ПРЕЗИДЕНТСКИЕ ВЫБОРЫ В США-2000: КОНФЛИКТ ПРЕТЕНДЕНТОВ, НО НЕ РАСКОЛ НАЦИИ

10 ноября, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №44, 10 ноября-17 ноября

Для американцев, которые привыкли к тому, что имя нового лидера становится известным практически в момент завершения подсчета голосов, события ночи с 7 на 8 ноября стали настоящим шоком...

Для американцев, которые привыкли к тому, что имя нового лидера становится известным практически в момент завершения подсчета голосов, события ночи с 7 на 8 ноября стали настоящим шоком. В два часа двадцать минут утра, при соотношении 260 голосов выборщиков к 246 в пользу А.Гора, все ведущие телеканалы объявили о победе Джорджа Буша во Флориде — штате, который обеспечивал кандидату от республиканцев 25 голосов выборщиков в национальном зачете и в конечном итоге — общую победу.

Однако радость приверженцев Буша оказалась преждевременной. Не прошло и двух часов, как обнаружилось, что перевес, который республиканский лидер получил в ключевом штате, минимален, а это, по законам штата Флорида, требует пересчета голосов. Вместо победы кандидат оказался в патовой ситуации, разрешение которой ожидается до 18 декабря, то есть дня вынесения решения Коллегией выборщиков. Но, если результаты голосования во Флориде будут опротестованы в суде, легитимность избрания Дж.Буша может быть сомнительной в течение неопределенного времени. Суды в Соединенных Штатах на вынесение решения затрачивают ровно столько времени, сколько считают необходимым, чтобы оно было «беспристрастным и законным». Закона, регулирующего данную ситуацию, нет и она может развиваться непредсказуемым образом. «Переиграть» результаты выборов сразу же попытались «зеленые», которые предложили отдать голоса Р.Надера А.Гору и тем самым обеспечить ему победу. Но этого как раз Конституция США не позволяет.

Рудименты антикварной Конституции

В Соединенных Штатах выборы президента являются непрямыми. В зависимости от количества населения, каждый штат обладает определенным количеством голосов выборщиков, которые, собственно, и идут кандидату в зачет.

Коллегия выборщиков составляется так. Каждый штат располагает числом выборщиков соответственно количеству конгрессменов от штата в Палате представителей плюс два (по числу сенаторов от штата). Таким образом их общее число составляет 535 человек плюс три выборщика от Федерального округа Колумбия — всего 538. Для победы кандидату в президенты необходимо получить голоса половины из них плюс один, т.е. 270. Однако нет закона, который обязывал бы выборщика проголосовать в точном соответствии с волеизъявлением избирателей его штата. Он руководствуется лишь собственной добропорядочностью. В девятнадцатом веке были случаи, когда выборщики подводили своих избирателей, партию-победительницу в штате и голосовали вопреки их воле. В целом система выборщиков представляет собой рудимент доинформационной эры, когда нужно было надежно донести волю избирателей Конгрессу. Высший законодательный орган утверждает результаты выборов и объявляет, кто стал президентом.

Коллегия выборщиков вполне обоснованно ставится под сомнение как нерациональный институт, затрудняющий адекватное волеизъявлению граждан, избирающих хозяина Белого дома. Такая система делает возможной парадоксальную ситуацию, которая, собственно, и наблюдается в ходе нынешних выборов. Из общего числа участвовавших в выборах, 48707413 проголосовали за А.Гора, 48609640 — за Дж.Буша, но победа (после утверждения результатов голосования во Флориде) достается последнему, поскольку действует принцип — «победитель получает все» в каждом штате.

Согласно американской избирательной системе не важно, сколько жителей штата проголосовали за претендента — все поголовно или половина плюс один — в окончательном национальном подсчете ему достанутся лишь голоса выборщиков, представляющих данный штат. Это фиксируется протоколами о голосовании, которые в письменном виде направляются из штатов в соответствующую комиссию. Выборщики не собираются вместе и не голосуют. Они лишь письменно подтверждают, кому из претендентов отданы голоса каждого из них.

Ситуация, сложившаяся в ходе нынешних выборов, скорее всего, заставит законодателей ввести в США систему прямых выборов, когда президентом становится тот, кто набирает большее количество голосов избирателей. Это потребует принятия поправки к Конституции США, ликвидирующей институт выборщиков от штатов. Кстати, тогда и президент станет легитимно избранным главой державы сразу после выборов, а не в результате процесса двухступенчатого утверждения их результатов, который ставит в весьма сомнительное положение даже претендента, одержавшего бесспорную победу.

Однако глубоко ошибаются те, кто предсказывает, что коллизия выборов-2000 приведет к конституционному кризису. У американской демократии достаточно механизмов для разрешения ситуации, которая, безусловно, парадоксальна, уникальна, спорна, но не безысходна. Если пересчет голосов во Флориде, который может затянуться до 17 ноября, определит преимущество Гора, президентом становится он.

18 декабря, когда коллегия выборщиков будет выносить окончательное решение, могут возникнуть следующие ситуации. Предположим, выборы во Флориде остаются за Бушем и он обеспечит себе 271 голос в Коллегии выборщиков. Но при голосовании коллегии существует теоретическая возможность, что всего три выборщика, нарушив известное правило — голосовать соответственно волеизъявлению своего штата — могут отдать победу А.Гору. При равном голосовании (269 за Гора и столько же за Буша), что также нельзя полностью исключить, право определить президента будет передано Палате представителей нового состава, в которой перевес принадлежит республиканцам. Причем каждый из штатов будет располагать одним голосом. Поэтому достаточно набрать простое большинство из них, чтобы стать президентом. Делегаты от штатов, участвующие в выборах президента, назначаются той партией, которая имеет большее представительство от штата в Палате. Однако строгих обязательств голосовать по партийному принципу эти делегаты на себя не берут. Поэтому судьба будущего президента окажется в руках пятидесяти конгрессменов.

Судебного разбирательства о нарушениях, допущенных во время выборов во Флориде, видимо, не избежать. Однако будет ли решение скорым, или же тяжба затянется надолго, в любом случае это не может воспрепятствовать вступлению нового президента в должность.

До 19 января 2001 года — момента приведения к присяге нового 43-го президента США — страной руководит Билл Клинтон. Приход нового президента в Овальный кабинет будет результатом волеизъявления примерно половины американских граждан — впервые за последние сорок лет. На протяжении избирательного марафона кандидаты шли к финишу с минимальным разрывом.

Публичное длительное соперничество кандидатов, которые стремились убедить миллионы соотечественников в правильности собственных взглядов на пути решения проблем внутренней и внешней политики, предоставляет уникальную возможность для понимания того, что есть Америка сегодня, какой хотела бы она видеть себя завтра под руководством нового лидера.

Джордж Буш

«Когда я стану президентом, то первым своим указом заставлю своего брата Джеба вымыть мне машину» или «В первый же день моего президентства я позабочусь, чтобы профиль моей мамы появился на скале Рашмор-маунт» (национальный мемориал, в котором вырублены в скале бюсты президентов Вашингтона, Джефферсона, Линкольна, Рузвельта огромных размеров) и «Прикажу получше почистить Овальный кабинет», — так шутил Дж.Буш на финише президентской гонки.

Программа, с которой победил Дж.Буш, концентрировалась на сокращении налогов, реформе образования, новых планах социального и медицинского обеспечения, модернизации вооруженных сил. Все прочее было для него второстепенным. Он явно опоздал с обнародованием собственного плана льготного медобслуживания для граждан пожилого возраста, что было сделано только в сентябре. По мнению американских экспертов, это свидетельствовало о некотором недостатке гибкости, интуиции, способности реагировать на проблемы или события вне рамок привычного.

Дж.Буш провел почти шесть лет на посту губернатора второго по величине штата Америки и 18 месяцев в горниле президентской избирательной кампании. Он доказал способность делать нужные выводы из неудач. Когда Дж.Буш потерпел поражение на праймериз в Нью-Гемпшире в феврале, он не обвинил никого из своих советников, а взял всю вину на себя. Дж.Буш создал сильный избирательный штаб, собрал возле себя ведущих аналитиков-консерваторов. Он находился в прямом постоянном контакте не только с руководителем своей команды Д.Волтеном, но и с ключевыми советниками — Л.Линдси (экономика), К.Райс (внешняя политика), С.Голдсмитом (внутренняя политика) и многими другими талантливыми помощниками из молодого поколения. Его команда предложила новейшие идеи в сферах образования, ядерного разоружения и социального обеспечения.

Дж.Буш требовал от своих подчиненных преданности делу и отвечал им взаимностью. Он недоверчиво относился к политическим консультантам и советникам, которым присуще обостренное чувство эгоцентризма. «Я ищу в людях скромность», — говорил он. Внутренняя атмосфера в команде Дж.Буша не исключила нескольких конфликтов между ее лидерами. Но в отличие от А.Гора, который был склонен к кадровым заменам в ходе кампании (у него было из кого выбирать, так как мимо него прошло немало кадров за восемь лет пребывания на посту вице-президента), близкое окружение Дж.Буша оставалось на диво неизменным в последние шесть лет.

К.Райс заметила, что атмосфера, которую создал Дж.Буш в команде во время кампании, имела четкие признаки президентского стиля, только в меньших масштабах. Черты кандидата открывают в Дж.Буше политика, который стремится внести ясность, расставить все точки над «і» и переосмыслить проблему с консервативной точки зрения. Например, предлагая тестовые испытания знаний учеников как способ повышения стандартов образования или односторонние масштабные сокращения ядерных вооружений. «Это нельзя назвать радикализмом, но Дж.Буш ясно дает понять, что не признает статус- кво или ортодоксальные подходы к политическим проблемам», — считает К.Райс.

Стиль Дж.Буша: он никогда не ссылается на теории и не цитирует мудрые мысли великих. Дж.Буш считает, что президентство с широким кругом приоритетов — это то же самое, что президентство без каких-либо приоритетов. Буш убежден в правильности своих подходов к руководству государством. По его мнению, главное — суметь обозначить круг проблем, найти людей, способных эти проблемы решить, создать атмосферу единой команды и поскорей взяться за работу. Поведение Буша в президентской гонке напоминало тактику студента, который экономит усилия, изучая ровно столько, сколько нужно для успешной сдачи экзамена. Буш стремился быть сдержанным в своих высказываниях, избегал детального обсуждения политических проблем.

«Я принадлежу к тем, кто доверяет людям и дает им возможность действовать самостоятельно», — говорит Дж.Буш. «Я требовательный к подчиненным. Вместе с тем, я тот, кто принимает окончательные решения. Я не из тех, кто впадает в панику. Я думаю, слушаю, прислушиваюсь к собственной интуиции и доверяю советам. Я доступный человек». Временами Буш задавал своим советникам вопросы, которые, на первый взгляд, могли бы показаться наивными: «Что такое задолженность по социальному обеспечению, как она выплачивается и кто кому должен?» или «Что произойдет, если на США нападут с использованием химического или биологического оружия?», или «Для каких целей США нужны вооруженные силы?». Оппоненты Буша из лагеря демократов поспешили объяснить это некомпетентностью губернатора Техаса. Однако люди, которые работают рядом с Бушем, относят это к числу достоинств своего лидера. Буш исходит из того, что его советники должны быть лучше его осведомлены в сферах, где они являются экспертами, и ему не стыдно, если он чего-то не знает. Его авторитет в то же время заставляет подчиненных переосмысливать то, что знают они.

Стереотипному представлению о Буше как политике, который не имеет собственного мнения и слишком надеется на советников, противоречат факты. Когда Буш разрабатывал план налоговой реформы для презентации в ходе президентской кампании, он обратился к своим советникам- экономистам с поручением найти решение так называемой «tollgate problem» — высокой налоговой ставки, которая препятствует переходу из малообеспеченного класса в средний. «Я настаивал на том, чтобы мы выделили большие средства для помощи тем, кто находится на низших ступеньках экономической лестницы», — сказал Буш. Его советники принялись за работу и после долгих дискуссий достигли почти полного согласия в своих рекомендациях. С перевесом семь против одного они одобрили план, который, по их мнению, мог бы удовлетворить Дж.Буша. Но Буш его отклонил. «Вы умные ребята, — сказал Буш, — возвращайтесь и решите этот вопрос». В итоге они его решили — пакет предложений оказался политически эффективным.

Рецепт успешного президентства по Бушу достаточно прост: снизить накал партийных пристрастий в Вашингтоне, достигнуть взаимопонимания республиканцев и демократов, найти общую основу для действий. В Техасе зачастую это работало, поскольку политический фон был консервативным, а с демократом вице-губернатором Бобом Буллоком сложились хорошие отношения. В Вашингтоне ему трудно будет найти энергичного пробивного и влиятельного Буллока. К тому же столичные демократы гораздо менее консервативны, чем техасские. Сможет ли он создать коалицию с новыми демократами в Конгрессе, как он предложил? Посмотрим. Если бы ему довелось идти на компромисс с демократами, согласились бы с этим республиканцы? Вряд ли.

Буш легко находит общий язык с незнакомыми и проявляет чувство юмора в общении с друзьями. До последних дней кампании он получал удовлетворение от коротких разговоров с репортерами и журналистами. Он умеет поднимать настроение людей и в серьезные моменты. Во время интервью популярной программе «Леттерман-шоу», когда ведущий спросил Дж.Буша, как он оценивает свое участие в теледебатах, последний ответил: «Многие считали, что я не смогу даже двух слов связать. На меня возлагали так мало надежд, что мне достаточно было просто сказать «я — Джордж Буш».

Альберт Гор

Никогда кандидат в президенты не проявлял таких знаний в вопросах науки, технологии, связи и международных отношений, как А.Гор. В то же время, вряд ли найдется еще один кандидат, который работал бы так настойчиво, чтобы найти правильный тон общения и убедительно рассказать о ценностях того руководства, которое он представляет. Как сказал А.Гор сам о себе, он не считает себя прирожденным политиком, а, в первую очередь, — человеком, которому «нужна длинная взлетная полоса, чтобы взлететь». То, что хотел этим сказать Гор, его стиль, возможно, не особенно впечатляет, но по глубине понимания сути проблем он превосходил своего республиканского соперника Дж.Буша.

Гор предложил избирателям глубокое знание сложных вопросов — и невыразительный стиль президентства. В Белом доме А.Гору нужны были бы не столь талант сформулировать программу, а мастерство государственного деятеля для обеспечения поддержки общественностью этой программы и одобрения ее в ходе законодательного процесса. В последние годы он был затруднен из-за большого расхождения партийных взглядов в Конгрессе, а также нежелания двух партий сотрудничать, связанным с попыткой импичмента президента Клинтона.

По мнению многих его коллег, А.Гор — лидер, который четко размежевывает собственно политическую деятельность и политические интересы, которые нужно учитывать, чтобы достичь результата. Первое он рассматривает, как благородное дело, а второе — как необходимое и неприятное занятие. Он тяготеет к масштабным идеям, наподобие тех, которые изложены в его книге «Мир в равновесии». По сути это глобальный «план Маршалла», призванный решить проблемы окружающей среды, стать «новой путеводной идеей цивилизации». В политике А.Гор отдает предпочтение осторожным и постепенным действиям. Преодоление этих противоречий, по мнению одного из ветеранов его команды, и требует «длинной взлетной полосы».

А.Гору было что предложить своим избирателям: нацеленность и желание глубоко разобраться в сложных проблемах, истинную увлеченность политикой и строгое соблюдение служебной этики. Стиль его руководства, по словам одного из бывших помощников, отличается тем, что «он всегда считает нужным доказывать, что знает больше, чем кто-либо». Члены Конгресса, которые давно работают с А.Гором, свидетельствовали, что его склонность к теоретизированию малополезна в прагматическом мире фактов и компромиссов, где президент вынужден проводить большую часть своей жизни.

Хотя у А.Гора 24 года политического стажа и 12 лет опыта государственной работы, мало кто из ключевых лиц его штаба могут сказать, что у них сложились с ним близкие отношения. К немногим исключениям можно отнести советника по проблемам национальной безопасности Л.Ферта, отношения Гора с которым отличаются близостью и стабильностью в течение долгого времени. Весь 1999 год и в первой половине этого года в команде Гора происходили частые кадровые замены. О нестабильности свидетельствует хотя бы то, что на посту начальника штаба избирательной кампании А.Гора побывали трое. Испытанные старые кадры оказались вне игры, а те, кто долго выжидал, получили должности.

«Его стилю руководства присуще максимальное использование лимита времени для того, чтобы усвоить всю доступную информацию», — говорит Л.Ферт. «Он принимает решения тогда, когда ощущает, что все аргументы уже выслушаны. Если решение принято, он к нему не возвращается. Всю свою энергию он концентрирует на новых проблемах». Очевидно, что увлеченность А.Гора деталями и настойчивость, с которой он стремится понять суть политических проблем (это касается не только общих положений, но и мелочей), определяют стиль его руководства.

А.Гор всегда рассматривает три-четыре варианта решения проблемы. В поисках путей обеспечения школ услугами Интернета А.Гор отклонил обычную схему дебатов «правительство против частного сектора» в пользу смешанной схемы, согласно которой бизнес согласился взять на себя значительную часть затрат, а правительство разработало стимулы для поощрения преподавателей за использование новых технологий.

Знание А.Гором деталей компенсирует его слабые стороны. Несмотря на опыт работы с Сенатом и Палатой представителей, А.Гору так и не удалось создать близкие взаимоотношения с обитателями Капитолийского холма. К тому же он не владеет мастерством «выкручивать руки». Некоторые законодатели надеются, что он может достичь успеха благодаря прекрасному знанию сути дела.

По-разному оценивается то, насколько успешно он сможет работать с республиканцами. Бывший сенатор, который играл ключевую роль в принятии закона про связь, позитивно оценил способности А.Гора сотрудничать с Конгрессом. Есть и противоположные мнения. Один из конгрессменов- республиканцев говорил, что ему будет «гораздо труднее, чем Б.Клинтону найти общий язык с теми, кто сидит напротив. Всем своим видом он говорит: «Я Альберт Гор, и мои идеи намного лучше, чем ваши, поэтому вы должны уступить».

А.Гор был настоящим лидером при разработке предвыборной платформы демократов, которая, как свидетельствуют результаты опросов общественного мнения, нашла больше сторонников, чем платформа республиканцев, и гораздо популярнее, чем ее автор.

То, что А.Гор хорошо разбирается в деталях, означает, что он никогда не стал бы заложником своего аппарата. Главное отличие между Белым домом Дж.Буша и Белым домом А.Гора было бы в том, что в Белом доме А.Гора все идеи будут генерироваться в Овальном кабинете.

Близость А.Гора с каждым из членов его штаба обеспечивалась его настойчивой рекомендацией использовать электронную почту. Он поощрял каждого сотрудника вести дела с ним с ее помощью. «Насколько вы долго работаете, и какой пост занимаете, не имеет значения», — вспоминает его бывший спичрайтер Д.Пинк, который в восторге от доступности А.Гора. «Это путь к стиранию границ между разными уровнями иерархии и ликвидации авторитарности». Некоторые из ветеранов администрации высказывают сомнения относительно способности А.Гора успешно руководить государством. «Мои наибольшие опасения вызваны тем, что он может стать еще одним Д.Картером», — сказал один из доброжелательно настроенных к нему чиновников. В свое время Д.Картер олицетворял тип руководителя, который хочет знать все и решать все, чувствует дискомфорт в качестве публичного политика и, главное, отчаянно пытается согласовать собственные моральные убеждения с решениями, которых требует суровая действительность.

А.Гор доказал свою способность умело работать с аудиторией. Как-то на одном из благотворительных вечеров он сорвал аплодисменты, пошутив так: «Каждый из вас, как и я, любим отдыхать перед телевизором. Одно из моих любимых шоу «Кто хочет стать миллионером?». Хотя его нужно было бы переименовать и назвать «Кто хочет стать владельцем 651 437 70 долларов, после выплаты налога». А.Гор таким путем критиковал налоговый план Дж.Буша, согласно которому у счастливчика после выплаты налога осталось бы 701 587 80 долларов. Прозрачный намек на то, что Буш защищает интересы самых богатых американцев.

Когда А.Гора спросили о его отношениии к скандалу с Б.Клинтоном, он дал отпор: «Я считаю, что меня это не запятнало, потому что я есть тот, кто я есть. Я осудил ошибки президента. Он остается моим товарищем... Нам удалось сделать добрые дела для американского народа. Эта президентская гонка не имеет отношения к прошлому. Она открыта в будущее».

Внешняя политика

Приоритеты, которые определит следующий президент во внешней политике, их масштабность и мера участия США в событиях, происходящих за рубежом, для нас представляют наибольший интерес. Выборы лишний раз подтвердили, что внешняя политика не является центральным вопросом предвыборной кампании, фактором, который, в конечном счете, определяет выбор граждан — кого из кандидатов хотели бы они видеть хозяином Белого дома. Впрочем, как бы американский избиратель ни сосредоточивался на проблемах собственного благосостояния, ему совсем не безразлична роль, которую будет играть его страна в современном мире и каким будет внешнеполитический курс новой администрации.

Время от времени, да и сейчас, на пороге нового тысячелетия, когда США остаются единственной сверхдержавой, в американском политикуме возникают предложения ограничить меру участия США в мировых делах с тем, чтобы сосредоточиться на обустройстве Западного полушария. Для тех, кто считает, что Америка есть и будет опорой демократии, свободы и прав человека, идея изоляционизма — не что иное, как средство сделать политику страны менее расточительной. О том, что такая рачительность может нанести непоправимый вред национальным интересам США, предупреждал еще сто лет назад американский сенатор А.Беверидж. «Сейчас мы производим больше, чем можем потреблять. Следовательно, нам необходимо искать новые рынки для нашей продукции, новые сферы приложения наших капиталов, новые рабочие места для наших людей», — писал сенатор. Естественно, для обоих кандидатов в президенты этот тезис был аксиомой. Тем более впечатляло, что демократы упорно обвиняли своих оппонентов в тяготении к изоляционизму, а республиканцы не уставали всякий раз оправдываться.

Инициатива использовать внешнеполитические аргументы в предвыборной гонке принадлежала А.Гору. В своей бостонской речи 29 апреля он впервые в развернутом виде изложил подходы к внешней политике. Гор заявил, что Соединенные Штаты должны быть готовы дать отпор традиционным угрозам безопасности и упреждать новые вызовы со стороны стран-парий и террористических групп, которые могут завладеть биологическим, химическим или ядерным оружием. К таким угрозам, считает Гор, относятся также международная торговля наркотиками, коррупция, новые пандемии и болезни, разрушение окружающей среды. Гор считает, что США необходима политика «раннего реагирования» — т.е. решения проблем в фазах, когда они еще не переросли в кризисы. Он призвал решительно отказаться от неоизоляционистских лозунгов своих соперников «не оказывать помощь где бы то ни было, поскольку Америка не может помогать везде».

Лидер демократов подчеркнул, что создание мощной национальной обороны должно быть приоритетом США. Как считает Гор, план Буша создать глобальную систему противоракетной обороны может оказаться рискованным проектом, который обойдется в фантастическую сумму. Он обвинил соперника в поддержке «предвзятого республиканского изоляционистского большинства в Конгрессе», которое блокирует ратификацию Договора о всеобъемлющем запрете ядерных испытаний. Буш, по словам Гора, «мыслит категориями времен «холодной войны», а к тому же продолжает рассматривать Россию и Китай в качестве будущих противников США.

Настоящей сенсацией стала речь Дж.Буша в Национальном пресс-клубе 23 мая, в которой он пообещал существенно сократить ядерные арсеналы Соединенных Штатов. Губернатор Техаса заявил, что США должны идти впереди и подавать пример другим государствам, а с Россией им следует теснее сотрудничать, чтобы убедить ее провести аналогичные сокращения. «Это будет актом принципиального лидерства, который позволит провозгласить новую эру ядерной безопасности», — подчеркнул он. Буш сообщил о своих намерениях снять с боевого дежурства большое количество межконтинентальных ракет и снизить степень боеготовности, с тем чтобы минимизировать риск случайных боевых пусков. По его мнению, такие шаги Соединенных Штатов продемонстрируют мирные намерения США и позволят избежать конфронтации с Россией в вопросе развертывания новой всеобщей системы противоракетной обороны. Предлагаемая система ПРО должна обеспечить защиту всех пятидесяти штатов, дружественных государств, союзников и войск, базирующихся за пределами США, от ракетного нападения со стороны стран-парий или в случае несанкционированного пуска боевой ракеты. Лидер республиканцев пообещал, что по мере реализации предлагаемого проекта с союзниками по НАТО будут проводиться консультации.

Буш подверг критике план администрации Клинтона/Гора, объявив несовершенным предлагаемый демократами ракетный щит. Выступление Буша получило резонанс благодаря поддержке со стороны известных республиканцев — бывших госсекретарей Дж.Шульца и Г.Киссинджера, бывшего советника президента по вопросам национальной безопасности Б.Скоукрофта и экс-председателя Объединенного комитета начальников штабов К.Пауэлла. Американские обозреватели отмечали, что выступлением Буш частично достиг цели и развеял сомнения в том, что он не обладает необходимым пониманием проблем внешней политики, что может поставить под угрозу национальную безопасность США.

Впрочем, главные козыри были брошены на стол позже — на конвенте Республиканской партии в Филадельфии (31 июля — 3 августа), на который съехались 2000 делегатов и тысячи гостей, в том числе и дипломатический корпус. Как и ожидалось, внешнеполитический курс администрации Клинтона/Гора стал объектом целенаправленной критики республиканцев. Дж.Шульц заметил, что «дипломатия Клинтона никогда не была сильной, не вызывала доверия и была плохо информированной», а Б.Скоукрофт добавил, что «она носила эпизодический характер, була непредсказуемой и непоследовательной». Бывший госсекретарь Л.Иглбергер заявил, что у демократов нет стратегии внешней политики на ближайшие 20—30 лет. Старая гвардия республиканцев отнюдь не выглядела реликтом «холодной войны». В избирательной платформе Республиканской партии подчеркивалось, что «надменность, непоследовательность и ненадежность дипломатии администрации Клинтона подорвали союзы, в которых участвовали США, удалили от них друзей и приободрили их противников».

Платформа-2000 является наиболее интернационалистской программой республиканцев за весь период после Второй мировой войны. Как считает П.Вульфовиц, бывший заместитель министра обороны в администрации Дж.Буша-старшего, «в будущем Соединенные Штаты должны вести себя как сверхдержава, их слово не должно расходиться с делом и им следует знать цену тем, с кем они ведут переговоры».

Республиканцы исходят из того, что в ближайшие десятилетия внешней угрозы безопасности США не будет. Они считают, что такая угроза таится в самих Соединенных Штатах — чрезмерная самоуверенность может оттолкнуть от них международное сообщество.

Как сказано в главном предвыборном документе республиканцев, президент поручит руководству Пентагона разработать новую архитектуру обороны США на десятилетие вперед. В этой связи советник Буша по внешнеполитическим вопросам К.Райс подчеркнула, что следующий президент будет предан новой ядерной стратегии и идее развертывания эффективного противоракетного щита. Если Россия откажется вносить соответствующие изменения в Договор по ПРО, Соединенные Штаты выйдут из этого договора.

Республиканцы выступают за расширение НАТО за счет привлечения в альянс стран с плюралистическими политическими системами и свободными рыночными экономиками, которые разделяют демократические ценности Запада. США заинтересованы, чтобы новые демократии интегрировались в экономические, политические институты и структуры безопасности трансатлантического пространства.

В платформе республиканцев отмечалось, что «Россия сохраняет потенциал стать в будущем великой державой». В политике по отношению к России США должны набраться терпения, придерживаться последовательных подходов, полагаться на демократические силы российского общества и избегать попыток изменить Россию извне. Кроме того, Р.Зеллик, советник Дж.Буша, считает, что США и их союзники должны дать понять российскому руководству: «если Россия хочет стать достойным членом международного сообщества, с которым считаются, она должна отказаться от территориальных притязаний к своим соседям, поощрять развитие частного сектора, не блефовать ядерным оружием и не передавать «чувствительные» технологии «странам, которые вызывают озабоченность США».

Кульминацией конвента было выступление Дж.Буша. Лидер республиканцев адресовал его в первую очередь миллионам независимых избирателей и сторонников демократов, которые придерживаются центристских позиций. Губернатор Техаса согласился стать официальным кандидатом от Республиканской партии, которая, по его выражению, есть «партией идей и новаций, партией идеалов и открытости, партией простой и сильной надежды». Республиканцы постарались представить свой конвент как съезд победителей.

14—17 августа в Лос-Анджелесе состоялся конвент Демократической партии, на котором перед избирателями предстал новый А. Гор. До этого лидер демократов был известен публике как вице- президент, но о нем мало знали как о личности. На конвенте перед миллионами зрителей предстал действительно иной Гор — человек раскрепощенный, искренний, несколько рисующийся, но ровно настолько, чтобы не оттолкнуть публику. «Я не собираюсь просто продолжать политику демократов последних восьми лет, хотя я имею к ней непосредственное отношение. Я пойду дальше» — этот тезис прозвучал из уст Гора убедительно.

Республиканцы не уделили международной проблематике такого внимания, как демократы, что объясняется уверенностью Гора в своем внешнеполитическом опыте, заработанном на посту второго лица в исполнительной власти.

В своих выступлениях демократы делали упор на достижениях американской дипломатии, достигнутых администрацией Клинтона. Среди них, в частности, упоминалось мирное урегулирование в Северной Ирландии и на Ближнем Востоке, прекращение этнических чисток в Боснии и Герцеговине, возобновление диалога между Северной и Южной Кореей. Как достижение было представлено вступление в НАТО Польши, Чехии и Венгрии. Отдельно отмечалась успешная политика двух администраций демократов по отношению к России — в первую очередь в ликвидации оружия массового поражения и предупреждении распространения расщепляющихся материалов. Администрации США удалось добиться в 1995 году бессрочного продолжения действия Договора о нераспространении ядерного оружия. Весомую роль в этом важном деле сыграла Украина.

Украина и...

Вопрос, который нас волнует, состоит в том, чего ожидать от смены хозяина в Белом доме. Чтобы ответить на него, следует прежде всего вспомнить, что было сделано для Украины администрацией Клинтона/Гора. Обращение вице-президента США к участникам конференции «Украина на пути к зрелому национальному государству», которая состоялась в Вашингтоне в сентябре этого года, проникнуто пониманием того, как далеко мы продвинулись навстречу друг другу со времени печально известного выступления Джорджа Буша-старшего в Киеве в 1991 году.

«Для меня было большой честью возглавлять вместе с Президентом Л.Кучмой двустороннюю межгосударственную комиссию и работать вместе со многими из вас в деле поддержки реформ, которые обеспечат стабильность и процветание миллионам украинцев и будут способствовать полной интеграции Украины в европейские и евроатлантические структуры. Работая вместе, мы прошли знаменательные вехи на нашем пути — от установления новых отношений между Украиной и НАТО, что само по себе имеет историческое значение, до закрытия в конце этого года последнего реактора Чернобыльской атомной станции», — писал А.Гор.

Естественно, в таком кратком послании невозможно было упомянуть все достижения в наших отношениях и проблемы, которые удалось преодолеть нашим странам. Важно отметить, что политика США по отношению к Украине всегда строилась на сотрудничестве, а не соперничестве между демократами и республиканцами. Иначе было бы невозможным утверждение Украины как государства Центрально-Восточной Европы, что зафиксировано во многих важных украинско-американских документах.

Общими усилиями Украина и США сделали мир более безопасным, когда наша страна присоединилась к Договору о нераспространении ядерного оружия. Это сделало возможным следующий шаг — активизировать сотрудничество Украины и США в аэрокосмической отрасли. В июне этого года США отменили ограничения, установленные для Украины на коммерческие космические запуски — за полтора года до срока истечения их действия. Таким достижением может похвастаться не каждая страна. Этот пример наглядно демонстрирует, что у нас есть богатые возможности для углубления сотрудничества во многих сферах. США не на словах, а на деле доказывают свою заинтересованность в успехе реформ в Украине. Конечно, основное бремя ложится на наши плечи, но такие задачи решать всегда легче, когда рядом сильный партнер.

Решение практически всех проблем, которые имеют ключевое значение для прогресса Украины, зависит от сотрудничества с Соединенными Штатами. Среди них — упрочение позиций Украины в системе современных мирохозяйственных связей путем вступления во Всемирную организацию торговли, оптимизация взаимодействия с международными финансовыми структурами — МВФ, Всемирным банком, ЕБРР, решение энергетических проблем и диверсификация источников снабжения энергоносителями, продвижение к вступлению в Европейский союз, развитие регионального экономического сотрудничества — все, что можно обобщить одним понятием «европейская и евроатлантическая интеграция», — будет зависеть от того, насколько тесным будет наше партнерство с Соединенными Штатами.

У украинско-американских отношений прочный фундамент. Однако нам еще предстоит много поработать с новой американской администрацией и Конгрессом обновленного состава, чтобы здание, которое мы строим, отвечало задуманному проекту. Украина и США определили свои отношения как стратегическое партнерство, но наполнение его конкретным смыслом, который отвечал бы такому высокому уровню, — задача будущего.

Каким бы ни было дальнейшее развитие событий, связанных с тем, что сегодня американцы называют «затянувшимся подсчетом голосов» после ноябрьских выборов, государственный механизм США, базирующийся на демократических принципах, продолжает работать. В начале будущего года к исполнению обязанностей приступит новый президент.

Анатолий ПОРУБАЕВ

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно