ПЛАЧ ЯРОСЛАВНЫ

16 февраля, 2001, 00:00 Распечатать Выпуск №7, 16 февраля-23 февраля

«Деньги лежат на земле, не ленитесь их поднимать». Слова эти, сказанные когда-то Остапом Бендером, любит напоминать своим подчиненным главврач одной из черниговских больниц...

«Деньги лежат на земле, не ленитесь их поднимать». Слова эти, сказанные когда-то Остапом Бендером, любит напоминать своим подчиненным главврач одной из черниговских больниц. В стенах затюканного безысходной нищетой учреждения звучат они, на взгляд непосвященных, более чем странно. А вот недавно вспомнились некстати и нам — когда в аптеке столкнулись нос к носу с мужчиной и женщиной. Тоже, как потом выяснилось, медработниками, даже, точнее, руководящими работниками от медицины. Понадобился им какой-то препарат. Для себя, не для пациентов.

— Он дорогой, — предупредила провизор. — Льготный рецепт напишете?

Мужчина склонился к женщине:

— Черкнешь на детском бланке.

Мы стояли ошарашенные, будто подсмотрели что-то неприличное: нас никто не стеснялся.

Потом — углубившись в суть аферы с рецептами льготников: чернобыльцев, участников войны, детей-инвалидов — поняли, до какой степени процветало жульничество, никем не гонимое и не осуждаемое.

(Старый знакомый Сергей Пантелеевич Бровко, бывший водитель-дальнобойщик, неповоротливый молчун, обнаружил в медицинской карточке внучки, пострадавшей от аварии на ЧАЭС, записи о якобы получаемых ею лекарствах.

— Их там было много, — сказал он. —Очень много…)

Умение жить, предполагающее умение нагнуться за чем-то или до хруста в костях прогнуться перед кем-то, рождает своих гениев, заслуженных лидеров своего круга. Их много Сергей Пантелеевич, наверное, сказал бы: «Очень много…» И мы не засели бы писать эту заметку о делах и без того хорошо известных, если бы не узнали о том, во что поначалу попросту не поверили.

 

Есть в Чернигове аптека, где стараются всеми силами (и не без успеха) «отфильтровать» привыкших пользоваться чужими привилегиями. А вот нуждающемуся инвалиду лекарство по льготному рецепту дадут непременно — пусть даже в ущерб себе. В случае особо острой необходимости выдадут нужный препарат и без надлежащим образом оформленного рецептурного бланка. Под честное слово, что «бесплатный» рецепт принесут после — благо имена инвалидов войны и ликвидаторов, прибегавших после к услугам фармацевтов, зафиксированы в аптечном компьютере. Где нереализованные препараты, срок хранения которых приближается к предельному, даром отдают в больницы — для лечения неимущих (а ведь существует тысяча способов заработать на подобных неликвидах, и аптекарям они хорошо известны). Где, наконец, могут просто подарить препарат тому, у кого льгот нет и заплатить нечем.

В последнее не верилось вовсе. Во всем мире фармацевтический бизнес — сверху донизу, от гигантских концернов-производителей до крошечных аптечных киосков — один из самых жестких и беспощадных. Нравственное правило, обязывающее врача оказывать посильную помощь больному независимо от состояния кошелька последнего, не является моральным императивом торговцев лекарствами. И когда мы узнали, что такая аптека существует не в воображаемом мире земляничных полян, а на вполне реальной улице, то захотели выяснить все поподробнее.

— Денег на оплату льгот инвалидов войны и Чернобыля с каждым годом, увы, все меньше, — сказала нам заведующая аптекой «Сальвия» Вера Петровна, — вот мы и стараемся выдавать лекарство непосредственно больному, чтобы видеть, кому даем, насколько остра необходимость в помощи несчастному.

— А если больной прикован к постели, сам явиться не может?

— Если прикован, принесем домой. Такие случаи в компьютер занесены.

Мы убедились — это правда. Только в подвижничество сейчас верится с трудом. Небось, накрутки такие, что хватает денежек и на бензин, и на машину — инвалидам лекарства развозить, и без прибыли заведение не остается — глодал нас червь сомнения.

— Накрутки — как это принято говорить — у нас вообще небольшие. На льготные же лекарства, стоимость которых погашается государством, а не пациентом — вовсе минимальные — десять процентов.

Десять процентов — наценка символическая. На такие деньги не только лекарства не привезешь, по аптечным полкам не разложишь. А ведь аптека-то не государственная, где подчас можно к бюджетным средствам присосаться, выпросить что-то под героев Пскова и Нарвика, вписать нечаянно в убыток.

— Получается — вроде бы, и не выгодно.

Вера Петровна отвечает не торопясь, подбирая слова, чтобы не закралось неточное:

— В общем, да. Не выгодно самим делать и микстуры разные, и мази. Проще торговать готовыми формами. А еще пытаемся что-то выдумывать: сейчас эпидемия гриппа, вряд ли каждый сможет купить сыворотку, вот и изготавливаем антигриппозную микстуру.

Вера Петровна вздохнула:

— У нас тут по соседству, через дорогу, детская поликлиника. Вам приходилось когда-нибудь видеть матерей тяжело больных детей, у которых не за что купить еду, не говоря уже о лекарствах? А здесь они бывают часто. И некоторые люди, которые никогда и ни за что не протянули бы руку за милостыней — начинают просить. Просить лекарство. Мы называем это «плач Ярославны».

— И?..

— И даем. А потом списываем в убыток. Свой убыток: зарплату получаем либо поменьше, либо реже.

Записали мы эти слова, переглянулись и задумались: а не повеселим ли мы некую часть наших читателей — чудаки, мол, нашли чем восхищаться — неумением людей жить, перепутавших все на свете и времена года в том числе. Но почему-то не хочется вместе с ними не то что посмеяться, улыбку кривую изобразить…

Неловко было переспрашивать у сотрудников «Сальвии» (уж больно гнетущее впечатление произвело услышанное), но, если мы правильно поняли, аптека начала обслуживать инвалидов, приняв в наследство их многочисленные долги по никем не оплаченным, уже давно выданным лекарственным препаратам.

В Чернигове наметилась тенденция к объединению аптек. И всем понятно — зачем. Ведь у нас нет закона, ограничивающего что-то в ценовой политике отрасли. И если раньше глазные капли стоили копеек двадцать, то теперь за них приходится выкладывать пятерку. Нет закона, который предусматривал бы отчисления реализаторов на научные изыскания в фармации. Сейчас гораздо проще что ни попадя брать за границей и загонять потребителям — может, на что другое у тех денег не будет, а на лекарства найдут, никуда не денутся. Поэтому аппетиты чрезвычайно растут, и единственное, что их ограничивает, — конкуренция. А если объединиться, сговориться и развязать руки? У инициаторов встречного движения все есть: уважаемое криминальное прошлое, связанное с вывозом в свое время остродефицитных лекарств из Украины в Польшу, наращенный тогда же приличный стартовый капитал, нажитый опыт. И самое главное — никаких помех: не смешить же кого-то нравственными тормозами, о таком и говорить-то вслух неприлично.

P.S. Сотрудники 198-й черниговской аптеки считают, что лучше бы инвалидам выдавали какую-то сумму вместо льготных рецептов, пусть самую мизерную. Это упростило бы всю систему помощи нуждающихся в ней.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 19 октября-25 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно