Бунт подан, сэр!

12 августа, 2011, 14:17 Распечатать Выпуск №28, 12 августа-19 августа

Таких сцен Лондон не видел со времен блица. Немецкие авианалеты восточнее британской столицы в 1940–1941 годах разрушили около миллиона домов.

Таких сцен Лондон не видел со времен блица.

Немецкие авианалеты восточнее британской столицы в 1940–1941 годах разрушили около миллиона домов. Погибло свыше сорока тысяч людей.

Недавние бунты разрушили значительно меньше имущества. Трое человек погибли в Бирмингеме, пытаясь защитить свою собственность от грабежа. Один человек, который пробовал погасить пожар в лондонском районе Иллинг, умер в больнице, как и другой, застреленный в машине в предместье столицы Кройдоне. Так что пока пять смертей.

Но бунты произошли в медиаэпоху, и каждый пожар пришел в каждый дом — благодаря телесъемкам.

Кадры горящей фабрики мебели в Кройдоне снимали с вертолета. Огромное здание горело яростно, коричневый дым валил в небо, искры сыпались на соседние — жилые — здания.

Пылали склады и магазины. В электронных СМИ во главе с Интернетом ширились кадры грабежей (в основном снятые прохожими на мобильные телефоны). Скоро мы увидим кадры из камер наблюдения: нас уже попросили помочь идентифицировать мародеров.

Бунты начались в субботу. В четверг в лондонском районе Тоттнем, неподалеку от печально известного жилого комплекса Броудвотер-Фарм-Эстейт, застрелили 29-летнего Марка Даггана. Он ехал куда-то в мини-кебе (частном такси), который остановили и обыскали на наличие оружия. Полицейские выполняли операцию по борьбе с нелегальным оружием и наркотиками в этом районе — неспокойном и полном нетрудо­устроенных юнцов всех цве­тов радуги (включительно с белыми).

В украинской печати сообщали, что Марк Дагган — таксист, однако это немного неточно. Он в такси ехал, когда его застрелили. Но полиция и местные знали его как торговца кокаином и одного из лидеров местной банды, который часто носил оружие. Правда, его семья утверждает, что он был хорошим мальчиком и не хотел больше в тюрьму. Семья, кстати, осудила бунты и мародерство.

По району начали шириться слухи, что Марк не стрелял в полицейских первым. Текстовые сообщения, твитты и блекбери-месседжи утверждали: его оружие вообще было игрушечным, а настоящий пистолет нашли потом, спрятанным в носок. В субботу около двухсот человек вышли на мирный протест против его смерти. Полиция, по их мнению, не прислала к ним достаточно высокопоставленных представителей; под конец демонстрации по району прокатились слухи, что полицейские побили дубинками бросавшуюся на них 16-летнюю девушку. Вдруг прокатились призывы к бунту, в районе где-то взялись люди, которых здесь раньше не видели, и Тоттнем был разорен.

Похожие бунты уже начинались с Броудвотер-Фарм-Эстейт — огромного дома для бедных, в который можно, наверное, заселить четверть Троещины. В 1986 году при полицейском обыске от инсульта умерла черная женщина Синтия Джаретт. Во время бунтов (также с мародерством) и стычек между молодежью преимущественно афро-карибского происхождения и полицией погиб полицейский. Эти волнения распространились на несколько других районов.

Но в 2011 году, в ногу со временем, нападающие общаются через твиттер и смартфоны, чтобы договориться о следующей цели, так что нападения распространились значительно быстрее. За день мародерство и протесты охватили не только Тотнем, Вуд-Грин и Энфилд, но и Хекни, Долстон, Брикстон. Я хорошо знаю эти места — жила всего за триста метров от руин, в которые превратилась Вуд-Грин-Хай-стрит, ходила в оптику, которой больше нет, восхищалась просторами и колоритом Хекни, когда жила там за углом Мер-стрит. Больно смотреть на остатки зданий, на сгоревшие каркасы машин и автобусов на улицах. Это районы, в которых часто живут иммигранты, в том числе и украинские. В Хекни и Долстоне есть украинские магазины «Колос» — с «Киевским» тортом и селедкой, которую заворачивают в серую бумагу и кричат через весь магазин: «Люда, пробей два!» Кажется, они не пострадали.

Бунты, пожары и мародерство быстро распространились и на престижные районы —были ограб­лены магазины на центральной улице Оксфорд-стрит и в Челси — там живут местные богатеи и наши олигархи. В предместье Лондона Кройдоне, где пылали огромные пожары, живет много моих бывших коллег из Украинской службы Би-би-си. С ними все обстоит благополучно.

Буквально через два-три дня волнения начались в городах Лидс, Бирмингем, Манчестер. В Бирмингеме погибли трое ребят азиатского происхождения, защищавшие свою автомойку от банд молодежи афро-карибского происхождения. Полиция опасается, что эти смерти крайне ухудшат и так традиционно напряженные отношения между азиатской и черной общинами.

Украинские знакомые часто сразу спрашивают о расовом аспекте. Кажется, им важно знать, что бунтовали именно расовые меньшинства, как будто это их самих делает в чем-то лучше. Никто в Британии пока что не объединил норвежскую трагедию и местные бунты, а в Украине эти два события сразу сложили вместе.

Расовое измерение бунтов было, но в общем нельзя сказать, что беспорядок совершали представители одной этнической группы. Белые англичане тоже оказались не против награбить себе кроссовок и плазменных телевизоров. Мародерст­вовали и азиаты, и черные. Но часто приходится слышать, что бунты спровоцировали безработица и безнадежность среди иммигрантской молодежи Лондона. Дескать, они не могут скопить на образование, у многих тридцатилетних никогда не было работы, поскольку они не могут ее найти, не удивительно, что они захотели получить модные кроссовки, которых им не дает общество.

Говорят и другое: что грабили все-таки не хлеб и колбасу, а телевизоры, фотоаппараты и одежду. На улицу вышли не голодные люди. Бунтари называли полицию «федс», как в американских криминальных драмах: то есть представление о том, какими должны быть отношения с полицией и более широким миром они черпают из телевидения, а не из реальной жизни. Непонятно, где были родители мародеров школьного возраста: грабили соседний магазин или смотрели телевизор?

Свыше ста тысяч человек подписали петицию за лишение государственной финансовой помощи тех, кто принимал участие в бунтах. Это первая петиция, которая прошла порог в сто тысяч подписей, необходимый для рассмотрения в парламенте.

Арестованы свыше тысячи человек, обвинение предъявлено половине из них. Суды в Лондоне и Манчестере работали всю ночь. Премьер-министр Дейвид Камерон сказал, что все, осужденные за насильническое поведение, пойдут в тюрьму. Однако уже звучит неудовольствие по поводу «весьма мягких» приговоров.

Полную оценку бунтам еще давать рано: слишком много аспектов задействовано. Но понятно, что это удар по репутации страны. Лондон на самом деле очень гордится тем, что в нем должна пройти Олимпиада-2012. Хотя все мы говорим, что лучше бы ее отдали Парижу: почти каждый лондонец мечтает туда пойти и пытался купить билетов на много сотен фунтов стерлингов.

Уже несколько лет продолжается программа модернизации и застройки бедных, опасных райо­нов восточного Лондона, которые эта Олимпиада должна облагородить. Но именно эти районы и пострадали первыми.

Сейчас в Интернете распространяются фото людей, поднимающих в воздух щетки. Это те, кто вышел убрать свой район — зеленый и оживленный Клепем на юге Лондона — после разрушения. Возможно, то, как общество справится с последствиями бунта и как оно очистится, поможет стране восстановить свой имидж в мире.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно