Корейский клубок

10 мая, 17:44 Распечатать Выпуск №17, 11 мая-17 мая

Пхеньян и Вашингтон хотят продолжить диалог, но не готовы идти на уступки.

Северная Корея вернулась к шантажу США пока что запуском ракет короткого радиуса, пытаясь заставить их смягчить санкционное давление.

Пока Дональд Трамп занят тем, что решает глобальные и внутренние проблемы, Ким Чен Ын пытается привлечь внимание к замершим американо-корейским отношениям не только дипломатическим, но и больше знакомым ему ультимативным способом. После неудачного ханойского саммита, на котором северокорейская сторона надеялась склонить американского президента снять часть санкций, обе страны заняли выжидательную позицию, демонстрируя при этом желание продолжить диалог, но не готовность к уступкам. Более того, через год после начала "новой эры" американо-северокорейских отношений можно констатировать, что очевидных сдвигов в денуклеаризации Корейского полуострова нет. 

Северная Корея пока что не нарушает мораторий (который засчитал в копилку своих больших переговорных достижений Дональд Трамп) на ядерные испытания и испытания межконтинентальных баллистических ракет, но вместе с тем не останавливается в наращивании своего военного арсенала. Так, в ноябре прошлого года КНДР похвасталась изготовлением "высокотехничного тактического оружия", в апреле этого года — "тактического управляемого оружия", правда, не привлекая внимания к его испытаниям. А уже в начале мая Ким Чен Ын, по информации Корейского центрального агентства новостей, "руководил учениями оборонительных частей на переднем и восточном участках фронта с целью проверить умение наносить огневые удары", во время которых было осуществлено разворачивание дальнобойного реактивного оружия крупных калибров и тактического управляемого оружия. Так что, похоже, Ким Чен Ын постепенно переходит от шантажа словом (угроз, что КНДР будет вынуждена выбрать другой путь в случае отсутствия соответствующих шагов со стороны США в вопросе денуклеаризации) до шантажа делом. Северная Корея оправдывает свою военную активность ответом на "враждебную политику" вооруженных сил США и Южной Кореи, имея в виду общие войсковые учения двух стран, которые были проведены в марте, и следующие, запланированные на август. 

Однако такое оправдание является новым подтверждением того, что Северная Корея пытается всеми способами оттянуть время и сохранить за собой ядерный потенциал. Разговоры о том, что наличие ядерного оружия является гарантией сохранения диктатуры Кима, подтвердил сам северокорейский лидер в своей апрельской речи на первой сессии Верховного народного собрания КНДР 14-го созыва. Он высказал мнение, что основная идея США — "прежде всего разоружение, а потом свержение власти". Ким Чен Ын призвал граждан страны полагаться на собственные силы в условиях изоляции, развивать самостоятельную национальную экономику и укреплять способность к самообороне. 

Призыв к мобилизации ресурсов внутри страны совпал с активными отчетами международных организаций об угрозе голода в Северной Корее. Так, на днях Продовольственная сельскохозяйственная организация ООН и Всемирная продовольственная программа обнародовали доклад, согласно которому КНДР не хватает 1,36 млн тонн продовольствия из-за неурожая, вызванного неблагоприятными погодными условиями, а также топлива, удобрений, запчастей, дефицит которых спровоцирован международными санкциями. Авторы доклада призвали активизировать международную помощь северокорейскому населению. Речь идет не только о пищевых продуктах, но и о других товарах сельскохозяйственного назначения. Докладу предшествовало обращение дипломатов КНДР к ООН с просьбой помочь в преодолении продовольственного кризиса. Очевидно, что жесткие секторальные санкции, затронувшие почти все жизненно важные сферы деятельности, отрицательно сказываются на ситуации в стране. Однако изолированность КНДР и отсутствие объективной информации о реальном состоянии дел в стране дают основания предположить, что информирование мировой общественности об угрозе голода может быть одним из элементов антисанкционной пропаганды со стороны Северной Кореи. Ведь новости о нехватке продовольствия резко диссонируют со значительными затратами страны на разработку новейшего оружия и строительные проекты в Пхеньяне и за его пределами. Более того, недавно северокорейские медиа обнародовали фотографии только что открытого современного торгового центра "Тесон", на которых нетрудно идентифицировать предметы роскоши известных мировых брендов, находящихся под санкциями ООН. Большинству компаний, как и немецкой Daimler (производителю двух лимузинов Mercedes и Maybach, которыми пользуется северокорейский лидер), пришлось опровергать поставку своих товаров в КНДР и утверждать, что они перепроданы кем-то им не известным. Очевидно, что местным элитам удается находить щели для проникновения в страну отдельных групп товаров, особенно принимая во внимание некоторые послабления со стороны соседних Китая и России, которые были замечены в нарушении санкционного режима с Северной Кореей, однако это не спасает страну от общеэкономических проблем.

Именно желание не только одержать внешнеполитическую победу после провала второй встречи с президентом Трампом, но и удержать экономику страны от возможного краха направило в конце прошлого месяца бронированный поезд Ким Чен Ына в российский Владивосток. Владимир Путин хоть и стал только четвертым лидером по шкале важности в северокорейском рейтинге, наконец получил возможность приобщиться к официальному "клубу переговорщиков" по денуклеаризации Корейского полуострова. 

Несмотря на стереотип, что Россия имеет большое влияние на политику КНДР, нынешний лидер последней довольно долго воздерживался от контактов с российскими официальными лицами. Москва на протяжении нескольких лет делала попытки организовать встречу Ким Чен Ына и Владимира Путина, но каждый раз безуспешно. В прошлом году Россия как минимум дважды пробовала перехватить инициативу урегулировать корейскую ядерную программу. Впервые — как раз перед сингапурским саммитом во время визита в Пхеньян министра иностранных дел РФ Сергея Лаврова, который пытался организовать встречу лидеров двух стран. Во второй раз — в начале сентября, когда спикера Совета Федерации Валентину Матвиенко прикомандировали к столице КНДР с целью "привезти" Ким Чен Ына на Восточный экономический форум, на который были приглашены лидеры Китая, Японии, Республики Корея. Именно во время форума Путин надеялся возродить шестисторонний формат разговоров об урегулировании ядерной проблемы КНДР, в котором до сих пор больше заинтересована Россия, чем США и КНДР. 

Трудно сказать, состоялась ли бы и нынешняя встреча Путина и Кима, если бы ханойский саммит не закончился провалом. Несмотря на традиционную историческую близость, экономическое взаимодействие между Россией и КНДР (более важную сегодня для Северной Кореи) имеет немного точек соприкосновения. Для сравнения: торговый оборот между КНДР и Россией составляет лишь 2% от торгового оборота КНДР и Китая. Несмотря на заявления России, что она в этом году оказалась главным донором гуманитарной помощи, направленной через фонды помощи ООН для Северной Кореи (выделив свыше 4 млн долл. США, что составляет более половины от общей суммы собранных средств), нужды страны значительно больше, и в нынешней ситуации Россия их не может удовлетворить. Посему неудивительно, что встреча Путина и Кима закончилась без подписания итогового документа и соответственно взятых на себя обязательств, которые на сегодняшний день трудно реализовать. За кулисами переговоров осталась судьба северокорейских трудовых мигрантов, которых Россия, согласно обязательствам перед СБ ООН, до конца этого года должна репатриировать. По разным данным, на сегодняшний день их там от 11 до 40 тыс. чел., что является важным источником валютного пополнения государственной казны КНДР. И именно пребывание их в России и в дальнейшем было одним из важных пунктов в списке Ким Чен Ына.

По результатам переговоров Путин заявил о необходимости предоставить международные гарантии Северной Корее в случае ее ядерного разоружения, которое, разумеется, предусматривает усиление влияния России на Корейском полуострове. Однако главным, к чему так стремился российский президент, была просьба Ким Чен Ына, чтобы Москва стала посредником в возобновлении диалога с Вашингтоном относительно денуклеаризации. 

Россия и без того демонстрировала активное вовлечение в корейскую проблему, стараясь удержать позиции в "своем" регионе, а после "узаконивания" ее роли Путин с двойным упорством взялся обсуждать этот вопрос с лидерами КНР и США. Если с Китаем в России общее видение подходов к урегулированию ситуации, предусматривающей поэтапный подход к денуклеаризации Северной Кореи в обмен на постепенное снятие санкций, то в случае с США Путин сразу получил телефонную "каденцию" с Дональдом Трампом. После этого разговора Дональд Трамп неожиданно заявил в своем Твиттере о значительном потенциале для улучшения отношений между США и Россией. Конечно, реакция Трампа была вызвана не "продуктивной" встречей Путина и Кима, а комплексом геополитических проблем и военных конфликтов, которые Россия сначала подогревает, а потом активно продает в обмен свои преференции.

Но если режиму Ким Чен Ына игра на конфликтах мировых государств может принести бонусы и способствовать послаблению санкционнного режима, то Южная Корея рискует остаться за бортом урегулирования корейской проблемы. Президент Мун Чжэ Ин не смог убедить Дональда Трампа снять хотя бы часть санкций, что позволило бы запустить анонсированные в прошлом году межкорейские инвестиционные проекты. В ответ Северная Корея демонстративно отозвала своих сотрудников из открытого в прошлом году общего офиса в Кессоне, отменила запланированный на март визит Ким Чен Ына в Сеул, а также проигнорировала празднование годовщины Пханмунчжомской встречи лидеров двух стран. Более того, Ким Чен Ын призвал южного соседа быть не пронырливым посредником и стимулятором, а непосредственно заинтересованной стороной. Южнокорейский президент, который в основу своей деятельности положил решение корейской проблемы, не только приблизился к внешнеполитическому поражению, но и потерял поддержку собственного населения из-за падения экономики. Так, в первом квартале 2019 г. ВВП страны показал самое большое снижение за 10 лет — 0,3%. В этой ситуации в следующем году на парламентских выборах к власти вполне могут прийти консерваторы, которые являются активными противниками сближения с КНДР. 

Понятно, что корейская проблема давно вышла за пределы двух стран и одного полуострова. В свое время Мун Чжэ Ин сравнил обе Кореи с двумя маленькими креветками между большими китами. И логично было бы, чтобы эти креветки объединились между собой и стали сильнее, но пока что трудно даже представить, что хоть одна из региональных суперсил выпустит из своей орбиты такой ценный геополитический рычаг.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №18, 18 мая-24 мая Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно