НЕОСОЗНАННАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ

5 мая, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №18, 5 мая-12 мая

С праздником, коллеги! Воистину: День советской печати, отмечавшийся «всем прогрессивным человечеством» 5 мая — это наш праздник...

С праздником, коллеги! Воистину: День советской печати, отмечавшийся «всем прогрессивным человечеством» 5 мая — это наш праздник. Ибо, кажется, никогда еще пресса в независимой Украине не была так похожа на прессу советскую. Что есть сегодня свобода слова в нашей стране? Попыткой ответа на этот вопрос можно считать мини-социологическое исследование, проведенное «Зеркалом недели». Участниками нашего опроса стали почти полсотни представителей масс-медиа, по праву относящихся к журналистской элите страны — Таисия Бахарева (газета «Факты»), Инна Безгинская (агентство «Интерфакс-Украина»), Анна Безлюдная (телеканал «Интер»), Мыкола Вересень (телекомпания «1+1»), Наталья Влащенко (газета «Сегодня»), Ольга Герасимьюк (телекомпания «1+1»), Евгений Глибовицкий (телекомпания «1+1»), Георгий Гонгадзе (независимый журналист), Екатерина Горчинская (еженедельник «Kyiv Post»), Дмитрий Джангиров (газета «Вечерние Вести»), Ольга Дмитричева (еженедельник «Итоги»), Людмила Добровольская (телекомпания «1+1»), Валерий Зайцев (независимый журналист), Лариса Ившина (газета «День»), Микола Канишевский (ТИА «Вікна»), Владимир Кацман («Столичные новости»), Борис Клименко (агентство ЭФЭ), Николай Княжицкий (независимый журналист), Михаил Коломиец (агентство «Українські новини»), Наталья Кондратюк (киевское бюро ОРТ), Татьяна Коробова (газета «Грани»), Александр Кривенко (журнал «ПіК»), Виктория Кулакова (ТИА «Вікна»), Наталья Лигачева (газета «День»), Юлия Литвиненко (НТКУ), Лаврентий Малазония (независимый телепродюсер), Юлия Мостовая (еженедельник «Зеркало недели»), Владимир Мостовой (еженедельник «Зеркало недели»), Алексей Мустафин (телеканал «Интер»), Сергей Набока (ТРК «Эра»), Ирина Погорелова («Политические хроники»), Дмитро Понамарчук (пресс- секретарь НРУ), Виталий Портников (радио «Свобода»), Александра Примаченко (еженедельник «Зеркало недели»), Алена Притула (агентство «Интерфакс-Украина»), Сергей Рахманин (еженедельник «Зеркало недели»), Владимир Скачко (независимый журналист), Виктор Слезко (агентство «Версии»), Олег Смаль (независимый художник), Егор Соболев (агентство «Українські новини»), Марина Сорока (телеканал «Интер»), Игорь Сторожук (НТКУ), Олесь Терещенко (телекомпания «1+1»), Александр Ткаченко («Новый канал»), Ростислав Хотин (радио Би-би-си), Александр Юрчук (еженедельник «Итоги»), Евгений Якунов (газета «Киевские ведомости»), Наталья Яценко (еженедельник «Зеркало недели»).

Полученные нами результаты нельзя назвать рецептом лечения. Точнее было считать это попыткой поставить диагноз. Пока с уверенностью можно сказать только одно: пациент скорее жив, чем мертв. Основанием для подобного утверждения может служить хотя бы такой факт: лишь 19% опрошенных нами журналистов считают свободу слова и свободу выбора зависимости категориями, между которыми можно поставить знак равенства. 81% не считает эти понятия тождественными.

В ПЛЕНУ РЕАЛИЙ

Приведенная ниже таблица весьма наглядно демонстрирует оценку журналистами факторов, влияющих на свободу слова в Украине. Прежде всего бросается в глаза тот факт, что отсутствие экономических условий для самоокупаемости (а значит независимости средств массовой информации), не стали основной причиной проблем, с которыми приходится сталкиваться нам и нашим коллегам. Если бы в Украине работало производство и люди в достаточном количестве могли приобретать производимую продукцию, то рынок рекламы составлял бы не чуть больше 50 млн., а например, миллиард, как в Польше. И тогда телевидение получило бы шанс стать более независимым. Если бы экономика была на уровне и люди получали бы иные зарплаты, что давало бы им возможность выписывать не одну газету на лестничную клетку, а по несколько газет в каждую квартиру, как это было всего десять лет назад.

>

Но по всей видимости украинские журналисты считают решение экономических проблем перспективой не самого близкого будущего, а вот с давлением издателей, им приходится сталкиваться каждый день. Издатели, как правило, представлены крупными отечественными бизнесменами. Согласно опросу более 92% согласны с тем, что украинские бизнесмены, способные содержать СМИ, зависимы от власти. И это серьезно влияет на ограничение свободы слова в Украине. Как правило крупные бизнесмены и олигархи содержат СМИ не для получения прибыли (что крайне маловероятно в наших условиях), а для поддержания хороших отношений с теми политиками и чиновниками, от благосклонности которых зависит успешность основного бизнеса отечественных капиталистов.

Украинские законы несовершенны. Налоговое бремя неподъемно, делать серьезный бизнес в Украине, не нарушая законы невозможно. Но к обнаружению проблем с законом, можно подойти избирательно. И не один украинский бизнесмен не позволит своему телеканалу или печатному изданию критиковать тех, кто может обратить внимание соответствующих органов на нарушения. Круг замкнулся.

В этом кругу достаточно легко можно найти объяснение и 83%, которые получил пункт «Болезненное отношение к критике со стороны главы государства». Ведь только Президенту в нашей стране позволено советовать депутатам сделать операцию по пересадке костного мозга для того, чтобы поумнеть(!), только он может объявлять членов каневской четверки «не мужиками», только ему позволено рекомендовать депутатам пойти полечиться на инсулиновый завод и только ему подвластно пообещать на всю страну сделать обрезание руководству таможни. А в остальном Леонид Данилович выступает за аргументированную и политкорректную критику...

Впрочем, объективное освещение происходящего в стране, да и критика, какой бы она ни была, не нужны не то, что власти, а и самому народу. 46% опрошенных согласились с тем, что в Украине отсутствует социальный заказ на объективную информацию и анализ происходящего. 35% с этим не согласны. По всей видимости, для 35% единственная демонстрация за девять лет в защиту свободы слова — это свидетельство решимости граждан Украины защищать свое право – знать.

По нашему мнению, отсутствие как социального заказа на объективное освещение событий, происходящих в политической и экономической жизни Украины, так и отсутствие социальной активности, опущенного ниже всяких пределов «электората», свидетельствуют о том, что большинство населения страны стремится не жить, а выживать.

Устали бороться и многие из нас. Смирились. И в прямом смысле — все понимают, а сказать не могут. Мы не хотим себе в этом признаваться и это очевидно: только 6% опрошенных считают, что отсутствие у подавляющего большинства журналистов потребности объективно освещать события, максимально сильно влияет на ограничение свободы слова. 29% считают, что этот фактор имеет сильное влияние, тогда как 40% убеждены в том, что это не так или не совсем так. Ведь для того, чтобы объективно освещать происходящее, нужно не только желание, но и возможности. Но тогда непонятно, почему в катастрофически неравных долях журналистское братство делится на тех, кто эти возможности ищет и находит и на тех, кто этим не занимается?

Впрочем, журналисты не одиноки в своем смирении. Отсутствие центристской оппозиции свидетельствует об усталости и политического металла. В недавно созданном парламентском большинстве на самом деле редкие люди разделяют идеи, объединяющие 260 депутатов, но вслух об этом заявляют единицы. И если многие журналисты боятся потерять работу, то многие депутаты и политики боятся потерять бизнес, что по большому счету – одно и то же. И в результате несвободным журналистам — несвободные политики в кулуарах шепотом рассказывают о подоплеке многих решений, законов, заявлений и указов. Политические кулуары — гробница правды. Может быть, когда- то ее кто-то откроет. Обрадуются ли потомки, обнаружив эти сокровища?.. А пока тем журналистам, которые все еще имеют возможность публично самовыражаться, не у кого взять даже комментарии о глубинных причинах того или иного факта в общественно-политической жизни страны. Крайне левые — пожалуйста, была бы трибуна! Крайне правые — пожалуйста! А вот компетентные...

Вот в эти условия и приходят работать со студенческой скамьи молодые журналисты. И где гарантия, что они не решат, что так и надо, что по другому не бывает? И разве они поверят тем, кто видел другие глаза, кто работал по другим правилам и в другой, свободной стране в начале 90-х? Насколько их, изуродованное реальностью, представление о свободе слова будет влиять на ее ограничение? И что означает в нашей стране быть профессиональным журналистом: объективность, самоцензура, киллерство?

ТОЛЬКО НЕ НАДО НА НАС ДАВИТЬ! МЫ КАК-НИБУДЬ САМИ…

Весьма любопытно выглядит «рейтинг-лист» форм давления, с которым доводится сталкиваться опрошенным представителям отечественных масс-медиа. На верхушке списка — самоцензура. 36% респондентов заявили, что именно этот объективный фактор чаще всего давит на них в ходе подготовки газетных публикаций, телевизионных сюжетов и радиорепортажей. На первый взгляд, столь хорошо развитое чувство «производственного мазохизма» должно вызывать удивление. Но не стоит торопиться с оценками. Участники нашего мини-опроса в подавляющем большинстве — элита отечественной журналистики. Как правило, это люди довольно долго работающие в масс-медиа, хорошо знающие правила игры, неплохо осведомленные о царящих на Олимпе нравах и прекрасно представляющие последствия неосторожно сказанного слова.

То, что опрошенные журналисты сравнительно нечасто ощущают давление со стороны власти (27% — цифра не в полной мере характеризующая отношения «небожителей» и «четвертой власти») имеет свое объяснение. Битые (иногда не только в переносном значении этого слова) представители прессы вынуждены постоянно ломать голову над тем, как выполнить двуединую задачу — сделать максимально объективный журналистский материал и при этом свести к минимуму риск конфликта с влиятельными лицами и могущественными структурами. Желание вывести из-под вполне возможного удара не только себя, но и свое издание (телекомпанию, радиоканал), свои источники информации, своих коллег и партнеров, а часто и родных с близкими привело к тому, что цербер внутри нас превратился в настоящего монстра. Этот вид цензуры куда более жесток в сравнении с давлением со стороны издателя или учредителя (10%) и уж тем более в сравнении с «опекой» главного редактора либо главного продюсера (всего 6%). А если вспомнить о том, что достаточно большое количество опрошенных «ЗН» являются в своих средствах массовой информации разного рода начальниками, а иногда и совладельцами, то «самоцензурная планка» уже не будет казаться такой высокой. Самоцензура — рефлекс приобретенный. И причина его появления — систематическое давление власти на СМИ. Так что реально коэффициент «прессинга» власть имущих выражается не 27%, а 63% (27% + 36%).

Удивительное совпадение — в конце апреля Центр социальных и маркетинговых исследований совместно с Программой правовой защиты и образования СМИ опросили около трехсот главных редакторов, представляющих все регионы Украины. 63% (!) респондентов указали, что предпочитают не публиковать информацию о так называемых «конфликтах» — от греха и от суда подальше. Согласно материалам данного исследования (по сообщению агентства ДИНАУ) среди наиболее нежелательных для придания огласке тем — политические события, случаи коррупции и факты из частной жизни должностных лиц. Как свидетельствует опрос, в 55% случаев как раз должностные лица выступают в качестве истцов к отечественным изданиям. Комментарии делайте сами.

Объяснимо и то, что относительно большое число опрошенных нами (21%) заявило, что не сталкиваются ни с каким видом давления. И дело не только в том, что некоторые из них сами себе начальники — как известно: чем выше сидишь, тем сильнее дует. Скорее причина в другом: участники исследования, проведенного «ЗН», в массе своей — люди, сумевшие отвоевать не только у руководства, но и у власти «пару соток» журналистской независимости. За что, собственно, многие из них и попали в «список «Зеркала».

Не менее поучительны результаты другого мини-исследования. Многие из участников «тестирования» признавались, что ответ на вопрос «Какие субъективные факторы мешают отечественным журналистам объективно освещать происходящее?» оказался для них неожиданно сложным испытанием. 77% респондентов считают, что серьезной помехой журналистской объективности является страх потерять работу. Интересно, что столько же опрошенных убеждено, что столь же серьезный барьер на пути к объективности —меркантильные соображения. Эти цифры достаточно точно отражают истинное положение вещей в нашей прессе — нищей и развращенной одновременно. Но первенствует в этом опросе иной фактор — 83% его участников уверены, что главный враг объективности — неинформированность. От себя добавим, что слабая осведомленность о том, что в действительности происходит в стране (ставшая в последние годы настоящей болезнью наших масс-медиа) не столько беда самих журналистов, сколько вина власти, превратившей информацию из товара в неприкосновенный запас. В обществе, потребляющем эрзац-новости как минимум пару последних лет, налицо симптомы дезинформационного отравления…

71% опрошенных считают, что причина появления не слишком добросовестных (не всегда честных, не вполне глубоких, не совсем точных etc) cтатей, сюжетов и сообщений — в журналистском малодушии. 60% полагают, что отечественные труженики пера и микрофона еще не до конца освоили принципы подготовки объективного газетного (теле-, радио-) материала, принятые в настоящем гражданском обществе. Все объяснимо: гражданское общество мы только начали строить, многому предстоит учиться. В том числе и учиться бороться с малодушием. Хотя если бы нас душили чуток поменьше, может быть, построение гражданского общества и не превратилось бы в долгострой… Что нам еще мешает быть объективными? 48% назвали лень, 44% — отсутствие честолюбия. Как говорится, есть над чем работать…

СОСКРЕБИТЕ МЕНЯ СО СТЕНЫ, Я ЕГО ЕЩЕ РАЗ УДАРЮ

Что в жизни может выглядеть страшнее изуродованных моральных ценностей и принципов? К сожалению, нелицеприятную картину подобных извращений в нашей стране можно наблюдать во многих сферах. Но сегодня мы говорим о свободе слова и не можем не констатировать, что во многих случаях поддержка того или иного политика средствами массовой информации у нас осуществляется с тем же фанатизмом, что и выражение оппозиционности тому или иному лидеру. Недоумение, а в некоторых случаях и брезгливость у многих вызывало то подобострастие, с которым очень многие СМИ и политики в последнюю предреферендную неделю агитировали народонаселение за правильный выбор 16 апреля. Но точно такие же чувства у людей мало-мальски знакомых с принципами свободы слова, политкорректности и объективности, вызывают выступления оппозиционных СМИ и оппозиционных политиков, которые сводятся к одному: «Дождь идет, и Кучма за это ответит».

Разница между этими двумя крайностями лишь в одном: агитационному натиску государства, использующего в том числе и частные средства массовой информации, противостоять могут лишь ископаемые, чудом уцелевшие правозащитники и западные институции. Эффект такого отпора как правило минимален. Оппозиции же противостоит вся государственная машина, на стороне которой и социальная пассивность народонаселения. Но Бог с ними, с оппозиционными крайностями, в конце концов радикальные настроения получают широкую поддержку лишь во время революционных ситуаций, а к ним мы не готовы, более того, кажется, уже все с этим обстоятельством смирились.

Вместе с тем не только журналистика является субъективной, в силу того, что события описывают люди, а не автоматы. Субъективными являются оценки любого из действий, предпринимаемых властями. И отразить весь спектр существующих мнений по поводу конкретного события в политической жизни страны — святой долг журналиста. Это и есть на самом деле принцип подготовки материала, принятый в цивилизованном мире.

У большинства украинских журналистов отсутствует возможность ознакомить читателей с различными мнениями экспертов по конкретному поводу. Например, зрители и читатели некоторых телеканалов и газет никогда не смогут узнать из уст Александра Мороза и Сергея Головатого о предложенном ими альтернативном проекте внесения изменений в Конституцию на основании решений референдума; не смогут они узнать и о том, что же в свое оправдание говорит банк «Славянский»; они никогда не узнают о других почти что равных ЕЭСУ, депутатах-должниках бюджета; никто им не ответит на вопрос: почему же все-таки не увидел свет подготовленный указ о назначении Валерия Пустовойтенко главой НАК «Нефтегаз Украины»; они никогда не узнают, что думают об указе Президента, касающемся Интернета, ведущие провайдеры страны... Эти и множество других информационных черных дыр не заполняются в нашей стране не только потому, что большинство СМИ имеет перечень своих табуированных тем и персон, но еще и потому, что есть темы и неприкосновенные лица.

В опросе, проведенном «Зеркалом недели», мы предложили ответить нашим коллегам на вопрос: «Объективное освещение чьей деятельности или критика в чей адрес может повлечь за собой самые жесткие ответные меры в отношении журналиста, издания или учредителя СМИ». Из 14 объектов, представляющих все ветви власти и крупнейшие политико- экономические группы, мы попросили выбрать три. И получили следующие результаты, представленные на диаграмме.

Безусловно, каждый из журналистов, отвечая на этот вопрос, исходил из собственного опыта столкновений и набитых шишек. По правде говоря, достаточно прогнозируемым было вхождение в тройку Президента страны и представителей верхушки объединенных социал-демократов. С Юрием Федоровичем Кравченко — история отдельная. При составлении опроса «ЗН» отвело ему отдельную графу исключительно исходя из осведомленности о причинах прекращения выхода еженедельника «Итоги». Результат же опроса показал, что об этих причинах осведомлены не только журналисты «ЗН».

Руководству налоговой службы и налоговой полиции не нужно расстраиваться. Их непризовое четвертое место объясняется только тем, что далеко не все из опрошенных в своих изданиях имеют право финансовой подписи. Но даже несмотря на это, 33% засвидетельствовали свое почтение безграничным возможностям этой организации.

Примечательно, что Александра Волкова, строем водившего половину парламента из ВР в Украинский дом и обратно, журналисты опасаются меньше, чем бизнесмены и политики.

Всего 21% опрошенных повесили бы на администрацию Президента табличку: «Не влезай — убьет!». Это — достаточно высокий показатель демократичности нынешнего руководства администрации. Хотя прошло еще слишком мало времени для того, чтобы журналисты смогли научиться читать действия Владимира Литвина. Ровно столько же — 21% — получили и местные органы власти, однако, не можем не сознаться в том, что этот показатель нельзя считать объективным, поскольку опрашивались журналисты центральных изданий. Можно смело предположить, что если бы подобный опрос был проведен на местах, то губернаторы победили бы Президента.

Лишь на 2% силовые органы в рейтинге наведения ужасов на средства массовой информации опередили органы прокуратуры. Как прокомментировал один из отвечающих: «У СБУ руки длиннее». Хотя от себя можем заметить, что Александр Кузьмук гораздо болезненнее реагирует на критику, нежели Леонид Деркач. Леонид Васильевич к замечаниям прессы относится спокойно. Конечно, иногда звонит учредителям и отменяет некоторые программы на телевидении. Но это так — мелочи, а если что-то упредить не удается, то это компенсируется усилиями почти личной масс-медиа-империи.

По всей видимости, некоторым журналистам приходилось сталкиваться с мстительностью Верховной Рады. Однако их число оказалось почти минимальным — 4%. До недавних пор этот достаточно безобидный и бесправный орган законодательной власти вряд ли представлял опасность для душ, мятущихся в поисках правды. Органы судебной власти почти замыкают перечень объектов, опасных для критики. В данном случае, по всей видимости, речь идет об осторожности в высказываниях в адрес судебной власти лишь в определенные периоды — периоды ведения судебных разбирательств между СМИ и истцами разного рода. В то же время нельзя не отметить, что многие суды превратились в инструмент для сведения счетов со средствами массовой информации. Впрочем, будем объективными: «ЗН» приходилось сталкиваться как с субъективностью некоторых крымских судов, так и с профессионализмом и порядочностью киевских судей.

Несмотря на ряд процессов против СМИ, которые ведут правые и левые, опрошенные посчитали их достаточно безобидными. А может, демократичными и терпимыми? И наконец, весьма любопытным оказался «0», образовавшийся напротив премьер-министра Украины. По всей видимости, миролюбие Виктора Ющенко можно объяснить не только его пацифистским характером, но и тем, что для ряда журналистов критика премьера — это лишь выполнение задания руководства, дело которого — позаботиться о прикрытии.

Что же касается ответной реакции героев журналистских материалов, то она, по мнению 17% журналистов, выражается в законных действиях, а вот 83% считают, что реакция носит характер «иных действий», что тоже весьма красноречиво свидетельствует о неравных силах власти и средств массовой информации. Многие журналисты на полях анкеты дописывали: «Прикрываясь законными методами, счеты сводятся незаконно» или «Проверки налоговой и прокуратуры — законные методы, но кто руководит их активностью и количеством?»

Итак, самые агрессивные объекты нападения установлены. Их список можно заносить в учебник для студентов журфака, поскольку в течение пятилетки они вряд ли изменятся. С другой стороны — возможно, полученные знания заставят действующих профессионалов лучше подбирать аргументы, четче формулировать мысли, поскольку только в этом случае можно будет рассчитывать на выживание, ведь есть же в Украине законы, обеспечивающие защиту журналиста, издания и свободы слова!?

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно