ПОЛВЕКА НА ГРАНИ ВОЙНЫ

4 января, 2002, 00:00 Распечатать Выпуск №1, 4 января-18 января

В августе 1947 года Индия и Пакистан перестали быть колониями. Однако вместе с независимостью они получили такие проблемы, по сравнению с которыми многолетнее британское владычество казалось легким недоразумением...

В августе 1947 года Индия и Пакистан перестали быть колониями. Однако вместе с независимостью они получили такие проблемы, по сравнению с которыми многолетнее британское владычество казалось легким недоразумением. Виной всему стало появление новой границы, разделившей по живому два государства, составлявшие несколько столетий одну из самых богатых и крупных колоний «владычицы морей». С этого момента длительную вражду, имеющую религиозные и исторические корни, сдерживать стало некому.

Сразу же после разделения начались массовые беспорядки и миграции — ведь многие мусульмане и индуисты оказались не по ту сторону только что проведенной границы. Около полумиллиона человек погибли в ходе масштабных столкновений и общественных волнений. Больше всего жертв было в разделенном надвое Пенджабе, часть которого стала индийским штатом, а часть отошла Пакистану.

Самым же проблемным районом оказался Кашмир, в котором живут преимущественно мусульмане. Пакистанская сторона утверждает, что эту территорию в 1947 году следовало присоединить к Пакистану по религиозному признаку. Исламабад полагает, что многочисленные резолюции ООН по этому поводу лучше воплотить в референдум — население Кашмира должно выбрать, в состав какого государства войти.

Индия, в свою очередь, также выдвигает притязания на Кашмир. Они основываются на документе, подписанном местным махараджей в октябре 1947 года. Согласно этому договору, Дели получил право ведать вопросами обороны, связи и международных отношений территории. Особый статус Кашмира в составе Индии был закреплен в 1950 году в индийской Конституции. Территория получила больше автономии по сравнению с другими штатами страны. Но Джамму и Кашмир по Конституции все-таки признаются штатом и участвуют в выборах на этих основаниях.

Дели подчеркивает, что по соглашению 1972 года обе страны обязались решать кашмирскую проблему путем двусторонних переговоров, не прибегая к посредничеству международных организаций, таких как ООН. Кроме того, по мнению индийского руководства, референдум в Кашмире проводить не нужно, так как по итогам выборов стало понятно, что население территории хочет сохранить ее в составе Индии.

Индия и Пакистан воевали из-за Кашмира дважды — в 1947—1948 годах и в 1965-м. В 1971 году вновь вспыхнула индо-пакистанская война, на сей раз по поводу независимости Бангладеш. В ходе тогдашних боевых действий столкновения отмечались и в Кашмире.

Летом 1999 года две страны вплотную подошли к очередной войне, когда силы поддерживаемых Пакистаном боевиков проникли на контролируемую Индией территорию Кашмира. Конфликт, вспыхнувший у демаркационной линии, закончился лишь тогда, когда пакистанские силы отошли со своих позиций.

В настоящее время около трети Кашмира управляется Пакистаном. Оставшаяся же часть в основном находится под контролем Индии. Партизанское движение в управляемой Индией части Кашмира началось в 1989 году. С тех пор Дели регулярно заявляет, что Пакистан обучает и снабжает оружием отряды сепаратистов. Исламабад же говорит, что оказывает им лишь моральную поддержку.

Понятно, что в этих условиях каждому государству хотелось иметь в своем военном арсенале такое оружие, которое могло бы обеспечить ему безоговорочное доминирование в будущем конфликте. Первой из двух держав начала разработку собственного ядерного вооружения Индия. Работы начались в 60-х годах, после первых ядерных испытаний Китая. В 1974 году индийцы провели свои ядерные испытания — взрыв заряда под именем «Улыбающийся Будда» в пустыне Раджастан. Через несколько лет Пакистан также запустил ядерную программу. Одновременно обе страны разрабатывали и средства доставки — ракеты малого и среднего радиусов действия.

В апреле 1998 года Пакистан успешно произвел пробный пуск ракеты средней дальности, способной нести ядерную головную часть, под названием «Гаури» (так звали легендарного мусульманского воина XII столетия, покорившего часть Индии). Индийский ответ не заставил себя долго ждать. Спустя всего месяц Дели провел ответные испытания, взорвав три ядерных устройства, а двумя днями позже — еще два заряда. Чувствуя, к чему идет дело, международное сообщество осудило эту меру и призвало Пакистан не реагировать на нее. Но через две недели Исламабад также объявил о пяти проведенных взрывах. Несмотря на сильное американское давление, ни одна из сторон не подписала договоров о нераспространении ядерных вооружений и запрете на их испытания. С того времени все попытки установить диалог и каким-то образом решить спорные вопросы не принесли успеха и обе страны постоянно находились на грани войны.

В конце прошлого года ядерный субконтинент оказался в эпицентре очередного противостояния. Нынешний виток напряженности в отношениях Индии и Пакистана начался 13 декабря после нападения пяти вооруженных преступников на здание индийского парламента в Дели. Тогда все боевики были уничтожены, однако погибли также и девять сотрудников охраны здания законодательного органа. По словам индийской стороны, акцию провели члены базирующихся в Пакистане экстремистских религиозных организаций «Лашкар-е-тайяба» и «Джаиш-е-Мухаммад», поэтому Дели в жесткой форме потребовал от Пакистана запрета на деятельность подобных группировок. Исламабад со своей стороны настаивает на проведении независимого расследования и предоставлении ему доказательств причастности граждан Пакистана к теракту, совершенному 13 декабря.

Сегодня у многих государств имеется колоссальное искушение использовать повод борьбы с международным терроризмом для решения своих внутренних и внешних проблем. Поэтому тема поддержки террористов стала активно обыгрываться не только Индией, но и Пакистаном. Так, со своей стороны пакистанские военные обвинили индийскую разведку в подготовке терактов на пакистанской территории. А местное телевидение продемонстрировало показания четырех человек, признающих, что они взорвали железнодорожный мост в провинции Синд по заданию индийских спецслужб.

Тем не менее, пакистанский след террористов, напавших на индийский парламент, кажется значительно более реальным. Многочисленные представители этой когорты, вынужденные покинуть насиженные места в Афганистане, ищут сейчас новые возможности для применения своих способностей, а индийская территория выглядит для этого прекрасным плацдармом.

Вот уже месяц отношения Дели и Исламабада продолжают развиваться по крайне неблагоприятному сценарию. Стороны конфликта балансируют на грани войны. В штате Кашмир то и дело вспыхивают перестрелки. С обеих сторон границы продолжается наращивание военного присутствия, а лидеры двух стран не скупятся на грозные заявления. Сначала премьер-министр Индии Атал Ваджпаи заявил о готовности применить для защиты страны все виды оружия. В ответ президент Пакистана генерал Мушарраф объявил, что даст отпор любой агрессии. Нервы у сторон напряжены до предела, а любая провокация может привести к цепной реакции, способной спровоцировать полномасштабный конфликт.

И ядерное оружие может сыграть в индо-пакистанском противостоянии фатальную роль. Никто из экспертов не может сказать, каков именно размер ядерных арсеналов Индии и Пакистана, неясен также уровень готовности ядерного оружия у каждой из сторон.

Но более всего наблюдателей беспокоит отсутствие достаточного понимания каждой из сторон ядерной доктрины противника. Ведь именно такое взаимное понимание являлось главным сдерживающим фактором в конфликтах между сверхдержавами — США и СССР — во время «холодной войны». В данном же случае все обстоит иначе, и здесь даже разумное поведение конфликтующих сторон не в состоянии уберечь их от «случайного нажатия кнопки». Бряцание обычным оружием может в одночасье превратиться в бряцание оружием ядерным и привести к катастрофическим последствиям.

Как ни странно, международное сообщество долгое время не могло решиться на какие-то конкретные меры, направленные на урегулирование ситуации. То ли все ведущие страны были заняты афганскими событиями, то ли мир уже привык к бесконечным демаршам Индии и Пакистана и надеялся, что все «рассосется само собой». Не получилось. Большие надежды возлагались на недавний форум Южно-Азиатской ассоциации сотрудничества (ЮААС), участниками которого были лидеры обоих государств. Однако в его ходе Мушарраф и Ваджпаи ограничились единственным рукопожатием. Несмотря на звучавшие из разных стран призывы о проведении в Катманду прямых двусторонних переговоров, Индия посчитала, что встреча ЮААС для этого не подходит. Дело с мертвой точки не сдвинулось.

И только после этого ведущие государства мира начали серьезную посредническую деятельность. Президент США Джордж Буш заявил, что его страна постарается убедить индийцев и пакистанцев в необходимости найти способ разрешения их проблем без войны. Он призвал Мушаррафа сделать ясное заявление о намерении покончить с террористическими группами и пообещал направить в регион специального американского посланника.

Затем с посреднической миссией Дели и Исламабад посетил премьер Великобритании Тони Блэр. Он встретился с Ваджпаи и Мушаррафом и убеждал их отказаться от силовых способов разрешения конфликта. Однако его визит, по мнению наблюдателей, способен лишь оттянуть возможные военные действия в регионе, но никак не предотвратить их — ведь никакого конкретного плана полномасштабного урегулирования индо-пакистанских отношений британский лидер с собой не привез. И кроме призывов отказаться от поддержки терроризма в любых его формах собеседники Блэра ничего нового для себя не услышали.

Тем не менее, Исламабад уже пошел на конкретные шаги, демонстрирующие решимость руководства страны покончить с терроризмом на пакистанской земле. Так, представитель сил безопасности Пакистана сообщил, что за последние десять дней в стране арестовано более трехсот исламистских активистов. А после встречи с Блэром Мушарраф объявил, что он одобрил новый антитеррористический план, который, по его словам, является продолжением политической кампании, начатой им еще до 11 сентября прошлого года. Суть ее заключается в уменьшении влияния исламских боевиков на ситуацию в Пакистане.

Однако эта политика может принести плоды только через несколько лет. Прежде всего для этого потребуется реформировать систему образования в тысячах медресе, где студентов учат бороться за торжество ислама и проявлять нетерпимость к неверным. Необходимо будет также изменить менталитет пакистанских военных, которые в прошлом открыто поддерживали радикальные исламистские группировки, которые направляли боевиков в Кашмир.

Но главное даже не это. Заявляя, что его правительство сурово осуждает любые проявления терроризма, Мушарраф в то же время подчеркивает необходимость различия между теми, кто совершает террористические акты, и теми, кто борется за свободу (понятно, что подразумевается кашмирская проблема). Так же как и палестинский лидер Ясир Арафат, Первез Мушарраф просто не может пойти на односторонние уступки и «сдать» индийцам территорию, за которую его страна боролась последние пятьдесят лет. Без тщательно разработанного международными посредниками плана, упорной кропотливой работы по согласованию позиций сторон конфликта любые результаты попыток урегулировать ситуацию «с наскока» будут носить временный характер.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №47, 8 декабря-14 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно