині електротоварів нашої країни. Тому або наші науковці менш патріотичні і менш кваліфіковані ніж білоруські, або в Україні організація науки гірша, оскільки початкові умови у нас були кращі. согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно