Нелегкий эквилибр Синдзо Абе, или В поисках баланса между Россией и союзниками

1 июня, 19:02 Распечатать Выпуск №21, 2 июня-8 июня

Япония полагается на Симодский трактат 1855 года.

© kremlin.ru

Премьер-министр Японии Синдзо Абе с 24 по 27 мая находился с визитом в России, в рамках которого принял участие в Петербургском международном экономическом форуме, открыл в Большом театре Москвы "Год России в Японии и Год Японии в России-2018" и провел встречу с российским президентом Владимиром Путиным тет-а-тет.

Двадцать первая встреча Синдзо Абе с Владимиром Путиным проходила одновременно с обнародованием Международной следственной группой итогов расследования катастрофы малайзийского Boeing 777 рейса МН-17 в июле 2014 г. и заявлением о причастности к ней российских военных, а также на фоне очередного кризиса в отношениях России и Запада в связи с химической атакой в Сирии и отравлением в Великобритании бывшего российского разведчика Сергея Скрипаля и его дочери. Несмотря на все это, японский премьер оставил краеугольные проблемы международного характера вне границ своего внимания. Вместе с тем были подписаны 11 двусторонних документов и конкретизирован план сотрудничества Японии и России из восьми пунктов, начатый два года назад. Экономическое сотрудничество, положенное в основу предложенного Абе в отношениях с Россией в мае 2016 г. в Сочи "нового подхода", направлено на достижение политических задач. В частности, по итогам переговоров с российским президентом Синдзо Абе подчеркнул, что рассчитывает решить вопрос подписания мирного договора между двумя странами "еще при жизни нынешнего поколения" и считает это "важнейшей задачей своего правительства".

Собственно, озвученная японским премьер-министром цель была задекларирована им еще в 2012 г., когда он только избирался на должность премьера, как одна из главнейших в цепи стратегических задач. Абе взял в качестве приоритета улучшение отношений с Россией, значительно ухудшившиеся во времена правления Демократической партии Японии, и выстраивание отношений взаимодоверия и двустороннего сотрудничества, положив их в основу продвижения проблемы заключения мирного договора, камнем преткновения в которой является территориальный спор. На сегодняшний день спорными считаются острова Итуруп, Кунашир, Шикотан и группа мелких островов Малой Курильской гряды (японское название — Хабомаи). Позиция России, перенятая ею у Советского Союза, базируется "на общепризнанных результатах Второй мировой войны и незыблемой послевоенной международно-правовой базе, включая Устав ООН". 

Япония полагается на Симодский трактат 1855 года, подписанный Российской империей и Японией, согласно которому названные острова никогда не принадлежали Российской империи, и Токио считает их включение в состав СССР незаконным. Кроме того, по утверждению японской стороны, эти острова не являются частью Курильского архипелага и поэтому не подпадают под термин "Курильские острова", использованный Сан-Францисским договором. В японской терминологии относительно этих островов употребляется словосочетание "северные территории".

Активизация диалога между странами, направленная на мирное урегулирование территориальных вопросов, началась во времена Горбачева, а во времена правления Ельцина намерения двух сторон решить вопрос территориальной принадлежности спорных островов и заключить мирный договор до 2000 г. отразились в Токийской и Московской декларациях. Но остались нереализованными. 

Таким образом, задача вернуть утраченные территории, вопреки очевидной бесперспективности, передается от одного руководителя японского правительства к другому. В этих условиях важнейшая задача японского лидера традиционно лежит во внутриполитической плоскости: продемонстрировать обществу умение отстаивать национальные интересы, используя при этом широкий арсенал информационных и пропагандистских возможностей. Признать факт бессилия в возврате островов — равнозначно политическому самоубийству. Ведь борьба за "извечные территории" является частью послевоенной японской идентичности. 

Различие может заключаться только в выборе тактики. Синдзо Абе, в отличие от большинства своих предшественников, отдал предпочтение "мягкой силе". Во время первого за более чем десять лет визита премьер-министра Японии в Россию в апреле 2013 г. Абе предложил проводить встречи "настолько часто, насколько это возможно". Поэтому даже когда ведущие западные и мировые лидеры бойкотировали Олимпийские игры 2014 г., Абе остался верным установленному курсу и прибыл в Сочи. 

Правда, после российской аннексии Крыма и начала военного вторжения на территорию Украины японскому премьеру приходится балансировать между своими западными союзниками (прежде всего США) и Россией, отношения между которыми ухудшились. С начала обострения ситуации в Украине Япония присоединилась к инициированной Западом санкционной политике против РФ, но первые три пакета санкций имели целью не столько наказать Россию, сколько проиллюстрировать консолидированную позицию с "Группой семи". Поэтому, когда Япония отказалась обнародовать имена 23 человек, против которых ввели визовые ограничения, возникли разговоры, что список может не содержать фамилии значимых российских политиков, против которых, собственно, и была направлена общая санкционная политика. Кроме того, Путин надеялся с помощью Японии ослабить единство "семерки" в вопросе санкций. Но принятие третьего санкционного пакета, которое перестало быть символическим, а приобрело секторальный характер и затронуло финансовый сектор, глубоко возмутило российского президента и других официальных лиц, подчеркивающих, что "санкции вредят двусторонним отношениям и отбрасывают их назад". Кроме того, из-за "украинского кризиса" возникла задержка с визитом Путина в Японию, запланированный на вторую половину 2014 г., но состоявшийся лишь в декабре 2016-го. Правда, санкции не стали помехой для сотрудничества между странами. Только во время визита Путина в Японию были подписаны 30 проектов о сотрудничестве в сфере энергетики, медицины и высоких технологий на сумму около 2,4 млрд евро. А по результатам, например, прошлого года двусторонний товарооборот вырос на 14% и перевалил за 18 млрд долл. Как видим, Япония в лице Абе, несмотря на давление союзников, придерживается курса, который не блокировал бы, а, по мере возможностей, содействовал реализации стратегической цели японской дипломатии через активное сотрудничество с Россией. 

Правда, в России превалирует мнение о тесной привязке позиции Японии к политике США, и РФ умело играет на этом факторе. Российская сторона не скрывает, что при решении чувствительных вопросов двусторонних отношений она не может не учитывать союзнические обязательства Японии. Так, Россия пригрозила ответными мерами в случае размещения США на территории Японии комплексов ПРО Aegis Ashore, а невозможность передачи Японии суверенитета над островами обосновывается тем, что военные силы США могут переместиться ближе к российским границам. 

Несмотря на неизменную позицию России и лично Путина, что "они не торгуют территориями", он все же дал Японии "наживку" в виде предложения о "совместной экономической деятельности на Курильских островах". Собственно, эту идею обсуждали еще президент Ельцин и японский премьер Хашимото, она была подхвачена Путиным сначала в виде предложения достигнуть компромисса на основе принципа "хикиваке" ("ничья"), но не обрела реального воплощения. Из-за отсутствия сдвигов в переговорах с Россией Синдзо Абе сформулировал на основе предложенной идеи свой "новый подход". Но в течение двух лет свидетельством "прогресса" в двустороннем сотрудничестве на островах стали разве что визиты бывших островитян и членов их семей и безвизовый обмен. Реализацию совместной хозяйственной деятельности тормозят юридические преграды. Токио настаивал, чтобы любая экономическая деятельность на островах за средства японских инвесторов подпадала под японскую правовую юрисдикцию, а Москва исходила из того, что это российская территория, на которой действуют только российские законы. Во время переговоров были найдены несколько инструментов взаимодействия, среди которых — территория опережающего действия "Курилы" для совместных проектов с предоставлением льгот для инвесторов. Но японцы не получили приоритетности перед другими инвесторами. Более того, во время Восточного экономического форума Путин в присутствии Абе вручил медаль китайскому вице-премьеру Ван Яну, подчеркнув, что 80% инвестиций в проекты на российском Дальнем Востоке идут из Китая. 

Во время нынешнего визита в Россию Абе попытался вывести на новый уровень вопрос экономического сотрудничества между странами на спорных территориях, которое критикуется внутри страны из-за отсутствия политических успехов в территориальном вопросе. На совместной конференции лидеры двух стран традиционно заявили о проведении плодотворных переговоров, но вопрос мирного договора, похоже, вновь отложили в долгий ящик. На сегодняшний день Россия нуждается в японских технологиях и инвестициях в развитие Дальнего Востока, поэтому Японии пока остается поддерживать впечатление, что без нее это развитие невозможно, сохраняя свое присутствие в регионе и развивая сотрудничество между странами на далекую перспективу. 

Другое дело — сфера безопасности. Япония остается важным элементом военно-политического баланса в Восточной Азии, который, в частности, способен сдерживать и амбиции Китая, в чьих объятиях Россия боится оказаться, несмотря на тесные торгово-экономические связи с ним. Токио, в свою очередь, нуждается в российской поддержке в вопросе региональных и глобальных угроз, среди которых — ядерная программа КНДР, и хочет быть уверенным, что ухудшение отношений РФ с Западом не приведет к формированию антияпонского блока с Китаем. 

Но Синдзо Абе вновь находится в деликатной ситуации. В начале июня в Канаде состоится саммит "Группы семи" на уровне лидеров государств, на котором будет обсуждаться дестабилизирующее поведение России в связи с последними событиями в мире, и Японии придется присоединяться к совместным действиям и заявлениям союзников. А они вряд ли будут положительными для Москвы. Несмотря на то, что Япония пытается дистанцироваться от осуждения деятельности России и была единственной страной из "семерки", которая не выслала российских дипломатов из-за "дела Скрипаля", балансировать между Западом и Россией в условиях давления с одной стороны и критики с другой — нелегко. Но Синдзо Абе это пока что удавалось, ведь на кону — национальный интерес...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно