Побег в детство

14 ноября, 08:19 Распечатать Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября

Вырос, но не повзрослел — так можно сказать о целой армии современных молодых людей. 

В моем кабинете они традиционно появляются в сопровождении мамочек (или других старших родственников), скромно молчат и трогательно кивают в такт словам заботливого сопровождающего. Они ни на что не жалуются, соглашаются со всем, что говорит мама, готовы признать себя самыми виноватыми, но больше одного раза к психологам не приходят. 

Их называют лентяями, тунеядцами, недорослями, бездельниками и инфантилами, но им все равно. В начале 80-х прошлого века им даже придумали диагноз — "синдром Питера Пэна". Они были, есть и будут. Более того, их становится все больше — детей, не желающих взрослеть. Из них получаются идеальные игроки, алкоголики и наркоманы, но редко — трудоголики и благодарные дети, приводящие внуков к бабушкам на борщ и вареники. Многие мужчины, да что уж там скрывать — и женщины, не готовы вступать в брак, не готовы к родительству ни в тридцать, ни в сорок лет. И часто невнятная готовность появляется уже тогда, когда в былые времена становились дедушками и бабушками… 

Надо признаться, что сейчас очень сложно понять, где пролегает граница взрослости. Лично я в девятнадцать лет считала себя вполне взрослым человеком, способным реально зарабатывать деньги, самостоятельно вести хозяйство, планируя траты, оплачивая счета и даже откладывая на свое развитие. При этом я не имела никакой финансовой поддержки со стороны родителей. Современные двадцатилетние в большинстве своем живут на финансовых дотациях родителей, и часто — на одной с ними территории. При этом родители не только поддерживают детей деньгами, но и готовы вступаться за них своим авторитетом, не давая возможности самостоятельно строить отношения, карьеру и семейную жизнь. Точно так же, как бегали в школу защищать детей от учителей или недругов, они защищают теперь их семейную жизнь и выбирают, с кем детям дружить и с кем спать. 

Отмечу, что ныне во всем мире понятие "подросток" расширилось в обе стороны. Если раньше подростковым возрастом считался условно возраст от тринадцати до восемнадцати лет, то сейчас многие стартуют в десять, а затягивает их до двадцати пяти, со всеми актуальными подростковыми проблемами. Не всех, но очень многих. 

Вопреки расхожему мнению, что теперь половая жизнь начинается у молодых людей достаточно рано, появилась устойчивая тенденция к тому, что возраст сексуального дебюта тоже растет. И, возможно, не за счет вовлеченности молодежи в процессы учебы и выбора профессии, а за счет все той же инфантильности, когда и познакомиться-то нет желания и потребности, ведь сексуальные отношения — это тоже большая ответственность, несмотря на то, что многие даже об этом не подозревают.

Но в чем же проблема? Они не умеют взрослеть — или не желают? Где источник их асоциальности и мизантропии? Думаю, причина в большей мере в том, как мы, взрослые, относимся к детям, в том, какие мы родители. Для меня маркером будущей инфантильности являются родительские фразы: "Я ради него…" Далее варианты могут быть любые: "бросила работу", "живу с нелюбимым мужем", "наплевала на свою жизнь", "не сплю ночами"… То есть первым симптомом будущей инфантильности у дитяти часто бывает как раз полный отказ родителя от собственной жизни и интересов в пользу ребенка. 

Но бывает и иначе: не все из них "маменькины сынки" или "папины дочки", некоторые вырастают на попечении бабушек и нянек, имея абсолютно отстраненных родителей, но, тем не менее, тоже не взрослеют, ища во всех, кто их окружает, заботливую "мамочку", ту, которой не оказалось рядом в детстве. В этих случаях к инфантильности может подтолкнуть как раз желание со стороны взрослых от ребенка быстрого взросления: "смотри сам, ты уже большой", "ты должен уже это уметь", "как тебе не стыдно — как маленький". В этом случае у ребенка развивается острый протест на взросление, и он максимально затягивает свое пребывание в комфортных условиях детства.

Как правило, дети очень быстро улавливают все вторичные выгоды любого из данных положений и понимают, что именно их реальная или мнимая беспомощность и является тем крючком, на котором держится родительская "любовь". Они максимально используют родительскую тревогу и гиперопеку или родительское чувство вины и стыда, а потом уже не могут ни физически, ни эмоционально справляться сами, впадая в зависимость.

Если даже взрослеющий подросток предпримет попытки выйти из-под родительского влияния, мать (а в отдельных случаях и отец) очень быстро, через чувство вины, возвращает их на привычное место. Очень хорошо помню на приеме худенькую скрипачку, чья мама так застращала девочку, что та буквально поверила: если она бросит играть на скрипке, мама непременно и сиюминутно умрет. При любой попытке ребенка саботировать музыкальные занятия мама театрально хваталась за сердце, распыляла по дому валокордин, задачей которого было восстановить за счет резкого запоминающегося запаха покорность дочери. Запах начал срабатывать как триггер, и в любой ситуации причудливо вызывал чувство вины и покорности судьбе. Самостоятельно решения дочерью в этой семье не принимались, но упреки по этому поводу сыпались градом. Странно только, что мама привела дочь к психологу именно с запросом: "несамостоятельная и ленивая". Но девочка, а ей на тот момент было уже 24, призналась, что просто маме не нравится, что она ворует у нее деньги. Причудливо сложился пасьянс в этой семье…

В одном из самых тяжелых фильмов, который я видела, — Six Ways to Sunday ("Кровь с молоком"), главный герой, восемнадцатилетний застенчивый Гарри, живет со своей матерью. Он живет с матерью в одном доме, с матерью в голове и с матерью в постели... При этом Гарри — безжалостный убийца, готовый прикончить даже лучшего друга. Но мамочка… В фильме есть эпизод, где мы видим, как Гарри ложится спать, и заботливая мамочка отбирает у него откровенный журнал и выключает свет, и когда спустя время, Гарри покупает себе дом, первое, что он хочет контролировать, это кнопку выключателя света у своей постели. Каково же было разочарование Гарри, когда вечером, вернувшись в новый дом, он не обнаруживает у постели выключатель: и мы видим, как провод пуповиной тянется к материнской постели. Этот провод красной нитью проходит сквозь жизнь многих взрослеющих детей, столь зависимых от своих матерей. Но, надо признаться, с Гарри все было совсем плохо, не дай Бог никому. 

Как правило, родители, чьи дети не могут повзрослеть, дают своим чадам самые противоречивые послания. Здесь рядом могут стоять "решай сам" и "тебя не спрашивали", "почему у тебя нет друзей?" и "не дружи с этим мальчиком", "нам неважно, как ты учишься" и "почему по контрольной не 12?", "почему ты не женишься?" и "в девять будь дома, чтобы папа не волновался". В этом родительском метании в разные стороны ребенку, чтобы как-то выжить, необходимо просто замереть и стоять на месте, не двигаясь и почти не дыша. И в этой условной "зоне покоя" развитие почти останавливается, превращая человека в притвору и обманщика, неспособного нести ответственность не то что за других, но и за себя самого. Позже они страдают прокрастинацией, не умеют держать обещанное слово, покупают много дорогих, но бесполезных вещей и игрушек — и абсолютно непереносимы в браке, ибо проповедуют жизнь "без обязательств". 

Сегодня даже кумиры, как у детей, так и у взрослых, — с признаками подростковых чудачеств. Повальная подростковость — это все-таки деформация личности, кризис в довольно запущенной стадии. С одной стороны такой несостоявшийся взрослый — результат неудачной семейной жизни его родителей, а с другой — одно из последствий культивации потребительских ценностей в обществе, где накормить и одеть важнее, чем выслушать и понять. Семья, хоть и формально, строится на детоцентрированности, но, по сути, ориентируется только на внешние потребности ребенка, давая ему лишь "хлеба и зрелищ". 

Современные дети очень часто выглядят и играют во взрослых, записывают блоги, участвуют в конкурсах наравне со взрослыми, занимаются торговлей и рекламируют себя.

Что же тогда такое — взрослость? С точки зрения психологии, взрослость — это способность нести ответственность за свои поступки, критично мыслить, делать ответственный выбор и руководить своей жизнью. Взрослость — это способность брать на себя роли мужа, жены, родителя, социальные роли работника и гражданина, способность преодолевать свой страх перед жизнью. И надо сказать — многие справляются с этим и благополучно взрослеют, наслаждаясь своей самостоятельностью и заслуженно гордясь жизненными победами. Значит, надежда есть. А нам, родителям, так важно не испортить жизнь ребенку в попытках уберечь его от своих собственных страхов и комплексов. Потому что очень часто дети остаются со всеми нашими проблемами, оставленными им в наследство, а уберечь их получается лишь от жизни в реальном мире. И они убегают, каждый в свою Нетландию…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно