ДОЧКИ-МАТЕРИ БЕЗ ИГРЫ

26 ноября, 1999, 00:00 Распечатать

О том, что мама ее не родила, Оля узнала самым банальным образом - от приятельниц во дворе, чутко уловивших пересуды взрослых...

О том, что мама ее не родила, Оля узнала самым банальным образом - от приятельниц во дворе, чутко уловивших пересуды взрослых. Но мир не перевернулся, в их отношениях не убавилось любви и теплоты. Просто Валентине пришлось подыскать нужные слова для откровенного разговора с дочерью: если вместе хорошо и надежно, разве имеет значение, как именно это случилось? А вот о том, как это далось, она не расскажет ни Оле, ни кому-либо другому.

«Боюсь только

детских болезней»

Тамара (назовем так сорокапятилетнюю женщину, поскольку в материале на подобную тему не может быть настоящих имен) мечтает о хорошенькой девочке четырех-пяти лет, но самое главное - здоровенькой. Девочек много, как и мальчиков, вот только здоровых среди них единицы, ведь сиротство - это не только печальные одинокие глаза, но еще и букет недугов. Их Тамара откровенно страшится не столько по малодушию, сколько потому, что из-за больничных легко потерять работу - и на что тогда жить? А жить вдвоем?

Мысль о том, что у ребенка может обнаружиться патология, что придется делать операцию, просто наводит ужас. На «черный день» запасов нет и нет знакомых, к которым можно было бы смело обратиться за финансовой поддержкой. Поэтому Тамара придирчиво пересматривает предложенные анкеты, фотографии, медлит с выбором…

И она такая не одна. Деньги, как бы жалко они ни выглядели по сравнению с душевными порывами, вовсе не последний вопрос для тех, для кого дочки-матери не игра. По словам сотрудников Центра по усыновлению при Министерстве образования Украины, их основные визитеры - это семьи вовсе не высокого, а среднего достатка (в украинском понимании, очень далеком от цивилизованного отношения к насущным человеческим потребностям). Таким очень не помешала бы твердая материальная помощь, как это заведено во многих странах, включая с недавнего времени и Белоруссию. Немало семей честно хотят, но просто не могут взять ребенка, поскольку и себя-то еле-еле кормят.

- Но все наши попытки поднять этот вопрос на высоком уровне, - признается директор центра Тамара Кунько, - финансисты жестко осаждали: «Денег нет!».

А ведь странно: сироты в детских домах содержатся отнюдь не бесплатно. Однако получается, что тратить бюджетные средства на их содержание рационально, а помочь усыновителям хотя бы ста гривнями - нет. Тем более, что это втрое, если не вчетверо меньшая сумма. Нелогичная получается экономия - в пользу одиночества.

Тайна, которой нет

Наталья и Александр были шокированы, когда узнали, что не смогут взять ребенка прямо из детского дома. А ведь Наташа уже придумала, как сымитировать беременность, даже намекнула близким, что в семье возможно пополнение. Теперь попробуй исхитриться, пытаясь выдать за новорожденного двухмесячного бутуза из Дома малютки. Объяснение, дескать, такая норма заложена в интересах биологической матери (авось одумается и вернется за малышом, что на практике случается крайне редко), не порадовало. А предложенный выход - взять над «отказничками» двухмесячную опеку, чтобы потом оформить усыновление, решал проблему только частично. Больничный лист для мамы-опекунши не предусмотрен, поэтому Наташе придется уйти в отпуск за свой счет.

- Знаешь, - предложил, поразмыслив, Саша, - если все это так сложно, может, сразу возьмем годовалого мальчишку? Кого и чего в конце концов боимся?..

В странах, живущих материально, а посему и морально свободнее, давно перестали бояться. Больше того, из усыновления намеренно не хотят делать секрета, во-первых, потому, что ребенок должен знать правду и учиться принимать ее, во-вторых… Считается, что избавить человека от сиротской доли так прекрасно и благородно, что даже непорядочно скрывать такой поступок. Ведь другие, может случится, последуют примеру.

- Мы с Алексеем верующие, - рассказала тридцатипятилетняя Нина. - Живем не бедно, может и смогли бы собрать денег на искусственное оплодотворение. Но муж решил: если Бог не дал нам своего ребенка, значит, он хочет, чтобы мы взяли сироту. Так у нас появилась Танечка, а потом и Саша, ведь я еще перед свадьбой пообещала воспитать двоих. Мы ни от кого ничего не скрывали.

Только еще не все научились так рассуждать. Узнав, что закрепленную в законе тайну сохранить не удается, многие уходят подумать… И больше не возвращаются.

Иностранцам бюрократия…

нравится

И все-таки за три года существования центра при Министерстве образования тысячи обделенных родительской любовью детей вновь обрели семьи. Горько только, что около четырнадцати тысяч анкет находится сегодня в банке данных. Море сиротства пополняется ручейками бед быстрее, чем вычерпывается добротой. Дети растут, и чем старше становятся, тем меньше остается у них шансов на удачу. У больных всего одна надежда - на иностранцев. Тема эта навязла в зубах, но все же остается актуальной.

Прежде чем говорить о «разбазаривании генофонда», неплохо бы посмотреть фотографии, хранящиеся в архиве центра. Такого количества сияющих счастьем взрослых и детских лиц, наверное, нигде больше нет. А ведь большинство из этих розовощеких красивых мальчишек и девчонок разного возраста уезжали от нас калеками.

Ирландцы Майкл и Никола Гриффин, с которыми удалось побеседовать в день посещения центра, тоже знают, что их мальчик будет серьезно болен, но вовсе этим не печалятся.

- У нас отличная медицина, а Никола, когда станет мамой, уже не будет работать, за что в первые месяцы получит хорошую денежную компенсацию, - рассказал Майкл. - О тайне усыновления не может быть и речи, зачем она нужна? В городке под Дублином, где мы живем, уже есть семьи с украинскими детьми, поэтому нашего мальчика, а мы видим его четырехлетним, все с нетерпением ждут. Даже нашли учителя украинского языка для будущего сына.

А еще Майкл с Николой рассказали очень интересную деталь: прежде чем получить разрешение на усыновление ребенка из любой страны (не важно какой, потому что в Ирландии просто нет сирот), их семью полгода проверяла специальная комиссия - по три часа еженедельно. Очень гордые тем, что сдали «экзамен» на «отлично», супруги еще потому выбрали Украину, что здешний подход к усыновлению, бюрократическая процедура, очень их устраивает. Все сложно - значит, серьезно и без никаких посреднических фирм.

...Тогда как наши граждане, имеющие национальный приоритет, зачастую обижаются, что нужно заполнять анкеты, собирать медицинские справки, переживать противный одноразовый визит комиссии…

Нельзя брать

ребенка авансом

Мы другие не только потому, что бедные. Мы просто другие. И склонны видеть в приемном (да и своем тоже) ребенке не столько его устроенное будущее, сколько залог своих удобств - забаву в молодости, надежду в старости, ласкающую душу благодарность за купленную игрушку, добрые слова, поцелуи в лобик. И если радостей в жизни действительно немного, такое душевное потребительство не зазорно. Однако прислушаемся к словам психолога центра Ирины Мещанчук:

- Если речь идет о том, брать или не брать ребенка из детского дома, изначально необходимо осознать, что нельзя совершать благородный поступок ради самого поступка или в качестве аванса. Необходимо менять мировоззрение и помнить о том, что вы делаете это не для себя, не ради одобрения родных и друзей, а ради самого ребенка. Усыновление очень глубокая тема, где нет готовых рецептов и уж тем более гарантий. Поэтому решение нужно принимать не только сердцем, но еще и умом. У большинства из тех, кто приходит к нам на прием, доминирует страх. Боятся детских болезней, капризов, плохой наследственности, а больше всего - возможных притязаний биологической матери. Все изначально хотят взять мальчика или девочку из хорошей семьи, где папа и мама погибли бы в катастрофе, а других родственников нет. А таких «удобных» сирот нет. Есть сложные сироты, и это необходимо принять. Тем более, что когда от ребенка отказывается мать, у которой, согласно медицинской карточке, двадцать первая беременность и шестнадцатые роды, то глупо страшиться, что она будет его искать. Это в ней не заложено природой.

И еще всем, кто стоит на пороге решения, я советую поговорить с психологом, педагогом, педиатром, любым, кто поможет определиться, ребенка какого возраста вам под силу воспитать. Большинство, даже люди преклонного возраста, хотят малышей. Но это же не только славный лепет, нежные ручки и ножки, но еще и пеленки, бессонные ночи, болезни. В ребенке же постарше придется уважать характер. К чему вы более готовы? Ответить на вопрос придется честно - от этого зависит, будете ли вы играть в дочки-матери или жить…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №27, 14 июля-20 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно