Поддержать
Январь традиционно порождает целую волну прогнозов. Впадет ли экономика США в рецессию? Начнет ли фондовый рынок стремительно падать? 2026 год несет больше, чем обычно, настоящей неопределенности.
Но один вопрос, скорее всего, будет решен в этом году — судьба Украины. И в зависимости от развития событий, последствия будут не постепенными, а действительно масштабными для международной системы.
Ситуация остается сложной. С начала своего второго срока администрация президента США Дональда Трампа придерживается простой, хотя и беспринципной стратегии: давить на Украину, чтобы она пошла на уступки; подать эти уступки как "реализм", необходимый для мира; а затем предложить их президенту России Владимиру Путину в надежде, что он примет соглашение, отмечает Фарид Закария, колумнист в The Washington Post, специализирующийся на международных отношениях.
Но когда ему подарили встречу на высшем уровне с президентом Дональдом Трампом на Аляске, которая обещала значительные уступки и оставляла Украину в стороне, Путин потребовал больше — больше территории, чем он уже захватил в своей агрессивной войне. Как сказал Уинстон Черчилль о другом агрессоре, "аппетит может возрасти во время еды".
На тот момент у Трампа были варианты. Он мог бы перейти к давлению на Россию. Вместо этого администрация усиливала давление на Украину, удерживая оружие и разведданные, замедляя поставки и постоянно оставляя страну в неопределенности относительно поддержки со стороны США. Иногда кажется, что администрация Трампа хочет, чтобы Украина проиграла, чтобы можно было покончить с этой сложной войной.
В конце декабря президент Украины Владимир Зеленский заявил, что США предлагают 15-летние гарантии безопасности в рамках мирного плана. Он надеялся на что-то гораздо более долгий срок — до 50 лет — чтобы сдержать Россию.
"Хотя 15 лет могут казаться существенной гарантией в информационном документе, на самом деле это опасно близко к тому, чтобы быть почти ничем", — считает Закария.
Гарантия с ограниченным сроком сама по себе подчеркивает дату своего окончания. Она посылает Москве сигнал: "Ждите, восстанавливайте свои силы и возвращайтесь, когда срок истечет". В то же время она показывает каждому инвестору, страховой компании и руководству компаний в мире, что долгосрочные проекты в Украине — это ставка против календаря.
Кто будет финансировать электростанцию, железнодорожный коридор, фабрику полупроводников или даже постепенное восстановление национальной экономики, если безопасность страны станет неопределенной после определенной даты?
Вот почему серьезные мирные соглашения строятся на прочной архитектуре, а не на временных обещаниях. Существует глубокая разница между перемирием и мирным соглашением. Перемирие — это пауза в боевых действиях; оно может быть необходимым, даже спасительным, но по своей сути является временным.
Мирное соглашение — это новый порядок, основанный на надежном сдерживании, политической поддержке и механизме, уменьшающем мотивацию и возможности для возобновления войны.
Администрация Трампа может справедливо утверждать, что она помогла добиться перемирия на Ближнем Востоке, однако она не смогла превратить это начальное прекращение насилия в длительное урегулирование с политическими условиями, подлежащими выполнению, и надежными гарантиями.
Израиль все еще контролирует более 50 процентов территории Газы, ХАМАС все еще находится у власти, а насилие остается распространенным явлением. Это не критика дипломатии, а напоминание о ее ограничениях. Перемирие можно достичь путем истощения, но мир требует организации.
"Война в Украине является испытанием, поскольку это не просто пограничный конфликт. Это референдум о том, вернулись ли завоевания — открыто, без оправданий — в геополитику 21 века", — добавляет колумнист.
Если России будет разрешено захватить территорию силой, а затем, после достаточного разрушения, утвердить этот захват с помощью давления Запада на жертву, Украину, этот урок будет иметь эхо далеко за пределами Европы.
Его услышат в каждой столице, живущей в тени более сильного соседа, — и особенно в Азии, где все большее преимущество приобретает Китай. Международный порядок, основанный на правилах, не будет отменен речью. Он будет подорван прецедентом.
А если, наоборот, в 2026 году Украина выйдет из конфликта с соглашением, которое действительно защищает ее — таким, что не провоцирует повторного нападения и обеспечивает долгосрочную безопасность, достаточную для восстановления и инвестиций — тогда Запад продемонстрирует, что сдерживание еще возможно, что союзы все еще имеют значение, и государства-аутсайдеры не могут просто пережить внимание демократий.
"Украина станет главной темой 2026 года. Она покажет, сможет ли Запад, который в течение 80 лет поддерживал международную стабильность, выстоять в более жестоком веке, или мы наблюдаем распад исторической системы в реальном времени. Трагично то, что выбор стоит не между миром и войной, а между миром, который предотвращает следующую войну, и миром, который её лишь откладывает", — подытожил Закария.
Напомним, в очередном ежегодном опросе End of Year Survey (EoY) говорится, что в украинском обществе растут надежды на мир в мире. Отмечается, что в целом сценарии относительно мира в мире разбились примерно поровну: одна треть украинцев считает, что год будет мирным, вторая — что таким же, третья — что более неспокойным.
Следить в Телеграмме
Войти с помощью Facebook
Войти с помощью Twitter
Войти с помощью Google