Горячее лето 2016-го: российский план евразийской интеграции в действии

26 августа, 2016, 22:01 Распечатать

Горячее лето 2016-го: российский план евразийской интеграции в действии

Владимир Путин устал ждать. 

По мнению Кремля, совокупность российских авантюр за прошедшие восемь лет, начиная с войны в Грузии и заканчивая оккупацией Крыма, вторжением в Донецкую и Луганскую области, а также ввязыванием в сирийский конфликт, должны были бы, наконец, привести к объявленному еще в 2007-м в знаменитой мюнхенской речи новому мировому порядку. А он пока никак не складывается. И если грузинский конфликт, к сожалению, в мире несколько подзабыт, то украинский и сирийский оказались значительно сложнее. Режим санкций и падение цен на энергоносители серьезно подрывают амбиции Москвы на статус второго геополитического центра, даже несмотря на показательное уничтожение польских яблок, запрет на посещение Турции и применение кассетных бомб против гражданского населения Сирии. Попытки на протяжении последних двух лет представить оккупацию части суверенной территории Украины как "свободу волеизъявления народа Крыма", доказать путем бесконечных провокаций "несостоятельность новой украинской власти", расшатать единство Европы с помощью соблазнительных энергетических проектов типа "Северного потока-2" так и не увенчались успехом. Не помогла даже прямая финансовая поддержка правых сил и одиозных политиков в целом ряде стран ЕС. Санкции на месте, Путин в эффективной изоляции, Запад разрабатывает планы противостояния угрозе с Востока, подразделения армий стран НАТО размещаются вдоль уязвимых границ блока. Поэтому в текущем году Кремль несколько сменил тактику. Агрессия России в Донбассе, концентрация войск вблизи границ Украины и бомбардировки в Сирии продолжаются — но без глобальных обострений. Их место заняли новые интеграционные инициативы Москвы. Поскольку с Меркель, Олландом и Обамой ни о чем существенном договориться не удалось, западный вектор направленности усилий Кремля сменился восточным. Прежде всего, в центре внимания оказалось ближнее зарубежье — от региона Черного и Каспийского морей до Китая. Апогеем интенсивных контактов стал август, когда в течение трех дней состоялись сразу три саммита: лидеров России, Азербайджана и Ирана — 8 августа, России и Турции — 9 августа, России и Армении —
10 августа. Этим событиям предшествовал визит Путина в Китай 25—26 июня, а завершил "евразийский цикл" приезд Н.Назарбаева в Сочи 16 августа. Есть основания полагать, что вся эта активность вовсе не случайна, но является частью более широкого плана формирования антизападного евразийского альянса. 4—5 сентября лидеры "большой двадцатки" встретятся в Ханчжоу, и для Москвы это шанс укрепить свои позиции как на Западе, так и на Востоке. А для этого нужны весомые аргументы. Стать изгоем в "двадцатке", как это уже произошло с "семеркой", в планы Путина не входит.

По вполне понятным причинам наибольший резонанс в Украине вызвала встреча В.Путина и Р.Эрдогана в Санкт-Петербурге 9 августа, и она, безусловно, заслуживает отдельного анализа. Однако с точки зрения геополитики целесообразно рассматривать все эти инициативы Путина в комплексе, ибо узлы "интеграционных" взаимоотношений вблизи наших границ завязываются нешуточные. 

Если несколько отвлечься от проблем, связанных с агрессией против Украины, для России в регионе Черного и Каспийского морей стоит несколько важнейших задач. Среди них — не допустить экономической и военно-политической экспансии Запада , в частности, проникновения НАТО на Кавказ (и это послужило одной из причин войны против Грузии), сделать невозможным распространение исламского экстремизма и сепаратизма в кавказских республиках РФ, минимизировать потери от реализации проектов поставок газа и нефти из прикаспийских стран на мировые рынки, и, в частности, в Европу, открыть сухопутные ворота через Азербайджан в Иран и Индию, продолжать манипулировать в пользу РФ статусом Каспийского моря, обеспечить прохождение маршрутов нового "Шелкового пути" исключительно через территории стран — союзников РФ. Задача максимум — новые газовые и транспортные маршруты должны обходить территорию Украины и включать как можно больше стран ШОС, Таможенного союза и прочих аморфных образований.

Для того, чтобы все заинтересованные стороны сполна ощутили остроту момента, начиная с апреля с.г. резко обострился конфликт вокруг Нагорного Карабаха, еще раньше "Газпром" полностью прекратил закупку туркменского газа, в Ереване произошел захват заложников со стрельбой и жертвами, а 10 августа в Крыму была разыграна грубая провокация ФСБ, в которой Москва, как всегда, без всяких доказательств, обвинила Украину. Однако, конечно же, центральным элементом масштабных усилий Москвы, как подарок судьбы, становится неудавшаяся попытка военного переворота в Турции. Нет никаких оснований утверждать, что РФ приложила к этому руку — очевидно, основной движущей силой путча были, все же, военные — последователи Ф.Гюлена, но Москва, без сомнения, сполна воспользовалась ситуацией. "Примирение" России и Турции готовилось задолго до событий
15 июля. Крайне любопытно, что ключевую роль в этом процессе сыграл Н.Назарбаев. Именно он лично согласовал текст письма, которое Р.Эрдоган направил Путину еще в июне. Русско-турецкое примирение — это вообще детективная история. К примеру, по утверждениям турецких СМИ, активную роль в этом процессе сыграл некий Джавит Чаглар — 72-летний бизнесмен, давно отошедший от дел, в прошлом министр в правительстве С.Демиреля, разорившийся и осужденный в 2004-м к тюремному сроку и огромному штрафу. И действовал Дж.Чаглар через своего старого знакомого — главу Дагестана Р.Абдулатипова, который, якобы, "имеет выход" на помощника Путина
Ю.Ушакова. Если бы о значительной роли г-на Дж.Чаглара не заявил ближайший советник Р.Эрдогана И.Калын, можно было бы подумать, что все это — выдумки прессы. Итак, что же произошло в Санкт-Петербурге?

В турецкой прессе и на сайтах участников Изборского клуба эту встречу именовали не иначе как "исторической", хотя исторического в ней было только двухминутное одиночество президента России, ожидавшего своего турецкого гостя под взглядами фотографов и телекамер (обычно ждут Путина, а тут такая нестыковка!). Скорее, на берегах Невы встретились двое лидеров "византийского" типа, каждый из которых стремился решить свои наболевшие проблемы за счет другого. Ни одно из принятых лидерами двух стран решений не было неожиданным. Вполне предсказуемо в центре внимания находились вопросы экономики и безопасности. Путину необходимы турецкие продукты, рынок сбыта для газа и рабочая сила на строительстве объектов к ЧМ-2018, туркам — российские туристы, возможность возобновить работу сотен совместных и чисто турецких фабрик на территории РФ, строительные подряды, инвестиции в масштабные проекты. На кону десятки миллиардов долларов, однако не это главное. В политической плоскости для России важно было разорвать единство восточного фланга НАТО, а для Турции —продемонстрировать США и ЕС, что западному вектору турецкой политики есть весьма серьезная восточная альтернатива. Неудивительно, что еще ни туристический поток из России в Турцию не восстановился, ни визы не отменены, но уже прозвучали заявления о возможности закупки Турцией ракетных комплексов С-400 и размещения российской авиации на базе Инджирлик. Что касается болезненной для Украины темы о возобновлении "Турецкого потока", то стоит напомнить, что о возможности реализации одной ветки этого газопровода турки говорили еще год назад. Но если тогда в Черном море еще находились плавучие платформы итальянской компании Saipem, с которой у "Газпрома" был контракт на строительство морской части "трубы", то ныне эти суда вернулись в Италию, а Saipem в феврале этого года выдвинул претензии "Газпрому" на 760 млн долл. Своих же технологий для подобного строительства нет ни у турок, ни у россиян. 

Идея привлечения Турции к евразийским проектам Москвы не нова и уходит корнями в начало 2000-х. Только теперь Турция намного больше зависит от торговли с ЕС и европейских инвестиций, и трудно представить, что связи с Брюсселем будут принесены в жертву призрачным выгодам от сотрудничества с Москвой. Да и для Кремля "Северный поток-2" в 55 млрд кубометров значительно важнее не то что "Турецкого потока", но и давно обещанной "Силы Сибири". Тот факт, что Польша эффективно заблокировала "Северный поток-2", означает, что в ближайшее время риторика РФ сдвинется в сторону проектов с турками, которые, несомненно, потребуют дополнительных скидок на газ и откажутся строить вторую ветку. В свою очередь, строительство лишь одной из них решает для Кремля только одну задачу — обойти Украину, однако этого явно недостаточно, чтобы в прямом смысле слова утопить в Черном море несколько миллиардов в очень сжатые сроки.

Плачевной остается ситуация и с проектом строительства атомной станции в Аккую. Прошло пять лет с момента начала работ, однако на сегодняшний день единственным активом проекта является Denizbank, который "Сбербанк России" приобрел за 3,5 млрд долл. еще в 2012-м для финансирования работ на общую сумму в 22 млрд долл. На месте станции — ровная площадка, разве что проведены некоторые работы на морском терминале. Строительство станции Аккую практически заморожено, так как у российских подрядчиков возникли серьезные финансовые сложности (вплоть до объявления о возможности продажи 49% предприятия), отсутствует окончательное экологическое обоснование проекта, и нет ответов на вопросы о том, кто и как будет поставлять топливо, что делать с отработанными ТВЕЛами и возможными ядерными отходами, и каков сценарий на случай, если возникнет нештатная ситуация по типу чернобыльской или фукусимской, ведь в трехстах километрах Анталия. 

Некоторый прогресс, который отмечался после встречи в Санкт-Петербурге, был зафиксирован на сирийском направлении. Для Турции критически важно получить возможность наносить прямые авиаудары по позициям боевиков в северной Сирии, а сделать это без согласия РФ невозможно. Анкаре также будут очень полезны связи Москвы с курдами, которых, разумеется, в Кремле используют лишь как инструмент давления на турок. Консультации по этим вопросам начались на следующий день после встречи президентов. Еще никто ни о чем не успел договориться, но в турецких СМИ уже стали появляться заголовки типа "Россия, Турция и Иран — ключевые страны по решению сирийского кризиса". Любопытно, как упомянутые "ключевые" страны будут искать выход из кризиса, если принять во внимание принципиальные разногласия между некоторыми из вершин этого треугольника по будущему режима Асада. Впрочем, российские бомбардировщики уже успели показательно атаковать ИГИЛ с аэродромов в Иране, что стало возможно после серии российско-иранских контактов, главнейший из которых, на высшем уровне, состоялся в Баку.

В отличие от встречи в Санкт-Петербурге, бакинский саммит лидеров РФ, Ирана и Азербайджана эксперты журнала Foreign Policy назвали не "историческим", а "редким". Действительно, до недавнего времени его участники предпочитали — в силу различных причин — встречаться в двустороннем формате. Встреча трех президентов произошла по инициативе И.Алиева и готовилась на протяжении нескольких месяцев, в том числе и на уровне министров иностранных дел. Эксперты расходятся во мнении, что именно послужило побудительным мотивом для президента Азербайджана стать ее инициатором. Среди причин называют, прежде всего, резко ухудшающуюся экономическую ситуацию в связи с падением цен на энергоносители (в этом году ожидаемое падение ВВП оценивается в 3,5%, дефицит бюджета 15%), резкое обострение ситуации в Нагорном Карабахе, а также боязнь проникновения в страну исламских боевиков с юга.

Для России встреча в Баку должна была решить сразу несколько задач. Во-первых, это укрепление "евразийского" альянса России и Ирана, открытие торгового пути "Север—Юг" через Азербайджан и Иран в Индию (речь идет о строительстве железной дороги Казвин—Решт—Астара), интеграция электрических сетей России и Ирана. Во-вторых, это втягивание Азербайджана в региональные энергетические проекты типа поставок газа в северный Иран (до сих пор это делал Туркменистан, однако с точки зрения Москвы совсем не лишним будет продемонстрировать несговорчивому Г.Бердымухамедову, что без него можно обойтись). В-третьих, обеспечение единой позиции трех стран по сирийской проблеме и статусу Каспийского моря. Азербайджан, крайне разочарованный "правозащитной" критикой со стороны ЕС и уходом с рынка западных энергетических компаний (только за последний год ушли Exxon, Total и Statоil), недавно заключил новые договоры об экспорте нефти через Новороссийск и, с помощью своповских операций, через нефтяные терминалы южного Ирана. Однако Азербайджану нужны инвестиции, и Россия, в отличие от Запада, их обещает. Для России более глубокое проникновение российского капитала в Азербайджан и Иран может сослужить также полезную службу, если вдруг на повестку дня будет поставлен вопрос о присоединении Ирана к проекту ТАНАП. Если России удается успешно блокировать Туркменистан через "статус Каспийского моря" и нерешенные "шельфовые" проблемы с Азербайджаном, то Иран уже имеет немалые экспортные возможности в Турцию, и их расширения Москва допустить не может. Турецкий рынок в 27 млрд кубометров является реальным источником поступлений в худеющую российскую казну, да и европейские потребители не должны отвыкать от российского газа. Если сам по себе ТАНАП мощностью в 16 млрд кубометров не является серьезной угрозой российским интересам, то присоединение Ирана может сделать его таковым. По итогам бакинского саммита стало ясно, что И.Алиев готов идти навстречу соседям, как южным, так и северным. Однако при этом он однозначно заявил о необходимости прогресса в вопросе Нагорного Карабаха. Что же, по удивительному совпадению оказалось, что В.Путин уже пригласил президента Армении С.Саргсяна в Москву.

Российско-армянский саммит был особенно красочно описан А.Дугиным в его комментариях на телеканале "Царьград". По его мнению, визит С.Саргсяна стал логическим завершением "недели Большой геополитики", завершающей построение "новой геополитики", результаты которой важны на "десятилетия". Этот фашиствующий "стратег" не постеснялся прямо высказать то, о чем умалчивали политики и СМИ: Россия любит армянских братьев и никогда их не предаст, однако "малым" державам негоже сопротивляться воле "великих", а посему "Армения должна согласиться на план Лаврова о передаче Баку пяти районов, не требуя за это слишком высокой и нереалистичной цены. Главная цена — безусловная гарантия безопасности и жизни армян со стороны России. Сама идея поменять русских братьев на американских хозяев будет самоубийственной. Нигде американцы не смогли обеспечить территориальной целостности своим вассалам и марионеткам. Тем более на постсоветском пространстве. Так что лучше даже не пробовать. Если Ереван согласится с планом Лаврова, построение новой геополитики будет завершено". Трудно отрицать, что вступление Армении в Таможенный союз стало несомненной победой Кремля, однако сговорчивость Еревана на "план Лаврова" все же будет стоить белокаменной дополнительных усилий. Речь идет о широком пакете экономических проектов, которые должны завершить процесс "интеграции" братской страны, и так находящейся в критической зависимости от России. 

Именно эта, доведенная до абсурда идея "общности" и всесторонней постсоветской "интеграции" наиболее активно продвигается в российском информационном пространстве, и не важно, о чем идет речь — о православии, "славянских" корнях, "славном советском прошлом" или об экономике. Поэтому вполне объяснимо, что "продвижение интеграционных процессов на евразийском пространстве" стало основным предметом беседы Н.Назарбаева и В.Путина в Сочи, которая состоялась 16 августа. Разумеется, в заявлениях для прессы не обошлось без благодарностей в адрес казахского лидера за содействие в примирении с Турцией и обсуждения планов Китая по реализации нового "Шелкового пути". Россия и Казахстан должны действовать вместе — таков был лейтмотив экономической части переговоров. В заявлении для СМИ Н.Назарбаев назвал отношения с Россией "образцовыми". Само собой разумеется, что Казахстан, как и Азербайджан, выступал и выступает против антироссийских санкций, хотя отношения Москвы и Астаны внутри Таможенного союза нельзя назвать безоблачными. Президент Казахстана посетил Анкару с коротким визитом прямо накануне визита Р.Эрдогана в Санкт-Петербург, и совершенно очевидно, что не двусторонние отношения были в центре состоявшихся переговоров. 

Картина геополитических построений России была бы неполной без Туркменистана. Увы, на данном этапе отношения между лидерами этих стран оставляют желать лучшего. Несговорчивость президента Туркменистана Г.Бердымухамедова по поводу цены на газ уже стоила ему разрыва отношений с "Газпромом", который стал закупать те же объемы газа в Казахстане и Узбекистане. Однако ухудшение экономической ситуации диктует свою логику, и вот, 9 июня Ашхабад посетил министр обороны РФ С.Шойгу — впервые за 25 лет. Его приняли на высшем уровне, и С.Шойгу поделился с лидером мирной страны обеспокоенностью России проблемами международного терроризма и предложил помощь в укреплении обороноспособности Туркменистана. Он заявил, что во многом отношения двух стран зависят от уровня взаимопонимания лидеров, а особую озабоченность Москва испытывает в связи с активизацией боевиков в четырех прилегающих к Туркменистану провинциях Афганистана. В ответ Г.Бердымухамедов заявил, что ждет В.Путина в гости еще в этом году. Любопытно, возрастет ли обеспокоенность Ашхабада проблемами терроризма еще до этой встречи?

Таким образом, становится очевидным, что в большой шахматной партии на просторах Евразии Россия решительно вступила в активную фазу борьбы за право называться сверхдержавой. По мнению В.Путина, несговорчивый и упрямый Запад должен, наконец, осознать, что взаимоотношениям с ЕС и США есть весьма реальная альтернатива. Евразийский альянс, выстраиваемый с участием основных энергетических и транспортных игроков, может стать альтернативным центром притяжения для многих государств Азии, придав тем самым усилиям Москвы смысл и цель. Очевидно, что в каждом из звеньев этой "цепи" есть множество нюансов, требующих неусыпного внимания, да и ресурсы РФ уже на исходе, однако именно в ближайшие два года предстоит получить ответ на вопрос, насколько прочно Россия "встала с колен" на ноги. Украина может и должна сыграть на существующих экономических противоречиях между участниками процесса, обеспечив такое взаимодействие с основными игроками, которое сделает невозможным игнорирование наших интересов, поскольку они будут совпадать с интересами компаний Китая, Турции, Туркменистана, Казахстана, Ирана, Азербайджана. Наше дополнительное и несомненное преимущество — это активно развивающиеся отношения с Европейским Союзом, который выступает важнейшим фактором экономических и политических процессов на континенте, даже несмотря на крайне сложные внутренние процессы типа Brexit. Концепция экономической безопасности через активное привлечение целевых инвестиций может и должна стать важнейшим дополнением к усилиям президента и МИДа по политическому противодействию Москве и попыткам построить "новый мировой порядок" по-кремлевски, в котором Украина будет маргинализирована с точки зрения основных транспортных и энергетических потоков. У нас есть потенциал стратегического взаимодействия со странами региона, нужно лишь его реализовать.

 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №27, 14 июля-20 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно