Диагноз частным клиникам поставила прокуратура. «Лечить» будут оперативно

13 июля, 2007, 13:04 Распечатать Выпуск №27, 13 июля-20 июля

Она раскладывает фотографии сына, как пасьянс. Долго смотрит, вспоминает. На этой — ее вихрастый мальчишка светится от счастья — принес табель с пятерками и получил в подарок долгожданный велосипед...

Она раскладывает фотографии сына, как пасьянс. Долго смотрит, вспоминает. На этой — ее вихрастый мальчишка светится от счастья — принес табель с пятерками и получил в подарок долгожданный велосипед. А вот с отцом в клинике — только что закончил операцию. Это была его первая самостоятельная операция, отец тогда выступал в роли ассистента... Галина Сергеевна перебирает фотографии — сколько счастливых моментов было в жизни сына! И в ее материнской судьбе тоже. До того дня, когда он решил подлечиться в престижной клинике. Да, собственно, это она вместе с отцом уговорила его пройти курс лечения — воспаление поджелудочной железы чревато многими последствиями. Неделя пребывания в отдельной палате стоила немало — с них, как со своих, в смысле коллег, брали 4,5 тысячи долларов, другие пациенты платили еще больше. Главное, чтобы помогло. Но время шло, а состояние Кирилла не менялось. Он страдал молча, не хотел огорчать своими жалобами родных, отшучивался. На сердце Галины Сергеевны словно камень лежал — и как мать, и как врач она чувствовала приближение кризиса. Настаивала, чтобы созвали консилиум, хотела поменять лечащего врача. Но муж отговаривал: «Они к нам с пониманием отнеслись, а теперь подумают, что мы скандалисты. Ты же знаешь, как болезненно реагируют врачи на замечания коллег».

…Ночью, когда Кирилл потерял сознание, его быстренько перевезли в реанимацию городской больницы. Но там только руками развели — такой перитонит уже не остановить. Потом, оформляя документы, доктор ворчал себе под нос, что частные клиники нашли надежный способ, как не допускать летальных случаев.

Печальная новость о том, что профессорская семья потеряла единственного сына, да еще при таких странных обстоятельствах, быстро облетела медицинский мир. Конечно, все соболезновали, помогли проводить Кирилла в последний путь, горестно кивали головами: «Такой непрофессионализм и цинизм не должны остаться безнаказанными!» Отец считал себя особенно виноватым, наверное, потому и решил подать на клинику в суд — не для того, чтобы кому-то отомстить, а чтобы такие горе-специалисты не навредили другим пациентам. Он это высказал вслух. Когда дело дошло до судебного разбирательства, оказалось, что история болезни переписана начисто — тут уже и диагноз другой, и лечение адекватное, и ссылки на стандарты лечения. Даже заключение патологоанатома, которое могло бы пролить свет на эту историю, не смогли получить ни отец, ни суд. Коллеги, которые так сочувствовали и поддерживали родителей Кирилла, осуждающе шептались: «Горе горем, но зачем же на своих в суд подавать?..»

Корпоративность медиков, пожалуй, почувствовал каждый, кто хоть раз пытался доказать свою правоту или через суд наказать непрофессионалов в белых халатах. О том, что происходит за стенами клиник, говорят много и разного. Особенно — частных клиник. В Киеве известно много случаев, когда пациента держат в такой клинике до тех пор, пока он «безопасен» для статистики. Здесь главное не пропустить кризис — нужно успеть перевести его в бюджетную больницу или выписать домой. Прошлой зимой так поступили со студентом престижного университета — лечили грипп (пока могли!), а потом доставили его домой: «Ваш сын еще слаб, но идет на поправку. Зачем вам тратиться на пребывание в клинике — дома он быстрее выздоровеет!» Через два часа «скорая» отвезла его в инфекционное отделение, а под утро парень умер. Как потом оказалось — от менингита. Пожилой врач, заведующий отделением, который указал в истории болезни точный диагноз и то, где и от чего ранее лечили пациента, имел много неприятностей. Но он был упрямым — написал запрос в министерство: имеют ли право частные клиники госпитализировать и лечить инфекционных больных? Созданы ли у них все необходимые для этого условия? Вскоре заведовать отделением поставили другого доктора. Потом правдоискателя и вовсе сократили.

Конечно, как лечат больного — правильно или как придется, лучше других может определить врач. Но по неписаным правилам, даже зная об ошибках или халатности коллеги, он не вынесет сор из избы. Сколько бы ни говорили в откровенных беседах врачи-бюджетники о том, что им приходится «перелечивать» и даже воскрешать пациентов после стараний своих коллег из частных клиник, это так и остается на уровне слухов в курилке. Взаимоотношения между врачами бюджетных и частных клиник зачастую весьма переплетены. Работодателям выгодно приглашать специалистов из государственных клиник на полставки. Закон позволяет им избежать ответственности в случае неприятностей — во-первых, какой спрос с совместителя? Во-вторых, в любой момент с ним можно прервать трудовые отношения, объяснив пациенту-жалобщику — такой доктор у нас больше не работает. А бюджетники, пребывая на голодном пайке, рады любой возможности пополнить семейную казну. И если потом придется долечивать или спасать в своем малобюджетном отделении пациента из дорогой клиники, врач поворчит, но не более.

Новость о том, что городская прокуратура начала проверку частных клиник, разлетелась по столице мгновенно. Да, собственно, никто из этого секрета и не делал. К участию в проверке правоохранительные органы привлекли в первую очередь специалистов Главного управления здравоохранения Киевской горгосадминистрации (КГГА) и санэпидслужбы. Поначалу все были «за» — давно, мол, пора навести порядок. Но потом все смогли убедиться, как четко срабатывает принцип корпоративности. Одним словом, проверять было непросто по многим причинам: здравоохранение — сфера особая, здесь и врачебная тайна, и врачебная этика, и честь белого халата. Жаль только, что эту честь защищали словами, а не делами: в каждой из проверяемых частных клиник были обнаружены серьезные нарушения.

«В последнее время в прокуратуру поступало много заявлений от киевлян по поводу низкого качества медицинских услуг, — комментирует результаты проверки начальник отдела защиты имущественных прав и свобод граждан прокуратуры города Киева Вячеслав МАРМЫШ. — Согласно закону прокурор имеет право определять самые наболевшие проблемы в вопросах состояния законности. Мы посчитали, что это именно та проблема, на которую необходимо обратить внимание. В Киеве более 500 субъектов хозяйствования, занимающихся медицинской практикой. Для проверки мы определили 20. Принято считать, что многие проблемы в государственных медицинских учреждениях связаны с недофинансированием. Частные клиники в этом плане находятся в более выгодном положении, поэтому было важно определить, в какой степени негосударственный (частный) сектор отвечает современным требованиям, и почему пациенты имеют так много претензий.

— Какого профиля клиники попали в поле зрения прокуратуры?

— Разного профиля. Согласно лицензиям — это хирургия, гинекология, кардиология, терапия, диагностика и другие. Для проведения проверки задействовали не только специалистов Главного управления здравоохранения (ГУЗ) и санэпидслужбы (СЭС), но и Управления по защите прав потребителей.

— Почему только потребителей? У нас ведь есть общественные организации, которые защищают права и безопасность пациентов. Вы их приглашали?

— Мы пытались задействовать общественные организации, давали объявления в эфире ТРК «Киев», чтобы откликнулись те, кто имеет претензии к качеству медицинского обслуживания. Но, к сожалению, информация от общественных организаций так и не поступила, видимо, права пациентов их интересуют не в первую очередь. Или они не хотят портить отношения с клиниками. Зато с нами активно сотрудничали специалисты Управления по защите прав потребителей и Госинспекции по лекарственным препаратам.

— Как отнеслись в Главном управлении здравоохранения КГГА, когда вы им сообщили о предстоящей проверке, — идею поддержали или пытались притормозить?

— Изначально поддержали обеими руками — и ГУЗ, и СЭС.

— Изначально? А когда были выявлены нарушения, за которые отвечают должностные лица этих служб, настроение, конечно, изменилось.

— Среди основных нарушений — предоставление услуг, которые не были предусмотрены лицензией. Кроме того — отсутствие квалифицированных врачей по тем специальностям, которые были заявлены в лицензии. Кстати, во многих случаях были нарушения квалификационных и образовательных требований к персоналу, то есть на врачебных должностях работают специалисты без высшего образования. Также выявлены случаи отсутствия в клиниках материально-технической базы, необходимой для предоставления качественной медицинской помощи.

— Трудно даже представить, что в столице умудряются лечить пациентов в клиниках стоматологии, хирургии или офтальмологии, не имея соответствующего оборудования!

— Были также выявлены случаи применения лекарственных средств с просроченным сроком годности, в некоторых клиниках не было надлежащих условий для хранения медикаментов. О каком качестве медицинских услуг можно говорить в подобных случаях?!

— Как правило, частные клиники — сияющий кафель, уютные палаты. Или встречаются и приспособленные помещения, к которым имеет претензии СЭС?

— Во время проверки претензии СЭС были к каждой клинике. Хочу подчеркнуть, что основанием для выдачи лицензий служат справка из ГУЗ и акт СЭС. Вот и получается: если управление здравоохранения выдало справки, имеется все необходимое, в том числе и оборудование, для приема и лечения пациентов, то Минздрав, доверяя этому документу, без выезда на место и без проверки выдает лицензию. Министерство доверяет управлению здравоохранения. Но ведь те, кто готовит справки, должны знать, под чем подписываются! После проверки появились комментарии чиновников ГУЗ в средствах массовой информации, что половину приватных медучреждений нужно закрыть. Извините — а кто им документы выдавал? Уголовные дела мы возбудили именно по факту должностного подлога. Медучреждения частные, но государство должно регулировать эти вопросы. Если это частный сектор и люди платят за услуги деньги, и немалые, то и обслуживание должно быть соответствующим. А когда в клиниках вместо квалифицированных врачей работают медсестры или в лучшем случае те, кто только вчера получил диплом и не имеет ни опыта, ни достаточного уровня знаний?..

— Медики жалуются, что частную клинику или кабинет очень сложно открыть — для этого, кроме денег и времени, требуется еще и определенное везение, а лучше всего — хорошие связи.

— Вообще-то интересно проанализировать, как в столице выдаются лицензии. Например, в центре города есть помещение, которое позволяет оказывать только косметологические и парикмахерские услуги — по метражу там ничего больше не разместишь, я не говорю о других критериях, а в лицензии значится — дерматовенерология, терапия, кардиология, акушерство и гинекология, да еще и ультразвуковая диагностика. Интересно, где и как это все собирались оборудовать, да еще и людей лечить?!

— Еще интереснее — кем и как выдавались необходимые справки. Кстати, кто этим больше грешил — старая команда мэрии или нынешняя?

— Подобные факты имели место и при старой власти, и при новой. Мы подготовили отчет и документы реагирования в порядке, установленном законом. В результате проверок органами прокуратуры было возбуждено четыре уголовных дела, опротестовано три решения Министерства здравоохранения о предоставлении лицензий. Также, согласно предписанию, решается вопрос об аннулировании лицензий еще трех субъектов хозяйственной деятельности, к административной и дисциплинарной ответственности привлечено более 20 человек и внесено представление в адрес Министерства здравоохранения. На первый протест из МЗ уже поступил ответ — нарушения подтвердились. Как нам сообщили, на следующем заседании лицензионной комиссии будет рассматриваться вопрос об аннулировании лицензии.

Руководители частных клиник даже и не пытались оправдываться, некоторые просто разводили руками — у нас, мол, нет помещений, но мы и не знали, что есть такие требования относительно наличия необходимого медоборудования, материально-технического и санитарного состояния помещений. В этом случае гораздо важнее услышать ответы от контролирующих органов — ГУЗ и СЭС. Если бы перед тем, как подписывать справки, специалисты дейсвительно выезжали на места и лично все проверяли — площади, оборудование, дипломы, а не записывали с чужих слов, все было бы иначе. А так в каждой из проверенных клиник выявлены нарушения».

Когда начиналась эра частных мед­учреждений, пожалуй, не было такого врача или медсестры, которые бы не мечтали там работать. Да и сегодня частные клиники привлекают прежде всего высокими заработками — доктор может рассчитывать на пять тысяч гривен, средний медперсонал получает вдвое меньше, но все равно намного больше, чем в бюджетной больнице. Однако и условия труда кардинально различаются. В государственной больнице есть кому следить за режимом труда и оплаты, а в частной? Это именно тот случай, когда хозяин — барин! Специалисты, занимающиеся профессиональными заболеваниями, отмечают, что в частных клиниках гораздо выше уровень «выгорания» персонала, намного сложнее отношения в коллективе, а отсюда — депрессии, стрессы. Как результат — медицинские ошибки. В бюджетной больнице вынуждены следить за созданием нормальных условий труда, обязаны выплачивать отпускные и надбавки за стаж и вредность работы, оплачивать больничные листы. В конце концов, уволить сотрудника только потому, что он почему-то не нравится начальнику, весьма сложно — тут вам и КЗоТ, и профком, и профильная ассоциация. В частной клинике вопрос увольнения — вообще не вопрос. Хотя во многих случаях, сотрудник и сам бы ушел — было бы куда: смена той же медсестры длится 12 часов, это потогонная система труда. Но зачастую им даже не предоставляют комнату, где можно переодеться или перекусить. Да и как выкроить те же десять квадратных метров для комнаты медперсонала, если в клинике всего 300 кв. метров, а в лицензии 54 вида услуг?! Стоит ли удивляться, что медсестра не с первого разу попадает в вену или забывает поставить капельницу?

Больше всего жалоб от среднего медперсонала, который трудится в процедурных, бальнеологических, физиотерапевтических и массажных кабинетах — мало того, что там условия работы нелегкие и даже вредные, так еще и количество пациентов неограниченное. Специалисты утверждают, что руководство частных клиник не принимает в расчет ни правила трудового распорядка, утвержденные для медучреждений, ни функциональные обязанности персонала. Что поделаешь, для хозяев клиник здравоохранение — это, во-первых, бизнес. И во-вторых тоже. Поэтому даже консилиум собрать — проблема, ведь за консультацию светилам — а их нужно пригласить не менее трех — нужно платить! А если они увидят несостоятельность лечащего врача? Тоже придется платить.

В июне медицинские университеты выпустили новую партию специалистов — вручение дипломов по телевизору видела вся страна. Запомнилась выпускница, которая счастливо улыбаясь в камеру, хвалилась тем, что у нее уже есть небольшая клиника. Она там успешно работает (без диплома, разумеется) и на правах хозяйки приглашает своих однокурсников на работу.

Боюсь, что розовые очки, через которые долго смотрели на частные клиники, пора снимать. И не только пациентам, но и тем, кто выдает лицензии. Огромное количество частных клиник и кабинетов в столице не переросло в качество, и даже конкуренция не сыграла свою роль. Понимаю, что многие обидятся на такие слова. И не согласятся с выводами прокуратуры. И будут доказывать, что у нас есть клиники не хуже — а порой и лучше! — европейских. Охотно верю. Но не могу понять, почему власть предержащие поправляют свое здоровье не в Киеве, а в клиниках Германии, Испании и т. д.?

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №43-44, 16 ноября-22 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно