ДИЛЕММЫ ОБОРОННОГО РЕФОРМИРОВАНИЯ

1 февраля, 2002, 00:00 Распечатать

Если еще несколько лет тому реформирование украинской оборонной сферы считалось почти исключите...

Если еще несколько лет тому реформирование украинской оборонной сферы считалось почти исключительно проблемой военного ведомства, то ныне это явно неблагодарное дело все больше начало приобретать характер общегосударственной проблемы. А в некоторых случаях — даже выходить за рамки национальной задачи. К примеру, на этой неделе Программу своего развития в Брюсселе презентовали украинские пограничники — от состояния украинских кордонов уже зависит безопасное обитание Европы.

Армия является наибольшим по численности вооруженным формированием страны и есть наибольшей головной болью государства. На этой неделе министр обороны Украины Владимир Шкидченко впервые выступил в новой роли перед дипломатическим корпусом, аккредитованным в стране. Событие знаменательное не только тем, что предыдущая подобная встреча прошла почти два года тому — в мае 2000 г., и даже не потому, что на этот раз среди гостей можно было видеть не только военных атташе, но и послов, что, безусловно, свидетельствует о степени внимания к украинской оборонной сфере. Но скорее всего, наиболее отличительной особенностью нынешнего форума оказался тот факт, что впервые на таком уровне украинские военные честно заявили Западу о наличии целого ряда проблем в реализации этого самого реформирования. Говорят, что признание болезни — первый шаг к ее эффективному лечению. И если до сих пор у нас было «все хорошо» (но по-своему, во что Запад отказывался верить), то теперь можно считать, что и на самом высоком официальном уровне Украина и западные партнеры начали говорить на одном языке.

Возвращаясь же к реформированию, стоит признать, что несмотря на все достигнутые успехи государства в этой области, оно определенно зашло в тупик.

Дилемма первая. Политическая

Очень трудно не согласиться с известным военным экспертом Григорием Перепелицей в том, что сегодня реформирование ВСУ не является рациональным. По его мнению, речь идет о принципе реализации обороны государства и системе демократического контроля, и ответ на эти вопросы может дать лишь высшее военно-политическое руководство государства.

Действительно, находясь в состоянии «на перепутье», уже через десятилетие Украина может оказаться между двумя военными группировками и все равно будет вынуждена принимать решение — либо об участии в коллективной обороне, либо заявить о нейтральном статусе.

Г.Перепелица считает совершенно понятным и рациональным сокращение армий до одного боеспособного объединения в тех государствах, которые недавно стали или планируют стать членами НАТО, — на армии этих государств будет возложена лишь одна из задач в системе коллективной обороны. «Если Украина будет решать проблему обороны государства своими силами и не будет иметь нейтрального статуса, такой подход не будет для нее рациональным», — считает военный эксперт.

Скорее всего, именно ввиду нерешенности этого вопроса до сих пор пробуксовывается появление в Украине документов, которые определят внешний облик и задачи армии. А также других военных формирований. Речь о таких избитых проблемах, как принятие Концепции национальной безопасности государства, новой Военной доктрины и Госпрограммы развития вооружений и военной техники.

Другими словами, общество в лице гражданского руководства страны не поставило четких задач на реформирование, хотя их отдельные мазки увидели свет. Это дает военным основания говорить, что телега преобразователей стоит без коня, и потому лишь имитирует движение. Уже сами генералы не удовлетворены тем, что они по-прежнему готовят как проекты военной доктрины, так и, к примеру, предложения по новой структуре Министерства обороны. И именно по этой причине при разработке упомянутых документов слишком много разногласий между «заинтересованными» министерствами и ведомствами.

Итак, военные должны знать, что от них хотят: каковы в конечном счете намерения державы, как будет построена оборона, с кем мы?

Дилемма вторая. Стратегическая

Естественно, что ответ на первый вопрос позволит решить и второй — о количественных и качественных параметрах армии. Еще несколько лет тому военные утверждали, что раз Украина внеблоковое государство, а при этом денег на новое оружие нет, нужно иметь большую по численности армию. До определенной поры руководство государства с этим соглашалось.

Но уже с середины прошлого года взгляды политического руководства страны кардинально изменились. После анализа ряда военных кампаний стало ясно, что не только человек с ружьем, но даже человек в танке не спасет положения. Сегодня украинский генералитет атакован целым шквалом заявлений на тему численности армии и качества вооружений. Так, на днях первый заместитель секретаря Совета национальной безопасности и обороны Украины Леонид Рожен подчеркнул, что «армия нынешней численности и структуры будет непосильным грузом для Украины». Еще ранее появилось заявление главы Госкомиссии по вопросам оборонно-промышленного комплекса Украины Владимира Горбулина, в котором он отметил, что исходя из нынешней геополитической ситуации, современных угроз и экономических возможностей государства численность ВСУ не должна превышать 120—130 тыс. — при условии обеспечения ее современными вооружениями. «Эта задача сложная, но решаемая: в зависимости от финансирования она потребует от восьми до десяти лет. Причем Украина может воспользоваться благоприятными геополитическими условиями и сделать качественный шаг в реформировании оборонной сферы, бросив финансовые ресурсы на сокращение, причем такое, в котором будет присутствовать и социальная составляющая», — уверен председатель Госкомиссии ОПК.

Начали меняться подходы к сокращению и в Минобороны, что, скорее всего, лишний раз подтверждает готовность самих военных реагировать на процессы, происходящие в обществе. Так, если первоначальный вариант Программы реформирования и развития ВСУ до 2005 г. предполагал сокращение до конца 2005 г. лишь 25 тыс. военнослужащих, ныне военные уже обещают довести эту цифру до 50 тыс. Более того, военные эксперты предполагают, что реально Минобороны и Генштаб будут вынуждены пойти на еще более активное сокращение. И хотя представленный 30 января вариант уточненной Программы пока мало отличается от представленной в 2000 г. Программы Александром Кузьмуком, эксперты склонны усматривать в нынешнем документе аккуратно заложенные ходы для плавного перевода процесса реформирования в более жесткую схему.

Кстати, ряд изменений ожидается и в других военных формированиях. Например, если Европу беспокоит состояние украинских границ, то саму Украину — тот факт, что ее пограничники заняты в основном охраной спокойствия той самой Европы. Поскольку северо-восточный кордон остается практически прозрачным, и в том числе для потоков нелегальных мигрантов. Именно поэтому Госкомграница просит усиления — на 5 тыс. военнослужащих. Хотя сегодня в Погранвойсках, по данным пресс-службы Госкомграницы, около 39 тыс. чел., а по данным других информированных источников — не более чем 36 тыс. 600 чел. Поговаривают, что такой «люфт» пограничникам нужен для наращивания мускулов на востоке с одновременным похуданием формирований на западе. Но не исключена и просто «военная хитрость», связанная с тем, что под развертывание новых формирований можно получить дополнительные средства. Это было бы весьма кстати, если учесть, что в текущем году пограничники получат 35% от минимальных потребностей. Еще одна статья дохода появилась с благословения ЕС — Госкомграница должна получить на решение своих проблем около 15 млн. евро. В любом случае, если задачи пограничникам на реформирование многие считают поставленными, способы их решения ясны не до конца.

Уменьшатся более чем на 10 тыс. и Внутренние войска МВД — если сегодня они насчитывают 44 тыс. чел., то к 2005 г. будут иметь 33 тыс. 300 чел.

Численность военной организации страны пошла на убыль…

Правда, о компенсации этого процесса пока предпочитают не говорить — оружие стоит дороже содержания людей. И оно менее терпеливо…

Дилемма третья. Финансовая

Пока же вопросы улучшения технического состояния вооружения и военной техники Вооруженных сил являются наиболее сложными, и основной причиной этого являются финансовые ограничения, отметил на встрече с дипломатами генерал армии Шкидченко.

А если по сути, то военное ведомство было вынуждено пойти на довольно жесткое решение — решать технические проблемы в основном передовых сил обороны. И если быть до конца честным, то уточнение Программы реформирования и развития ВСУ до 2005 г. произошло не столько вследствие изменения обстановки в мире и анализа уровня угроз, сколько экономическими возможностями государства — военные осознали, что двери государственной казны если и будут приоткрываться для них, то ровно настолько, чтобы не дать умереть совсем. Понятно, не физически — как государственному институту.

По словам первого заместителя начальника Генштаба генерал-лейтенанта Николая Пальчука, при первоначальной подготовке Госпрограммы разработчики рассчитывали на финансирование в объеме 2,7—2,8% ВВП на период 2001—05 гг., что считалось минимально допустимым финансированием (при том, что закон предписывает 3% ВВП). Но уже в 2001 г. бюджетное финансирование оказалось почти в два раза меньшим, и это «явилось одной из основных причин пересмотра документа».

Генерал при этом добавил, что в 2001 г. ВСУ получили лишь 180 млн. грн. из 350 млн. грн., которые было запланировано выделить на мероприятия по реформированию армии. Это составляет только 51% запланированного. Поэтому и дальнейшие перспективы не внушают оптимизма, тем более что расходы на потребности обороны не превышают до 2010 г. 2,48% ВВП.

Да и стоит ли говорить о таких высоких для украинской армии материях, как новые вооружения, если в течение января 2002 г. Госказначейство выделило ВСУ лишь 10 млн. грн., что составляет 35% от минимально необходимых потребностей для обеспечения закупок продовольствия для личного состава срочной службы. «Этого явно недостаточно, чтобы просто накормить 125 тыс. военнослужащих-срочников», — утверждают в Минобороны. Другие расходы на потребности ВС в январе практически не финансировались.

По расчетам Министерства обороны, всего в 2002 г. на выполнение мероприятий Государственной программы реформирования и развития ВС до 2005 г. необходимо 1,3 млрд. грн. Бюджетный запрос военного ведомства составил 550 млн. грн. По утвержденному бюджету предлагается выделить лишь 254, 6 млн., причем из них гарантированны (то есть не из спецфонда) — лишь 30 млн.

Скорее всего, мнение заведующего отделом военной политики и безопасности Национального института проблем международной безопасности Олега Бодрука можно считать следствием указанного выше. «В то время, как ряд государств ныне готовятся к войнам пятого и шестого поколения, Украина готовится к войнам четвертого поколения», — считает аналитик.

Это при том, что новейшее оружие производится в самой Украине. Последним подтверждением является подписание на этой неделе контракта с Китаем — на поставку четырех станций пассивного радиолокационного обнаружения «Кольчуга», о которой не раз писало «ЗН».

Дилемма четвертая. Внутренняя

Запланированные расходы на потребности обороны в 2002 г. составляют 1,32% от ВВП. Наверное, поэтому Украина продолжает активно эксплуатировать Концепцию экономической и хозяйственной деятельности ВС Украины, о наличии которой раньше говорили как о явлении временном.

Ныне на внебюджетный специальный фонд, формирующийся от этой хозяйственной деятельности, возложены даже такие стратегические задачи, как закупка вооружений. Примечательно, что если в 2000 г. спецфонд составлял 783 млн. грн., в 2001 г. — 1 млрд. 78 млн. грн., то на 2002 г. запланировано заработать уже 1 млрд. 100 млн. Может быть идея, когда армия сама зарабатывает себе на жизнь, кому-то и покажется уникальной, но все же стоит определить — до каких пределов развивать эту уникальность, чтобы вся армия не превратилась в один большой стройбат.

Есть еще один неопределенный вопрос — внутренние функции армии не закреплены законодательно. То есть, если государство определит участие армии (например, ее сил спецопераций) в решении внутренних нештатных ситуаций, тогда, не исключено, возникнет необходимость пересмотра и коррекции функций и других военных формирований. В любом случае совершенно очевидно, что этот процесс в Украине не завершен.

К внутренней проблеме относится и переход военного ведомства на принцип комплектования гражданскими кадрами. Справедливости ради стоит заметить, что на этом направлении в Украине прорыв — министр обороны прямо заявил о намерении в обозримом будущем начать комплектацию военного ведомства гражданскими специалистами.

Дилемма пятая. Социальная

На микроуровне, что ближе каждому офицеру или прапорщику, принадлежащему украинской военной организации, социальные проблемы, безусловно, наиболее ощутимы.

Сегодня средний месячный доход на каждого члена семьи украинского военнослужащего составляет лишь 130—170 грн., а при нынешних подходах к обеспечению жильем офицеры и прапорщики, по словам генерала Пальчука, могут рассчитывать на получение собственной квартиры разве что через 150 лет.

Лучшим подтверждением слов первого замначальника Генштаба является динамика изменения бюджетного финансирования в рамках правительственной программы «Жилье». Так, если в 2000 г. военное ведомство получило на решение проблем обеспечения жильем офицеров и прапорщиков 25 млн. грн., то в 2001 г. — уже 20,5 млн. грн., а в 2002 будет выделено лишь 15,5 млн. грн.

Сейчас тяжелее всего решать жилищную проблему военному ведомству, где количество бездомных защитников Родины перевалила за 51 тыс. В МВД таких чуть больше 25 с половиной тыс., из которых около 3 тыс. служат во Внутренних войсках. Более 4,5 тыс. безквартирных ныне и в Госдепартаменте исполнения наказаний, более 5,5 тыс. — в СБУ, больше 6 тыс. — в Госкомгранице, почти 1,5 тыс. — в Государственной таможенной службе, и к такой же цифре приближается количество безквартирных из Войск гражданской обороны. А лучше всех дела обстоят в Управлении госохраны и в Национальном космическом агентстве, где соответственно всего 240 и 540 военных не имеют квартир.

В самом же правительстве по поводу пресловутой программы можно слышать лишь скептические замечания. «Как решить проблему жилья Министерству обороны, если при ежегодной потребности в 140 млн. грн. на 2002 г. выделено лишь 10% от минимально необходимого?» — пожимают плечами ответственные за реализацию программы.

Опыт многих иностранных государств говорит о том, что подходы к решению этого вопроса надо менять: у всех должны быть равные возможности, данные на старте военной карьеры. Эти возможности различны по форме, но одинаковы по сути — планирование в процессе организации жизненного уклада позволяет человеку в погонах обзавестись жильем.

Что ж, украинская армия внутренне готова сокращаться. Государство пока не позволяет ей серьезно изменить свой облик и увеличить боеготовность путем приобретения нового оружия. Но армия начала сокращаться, оборонная наука еще жива, шанс еще не утрачен. Военные не верят в решение своих социальных проблем, хотя народ еще в армию верит больше, чем в другие институты государства. Армия занята собственным выживанием. Но реформирование сдвинулось с мета, лед тронулся.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №29, 11 августа-17 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно