ВЫРВАННЫЕ ГОДЫ-2

16 мая, 2003, 00:00 Распечатать Выпуск №18, 16 мая-23 мая

Мартовский «круглый стол» по проблемам малого предпринимательства и социального страхования, организованный комитетом ВР по промышленной политике, выдался таким, что не единожды хотелось встать и уйти...

Мартовский «круглый стол» по проблемам малого предпринимательства и социального страхования, организованный комитетом ВР по промышленной политике, выдался таким, что не единожды хотелось встать и уйти. Хотелось бежать от этого бесплодного занятия — обсуждения проблем пенсионного обеспечения работающих по упрощенным налоговым системам. Перспектив, по большому счету, раз, два и обчелся. Или мизерные социальные пенсии потом, или уплата пенсионных отчислений «по-взрослому», наравне со всеми — но сейчас. Что выбираем? По идее, надо было бы выбрать… ну, как минимум, диалог. Но вот уже которая двухчасовая «заседаловка» по своей продуктивности напомнила общение глухого и слепого.

Записные киевские ораторы твердят о злых силах, которые покушаются на столь замечательное изобретение человечества, как единый налог. Твердят, что государство стремится переложить все тяготы наполнения социальных фондов на плечи малого и среднего бизнеса — того самого, что создавался не благодаря, а вопреки, не взяв ни копейки из государственной казны. За что же теперь рыночным торговцам кормить бабушек и дедушек? (Хотя среди этих бабушек-дедушек и их родные папы и мамы, все как один, получающие пенсии, и c чьих же доходов содержать их теперь, лишь бы только облегчить социальный «крест» наших замечательных, угнетаемых, пашущих с утра до ночи единоналожников…)

Но эмоционально труднее всего выслушивать предпринимателей с мест. Когда вместо конструктива — чуть ли не базарный крик, а в ответ на аргументы представителя Пенсионного фонда — угрозы. Дескать, вот рассердимся, вот выведем людей под Верховную Раду — и «крышка» вашему пенсионному законодательству, намечающему равные условия уплаты пенсионного сбора для всех.

То, что угрозы эти далеко не шутейные, в апреле попытались продемонстрировать предприниматели Одессы, выйдя на митинг и соорудив трехстраничное воззвание к центральным властям с призывом защитить единый налог от посягательств, а его плательщиков — от перехода на уплату 32% от дохода в Пенсионный фонд. Можно было бы, конечно, и не придавать значения данному документу, если бы не смысловая, мягко говоря, передержка: 32% от дохода никто никого платить не заставлял. И заставить не сможет: ну хотя бы десяток экономистов, разрабатывающих нормативную базу, способны отличить доход от заработной платы...

Зачем запускаются такие «неточности», понятно — чтобы поддерживать необходимый накал возмущения масс. Ну ладно, допустим, массы уже возмущены. И не важно кем — то ли правительством и лично Януковичем, то ли Пенсионным фондом, то ли подорожанием морковки на рынке. Вопрос, однако же, остается: как разрешить противоречия между социальной защитой и защитой предпринимателя?

Создание в конце 90-х упрощенных схем налогообложения было, с одной стороны, вынужденным, а с другой — временным шагом. Да, бурно развившийся малый бизнес надо было вводить хотя бы в какие-то регуляторные, в том числе и налоговые рамки, однако при этом подразумевалось, что после кардинальной перекройки налоговых законов и в первую очередь — после принятия нового, о налогообложении доходов физических лиц, упрощенные схемы налогообложения потихоньку отомрут, и в обществе воцарятся мир и благодать. Отношение к единому налогу, как и ко всему временному, было соответствующим — ну зачем заниматься утрясанием различных деталей, если года через два-три-четыре (на большее тогда никто и не замахивался) все сойдет на нет?

В частности, никто не подумал отрегулировать пенсионную составляющую. Для Пенсионного фонда «отщипнули» кусок «упрощенческих» платежей — и успокоились. Как нам представляется с высоты 2003-го, в этом был главный просчет тогдашних министра труда и социальной политики Ивана Саханя, председателя Пенсионного фонда Бориса Зайчука и председателя Госкомпредпринимательства Александры Кужель. Двое из троих уже не занимают своих должностей. Успели смениться также три правительства, в 2002-м в Верховную Раду пришел новый депутатский призыв…

А упрощенные схемы взяли и выжили! В апреле парламентарии рассматривали вопрос о продлении срока действия фиксированного сельскохозяйственного налога до 2009-го. В мае его поставят на голосование. При наличии в ВР мощнейшего предпринимательского лобби единый налог тоже вряд ли проживет меньше. По крайней мере, зампредседателя Госпредпринимательства на парламентских слушаниях 14 мая говорил о 2010 годе. Но чем дальше, тем призрачнее надежды, что удастся договориться о цивилизованном пенсионном обеспечении предпринимателей. Это ведь Ксении Ляпиной, известному в стране идеологу малого предпринимательства, удобно считать, что «острая проблема (с пенсионным обеспечением. — Н.Я.) возникнет лет через 10—15. Возможно, к тому времени малое предпринимательство станет на ноги». И тогда, продолжим мысль, можно будет что-то сделать в плане упорядочения отчислений в Пенсионный фонд.

Вынуждена огорчить: проблема уже есть, и из месяца в месяц она увеличивается. Сегодня ее цена — уже более двух миллиардов гривен. Именно такая сумма поступила в Пенсионный фонд от субъектов малого бизнеса, находящихся на едином налоге, начиная с 1999-го, когда в Украине начала создаваться система персонифицированного учета плательщиков пенсионных взносов. Деньги в ПФ дошли, они, как и положено, успешно потрачены на выплаты пенсий нынешним пенсионерам. Но на персональные счета доброго миллиона единоналожников, которые произвели платежи, так и не зачислены. По причинам юридической, в основном, казуистики, а также полнейшего законодательного вакуума (наш пламенный привет Верховной Раде прошлого, да уже и нынешнего созыва!).

Возможно, повод для скандала возникнет уже в августе-сентябре — если в обществе наконец вдумаются в то, что происходит. Как пояснял автору этих строк Анатолий Бониславский, заместитель председателя Пенсионного фонда Украины, именно к концу лета органы ПФ планируют впервые разослать 10 млн. человек (пока только части тех лиц, которые осуществляют страховые пенсионные платежи) письма о состоянии их персональных счетов. Так вот, у обычного работника — за которого работодатель платит положенные 32% от фонда оплаты труда и еще 2—5% с его заработка — за каждый месяц прошлого года (а еще и позапрошлого, и поза-позапрошлого) — будут значиться: а) сумма заработной платы и б) сумма уплаченного страхового взноса в Пенсионный фонд. А также то, что «накапало» в ПФ за год в целом. А в справке единоналожника будут пустые графы — ни месячного заработка, ни, что самое печальное, суммы отчислений.

А ведь платили — вот что обидно! 42% от сумм единого налога шли в Пенсионный фонд, пусть и опосредованно, через Госказначейство. Да, очень часто, особенно в малых городах и поселках, эти суммы были меньше минимально положенного пенсионного платежа. Хотя в том же Киеве ежемесячный пенсионный взнос предпринимателя (42% от ставки единого налога в 200 грн.) был даже побольше, чем с минимальной зарплаты за 2002 год, да и за первое полугодие 2003-го (32% от 165 грн. или, с 1 января, — 185 грн.). По какому такому праву его не учитывали? И почему, если уж очень хочется за что-то побороться, различные ассоциации и объединения малого и среднего бизнеса не добиваются от правительства персонификации задним числом этого предпринимательского вклада в ПФ?

От всего грустного, связанного с будущей пенсией, ассоциации и их лидеры предпочитают открещиваться. Дескать, все как один умрем на рабочем месте — то ли за базарным прилавком, то ли в торговом павильоне. Понимание, почему так важно персонифицировать уплаченные пенсионные деньги, не потерять накопленные пенсионные права, у людей отсутствует напрочь. Впрочем, с ним как-то не сложилось и у многих должностных лиц, не занимающихся пенсионной проблематикой вплотную.

Объяснений тому несколько. Во-первых, современная пенсионная реформа — это крутой замес социалки, экономики и финансов, и последних, кажется, намного больше. Не случайно проект нового пенсионного закона сложен настолько, что без определенной подготовки его не «разгрызешь». Во-вторых, все данные об индивидуальных счетах плательщиков пенсионных взносов строго конфиденциальны, и что на этих счетах делается, тайна за семью печатями для 99,999% населения Украины. К примеру, при подготовке данной статьи автору наконец посчастливилось получить распечатки данных со своего счета, но даже данных своей ближайшей подруги увидеть не удалось. Потому как не положено.

В-третьих и главных, подобный зажим информации явно на руку самому ПФ, давно приватизировавшему тему персонификации и развивающему ее по собственному усмотрению, вне общественного, да и, будем откровенны, государственного контроля. Функции информационная и административная, не в пример, скажем Хорватии, где персонификацией ведает отдельная от тамошнего аналога ПФ организация REGOS, у нас не разделены. И это вряд ли случайно: ну зачем, в самом деле, Пенсионному фонду Украины пресловутая диверсификация, если в своей вотчине сам себе пан-хозяин?

Увы, чем меньше прозрачности и контроля, тем больше ошибок, в том числе и с политическими последствиями. Навряд ли премьер Анатолий Кинах, подписывая постановление правительства от 16 ноября 2001 года за № 1498, до конца понимал, о чем, собственно, речь. Вот и подмахнул в принципе правильный документ, в соответствии с которым все данные для начислении пенсий за период с 1 июля 2000 года берутся из системы персонифицированного учета плательщиков.

На самом деле документ самый что ни на есть дискриминационный в отношении двух-трех миллионов человек, ибо в реальной нашей «персонификации» не значатся суммы, реально поступившие в ПФ от тех же едино- и фиксированноналожников. Уже сейчас, в соответствии с действующим законодательством, люди хоть и не теряют трудового стажа для назначения пенсии, но взять для ее исчисления заработок, начиная с 1 июля 2000 года, не могут — потому что в персонифицированной системе этот заработок не значится вовсе. Не могут даже опереться на сумму уплаченных пенсионных взносов — потому что напрямую в ПФ не платили.

А когда будет введен новый закон (ну произойдет же это когда-нибудь!) плюс персонифицированных данных наберется лет за 20—30, то при назначении пенсий в Украине будут учитывать лишь те периоды, за которые уплачены страховые взносы из суммы, не меньшей минимальной заработной платы по стране. Вот тогда-то и окажется, что нули в графе «взнос» за период с 1 июля 2000-го по как минимум 1 мая 2003-го почти для трех миллионов работников — все равно, что вырванные из страхового стажа годы. Если…

Если наши уважаемые власти — и исполнительная, и законодательная — не очнутся от летаргического сна. И вместо постоянных заклинаний о пользе пенсионной реформы не начнут наводить порядок с самого малого и необходимого — персонифицированного учета.

Уж так, казалось бы, на пальцах, все было расписано в статье «Вырванные годы» («ЗН» от 29 марта с.г.), но в большинстве властных кабинетов нас, похоже, так и не поняли. Единственным дошедшим до редакции отзвуком публикации было недовольство Пенсионного фонда. Там автору дали понять, что с его выводами не согласны. Да, проблема упрощенцев существует. Но все по закону. И поскольку в ПФ не обладают правом законодательной инициативы, ничего в связи с неучтенными в персонифицированном учете суммами в ближайшее время делаться не будет. А что же профильное министерство, Кабинет министров? Они того же мнения? Тишина…

Что ж, попробуем еще раз выстроить нашу цепь предложений. Буквально по пунктам.

Первое. Поскольку, как мы уже выяснили, персонифицированный учет своей роли применительно к единоналожникам и прочим упрощенцам не выполняет (они платят — ПФ не фиксирует), изменения требуется внести в постановление правительства от 14 ноября 2001 года. И проследить, чтобы дата «1 июля 2000 года», как точка отсчета обязательного применения данных персонифицированного учета при начислении пенсий, не попала в новый пенсионный закон. Будет реальный, полноценный учет взносов — тогда пожалуйста. А пока его как минимум для трех миллионов наших сограждан нет…

Кстати, а почему нет? Если очень захочется, то можно поискать и наказать виновных за некомплексное решение вопроса и «дырявую» персонификацию, в будущем чреватую серьезными моральными и финансовыми издержками для многих украинцев.

Второе. Надо найти способ каким-то образом зачесть на персональные счета суммы взносов, сделанных предпринимателями и другими упрощенцами в Пенсионный фонд, начиная с 2000 года. А по Киеву и отдельным регионам — даже раньше, с 1999-го.

Любопытно, что если единый налог платится за одного человека (в том смысле, что предприниматель не имеет наемных работников), то вопрос легко решаем в пределах одной ветви власти — исполнительной! Информация в налоговой хранится долго, значит, достаточно правительственного постановления и некоторой настойчивости на уровне премьера — вице-премьера, чтобы данные ГНАУ о плательщиках единого налога (а значит, и реально уплаченных ими 42% в ПФ) были пофамильно разнесены Пенсионным фондом по его «бухгалтерии».

О том, что подобное технологически возможно, «Зеркалу недели» подтвердила замгоссекретаря Минтруда Елена Горячая. Правда, в Пенсионном фонде от подобной «неправильной», с их точки зрения, работы не в восторге и пытаются выдвигать все новые контраргументы. Например, а насколько точны данные налоговой, чтобы Пенсионный фонд мог на них опираться? А действительно ли эти деньги — транзитом через Госказначейство — поступили в ПФ? Что ж, если подобные мысли и впрямь циркулируют, то не подумать ли в нашем Отечестве о том, чтобы вовсе отказаться от Пенсионного фонда как сборщика пенсионных взносов и не возложить эту функцию на налоговиков? Заодно, глядишь, и админиздержки сократятся, и учет упростится…

Несколько сложней решать вопросы с персонификацией сумм, полученных от предпринимателя, имеющего наемных работников, или от плательщика фиксированного сельхозналога, у которого трудятся, к примеру, 100 человек. Но задача, на наш взгляд, должна быть поставлена достаточно жестко: каждая гривня, дошедшая вплоть до сегодняшнего дня в Пенсионный фонд от упрощенным схем, должна быть однозначно персонифицирована.

Людям необходимо восстановить их неучтенные пенсионные права. В преддверии масштабной пенсионной реформы — это задача уже не столько социальная, сколько политическая, поскольку речь идет о доверии к государству и профессиональной честности его служащих. Если чиновники высокого ранга позволяют себе «не замечать» миллионы чужих гривен и заматерели настолько, что живые люди для них — всего лишь слепок с формы отчетности INDANI, то как можно доверять таким кадрам внедрение в стране какой-то накопительной пенсионной системы, гарантирующей сохранность многомиллиардных (в долларах) пенсионных активов на 30 и более лет?

Третье. Надо определиться, что же делать дальше. Абсолютно очевидно, что, как бы кому ни хотелось, а уничтожить на корню упрощенные схемы налогообложения не удастся. Значит, надо безотлагательно решать, как вмонтировать их в пенсионное законодательство. Подготовленный ко второму чтению законопроект об общеобязательном государственном пенсионном страховании очень жесток, если не сказать жесток: все платят по общим правилам. Не хотелось бы накаркать, но именно эта особенность может стоить будущей пенсионной реформе жизни.

Конечно, с точки зрения всеобщей справедливости, да и, в конце концов, упрощения пенсионного администрирования, единый налог вкупе с фиксированным следовало бы умертвить. Но тогда — давайте уж будем последовательными! — в стране требуется навести порядок со всяческими пенсионными льготами (в плане их обнуления), досрочным выходом на пенсию десятков категорий работников и заодно, по опыту той же Хорватии, ввести потолок пенсий, выплачиваемых из солидарной системы, при котором максимальная «привилегированная» пенсия всего вдвое больше максимальной «обычной», и т.д. То, что подобное в Украине нереально ни теоретически, ни практически, в доказательствах, кажется, не нуждается. Так много ли логики в негибкой позиции социальщиков по отношению к упрощенным схемам налогообложения?

Кстати, в проголосованном в первом чтении пенсионном законопроекте содержался достаточно мягкий вариант. Да, вводится понятие минимального страхового взноса. Но если по какой-то причине (в том числе и единый налог) человек некоторое время платил в Пенсионный фонд меньше 32% от минимальной по стране зарплаты, то позже, скажем, накануне выхода на пенсию, его работодатель (или родственники) могут внести в ПФ некоторую сумму, чтобы «докупить» пенсионный стаж. Теперь этого положения в документе нет. Возможно, это и справедливо. Но вот жизнеспособно ли — пока вопрос.

Четвертое. Если допустить очень вероятное — что единый налог и пенсионная реформа будут шагать по Украине параллельно, то надо вносить ясность в очень многие детали. Возьмем простейший пример: даже фраза «уплата взноса на общих основаниях» порождает массу спекуляций. Как уже упоминалось, одесские предприниматели истолковали ее как уплату 32% от дохода. Ну а от чего, собственно, еще, коль предприниматель — на то и предприниматель, что не зарплату получает, а доход? Между тем в Пенсионном фонде утверждают, что если бы предприниматель-одиночка платил 32% от минимальной зарплаты по стране, то коллизия была бы в общем и целом исчерпана.

За упомянутым мартовским «круглым столом» в качестве предложения рассматривался и еще один вариант: увеличить ставку фиксированного налога — на 60—70% — с соответствующим перераспределением процента, который после расщепления направляется в Пенсионный фонд. Таким образом выплата предпринимателя в ПФ сравняется хотя бы с минимально необходимой. Но вместе с тем высказывалось опасение, что если с подачи законодателя минимальная зарплата будет расти сегодняшними темпами, то даже при достаточно больших отчислениях «на пенсию» наши мелкие бизнесмены так и не сумеют накопить нужный пенсионный стаж.

Как видим, проблемы пенсионного страхования тесно связаны не только с вопросами налогообложения, но и с политикой в области заработной платы — если таковая в нашей стране, конечно, существует. Клубок внутренних противоречий затягивается все туже...

Пока обе стороны — предприниматели и пенсионщики — рассчитывают на победу. Но каждый на свою. К сожалению, нет понимания, что победа может быть только общей и только на основе компромисса. Что пролоббированное сегодня невзвешенное решение — в ту или иную пользу — на практике может устроить вырванные годы всей стране. А не одному отдельно взятому торговцу или даже всем предпринимателям славного города Одессы.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №47, 8 декабря-14 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно