Владимир Василенко: Украина должна требовать привлечения российского руководства к ответственности в Международном уголовном суде

15 января, 12:52 Распечатать Выпуск №1, 13 января-19 января

Необходима скорейшая ратификация Римского статута украинским парламентом. 

© Украинский тиждень

Международный трибунал по бывшей Югославии завершил свою деятельность. 

За два десятилетия работы МТБЮ оставил после себя серьезное наследие в виде восстановления справедливости и наказания виновных в преступлениях против человечности и военных преступлениях на территории бывшей Югославии. И, по мнению бывшего судьи Трибунала (2002–2005) Владимира Василенко, Киев может воспользоваться наследием МТБЮ в сфере международного уголовного права для того, чтобы покарать руководство РФ за совершение российскими агрессорами международных преступлений на территории Украины.

— В конце прошлого года Международный трибунал по бывшей Югославии официально завершил свою работу. Выполнил ли Трибунал свою миссию?

— И да, и нет. 

Прежде всего Трибунал должен был обеспечить наказание лиц, которые, занимая высокие должности в государствах, образованных после распада Югославии, совершили международные преступления — преступления против человечности, военные преступления и преступление геноцида. Перед МТБЮ ставилась еще одна задача — содействовать достижению примирения в Балканском регионе как между этническими сообществами, так и между государствами.

С наказанием высших должностных лиц, виновных в совершении серьезных международных преступлений, Трибунал справился. МТБЮ рассмотрел 61 дело, в рамках которых обвинение было предъявлено 161 лицу. Приговоры вынесли 111 чел. Относительно 37 лиц дела были прекращены или в связи с оправданием подсудимых, или в связи с отзывом обвинения прокуратурой Трибунала, или из-за смерти обвиняемых. Восемь дел, в которых фигурировали 13 чел., были переданы на рассмотрение национальных судов Хорватии, Сербии, Боснии и Герцеговины. На скамье подсудимых оказались президенты, премьер-министры, министры, генералы, мэры городов, многие из которых были осуждены к длительным срокам заключения. 

Что же касается примирения, то здесь ситуация сложнее. К сожалению, полностью эта цель не достигнута, и сейчас нельзя говорить ни об искреннем раскаянии наказанных, ни о взаимном прощении, а следовательно, — о примирении. Из 111 осужденных Трибуналом только
20 чел. признали себя виновными, многие — в обмен на сокращение сроков заключения. Часть лиц из осужденных МТБЮ, отбывших наказание, заняли в своих странах высокие должности и не демонстрируют никаких признаков раскаяния. В соответствующих этнических сообществах к осужденным военным преступникам относятся как к национальным героям.

Замечу, что одной из главных проблем, с которыми столкнулся в своей работе МТБЮ, было сотрудничество со странами, гражданам которых прокурор предъявил обвинение. Прежде всего это касалось задержания, ареста и выдачи лиц, подозреваемых в совершении преступлений. Не все государства шли на сотрудничество... Но под давлением западных демократий были выданы и Готовина, и Караджич, и Младич, и десятки других.

Кстати, последнее дело, которое рассматривалось в палате первой инстанции, именно и было делом Младича. И хотя после 24 лет своего существования МТБЮ официально завершил свою миссию, суды апелляционной инстанции Трибунала еще будут работать где-то до 2020–2022 гг. Кроме того, в национальных судебных инстанциях балканских стран рассматриваются дела, фигурантами которых являются тысячи подозреваемых.

— В Сербии и России говорят о предвзятости МТБЮ, который якобы создали для наказания только сербов...

— Это не так. Трибунал беспристрастно наказывал виновных, независимо от их этнической принадлежности, строго придерживаясь своего устава, утвержденного Советом Безопасности ООН, и правил процедуры, одинаковых для всех.

Если брать статистику, то действительно среди 161 обвиняемого большинство сербы — 109 чел. Но почему? Потому что на сербском руководстве лежит львиная доля вины за развязывание вооруженного конфликта: оно пыталось создать "Большую Сербию" за счет этнических чисток и отторжения территорий от других государств, возникших после распада Югославии. Потому что и сербские вооруженные силы, и сербские парамилитарные образования, которые были намного многочисленнее вооруженных сил Хорватии и Боснии и Герцеговины, воспитывались в атмосфере невосприятия и ненависти к другим этническим группам, проживающим на территории бывшей Югославии. Поэтому на них приходится больше преступлений, чем совершенных хорватами, албанцами, боснийцами, македонцами. 

Как доказательство предвзятости Трибунала используют утверждение, что он был сформирован из представителей западных стран, недружелюбно настроенных к сербам. Но, по уставу МТБЮ, каждая региональная группа ООН представляла свои кандидатуры Генеральной ассамблее ООН, которая избирала судей тайным голосованием. Поэтому в составе Трибунала были независимые юристы из разных регионов планеты, принадлежавшие к разным правовым системам.

— Если говорить о специфике МТБЮ, то чем он отличается от других международных судов?

— Трибунал был первым международным судебным органом после Нюрнбергского и Токийского трибуналов, который должен был установить уголовную ответственность индивидов за нарушение норм международного гуманитарного права. Нюрнбергский и Токийский трибуналы состояли из представителей государств-победителей, а МТБЮ формировался на выборной основе.

Другой важный момент: Международный трибунал по бывшей Югославии не был уполномочен решать вопрос ответственности государств. МТБЮ предназначался для судебного преследования физических лиц, причастных к совершению международных преступлений. Этим МТБЮ отличается от Международного суда ООН, который рассматривает только споры, возникающие между государствами (и притом с их согласия), а при рассмотрении дела применяет не нормы международного уголовного права, а нормы международного публичного права. 

Кроме того, МТБЮ действует согласно принципу комплементарности. То есть первичная ответственность за наказание лиц, совершивших преступления, ложится на органы юстиции того государства, гражданами которой они являются, или на органы правосудия страны, на территории которой были совершены преступления. И только если государство по каким-либо причинам не в состоянии или не желает наказывать виновных, тогда начинает действовать Трибунал. 

Наконец, специфика МТБЮ заключается еще и в том, что вопрос о привлечении к ответственности решал прокурор Трибунала, а не национальные юрисдикции.

— Чем может быть полезен для Украины опыт МТБЮ?

— До начала 1990-х практически не было никаких международных судебных инстанций, которые реагировали бы на совершенные индивидами преступления против человечности, военные преступления и т.п. Фактически, они оставались безнаказанными. Поскольку же ненаказанное зло порождает новое зло, а ненаказанное преступление — новое преступление, задачей МТБЮ была борьба с культурой безнаказанности. 

Его деятельность проторила путь к созданию Международного уголовного суда (МУС), который начал функционировать в 2002 г. в Гааге, и работа которого также основывается на принципе комплементарности. В условиях продолжающейся вооруженной агрессии РФ против Украины чрезвычайно важна и нужна скорейшая ратификация Римского статута МУС украинским парламентом. 

— Два года назад Украина сделала заявление, которым признала юрисдикцию МУС. При этом Римский статут так и не был ратифицирован. Чем отличается заявление о признании юрисдикции суда от ратификации Статута?

— Правительство Украины дважды сообщало МУС о признании его обязательной юрисдикции. Впервые — 17 апреля 2014 г., и это касалось преступлений, совершенных на Майдане в период с 21 ноября 2013 г. по 22 февраля
2014 г. Второй раз — 8 сентября 2015 г. относительно ситуации, возникшей вследствие вооруженной агрессии России против Украины, начавшейся 20 февраля 2014 г., и тех преступлений, которые были совершены во время этой агрессии. 

В обоих случаях правовым основанием обращения МИДа Украины в секретариат МУС были п. 3 ст. 12 Римского статута и соответствующие постановления Верховной Рады. Эти постановления являются специальным признанием юрисдикции МУС и, с точки зрения права, представляют собой разовую ратификацию Римского статута. Двойное признание Украиной обязательной юрисдикции МУС является демонстрацией ее положительного отношения к этому важному международному учреждению. Но этого недостаточно.

Важно помнить: нератификация Римского статута — удар по имиджу нашей страны. И, наоборот, присоединяясь к этому документу, Украина в глазах всего мира позиционирует себя как государство, которое выполняет свои обязательства и стремится сделать свое национальное и международное право инструментами обеспечения справедливости, утверждения и укрепления правопорядка в мире.

— Как продвигается рассмотрение "украинских вопросов" в МУС?

— Международный уголовный суд в своих докладах о предварительном изучении этих дел в 2016–2017 гг. заявил, что представление, касающееся преступлений на Майдане, недостаточно обосновано. Но он не прекратил его рассмотрение и подчеркнул, что при условиях предоставления украинской стороной дополнительных доказательств МУС возьмет их во внимание, обработает и может прийти к другому заключению.

Относительно второго представления, касающегося преступлений, совершенных во время агрессии России против Украины, — то украинские правительственные инстанции и общественные организации предоставили на рассмотрение в МУС множество подготовленных ими материалов. Прокуратура Суда сейчас изучает эти материалы, чтобы прийти к окончательному выводу, были ли совершены эти преступления, и кем конкретно они совершались. Но большую проблему представляет то, что в Украине до сих пор нет централизованной системы подготовки и обработки таких материалов и предоставления их в надлежащем виде в МУС. Сейчас этим занимаются различные инстанции.

— Во времена президентства Леонида Кучмы Украина, подписав Римский статут, так его и не ратифицировала. Это объясняют тем, что после убийства Георгия Гонгадзе и "кассетного скандала" президент Кучма опасался, что он станет кандидатом на привлечение к уголовной ответственности в МУС. А почему сегодня Киев не ратифицировал Римский статут, а отложил это на 2019 г., когда вступят в силу положения ст. 124 Конституции Украины?

— Сегодня одной из причин нератификации Римского статута является правовое невежество высшего политического руководства Украины и работа российских агентов влияния. Существуют безосновательные опасения каких-то негативных последствий от ратификации Статута: кто-то убедил высшее руководство Украины, что если Киев сделает этот шаг, то Россия сразу подастся в МУС, и к международной уголовной ответственности будут привлечены украинские политики и военные. 

Выполнение Украиной своих международных обязательств делает эти опасения абсолютно безосновательными. Как правовое государство Украина должна привлекать к ответственности и своих граждан, если они совершают какие-либо военные преступления. (Что и делает военная прокуратура). И тогда снимается вопрос о задействовании механизма МУС к политическому и военному руководству украинского государства. Как я уже отмечал, МУС действует на основе принципа комплементарности: он наказывает только тогда, когда государство не выполняет своих обязанностей и не наказывает виновных. 

Цель тех, кто выступает против ратификации Римского статута, — лишить Украину возможности беспрепятственного и быстрого использования МУС для привлечения к ответственности российского руководства за преступления, совершенные во время агрессии.

Хочу подчеркнуть: после двух разовых ратификаций украинским парламентом Римского статута Российская Федерация не завалила Международный уголовный суд обвинениями против Украины. Ведь МУС изучает доказательства, а не трюки российской пропаганды. 

— Так стоит ли ждать вступления в силу поправок к Конституции в 2019 г., чтобы ратифицировать Римский статут? Может, лучше сделать это уже в этом году?

— Вполне возможно ратифицировать его уже в нынешнем году с оговоркой, что соответствующий закон Верховной Рады вступит в силу тогда, когда станут действующими положения ст. 124 Конституции с внесенной в нее поправкой. Но, наряду с этим, есть более серьезная проблема — усовершенствование уголовного законодательства Украины в соответствии с требованиями Римского статута. 

Положения Уголовного кодекса Украины, в которых речь идет о военных преступлениях и преступлениях против человечности, очень фрагментарны. Уголовное законодательство нашего государства отстает от современных международных стандартов квалификации международных преступлений и наказания за них. Опираясь на практику МТБЮ и на Римский статут, Украина уже сейчас должна сделать решительные и быстрые шаги к усовершенствованию своего уголовного законодательства. 

— С 18 июня 2018 г. вступает в силу поправка к Римскому статуту, предусматривающая ответственность физических лиц за преступление агрессии. Может ли Украина, используя механизмы МУС, привлечь российских высокопоставленных лиц за агрессию против нашей страны?

— К сожалению, нет. Упомянутая поправка к Римскому статуту предусматривает, что МУС может рассматривать дела об уголовной ответственности индивидов за совершение преступления агрессии только в том случае, когда обе стороны вооруженного конфликта ратифицировали Статут. Исключением является случай, если в суд обращается Совет Безопасности ООН. Но в СБ ООН у России есть право вето. Это во-первых.

Во-вторых, Россия не только не ратифицировала, но и отозвала свою подпись под Римским статутом. Поэтому нельзя говорить, что Статут может быть использован для обвинения руководства Российской Федерации в акте агрессии. Но остаются широкие возможности требовать привлечения политического и военного руководства РФ к ответственности за совершение других международных преступлений, поскольку они совершаются на территории Украины и против граждан Украины. В частности, путем доказательства того, что высшее руководство РФ не приняло меры для предотвращения международных преступлений и наказания за них. 

Если прокурор Суда согласится с этими доказательствами, тогда он пригласит российских высокопоставленных лиц в Гаагу. И не имеет значения, кто это будет, — министр, премьер или президент: иммунитет здесь не действует. Как и не имеет значения, когда это будет: международные преступления не имеют срока давности.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 1
Выпуск №47, 8 декабря-14 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно