"Государство в смартфоне": хорошая, но далекая от реализации идея

27 сентября, 2019, 17:41 Распечатать Выпуск №36, 28 сентября-4 октября

Свести все общение гражданина с государственными органами к работе с программой на мобильном устройстве — конечно, задумка очень красивая.

© Pixabay

Но слишком трудно реализуемая. Даже если удастся преодолеть человеческий фактор, все равно окажется, что перестроить работу существующих госорганов не получится. "Электронное государство" нужно создавать с нуля.

2 сентября состоялось первое заседание нового Кабинета министров. По словам премьер-министра Алексея Гончарука, в течение следующих пяти лет экономика Украины должна вырасти на 40%. Эту цифру он называет не взятой с потолка, а обоснованной расчетами, приведенными в докладе, который представят Верховной Раде в конце сентября. Осуществить задуманное планируется путем привлечения инвестиций, либерализации экономики и снижения роли государства на рынке.

Тогда же на совместном совещании Кабмина и Верховной Рады Владимир Зеленский дал целый ряд поручений по законодательной деятельности. В сфере дерегуляции и цифровизации президент предписал правительству до 1 января 2020 г. перевести в электронную форму топ-30 крупнейших популярных сервисов для граждан и бизнеса. Кроме того, президент поставил задачу подготовить план по переводу разрешительных документов в электронную форму до конца года.

Такое поручение говорит только о том, что Владимир Зеленский, к сожалению, слабо понимает масштаб работ по "оцифровке" государственных функций. Но об этом ниже. Пока же выясняется, что и денег на цифровизацию госуслуг у Украины сейчас нет. 18 сентября оказалось, что в проекте государственного бюджета на 2020 г. на инициативу "Государство в смартфоне", которую активно лоббирует президент, заложено всего 80 млн грн.

Напомним, что в ходе предвыборной кампании Владимир Зеленский поручил свои социальные сети и онлайн-направление Михаилу Федорову. После удачно проведенной кампании тот стал министром по цифровизации, — это он теперь попытается вместить все государство в один смартфон. Из наработок и задумок уже есть проект The Vote — опросы граждан, в которых система идентификации реализована через Mobile ID, электронную подпись, Bank ID. Также планируется внедрить технологию Smart ID, позволяющую хранить электронную подпись прямо в смартфоне и постепенно переходить к цифровизации всего, включая процесс голосования на выборах центральной и местных властей.

Неоднозначный опыт

За последние пару десятков лет в мире сформировались четыре основные модели электронного правительства: континентально-европейская, англо-американская, азиатская и постсоветская.

Континентально-европейская модель подразумевает, что технологии прежде всего ориентированы на нужды граждан-пользователей. Для этой модели характерны надгосударственные институты, чьи рекомендации должны выполняться всеми странами Евросоюза; высокая степень интеграции (единая валюта, единое информационное пространство и т.д.); проработанное законодательство, регламентирующее информационные отношения в пространстве ЕС.

Англо-американская модель реализована в США, Канаде и Великобритании. Ее особенность — созданные информационные супермагистрали, обеспечивающие гражданам свободное получение информации о государственном управлении. Все госуслуги открыты и прозрачны. В программе Великобритании ("Электронные граждане, электронный бизнес, электронное правительство. Стратегическая концепция обслуживания общества в информационную эпоху") сделан акцент на максимально эффективном использовании социальной информации. Там главная цель e-Government — максимально освободить государственных служащих от выполнения рутинных работ.

Азиатская модель считается очень специфической. В ней акцент сделан на удовлетворении информационных потребностей населения и внедрении IT в систему культуры и образования. Но осуществляется это таким образом, что позиции государства только усиливаются, а вот принятие решений остается непрозрачным.

Постсоветская модель на первое место ставит информационное взаимодействие между разными органами власти и подчиненными им ведомствами. Основные декларируемые цели — повышение эффективности государственного и местного управления, свободный доступ к информации и госуслугам через специальный правительственный портал.

У всех этих моделей есть общие недостатки, причем они обычно проявляются на ранних этапах построения e-Government. Это, например, излишне механический перевод традиционных государственных и муниципальных услуг в электронный вид. Перевод в электронный вид госуслуг обычно не включает выявление неэффективных и устаревших нормативных документов, их отмену, коррекцию и разработку новых законов, приказов и положений.

Как ни странно, это вопрос в большей степени политический, ведь для решения проблемы требуется наладить сложный процесс координации экспертной работы и нормотворчества. А времени на эту работу обычно нет, — политики спешат выполнить обещания, данные избирателям. Соответственно, действуют по принципу "сначала запустим систему, потом уже уберем недостатки". Но в результате получается, что система есть, но на практике она почти не работает. Так во многом получилось, скажем, в России и Беларуси.

В июле этого года в Минске случился большой скандал. Уведомление о внесении в списки "тунеядцев" получила Алла Мельникова — девушка, которая еще в 1999 г. погибла в массовой давке на станции метро "Немига". Как оказалось, погибшая девушка числилась в базе "тунеядцев" с 2017-го. Ее матери пришлось несколько раз направлять письменное обращение министру труда и социальной защиты Беларуси, чтобы ее покойную дочь Аллу исключили из базы не занятых в экономике граждан. На это понадобился месяц.

Это результат неудачного построения в Беларуси "электронного государства". Три года назад наши соседи попытались объединить базы данных разных ведомств. Потратили миллионы долларов и человеко-часов. В итоге работа налоговых инспекций вообще остановилась, учащимся средних школ начали приходить требования заплатить алименты, живущим за границей гражданам — штрафы за переход улицы в неположенном месте в Минске, а уже умершим — требования заплатить в бюджет "налог на тунеядство" (случай с Аллой Мельниковой был не единственным).

Как оказалось, с начала 90-х разные государственные ведомства вели свои базы данных в разных компьютерных системах и разных форматах, структурируя их совершенно по-разному. И теперь свести их воедино с минимумом ошибок — задача практически неразрешимая.

В Украине масштабы и самой страны и чиновничьей безалаберности побольше. Можно представить, во что выльется здесь подобное объединение одних только баз данных. Способов решения проблемы не так много: или сводить данные воедино долго и кропотливо, по ходу все перепроверяя, или строить "электронное государство" с нуля, внося информацию уже в новую, объединенную, базу данных.

И первый, и второй варианты — очень долгие в реализации, они явно не позволят действующему президенту через год-два с торжествующим видом показать свой смартфон и сказать: "Как я и обещал, государство теперь здесь!".

Кроме того, из-за невозможности отменить традиционный бумажный документооборот происходит дублирование электронного и бумажного делопроизводства, что ведет к росту бюджетных затрат на поддержку обоих процессов и к усложнению взаимодействия граждан с системой. Лет семь назад мне самому довелось увидеть, как в польской муниципальной клинике в регистратуре дежурная сначала заносила информацию о больном в компьютер, а потом то же самое от руки вписывала в бумажную карточку больного.

Главная опасность

Это соблазн простых решений. Строить "страну в смартфоне" с нуля — дело долгое, дорогое и хлопотное. Зато достаточно легко и просто, используя современные компьютерные технологии, построить государство тотального контроля. Конечно, с самыми благими намерениями, например, с целью безопасности или тотального налогообложения. Технологии "больших данных" (big data) при доступе к большим массивам приватной информации о человеке позволяют творить чудеса, например, показывать как на ладони, что такой-то гражданин тратит больше денег, чем зарабатывает согласно своей декларации. А еще как-то слишком часто бывает в местах, где собираются "неблагонадежные личности". И вообще, подозрительный тип какой-то…

Не случайно, наверное, самый молодой вице-премьер в истории Украины — 28-летний Михаил Федоров, который в правительстве отвечает за цифровую трансформацию, — почему-то решил эту трансформацию начать с введения тотального государственного контроля за общением украинцев друг с другом. Речь идет о наделавшем много шума законопроекте №1083, внесенном "слугами народа" в ВР 3 сентября.

Его положения сильно напоминали российские и белорусские тоталитарные нормы и правила для телеком-отрасли. Первое: все, кто пользуется мобильной связью, должны зарегистрировать свои SIM-карты. И потом купить симку будет можно только по паспорту. Второе: операторы связи (сотовые компании и интернет-провайдеры) обязаны хранить информацию о том, какие услуги предоставили, пока не пройдет срок исковой давности (три года), а по требованию "компетентных органов" должны делиться с ними накопленной информацией или могут отключить абонента от связи.

Третье: VPN, Tor, анонимайзеры и другие средства обеспечения анонимности в Сети могут запретить, — закон создает законодательную базу для этого. Четвертое: должны быть созданы реестры провайдеров, каналов связи, мобильников, планшетов и вообще любых устройств, в которые вставляется SIM-карта.

И в Беларуси, и в России контроль, подобный предусмотренному законопроектом №1083, тоже вводился с самыми благородными намерениями — "противодействие терроризму", "борьба с киберпреступностью" и т.д. А теперь в этих странах сажают за личное мнение, опубликованное в Сети.

Разработчики законопроекта традиционно апеллировали к мировому опыту. Дескать, и во многих странах Европы, и в других странах мира SIM-карты продаются только с раскрытием личности абонента. Но на самом деле 80 стран мира — меньшинство — ограничивают покупку SIM-карт. Да, в Германии, Норвегии, Франции и многих странах Азии и Африки нужно авторизоваться, заключая договор на мобильную связь. Но в Эстонии, Польше, Чехии, США и многих других странах такого нет. И связь с безопасностью тут очень условная. В Ботсване и Венесуэле тоже SIM-карты по паспорту, и что, очень там безопасно?

В ряде стран (Канада, Великобритания, Чехия, Румыния, Новая Зеландия) возможность обязательной регистрации SIM-карт рассматривалась, но введена не была. Там эксперты пришли к выводу, что это не даст новых преимуществ, а лишь отобьет у пользователей желание регистрироваться самостоятельно.

Кроме того, в той же Европе деятельность правоохранителей и спецслужб находится под плотным контролем гражданского общества. А у нас с прозрачностью и подотчетностью силовых структур пока проблемы.

К тому же понятно: как только в стране появится привязка SIM-карты к паспорту, тут же сформируется криминальный рынок баз данных операторов связи, а также рынок "пробивов по симкам", "отслеживания абонентов" и всего прочего. Купить любую базу номеров с привязанной к ней информацией очень легко и в России, и в Беларуси, как бы ни лютовали там, соответственно, ФСБ и КГБ.

К счастью, возмущение общественности было таким, что законопроект №1083 тут же был отозван из ВР "на доработку". Но сама по себе попытка новой власти сразу взять всех граждан под электронный контроль очень настораживает.

Человеческий фактор

Великий Станислав Лем когда-то сказал: "Человеку не нужен космос. Человеку нужен другой человек". Сегодня эти слова обретают новый смысл: на фоне стремления свести взаимодействие с банками к мобильному банкингу, с друзьями и родственниками — к Skype и Telegram, с широким кругом людей — к ленте Facebook, живое общение становится все более значимым для человека.

В большинстве случаев, когда рядовой гражданин обращается к государству, ему нужно решить какую-то важную проблему. Но чисто психологически любой сложный вопрос человеку проще решать лицом к лицу, в процессе живого общения. А значит, по ходу внедрения "государства в смартфоне" очереди к немногочисленным остающимся чиновникам будут только расти.

Да, решить простой вопрос можно и через смартфон. Например, получить справку о прописке. Но зачем? Ведь если мы строим "электронное государство", то ведомство, которому может потребоваться такая справка, легко может запросить ее само — и через секунду получить. Гражданина-то зачем напрягать? А вот получить компенсацию за погибшего кормильца семьи, как вы думаете, через смартфон удастся?

Кроме того, далеко не всегда наши люди хотят формализовать отношения с государством. Сегодня это хорошо видно на примере перехода на безналичные расчеты, — он идет, мягко говоря, с трудом. На фоне политики НБУ по популяризации безналичных расчетов все больше представителей малого бизнеса отказываются от приема карточек или предлагают при оплате наличными скидку, которой для клиентов с картами нет. Малому бизнесу нужны наличные, так как он сильно завязан на "неформальные отношения". А у НБУ и фискалов противоположные цели. Отношения с государством пойдут по той же колее, вот увидите.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 1
  • Nika Silina Nika Silina 1 жовтня, 15:54 СОЗДАНИЕ Министерства цифровой трансформации УЖЕ ЗАРАННЕЕ ПРЕДПОЛАГАЛО СОЗДАНИЕ КРИПТОВАЛЮТЫ ДЛЯ СЕБЯ ЛЮБИМЫХ. САМО НАЗВАНИЕ " МИНИСТЕРСТВО ЦИФРОВЫХ ТРАНСФОРМАЦИЙ" вместо " МИНИСТЕРСТВА ЦИФРОВЫХ ТЕХНОЛОГИЙ" УЖЕ ПРЕДПОЛАГАЛО НЕ руководство и разработку информационных технологий Украины, а для народа простую вытяжку на смартфоны информации из уже созданных реестров и баз данных. А ДЛЯ СЕБЯ ЛЮБИМЫХ ДЕПУТАТОВ СОЗДАВАТЬ КРИПТОВАЛЮТУ НА МОЩНЫХ СЕРВЕРАХ, КОТОРЫЕ БУДУТ СТОИТЬ БЮДЖЕТУ СТРАНЫ СОТНИ МИЛЛИОНОВ ДОЛЛАРОВ И НИКАКИХ "стимулов для дополнительных поступлений в бюджет" НЕ БУДЕТ. ОДНИ УБЫТКИ. согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №1281, 8 февраля-14 февраля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно