Поддержать
Панику, царящую в российских милитарных чатах уже почти неделю после отключения системы спутниковой связи Starlink, сложно передать словами. Казалось, использование ВС РФ американского Starlink изначально было шатким и недальновидным решением, ведь эта технология спутниковой связи принадлежит стране НАТО. Однако вспомним контекст: Илон Маск, который хвалит Путина и заявляет о необходимости передачи Крыма России во избежание ядерной войны, постоянная критика Украины, особенно обострившаяся летом-осенью 2024 года... Имели ли русские основания считать Маска «своим слоном»? Однозначно имели.
Однако вопрос здравого смысла и личных связей, к счастью, победил. Стоит констатировать, что отключение Starlink для россиян стало реальным именно благодаря крепким личным контактам Михаила Федорова со SpaceX и настройке многоуровневого взаимодействия с американской стороной.
Вместе с тем, нужно понимать, что использование врагом американской системы связи уже несколько лет оставалось в тени и не получало должного внимания. Хотя бы для того, чтобы быть ограниченным или заблокированным со стороны Украины и партнеров. Поэтому враг и чувствовал себя вполне спокойно, планируя и реализуя целые боевые операции, управление которыми осуществлялось с помощью Starlink.
При этом использование такой связи россияне пытались не акцентировать. Очевидно, руководствуясь нехитрой тактикой «тише едешь — дальше будешь». Если в сети и появлялись фотографии российских терминалов Starlink, то лишь фрагментарно и в профильных пабликах. Об этом редко писали открыто. Стоит отметить, что и со стороны Украины отсутствовала информационная кампания для освещения этой проблемы и сдвига ее с мертвой точки.
Впрочем, это в значительной степени изменилось после разработки российского дрона БМ-35 — фронт-страйк БПЛА с терминалом Starlink, по факту копировавшего украинский FP-2 по концепту и задумке. Сразу после разработки враг начал многократно масштабировать производство и применять БПЛА в атаках на украинские аэродромы, системы ПВО, радары и другую технику. И, конечно же, сразу освещать свои успехи.
Кое-где видео ударов появлялись за считанные часы после совершения атаки, а успехи раздувались до невероятных масштабов, хотя кадры далеко не всегда подтверждали успех: часты были промахи или попадания в защитные сооружения.
Контраргумент звучит так: Украина имела возможность сразу изъять и изучить обломки БПЛА, исследовав наличие там терминала Starlink, при чем же здесь публикация российских видео? Однако вопрос риторический: была бы реакция столь быстрой, если бы не огласка со стороны гражданского общества, волонтеров и профильных военных?
Можем констатировать, что блокирование Starlink со стороны SpaceX могло бы произойти намного позже, если бы россияне не так подробно кичились своими «достижениями» и результат, по этой причине ставший реальным.
Пытаясь постичь масштаб использования россиянами Starlink, констатируем, что интеграция его в дроны — это лишь верхушка огромного айсберга. По словам опрошенных ZN.UA источников в Генеральном штабе ВСУ, до 80% всей связи тактического уровня враг возлагал именно на Starlink.
Этим можно объяснить значительное замедление наступательных действий россиян на Купянском, Константиновском и частично Лиманском направлениях. Об этом обозревателя ZN.UA проинформировали командиры подразделений, находящихся на указанных участках фронта.
«Мы видим, что россияне существенно утратили возможности наступать прямо сейчас. И нам нужно было использовать это, а не просто наблюдать. У них полный обвал связи, у нас есть перехваты, которые показывают, что они действительно парализованы. Это окно возможностей для наших сил, мы должны использовать это», — говорит Крейг, командир роты одной из бригад, находящихся сейчас на Купянском направлении.
Впрочем, далеко не все оценки со стороны военных столь же оптимистичны в отношении «окна возможностей» для украинских наступательных действий. Другие опрошенные ZN.UA источники в боевых бригадах и Генеральном штабе ВСУ имеют сдержанный оптимизм, чередующийся с пессимизмом по адаптации врага к отсутствию Starlink.
«Современный подход российской стороны к ведению боевых действий держится на связи как на нервной системе. Starlink используют для ведения разведки из БПЛА, ударов дронов-камикадзе, корректировки артиллерии, тактических чатов командиров и координации штурмовых групп. Это не о комфорте, а о способе объединения разрозненных элементов в единую действенную систему. Его исчезновение означает не локальные перебои, а паралич горизонтальных связей», — рассказал командир одного из подразделений Штурмовых войск в звании майора. Он добавляет, что первыми последствия отключения Starlink почувствуют беспилотные подразделения врага. Без стабильного спутникового канала резко упадет возможность передачи видео в реальном времени, вырастут задержки, сломается система непрерывного наблюдения. «Артиллерия тоже потеряет темп. Цикл «обнаружение—решение—выстрел», снова станет медленным и рваным. Уменьшится количество точных ударов, вырастет стрельба по площадям, увеличится расход боеприпасов при меньшем результате», — говорит майор.
Почему же Starlink стал столь критичным для россиян на тактическом уровне и как они могли это допустить? С таким вопросом мы обратились к представителю Генерального штаба ВСУ — специалисту в сфере связи и управления войсками. И получили ответ: у оккупантов просто нет альтернативы. Ведь все российские аналоги спутниковой связи с достаточной пропускной способностью для передачи видео существуют только на бумаге.
«Представим, что они координируют работу штурмовой группы в 3–5 человек по радиостанции. При этом видят онлайн свое продвижение и могут руководить: направо, налево, описывать объекты, давать целеуказания, поддерживать штурмовую группу средствами ФПО, направлять артиллерию. Именно это давал Starlink. Если это все отнять, то они будут возвращены в режим словесного координирования. Ведь пилот (оператор) будет словами говорить, что делать, а всем придется визуализировать картинку в голове.
Самое важное, что нужно понимать — это все видео им давал именно Starlink, ведь российские штатные системы имеют пропускную способность 10 кбит/с, то есть передают только голос и текст, но никак не видео», — говорит он.
Специалист добавляет, что Starlink решал сразу несколько важных задач для врага:
- объединял все системы в единую сеть;
- поддерживал стабильную IP-связь;
- обеспечивал достаточную пропускную способность для видео и низкую задержку;
- способствовал быстрому развертыванию в поле;
- давал возможность онлайн-управления штурмовыми действиями в сочетании с БПЛА (разведка и поражение), артиллерией, введением резервов, логистикой.
На вопрос о перспективах для Сил обороны Украины военные высказываются по-разному, но в большинстве осторожно. Несмотря на призывы штурмовать, идти вперед и восстанавливать контроль над утраченными землями, в последние дни раздающиеся из социальных сетей, только один из опрошенных командиров ZN.UA поддерживает такую идею. При этом другие источники указывают на потенциальный успех СОУ в других аспектах.
По их мнению, существенных возможностей и накопленных сил для проведения даже тактических наступательных действий у Украины сейчас нет. Хотя бы потому, что для формирования наступательного кулака нужно кратное преимущество в технике и личном составе на конкретном участке фронта, что сейчас реализовать практически невозможно, а в столь короткий срок — совсем нереально. Поэтому в первую очередь нужно сконцентрироваться на воплощении долгосрочных перспектив.
«Для сил обороны Украины это создает долговременное окно возможностей. Обвал Starlink у противника означает асимметрию: лучшее применение процесса ISTAR (система разведки, наблюдения, целеуказания и рекогносцировки, обеспечивающая сбор, анализ и быструю передачу данных в реальном времени для принятия решений. — В.К.), более быстрый kill chain (цепь поражения цели от обнаружения до непосредственного уничтожения. — В.К.), более эффективную интеграцию дронов и огня. Но это преимущество не работает автоматически. Оно нуждается в активных действиях, давлении и использовании момента, а не ожидания, что противник сам посыпется», — говорит командир штурмового подразделения ШВ ВСУ.
В то же время представитель Генерального штаба ВСУ считает, что в первую очередь полученное преимущество нужно использовать для укрепления линии фронта, достройки необходимых фортификаций и четкой организации обороны на направлениях вероятного прорыва врага.
Как же враг сможет приспособиться к этому вызову и организовывать связь дальше? По мнению опрошенных ZN.UA специалистов, вероятных путей здесь всего несколько: наращивание и активное использование LTE сети, что довольно сложно реализовать в условиях гибкой линии фронта, или форсированное развитие собственных спутниковых сетей, о которых уже упоминалось выше.
Нужно быть убежденным оптимистом, чтобы верить, что врагу не удастся закрыть этот пробел в долгосрочной перспективе. Но ключевой вопрос: какие силы и ресурсы России придется вложить в ранее существовавшую по умолчанию систему благодаря Starlink?
Впрочем, есть еще несколько вопросов, гораздо более неприятных для нас. Первый звучит очень просто: а стоило ли объявлять широкой публике о достижении соглашения со SpaceX, давая россиянам фору и время для подготовки к возможному отключению? Достаточно ли времени при этом было уделено украинским пользователям терминалов Starlink, которые вынуждены были спешно регистрироваться в системе и ожидать попадания в «белый список», не имея связи во время боевой работы «на нуле»?
И наконец — самое масштабное: готова ли Украина к сценарию, при котором в очередном витке американских внутриполитических игр Илон Маск и SpaceX развернут свою лояльность к Украине на 180 градусов, как это уже имело место раньше?
Следить в Телеграмме
Войти с помощью Facebook
Войти с помощью Twitter
Войти с помощью Google