Афонские молодцы

22 мая, 2014, 20:45 Распечатать Выпуск №18, 22 мая-30 мая

С точки зрения дорвавшихся до "руссмира", Останкинской башни и оружия мистиков и мистификаторов, Киев — то ли легендарный Монсальват, то ли сам Священный Грааль. Т.е. повод для священного похода какого-нибудь новоявленного рыцарства очевиден. 

"Русский мир", вполне по Оруэллу, оказался войной. "Православный бизнесмен" из Москвы хвалит исполнителей в Славянске за "правильно отмеченное Вербное воскресенье" (напомню, в этот день, точнее, в ночь накануне, в Славянске пролилась первая кровь) — и это не скабрезность, не цинизм, это самая настоящая похвала в адрес "воина Руси", воюющего "за правое дело". Хотели того в Московской патриархии или нет — их творение, попав в деловые руки практиков и авантюристов, переросло замысел своего творца. И, поди теперь определи, кто именно оказался компрачикосом. 

"Русский мир" патриарха Кирилла, уже столько раз обвиненный во всех грехах против национальных суверенитетов пост-СССР, на самом деле был создан совсем не для этого. Все, чего пытался достичь патриарх своим "Русским миром" — обосновать для "суверенитетов" и всего мирового православия, почему РПЦ сохраняет за собой эти канонические территории. Ведь по правилам, принятым в православии, независимая страна может претендовать на собственную автокефальную церковь. "Русский мир" в его практическом аспекте давал пояснения, почему автокефалий не будет. 

Останься эта доктрина действительно только церковно-административной, при всей своей терминологической ущербности она могла бы еще долго работать. Потому, например, что предоставление автокефалии имеет массу чисто технических трудностей — внутри мирового православия еще не договорились о процедуре. 

Но патриарха Кирилла подвела любовь к грандиозности. И он придал своему проекту самое широкое звучание, распространяя "русскость" то на эстонцев, то на молдаван, а то и вовсе на казахов. Но он всегда мог сказать, что "совсем не то имел в виду" —  как и его президент нынче, он указывал на то, что в этих странах живет много русских, и их духовные потребности должны быть удовлетворены. Т.е. он просто защищал их национальные интересы.

Доктрина "Русского мира" неплохо справлялась со своей основной задачей — оправдывала единство канонической территории РПЦ на постсоветском пространстве. И вряд ли сильно мозолила бы глаза светским критикам, останься исключительно в этом качестве. 

Но тут набежали мистики. И ладно бы только литераторы. Но среди них оказались также геополитики и, что хуже, — артисты цирка. Для них некоторая терминологическая расплывчатость "Русского мира" оказалась золотым дном. Авторы доктрины и сами оставили незапертой калитку для чисто политических спекуляций — рассчитывая привлечь таким образом на свою сторону "внешних" защитников русского православия. И теперь не с руки пенять, что "их использовали". Этой калиткой, в частности, оказалось обоснование для "единства русского мира". Которое заключалось не в чисто практической необходимости обеспечить "духовные потребности" этнических русских на нерусских территориях, а некая мистическая "русская духовность", пронизывающая эти территории. 

Это лукавство было отчасти вынужденным. РПЦ нигде не хотела признать себя "церковью диаспоры" — потому что для этого пришлось бы признать, что русские на территории СССР могут оказаться диаспорой. А "диаспора" — это нечто почти уничижительное с точки зрения империи. Титульная нация на территории империи нигде не может быть "диаспорой", она везде — по праву — дома. Но оказывается, гораздо хуже, когда русские — не "диаспора". Когда у них нет страха перед ассимиляцией и "потерей идентичности", как у нормальной диаспоры. Когда они сами, очертя голову, прыгают в котел местного этногенеза, становясь плотью "чужого" суверенитета. Теряют чувство своей русской, титульной исключительности. Отпадают. 

Добровольный отказ некогда титульной нации империи от своей исключительной идентичности — и есть конец империи. По крайней мере, для бывших провинций. Не только потому, что империи больше не на кого опереться, но больше потому, что в этой провинции уже некому считать эту империю "своей". Если еще лет десять назад идея "единства с Россией" вызвала бы хоть какой-то энтузиазм у русской части населения, испытывающей отторжение перед украинизацией, то теперь это бессмысленно — огромное количество смешанных браков и свободная миграция населения внутри страны сделали свое дело. Расхождения между "прорусскими" и "проукраинскими" родственниками теперь проходят в абсолютном большинстве случаев не посередине супружеского ложа, а по линии разлома между поколениями. 

Россия утратила русских в Украине — это главный вывод из неуклюжих попыток Кремля подать агрессию на востоке Украины под соусом "защиты русского населения". Выяснилось, что даже там, на востоке, исчезающе мало русских нуждается в защите со стороны метрополии. 

Но "общее духовное пространство", заявленное в качестве основы "Русского мира" в этом случае — находка. Потому что позволяет трактовать этот "отказ от самоидентификации" именно как отпадение, апостазию. Неважно, сознательную (предательство) или бессознательную (заблуждение). И ладно, когда речь о всяких Молдовах с Латвиями — хотя тоже убыток очевидный. Украину в составе "Русского мира" надо сохранить обязательно. Потому что само "духовное единство", опора всей доктрины, оправдывается через еще более расплывчатый миф — о "наследии Святой Руси". 

Для Украины это очень плохая новость. Потому что, с точки зрения дорвавшихся до "руссмира", Останкинской башни и оружия мистиков и мистификаторов, Киев — то ли легендарный Монсальват, то ли сам Священный Грааль. Т.е. повод для священного похода какого-нибудь новоявленного рыцарства очевиден. 

И нашлись, нашлись персивали с галахадами! Если бы речь шла только о литературе, был бы повод для сдержанной радости. Ведь из этих образов получились бы прекрасные персонажи для какого-нибудь Дюма-отца отечественного разлива. Имеют место священные реликвии, опасные путешествия, благочестивые намеки на участие герметической "монашеской республики", заменяющей в нашем чисто православном сюжете классический источник интриг — папский престол или кардинала Франции. И всенепременно огонь сражений и настоящие мужчины, воины Господни, верные друзья и прекрасные любовники. 

Тем, кто не может понять, что происходит вокруг ДНР, я могу только посоветовать: отнеситесь к этому, как к литературному сюжету, и все встанет на свои места. Они, может, и не покажутся вам симпатичными — эти младобелогвардейцы, ушедшие на Дон к Деникину, — но понять их можно будет лучше. Правда, они опоздали лет на сто, и Деникин, прямо скажем, уже не тот — но не каждый умеет, следуя совету Гендальфа Серого, смириться с тем временем, в котором тебе довелось родиться и распорядиться этим временем как можно лучше. 

Публика, разыгрывающая на глазах у всего мира свою военно-историческую РПГ, совершенно очевидным образом кладет в основу своей идеологии доктрину "Русского мира". Дело не только в строках из "конституции ДНР" о "православии, исповедуемом в РПЦ". Хотя и это само по себе замечательно — можно с уверенностью сказать, что руководство РПЦ преуспело, убеждая телезрителей в том, что "их" православие — какое-то особое, не такое как все прочие. Дело в том, как легко православие становится на службу даже не высоким политическим целям супердержав (хотя экс-супердержава тоже совсем не в накладе — она получила то, что хотела), а чисто игровым целям для конкретных горячих голов, начиненных православно-патриотической кашей. Кашей, которую в последние годы РПЦ готовит на своих кухнях и втискивает в головы подрастающего поколения, умиленно называя этот процесс "государственно-церковным сотрудничеством в сфере образования и воспитания".

Но церковь в результате стала для этих людей совсем не светочем и проводником, или, как возможно надеялись, воспитателем, — а средством. История о том, что "дары волхвов", привезенные в Украину в период противостояния на Майдане, были прикрытием для разведмиссии — маленький, но очень яркий штришок, дающий представление о масштабах использования церкви в необъявленной войне, которая длится уже много лет, но стала заметной только сейчас, когда перешла в "горячую" стадию. 

Распространяя свои "руссмировские" доктрины по церковным каналам, церковь сама предлагает себя в качестве союзника для "воинов Руси". Причем церковное руководство — в данном случае Киевская митрополия — вряд ли владеет ситуацией на востоке. Все, что она может — вяло отбиваться от обвинений в адрес церкви.

Например, все, что там смогли сказать об исчезновении митрополита Агафангела из Одессы в аккурат, когда начались расследования трагических событий 2 мая: митрополит отбыл в "согласованный отпуск". То, что время для отпуска выбрано, мягко говоря, неприличное — остается за скобками. А что касается обвинений отдельных представителей духовенства, монастырей, лавр и прочих церковных организаций в пособничестве боевикам, комментарий всегда один: клевета. 

Комментарий правильный — с точки зрения внутренних интересов церкви. Принцип "невынесения сора из избы" здесь соблюдается свято: любой неприглядный факт, касающийся церкви, должен быть, в первую очередь, тщательно скрыт от глаз "внешних". Дальше — по обстоятельствам. Например, ходят слухи, что митрополита Одесского Агафангела таки отправят на покой. Так что из отпуска он, возможно, и не вернется. 

Но политика умалчивания правильна разве что с тактической точки зрения. Стратегически она провальная. Ведь в результате, даже когда церковь действительно совершенно ни при чем, в это никто до конца не верит. Что в перспективе может иметь скверные последствия для самой церкви — недоверие и раздражение рано или поздно проявят кумулятивные свойства. Если просто "этнические русские" давно не составляют никакой реальной опасности государственному суверенитету Украины, то отдельные церковные приходы, монастыри, паломнические центры, гостиницы и т.п. обретают черты антиукраинских анклавов и регулярно попадают под подозрение как опорные пункты для боевиков.

Первой жертвой этого растущего недоверия ко всему, связанному с РПЦ, пал митрополит Илларион Алфеев, которого не впустили в Украину, несмотря на то, что он использовал все связи для решения вопроса в свою пользу. Следующим за РПЦ источником проблем смело можно поставить Афон. Этот странный "духовный офшор", находящийся вроде бы совсем не в границах "исторической Руси", но при этом остающийся "оплотом русского православия" и, что важнее, гарантом "Русского мира" и его единства. Мы можем говорить об этом с уверенностью — после "афонского" президента, сформировавшего вокруг себя "афонскую" элиту, после "афонского" прикрытия для военной миссии, да и просто афонских молодцев, разыгрывающих сейчас "белый реванш" на территории нашей страны. 

Кстати, говорят, православный миллиардер Малофеев ведет переговоры с Афоном о "всеруссмировских" гастролях очередной реликвии. Уже названа цена вопроса. Но об истинных целях "чисто духовной миссии", боюсь, мы снова узнаем только постфактум. И, боюсь, они нам снова не понравятся. 

 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 3
  • Djoanna Djoanna 7 серпня, 10:46 я патриот Украины, а моя крестная мать, россиянка, называет меня националисткой, потому что Путин для меня злобный гномик НО пусть Господь простит вам эту статью и эти слова сказаные в адрес земной обители Божьей Матери, мне стыдно и страшно за Вас согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно