"Этногенез" по-московски, или Откуда и зачем возникает "старший брат"

24 мая, 16:41 Распечатать Выпуск №19, 25 мая-31 мая

Горький вопрос и извечная проблема: почему позиция России относительно Украины в стратегических измерениях является непременно негативной?

© Василий Артюшенко, ZN.UA

Ответ можно получить, поняв саму сущность такого геополитического феномена, как Россия, стремящейся решать судьбу всех и вся, и выяснив происхождение и сущность российского народа.

Термин "этногенез" происходит от греческих слов "этнос" — народ, и "генезис" — происхождение, и означает совокупность исторических явлений и процессов, связанных с формированием устойчивых объединений людей с общими признаками в быту, языке, культуре, ментальности. Иначе говоря, дает ответ на вопрос "кто мы и чьи мы дети?"

Первую основательную концепцию происхождения наших предков изложил печерский монах Нестор в "Повести временных лет". Мыслитель выделил родоплеменное множество людности давней Руси-Украины и отразил место каждого из древних этносов на "генеалогическом древе" человечества. Славяне (поляне, древляне, дреговичи, полочане, словены) населяли пространства бассейнов Днепра, Двины, Десны, Сейма, Сулы и Полоти, жили вокруг озера Ильмень. А на землях, где со временем появилось Московское царство, сидели "всякие народы: меря, мурома, весь, мордва, чудь заволочская, пермь, печора, ямь, угра" и прочие. И летописец подчеркивает: "Эти имеют свой язык, от колена Яфетового, ибо живут в северных краях". Вот именно "эти" и являются прямыми предками московитов.

Напомним, что Нестор-летописец жил во второй половине XI — начале XII века, и довел свою хронологию до 1113 года. Первое же летописное упоминание о Москве относится к 1147-му, а около 1156 г., при княжении Юрия Долгорукого, на этом месте была построена новая крепость. С новой властью эти земли получили государственную идеологию — христианство византийского образца (изложенное к тому же на непонятном для местного населения древнеболгарском языке), военную силу, гражданское управление, церковные структуры и т.п. И это был своеобразный культурный толчок, который и оказал мощное влияние на политическую жизнь данных земель. Впрочем, христианизация состоялась преимущественно на уровне княжеского двора, войска, городских жителей и т.п. Абсолютное же большинство населения сохранило первоначальное родоплеменное устройство и мировоззрение. И когда наступили трудные времена татаро-монгольского нашествия, княжеские города-гарнизоны были практически стерты с лица земли, а их защитники героически погибли. Местное же население, не ведая, что такое народовластие, в частности вечевое самоуправление, практически без сопротивления приспособились к жизни в новом деспотическом государстве.

Происходили ли на территории Московщины этногенетические процессы в классическом понимании этого слова? Да, безусловно. И именно эти локальные изменения в дальнейшем существенным образом повлияли на психо-антропологическое своеобразие собственно россиян. Первые генно-культурные инъекции начали монголы еще во времена большого исхода из своих степей на Запад. Для управления подчиненными землями двадцать тысяч монголов улуса Джучи были распределены по трем ордам — Золотой, Белой и Синей. В состав Золотой, или Большой, где правили потомки Батыя, вошел Московский улус. Именно он получил львиную долю из "демографического дара" завоевателя.

Мощная струя монгольской крови досталась Московщине в начале XIV века. С 1312 г. хан Узбек захватил ордынский престол и объявил ислам государственной религией. Противников новой веры жестоко наказывали — в частности, казнили семьдесят царевичей Чингизидов. Активное сопротивление продолжалось до 1315 г., а выжившие несогласные спасались бегством, и основной поток переселенцев двинулся в северо-западном направлении, в верховья Волги и Оки, на тогдашнюю труднодоступную не степную периферию Орды. Именно беглые монгольские воины хана Узбека, по мнению известного историка и географа Льва Гумилева, "стали ядром московских ратей, разгромивших Мамая на Куликовом поле". В этой битве дрались между собой, собственно, два монгольских войска: христианизированное, под руководством князя Дмитрия (Донского), и исламизированное, под предводительством темника Мамая. Впрочем, монгольские "переселенцы" сослужили службу московитам еще и до Куликовской битвы. Очевидно, именно с этой прибывшей военной силой, приобщив также татарское войско из Волги, князь Иван Калита в 1327 г. жестоко подавил антиханские волнения в Тверском княжестве и в следующем году получил от хана Узбека ярлык на великое княжение Владимирское.

Находясь в Орде, все свое собственное политическое устройство северные княжества начали перестраивать по восточному порядку. И новый московский улус начал отчаянную борьбу — нет, не за освобождение, а за паритетность и, в конце концов, за верховенство в Золотой Орде. После побед над Казанским (1552), Астраханским (1556), Сибирским (1578–1584) и Крымским (1774–1783) ханствами он достиг поставленной цели, распространив свою власть на всю ее территорию. Отныне бывшая империя Чингисхана будет называться Московским царством.

Но были земли, едва ли не самые лакомые для Москвы, еще не ставшие ее добычей: "Господин Великий Новгород" — мощное средневековое государство с мощными традициями народовластия и великой культурой. Был и другой повод, чуть ли не самый главный, — потребность легитимизировать свою "русскость" и подтвердить право на духовно-культурное и политическое наследие древней Руси. До Киева дотянуться еще не было сил, а Новгород — здесь, почти "рядом", к тому же внутренне растревоженный и ослабленный.

Великий Новгород — извечная славянская земля. По мнению ученых (Ю.Шевелев, Г.Брайчевский, Ю.Павленко, Л.Железняк и др.), на новгородских землях со временем сформировалось своеобразное этническое сообщество, "четвертый" восточнославянский этнос, со своими выразительными языковыми особенностями, свободолюбивый и демократичный. Речь идет о новгородско-псковском народе, мировоззренческая ментальность которого удивительно выразительно прослеживается в поморском фольклоре (песнях, преданиях, былинах) и духовное наследие которого московиты, не моргнув глазом, положили в свою "культурную корзину". Но для этого сначала надо было уничтожить самих носителей ценностей — новгородских словен. И Москва рьяно взялась за дело… 

В начале июня 1471 г. войско Ивана III напало на Новгородскую землю. В его составе, кроме московской рати, была и татарская конница хана Дарьяна. Сопротивление новгородцев было подавлено, двенадцать тысяч воинов погибли, а одна тысяча попала в плен и была казнена. Вольности отменили, вече уничтожили. А вечевой колокол — символ свободы — вывезли в Москву. Новое разрушительное нападение на Новгород произошло в конце ноября 1478 г.: столичный город сожгли, а жителей истребили, не пожалев ни детей, ни стариков. Вся боярская знать (150 человек) была казнена, а ее имущество конфисковано. И все эти годы безжалостный оккупационный режим осуществлял преступное своеобразное "этнозамещение" населения. После 1475 г. восемь тысяч зажиточных семей переселили в Московию, а их земли заселили таким же количеством московитов. В 1478 г. пятьдесят самых богатых купеческих семей перевезли во Владимир. До 1480 г. в Московию, в район, который со временем стал известен как Нижний Новгород, заставили выехать еще почти десять тысяч семей среднего класса, с соответствующим заселением завоевателями их земель и владений. А до 1500 года были конфискованы практически все церковные земли Новгорода и розданы "служилым" чужеземцам. Историк-эмигрант Георгий Вернадский, сын академика Владимира Вернадского, основателя и первого президента НАН Украины, так обобщил этот этноцид: "Великий князь Иван III двумя последовательными ударами 1470 и 1478 годов с корнем вырвал новгородскую аристократию, оторвал ее от родной почвы, лишив земель и капиталов, и переселил в Московскую Русь, где этот могучий социальный слой, руководивший всей государственной и общественной жизнью новгородской общины, обессилел и растворился в общей массе великорусского населения". 

Но Новгородская земля изо всех сил боролась против захватчиков, и это продолжалось еще почти столетие. Царь Иван Грозный натравливает на новгородцев опричников — эту специальную структуру, созданную для собственной безопасности и выполнения любой монаршей воли. Новая многотысячная когорта "людей скверных и всякими злостьми исполненных" (князь Курбский) своими методами и отношением к людям чем-то напоминала более позднюю ВЧК—НКВД и действовала как карательные отряды: опустошение, убийства, изнасилования, грабежи. Опричники имели соответствующую "униформу" и распознавательные знаки: черная одежда, черные кони, к седлу прикреплены метлы и собачьи головы — символы власти и злодеяний. И именно этим псоглавцам в 1570 году Иван Грозный отдал на растерзание Новгород: на протяжении двух лет повсеместно продолжались массовые убийства и грабежи, массовое изгнание новгородцев с земель их предков, уничтожение и сожжение городов, городков и сел, церквей и монастырей. А на опустошенных новгородских землях появились тысячи "боярских детей" и "служилых" московских людей. 

Кстати, еще в XVI веке тамошние мудрецы сами пытались выяснить, на каком же языке все-таки общаются между собой московские люди. Выяснилось, что церковнославянский (адаптированный древнеболгарский) язык коммуникации был присущ практически всему дворянскому, служилому и церковному сообществу Московского царства. Не случайно известный богослов-полемист Максим Грек, вокруг которого в Чудовом монастыре собирались тогдашние просвещенные люди, говорил, что "по книжней речи у нас и обща речь". Иначе говоря, практически вся нехолопская часть общества общалась в одной лексико-смысловой системе. Вся, но не преобладающая часть, потому что все остальное население продолжало общаться на языке предков. Это обстоятельство метко подметил последователь Максима Грека новгородский монах Зиновий Отенский, живший в середине XVI века. И вот как он характеризовал автохтонное население Московщины: "Бессловеснейши свиней суть, токмо змиино шептание имуть… грамотическых не ведяху словес". То есть простые люди необразованные, иноязычные, и это угро-финское языковое "шептание" до сих пор со всех сторон окружает Москву, правда, от бывшего языкового океана остались отдельные, едва тлеющие и затихающие языковые "островки": вепсы, водь, ижорцы, манси, ненцы, саамы, ханты, удмурты, мордва, башкиры, чуваши, пермяки и др.

Всегда главной приманкой и поживой для ненасытного северного двуглавого стервятника был и остается златоглавый Киев, и хищные когти этого грифона методически рвут и разрывают в клочья сердце, тело и душу Украины. Перечень поруганий бесконечен, и он особенно циничен "последовательностью" действий Москвы по выполнению своего стратегического замысла — полностью стереть с карты мира Украину и положить конец существованию самого украинского народа.

После Переяславского соглашения в 1654 году, которое Москва никогда и не собиралась выполнять, началась активная "интервенция" человеческого ресурса из России в Украину. В столице и полковых городах появились военные гарнизоны, градоправители, многочисленные чиновники и т.п. Обычной практикой стали репрессии против неугодной старшины и церковных иерархов: их казнили или высылали на чужбину. Полностью истинное свое хищное естество бывшие "союзники" показали во время попытки украинцев снять с себя чужеземное ярмо во времена гетмана Ивана Мазепы. Началось воплощение в жизнь "новгородского метода" усмирения несговорчивых и создания собственной преступной "ойкумены", с массовыми репрессиями против украинцев и вместо этого — заселением захваченных земель покорными России служилыми людьми.

Неслыханными зверствами и тотальными погромами "прославила" российская армия свое вторжение в Украину. Еще до Полтавской баталии Петр I приказал уничтожить гетманскую столицу Батурин, где оставался 23-тысячный гарнизон.
2 ноября 1708 года Александр Меншиков с помощью предателей захватил город, и все его население, включительно с младенцами, было уничтожено. Потому что таков был приказ царя: "Батурин… другим на пример сжечь". Такому же ужасному опустошению подверглась Запорожская Сечь, после того как кошевой атаман Константин Гордиенко с товарищами встал под флаг свободы. Историк Дмитрий Яворницкий воссоздал преступный путь карательной экспедиции, которая после себя оставляла безлюдную пустыню. 16 апреля напали на городок Келеберду, сожгли его, а защитников вместе с гражданским населением перекололи штыками. Следующей была Переволочная, у переправы через Днепр: "тысячу человек перебили на месте, часть людей сожгли в домах и хлевах". "Злость россиян была такой большой, — продолжает историк, — что они уничтожили всех женщин, детей и стариков, сожгли все мельницы на реках, все здания в городке, все корабли…" Мужественно оборонялась сама столица Сечи — Каменный Затон на острове Базавлук, но, преданная полковником Игнатом Галаганом, 14 мая 1709 г. была захвачена и жестоко истреблена: сожгли все шалаши и здания, разрушили окружающие зимовники, уничтожили сечевую церковь, казацкий флот и военный арсенал. По воспоминанию одного из очевидцев, "мертвых из гробов многих не только из товариства, но и чернецов откапывали, головы им отсекали, шкуры лупили и вешали". 156 старшин и казаков показательно казнили и на виселицах плотами пустили вниз по Днепру, во устрашение всех сущих.

В дальнейшем продолжалась систематическая и напряженная "работа" по полному уничтожению Запорожской Сечи, конечно же, со всеми ее людьми. С этой целью на украинских землях интенсивно сооружали крепости, а население подлежало "замещению" неукраинцами. В 1731 г. киевский генерал-губернатор граф Вейсбах, исполняя монаршую волю, начал строить на землях Сечи "Украинскую линию". Было сооружено 18 крепостей, среди которых Переволочная, Ливенская, Белявская, Святой Параскевы, Крылов, Новомиргород, Новоархангельск, Святой Елизаветы и другие. С 1751 г. на украинских землях Правобережья появляется новая административно-территориальная диковинка — Новая Сербия. Под сербские поселения выделили земли от реки Кагарлык до реки Туры, от реки Березовка до Омельника. На этих землях были сформированы пехотный и гусарский полки для "надзора" за запорожцами. В 1753 году создается другой "балканский анклав" — Славяносербия, в этот раз уже на Левобережье, между Северским Донцом, реками Лозовой, Луганью и Бахмутом. Все новые "рассеяне" имели жалованье, другие привилегии, а местное украинское население распоряжением Сената должно было быть выселено. Тем же, кому удалось остаться, приказали "к лучшей выгоде сербов служить". "Так российское правительство, — подчеркивает Наталья Полонская-Василенко, — определило роль украинской людности против привилегированных чужеземцев: обслуживать их, удовлетворять помещениями, поставлять им все необходимое". 

В том же 1753-м был сформирован еще один полк — Новослободской, преимущественно из волохов и россиян-старообрядцев, "продвинутый" еще на 20 километров в сторону Сечи, южнее Новой Сербии. А с 1770 года началось сооружение крепостей "Днепровской линии" — для того, чтобы полностью взять Сечь в имперские тиски. "Вся история Новой Сечи, — подытоживает Н.Полонская-Василенко, — это история планомерного захвата запорожских земель".

После полного разрушения Сечи в 1775 году состоялось практически полное распыление казачества: часть выехала за Дунай и попыталась там возродить собственное устройство, часть российское правительство приписало к скарбовым крестьянам. 

С началом российско-турецкой войны князь Потемкин организовал "Войско верных черноморских казаков" (12 тысяч), но это была сугубо военная структура, бледная тень былого казачества. С 1790 г. они осели между Днестром и Южным Бугом, а в 1792-м им были определены для оседлости земли в устье реки Кубань и пространство от нее и до Азовского моря. Новообразованное "Кубанское войско" должно было охранять империю с юга, прежде всего от упорных и воинственных кавказцев. Казаки пытались сохранить собственную идентичность, и после прибытия последних колонн собрали от лица всех 40 куреней Раду, на которой приняли "Порядок общей пользы". Все содержание этого уникального документа — развитие на новой земле настоящей старинной Украины. Дальнейшая история, особенно в советские времена, подтвердила всю бесполезность таких попыток на чужой земле в тоталитарном государстве.

В то же время старинные казацкие земли и далее заселяли пришельцами, в этот раз — с просторов Крымского ханства. Выход к Черному морю всегда был для империи желанным, свидетельством чего были постоянные российско-турецкие войны. После войны 1768–
1774 гг. Османская империя уже не могла удержать ханство в своем подданстве, а Россия еще не смогла его полностью подчинить: Крымское ханство формально стало независимым. Наступило шаткое равновесие между сторонами, и Россия решила нанести удар по экономическому потенциалу Крыма, а именно — заставила покинуть его всех христиан (греков, армян и др.), стараниями которых держались ремесло, торговля, виноделие, судоходство и т.п. А переселяли их, конечно, на земли Запорожской Сечи. 

В 1778 г., перед переселением, граф Петр Румянцев сообщал Екатерине II, что "вывод христиан почесться завоеванием знатной провинции". Непосредственно руководил выселением полководец Суворов, который в рапортах от 16 сентября — Потемкину и от 18 сентября 1778 г. — Румянцеву докладывал: "Вывод крымских христиан кончен. Обоего пола отправились в Азовскую губернию 31 098 душ". И весь трагизм ситуации состоял в том, что в абсолютном большинстве крымские христиане не желали переселяться, а "освободители", едва выведя колонны с людьми за Перекоп, практически оставили их в степи без жилья и без припасов, что привело к голодной смерти почти трети переселенцев. Уцелевшие христиане осели в районе современных Бердянска и Мариуполя.

Изменение этнического состава населения Украины, вытеснение коренного люда с ее территории, уничтожение украинцев как нации всегда было приоритетом российской политики, о чем убедительно и безоговорочно свидетельствует статистика. Это тот случай, когда сухой язык цифр превосходит и перевешивает все затрепанные и лживые лозунги о "дружбе народов", "старшего" и "младшего" братьев, любую другую бессмыслицу о "вечной дружбе двух народов".

Обратимся, например, к ревизиям, т.е. количественному описанию положения дел в России, детально проанализованные известным этнологом Владимиром Скляром. Так, по ревизии 1719 г. численность россиян в Украине (в современных границах) составляла не более 40 тысяч человек, ревизия 1858 года фиксирует уже 339 тысяч, а перепись 1897-го — два миллиона 80 тысяч россиян. Если учесть, что в 1719 г. украинцев проживало 4 миллиона 911 тысяч человек, то соотношение в паре "украинцы—россияне" составляло приблизительно 1:120 (!). Со временем соотношение стремительно менялось в пользу "пришельцев": в 1858 году — 1:38, в 1897-м — 1:10. То есть за неполные два столетия численность россиян в Украине выросла в 52 (!) раза.

XX век явил миру самые преступные действия против украинцев со стороны России. Нас преследовали целеустремленно, всегда и повсеместно, либо принуждая к полной покорности и манкуртизации, либо уничтожая физически, либо распыляя на "этнические атомы" в лагерях на бесконечных евразийских пространствах "единой и неделимой". В советское время замещение украинского населения российским также было одним из стратегических приоритетов внутренней политики Кремля. Великодержавное давление проявлялось в целенаправленной дискриминации целых слоев населения — селян, интеллигенции, художников, военных, госслужащих и др. Уничтожались старинные духовные ценности и их предметное воплощение — храмы, памятники, музеи, библиотеки, образовательные заведения и т.п. Ужасным апофеозом геноцида украинского народа стали голодоморы — сознательное, целенаправленное и насильственное доведение конкретного этноса до вымирания путем лишения его самых необходимых средств для выживания.

Три голодомора — 1921–1922, 1932–1933 и 1947 гг. — забрали жизнь около 15 миллионов украинцев, что привело к непоправимым потерям как в генетическом, так и культурном здоровье нации и имело цель сломить волю украинского народа к сопротивлению и борьбе за свободу. Из воспоминаний Уинстона Черчилля известно, например, что Иосиф Сталин лично перед ним хвалился, как только в 1930-х годах он "ликвидировал десять миллионов крестьян". Итальянский консул Серджио Грандениго, который был в Харькове (тогдашней украинской столице) свидетелем ужасных событий, точно подметил циничную цель кремлевского преступления: "Нынешняя катастрофа вызовет колонизацию Украины преимущественно российским населением. Возможно, в очень недалеком будущем не придется больше говорить ни об Украине, ни об украинском народе, а следовательно, не будет и украинской проблемы, поскольку Украина станет фактически частью России".

Имперская "машина" не сбавляла обороты в угнетении украинцев и находила для этого любые поводы. После сентябрьского — 1939 г. — братания двух диктаторов, до  июня 1941-го почти 200 тысяч западноукраинцев были депортированы в Сибирь и в районы Крайнего Севера. А в первые недели нападения Германии на СССР в тюрьмах Галичины были уничтожены еще почти 150 тысяч заключенных. Свое черное дело новые опричники продолжили сразу после того, как линия фронта передвинулась за границы Украины. Только в 1944–1955 гг. были арестованы и отправлены в лагеря
103 828 "бандеровцев", выдворены в Сибирь на прозябание 65 906 семей (203 662 человека). Не отставали от Кремля и их ученики из Варшавы: 29 марта 1947 г. на заседании политбюро Польской рабочей партии было решено провести операцию "Висла". В постановлении отмечалось: "Основной целью переселения переселенцев по акции "Висла" является их ассимиляция в новой польской среде. Приложить усилия, чтобы эта цель была достигнута. Не употреблять к этим переселенцам название "украинец". 

По данным Генштаба Войска Польского, в период акции "Висла" были выселены 140 575 украинцев, которых расселили на новых территориях, чтобы сделать невозможным контакты между ними. Самая же активная часть населения не попала даже в эти "списки": во время проведения массовых обысков и облав были уничтожены 1837 членов УПА, а еще 2444 активистов — арестованы и брошены в тюрьмы.

Более того, кремлевский безумец в своем маниакальном величии планировал полностью деукраинизировать Украину, используя для этого как повод пребывание населения под оккупацией. 22 июня 1944 г. появился приказ №0078/42 "О ликвидации саботажа на Украине и о контроле над командирами и красногвардейцами, мобилизованными из освобожденных областей Украины", подписанный наркомом внутренних дел Л.Берией и заместителем наркома обороны Г.Жуковым. В приказе речь шла о том, что украинцы, дескать, враждебно относятся к Красной армии и советским органам власти, саботируют восстановление колхозов, скрывают зерно и скот. Но... многочисленные детали его содержания, оформления и терминология дают основания сомневаться в аутентичности текста. В свое время Никита Хрущев во время доклада на XX съезде КПСС попытался даже объяснить причины невыполнения приказа: "Украинцы избежали этой судьбы только потому, что их было очень много, и не было места, куда бы можно было их переселить". Но лукавил генсек: Москва территорий присвоила немеряно, но рабский труд в "житнице Европы" нужен был здесь и сейчас — чтобы кремлевские закрома не опустели. Власть быстро поняла неизбежность такого сценария, поскольку после преступной депортации крымских татар в мае того же 1944 г. экономическая жизнь на полуострове практически полностью угасла.

Начали действовать "тихой сапой": украинцев высылали за пределы Украины под любым предлогом — на военную службу, "большие стройки коммунизма", поднимать целину, прокладывать БАМ и т.п., используя при этом и принуждение, и желание молодежи любым способом вырваться из крепостной, "беспаспортной" колхозной жизни, и даже материальный интерес. Россиян же поощряли  переезжать в теплые украинские края высокими должностями и зарплатами, привилегиями и особым статусом на фоне "аборигенов, которые нуждаются в окультуривании". Так, лишь за семь лет (1959–1966) пределы Украины, преимущественно по "оргнабору", покинули два с половиной миллиона человек, а до 1989 г. — еще почти три. А количество россиян с 1959-го по 1989 год выросло с 7 до 11,4 миллиона человек, т.е. на 4,4 миллиона, и произошло это преимущественно за счет переселенцев. 

Какое же сообщество образовалось на этой территории, ненасытно желающее вершить судьбу стран и народов?

Россияне не являются этносом в классическом понимании этого слова, не являются и политической нацией. Как известно, этносом называют этнически сложившуюся группу людей, признающую свое общее происхождение, интересы и ценности, верования и обычаи, имеющую своеобразные архетипы поведения и мышления. Политической же нацией можно считать сообщество, которое, во-первых, создало государство как инструмент самозащиты и саморазвития, и, во-вторых, достигло в нем полноты народовластия как механизма выявления и реализации воли и интересов всех граждан этого государства. На сегодняшний день зрелые политические нации сформировались в западном мире. Упорно и настойчиво делает шаги на этом пути и Украина.

Но ведь российское сообщество существует уже много веков, причем именно ее существование является постоянной угрозой для окружающего мира. Значит, должен существовать еще какой-то фактор, кроме принуждения, который держит ее вместе. И такая детерминация действительно есть — это общие смыслы и цель их организованной деятельности. И заключается данная цель в завоевании, присваивая и наживаясь на чужом горе, с одной стороны, — и обеспечении собственного процветания за чужой счет, — с другой. Это та питательная сила, которая является источником и средством для существования такого сообщества. И для того, чтобы стать ее частью, этническое происхождение не имеет никакого значения. Это и есть "этногенез" по-московски. Надо просто забыть о морали, назваться "старшим братом", войти без приглашения и разрешения в чужой дом, все отобрать и разделить, совершить поругание над близкими и осесть здесь навсегда, не обращая внимания на проклятия, страдания и горе жителей.

 

Лев Гумилев, сын прославленных поэтов Николая Гумилева и Анны Ахматовой, сам сталинский лагерник, предложил называть такие сообщества "этносами-химерами". По его мнению, химерический этнос — это негармоничное объединение определенного множества элементарных этносов с разными мировоззренческим строем, практикой природопользования, моральными ценностями и т.п. Такой "гибрид" питается чужим ресурсом — и человеческим, и естественным. И поэтому судьба захваченной земли и ее жителей-автохтонов его интересует только с потребительской точки зрения. Негативные последствия для подчиненной стороны очевидны: люди обречены или на вымирание, или на манкуртизацию, природная же окружающая среда — на системную деградацию и необратимые изменения. В этом нетрудно убедиться, вспомнив многострадальную историю — не жизни, а прозябания — сотен народов на территории России: их вымирание и исчезновение, и обретение теми, кто уцелел, унизительного статуса "малых" народов Сибири, Дальнего Востока и Севера. Впрочем, и сам захватчик потерпит в стратегической перспективе поражение, поскольку постоянное паразитирование не стимулирует и не побуждает к собственной общественно-экономической эволюции. 

Но сила и правда — за нами! Великий Николай Костомаров был твердо убежден: в борьбе мы непременно получим свободу и займем достойное место в кругу цивилизованных народов. И завершает "Книги битія українського народу" словами: "Тоді скажуть всі язики, показуючи рукою на те місто, де на карті буде намальована Україна: "От камень, него же не берегоша зиждущії, той бисть во главу угла". Верим, Украина станет краеугольным камнем Европы! Украина победит!

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 2
Выпуск №22-23, 15 июня-21 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно