Иван Блиндар: "Как найти путь к сердцу кастинг-директора? Я расскажу..."

12 апреля, 16:29 Распечатать Выпуск №14, 13 апреля-19 апреля

Молодой украинский актер Иван Блиндар рассказывает о премьерном фильме "Сквот 32" (в прокате с 11 апреля), страстях вокруг "Кровянки" и делится впечатлениями о сквоттерах, меняющих мир вокруг себя.

В ленте режиссера-дебютанта Саши Лидаговского "Сквот 32" задействовано немало молодежи — это и профессиональные актеры, и, так сказать, реальные люди, играющие самих себя. Один из ярких персонажей — Ром, роль которого исполняет ивано-франковский актер Иван Блиндар. В различных медийных рейтингах его уже называют среди новых секс-символов украинского кино, а в родном театре он перевоплощается в самые разные образы: Тиля Уленшпигеля, Котигорошко, Лаэрта, Мориса Утрилло. В "Сквоте 32" у Ивана было около 27 съемочных дней, а его герой в этой молодежной ленте — парень-райтер, то есть граффити-художник, расписывающий баллончиками стены. 

— У моего Рома не было семьи, он вырос в детском доме, — рассказывает актер. — А когда по сюжету он познакомился со сквоттерами (прежде всего с главным участником сквота Сашей), то, наконец, нашел свою семью. В общем, нашел то, чего у него никогда не было. 

— У вашего героя по сценарию есть какое-то специальное образование, или он самоучка? 

— Он самоучка, с детства любил рисовать, но не знал, куда себя девать. С помощью сквоттеров нашел свое место под солнцем. 

Сценаристы говорят, что всех артистов старались подстроить под возраст наших героев. В целом, так сложилось, что в фильме только трое профессиональных актеров, остальные — творческие люди, играющие самих себя. 

Например, Сандра Самбо — художница, она разрисовывает стены. Исполнитель главной роли, Александр Богачук, — брейкер. Поэтому в фильме довольно любопытная сборная солянка. Все они — как рыба в воде, эти представители хип-хоп культуры, о чем, собственно, и наше кино. 

— Интересно, согласились бы вы сами оставить комфортное жилье в Ивано-Франковске и перебраться жить в старый дом вместе с ватагой друзей, чтобы изменить собственную жизнь? 

— Чтобы "навсегда" — это не могу сказать. Но чтобы под какой-либо особый проект — это была бы интересная практика. Даже когда снимали "Сквот 32", то, можно сказать, все мы действительно жили в этом сквоте. Съемки продолжались с утра и до ночи. 

Знаете, комфорт можно создать где бы то ни было! Поэтому, скажу откровенно, я под определенный проект с радостью отправился бы в какой-нибудь сквот, ради творческой цели жил бы там и созидал. Ведь в других условиях даже работается лучше, все побуждает к творчеству. Когда тебе очень комфортно, то творчество вперед не двигается. Что-то должно постоянно тебя подталкивать в плечи, словно активизировать. 

— То есть всегда актуальна древняя истина, что художник должен быть голодным?

— Ну... Возможно, не совсем голодным, но и не очень сытым. 

— В целом, сквоттеры — кто они такие в действительности, на ваш взгляд? То есть не те, что в кино, а те, которые в реальной жизни? 

— Часто их сравнивают с бомжами. Но я их такими не считаю. Это в целом творческие люди, ищущие что-то новое. И если у них есть возможность жить в сквоте и не платить лишних денег за проживание, то почему бы нет? Сэкономленные средства можно потратить на какой-то проект или благоустройство. 

В мире распространена практика. Когда, например, запускается определенный сквот, в него заселяются люди, — а уже потом этот сквот превращается или в какую-то большую арт-площадку, или в кофейню, дискотеку, бар. Есть много вариантов. 

Поэтому, повторюсь, не считаю сквоттеров бомжами, которые иногда просто где-то живут на халяву. Поскольку у сквоттеров есть своя философия созидания. Они пытаются запускать творческие процессы не как потребители, а как художники. Вот и наш фильм — о творчестве, являющемся движущей силой. 

— А знаете лично сквоттеров, живущих в старых зданиях, скажем, в Ивано-Франковске? 

— Кстати, именно в Ивано-Франковске у меня не было такой практики, не встречались и сами сквоттеры. Когда начали снимать этот фильм, я вообще мало что знал о сквотах. Уже потом начал знакомиться с этой субкультурой. Говорят, сейчас в Украине нет действующих сквотов. Последний был в 2008 году, но его расформировали, а людей выселили из здания, поскольку оно было в аварийном состоянии. 

И, кстати, есть немало артистов, которые раньше жили в сквоте, вообще практиковали такой стиль жизни. 

— А можно ли было сравнить со сквотом некоторые наши театры? 

— Немало фестивалей разворачивают свои локации на арт-площадках, старых складах, заводах, зданиях, то есть что-то их роднит именно со сквотами. ГогольFest или Porto Franko. Часто артисты играют в заброшенных зданиях или помещениях, которые давно не эксплуатируются. То есть иногда пространство решает "все". 

Вот, например, наша популярная хоррор-опера "Hamlet" в Ивано-Франковском театре — играем ее в подвале. И, определенным образом, это тоже наш "сквот". Ведь вентиляционное помещение в подвале словно и не предназначено для репертуарного спектакля. Впрочем, такая практика в мире существует. И это даже прибавляет спектаклю особый колорит. 

— Вас, в целом, интересует современная субкультура? Возможно, есть направление, которое вам чем-то особенно близко? 

— В принципе, я всегда интересовался различными субкультурами. Раньше даже классику меньше штудировал — не "так" понимал ее. Но со временем классика приходит ко всем. И сейчас во мне происходит определенный микс стилей-направлений-жанров — люблю классику, фольк, современную музыку. И все-все-все. То есть можно кайфовать от всего! 

А в целом за волнами субкультуры надо наблюдать внимательнее, поскольку иногда там "рождаются" очень крутые художники — музыканты, хореографы, художники. Представители всех прослоек искусства. Если к субкультурам относиться пренебрежительно, можно пропустить некоего Курта Кобейна или Джима Моррисона. Представьте, вдруг именно такие личности сейчас и живут рядом с вами в соседнем подъезде? Ведь стиль жизни "субкультурных" мастеров не присущ многим "обычным" людям, поэтому и не надо относиться к ним пренебрежительно, а тем более — унижать их. 

— В коротком метре "Кровянка", получившего фестивальные награды, вы играете главную роль. Как воспринимают зрители эту неоднозначную ленту? Есть люди, которых отталкивает тема?

— Многим фильм нравится. Обычно слышу благоприятные отзывы. Но есть люди, которые думают наоборот. У меня была одна знакомая, она еврейка. И когда она посмотрела наш фильм, то спросила: "Ваня, а что же здесь смешного?" — "А разве ты не ощущаешь комизма и сарказма всего этого?" — "Я понимаю... Но все же это не очень смешно. Это же проблема! Трагедия в семье". — "Да, именно это мы и показываем в фильме!" — "Я поняла. Но мне было не смешно. Наоборот, мне хотелось плакать..." 

Следовательно, кто-то реагирует смехом на сюжет, а кто-то воспринимает его как трагедию. Поскольку можно предусмотреть разное развитие таких конфликтных ситуаций. Некоторые линии, к сожалению, не ведут к примирению, а наоборот: поссорились — и все, больше не общаются.

— Если слишком глубоко копать этот фильм, то, как считаете, есть в Украине антисемитизм?

— Во всем мире это есть. Очевидно, в Украине это не так выражено? Но часто встречаю людей, которые могут или словесно кого-то обидеть, или выразить свое недовольство по поводу этой темы. 

И я так думаю: сейчас же ХХІ век, почему же ведете себя как неандертальцы? У меня в голове это не укладывается. 

— В "Кровянку", очевидно, вас рекомендовала известный кастинг-директор Алла Самойленко? Можете ли назвать себя среди ее актеров-любимцев? 

— Любимцев? Даже не знаю... Мы, скорее, коллеги. С Аллой я даже снимался в одном проекте — это фильм Марыси Никитюк "Когда падают деревья". 

Алла знает, на что я способен в кино, что могу сделать, а чего — не могу. В каждой роли пытаюсь найти какой-нибудь "элемент", которым можно восхищаться, в котором можно купаться. И именно Алла знает, какие типажи мне более близки в кино, какие роли больше подходят. Она достаточно объективно оценивает мои возможности, поэтому, очевидно, наше сотрудничество и сложилось. А так, чтобы "любимец"? Ну, возможно... 

Мы познакомились, когда она приехала в Ивано-Франковск, чтобы найти актеров в фильм "Братья. Последняя исповедь" Виктории Трофименко. Именно тогда впервые Алла и увидела нашего актера Романа Луцкого, который со временем снялся во многих громких кинопроектах. 

Помню, мы как раз репетировали спектакль "Папа в паутине". Алла в гримерке записывала коротенькие видео, некие актерские визитки. Вот тогда и познакомились. 

Я учился в институте, и, помню, Алла сказала, что, дескать, пока мы не сможем сотрудничать, ведь неправильно отрывать меня от учебного процесса. А когда окончил институт, меня начали приглашать на кинопробы. 

— Вам не бывает грустно, что далеко не все новые украинские фильмы доходят до широкого круга зрителей? 

— Кстати, это проблема в Украине. Плохо налаженная система общения кинотеатров-дистрибьюторов и представителей кинопродукта — режиссеров, продюсеров. А надо их сажать за стол переговоров, приковывать цепями, пока не придут к соглашению. 

Я знаю некоторые довольно успешные проекты, которые показывают в кинотеатрах только в 10 утра. Например, фильм "Предел". Хорошо, что я попал на допремьерный показ, хотел бы посмотреть эту ленту еще раз, но, оказывается, она шла только утром. 

Почему одни фильмы запускают в полноценный прокат, а другие — ограничивают или совсем не пускают? Возможно, надо думать о каких-то квотах на украинское кино. Ведь есть квоты на радио на украинскую музыку. 

Кино — стоимостный процесс, очень зависящий от тройки: кинопродукт, дистрибьютор, кинотеатр. И нужен результативный коннект между представителями этого процесса за столом переговоров. 

Кстати, лента "Предел" в Словакии — третья в рейтинге по собранным средствам за год. А у нас этот фильм почти не был на экранах. 

— Несколько дельных советов от вас — уже вашим юным коллегам: "что" делать и "как" действовать, чтобы молодого театрального актера скорее заметили кастинг-директора, продюсеры, режиссеры, чтобы этот актер попал на съемочную площадку и со временем получил медийную популярность?

— Вы имеете в виду, как найти путь к сердцу кастинг-директора? Я расскажу... Мне кажется, сейчас довольно круто работают в этом направлении соцсети. Кастинг-директора, режиссеры, продюсеры большей частью и обращают внимание на актера в сетях. Открывают страницу актера в FB — и видят информацию о нем: какой он в жизни, чем интересуется. В целом — что, где, когда, как? На странице должны быть профессиональные фотографии, то есть портфолио. 

Кроме того, надо мониторить различные группы, где происходят кастинги, постоянно заявлять о себе. Говорить: вот, мол, я есть, и я все умею. В общем, быть на коне и в надлежащей творческой форме. 

Мне, например, поддерживать творческую и физическую форму очень помогает Ивано-Франковский театр. Это для меня как рабочий станок. Даже двух-трехдневная рабочая пауза дает мне ощущение дискомфорта: дескать, давненько я бью баклуши, а ведь надо что-то немедленно делать!

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №15, 20 апреля-25 апреля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно