Пахнет лето медом

20 июля, 17:14 Распечатать Выпуск №28, 21 июля-10 августа

Отечественное пчеловодство: гигантская серая зона, только — с пчелами — в полосочку  

Пчелы рады цвету, как люди меду

— Только выкачал, можете заезжать! — бодро отзывается в телефонную трубку Анатолий, и спустя час мы уже у него. Посреди веранды стоит огромная кастрюля с прозрачным медом. Крякнув, немолодой уже пасечник поднимает эту тяжеленную кастрюлю, и густой янтарный нектар постепенно наполняет банку за банкой. Мед льется плавно, непрерывной струйкой, оставляя на поверхности каждой емкости крутую горку с игривым хвостиком наверху. Эта невольная скульптурная композиция в течение минуты мягко оседает, доверху наполняя тару, так что подогнать сверху крышку становится проблемой. Если добрая душа — это щедрая и рука.

— Мед свежий, поэтому двое суток подержите банки открытыми, — советует пасечник. — Пусть лишняя влага испарится.

Мы ежегодно покупаем у него мед, одновременно обогащаясь и мудрыми подсказками, которые для нас, обычных медолюбов, каждый раз открытие. Если мед настоящий, он должен не разбрызгиваться, а тянуться, наматываясь на ложку. Вкус у него терпкий и сладкий: в какой-то момент после пробы меда в горле даже запечет — так потеплеет. Если же мед не соответствует этим требованиям, то может оказаться неспелым — и быстро закиснет. Либо это фальсификат, — его сегодня хоть отбавляй. Мед на третьем месте в мире среди подделываемых продуктов: статистика свидетельствует, что его производство уменьшается, а вот экспорт — растет. Подделать сладкий продукт просто — достаточно разбавить мед патокой, сахарным сиропом, манкой или даже мелом. Или разогреть прошлогодний, чтобы поредел и сошел за свежий — а значит, более дорогой, хотя на самом деле он потеряет все полезные вещества и превратится в обычный сладкий десерт. Чтобы не попасть впросак, лучше покупать мед у того, кому доверяешь, потому что обнаружить подделку сразу сложно даже специалистам. Это уже потом она проявится сама, длительное время оставаясь в жидком состоянии. Поэтому натуральный мед бывает жидким только свежий, а со временем непременно густеет и кристаллизуется. У каждого сорта свой срок кристаллизации, однако к зиме засахариваются все. Кроме акациевого, который может и до года оставаться жидким, а затем загустевает тоже в меру — за что особенно ценится.

Именно за ним мы приехали в конце мая, как только отцвела акация. Ожидали еще с прошлого лета, когда прочли, что он был самым дорогим на Успенской ярмарке в Киево-Печерской лавре — по 260 грн/литр. У "чужих" пасечников покупать не хотели — ждали у своего. Раньше сорта не имели значения — лишь бы настоящий и вкусный. А с тех пор — вот что такое познавательная информация, и вовремя, — начали интересоваться различными медами и их целебными свойствами. Купили липовый — помощник в лечении простуд, бронхо-легочных заболеваний и при бессоннице. Гречишный знали еще раньше — потому как самый темный и ароматный. Иногда его насыщенный вкус не нравится рядовым медоедам, зато сердечникам он как бальзам на душу, то есть на кровь и сосуды. Попробовали подсолнечный — ярко-желтый, крупнозернистый: понравился не очень. А вот акациевый понравился, особенно нижний, где осели все полезные микроэлементы: их в нем множество, особенно он показан для укрепления репродуктивной системы женщин и мужчин. Благодаря высокому содержанию фруктозы и низкой калорийности его советуют употреблять даже беременным женщинам и диабетикам — конечно, в меру.

Покупая, заметили на столе пару банок густого золотистого меда.

— Это прошлогодний остался?

— Нет, это с весеннего цвета. В этом году всё раннее как никогда, ведь лето еще с апреля. И все вместе цвело: вишни, груши, яблони, даже сливы. Попробуете?

О-о-о, какое же чудо этот первый мед! Не зря народная мудрость гласит, что весенняя пчела — самая счастливая, а весенний мед сто болячек лечит. Укрепляет иммунитет, лечит раны, противостоит простудам, помогает при болезнях печени, почек, щитовидки, выводит токсины, шлаки и даже радиацию, антибактериальный, антистрессовый, эффективный для косметических процедур, больше всего рекомендован детям — а уж вкусный!.. Еще бы: весна, разнотравье, для пчел рай — "пахучий розмай". Распробовали и купили еще, ведь это такая редкость даже среди весеннего разнотравья — мед из ягодно-фруктового цвета. Весенний мед, вообще, редкость, ведь его еще мало, как гласит пословица, одной ложкой можно съесть, — поэтому обычно его оставляют в улье для пчел. Однако этот год настолько особенный по погодным условиям, что весна была богатой медом. И ранней. Стоит только помнить: весенний мед быстро кристаллизуется, поэтому сейчас жидким он быть не должен. А самым эффективным становится через четыре-шесть месяцев — когда настоится и наберется целебной силы и аромата. 

Собственно говоря, мед может храниться очень долго — и не портится. Знаю это по собственному опыту. Однажды мы нашли в забытых семейных закромах баночку еще советского меда — 30-летней давности. Хотя хранился он правильно — в темном сухом месте (потому что мед на солнце — это яд), но есть его все же не рискнули, отправили в печенье. Медовики вышли пышными и вкусными, а запах!.. — с порога слюнки текли.

Чтобы мед есть, надо не присесть

Заказали мы и липовый мед. Но липа уже давно отцвела, а пасечник все разводит руками:

— Рамки еще тарахтят — пустые. Не только у меня — у всех. Нет на мед в этом году полетов...

Оказывается, пчела не каждый день нектар носит. Для этого ей нужны не только цветы, но и благоприятные погодные условия. Идеальные — теплые ночи и дни в температурных пределах +14 — +25 градусов и умеренная влажность, то есть небольшие тихие ночные дожди. Плюс-минус несколько градусов ниже и выше снижает медоносность, а такая неврастеническая погода, то с пустынной жарой, то с холодными ливнями, как в этом году, и подавно для пчел — сплошные критические дни. Даже далекие от пчеловодства люди чувствуют это — потому что овощи не родят, ни огурцы, ни кабачки не опыляются. А у пасечников заботы — и когда есть мед, и когда меда нет.

Но Анатолий этими заботами живет. Пасека у него отнюдь не такая, как в кино, где в роскошных садах на изумрудной траве стоят ульи и жужжат пчелы. Эта же — на зеленой меже у огорода, в окружении нескольких десятков яблонь и вишен. Начиналась с пары ульев для семейных нужд: раньше мед был дефицитом, тем более в селе, где пасека была только колхозная и работала на государство, а не для людей (правда, кое-кто из пенсионеров все-таки упрямо держал пчел — чисто для себя: купить у них с пол-литра меда было счастьем). Со временем пасека выросла до десяти ульев, а пасечник набрался опыта и теперь щедро делится им с другими такими же любителями, как сам, у которых то два улья, то пять. Он для них и наставник, и советчик, и ветеринар — потому что те ветеринары, которые еще имеются по селам в районах, в пчелиных болезнях зачастую ничего не смыслят. Это в советское время в каждом районе обязательно был зоотехник по пчеловодству, — а сейчас они исчезли, как исчезли и их должности. Более того: пчеловодства вообще на местах официально нет. Пчелы есть, пчеловоды есть, пасеки, пусть карликовые, множатся — а отрасли как таковой не существует, потому что в официальных структурах власти нет не то что управления или отдела, но и ни одного человека, который бы за нее отвечал.

Может, поэтому она и восстала, как Феникс из пепла, что никто в нашей стране за нее не отвечает? Ведь все остальное, во что вмешивается государство, разрушается и приходит в упадок.

Впрочем, по большому счету, она никуда не исчезала. Как утверждает Алексей Горелик, который в 1990-х годах возглавлял Хмельницкий облпчелпром, длительное время был председателем областного Союза пчеловодов, а сейчас представляется как "частный предприниматель, почетный пасечник Украины и издатель журнала "Пасічник", после "реформирования" села украинскими властями пчеловодство — единственная аграрная отрасль, которая не только уцелела, но и развилась — без чьей-либо помощи. Это при том, что в 1990-х фактически перестали существовать мощные пасеки колхозов и совхозов, подсобных хозяйств крупных промышленных предприятий и многих (но далеко не всех) лесничеств. "А мужицкие пасеки создали украинское чудо, — говорит Горелик. — Показали, на что способны наши пчеловоды, когда им никто особо не мешает. Потому что, к сожалению, люди, которые, по долгу службы, должны облегчать жизнь украинским пчеловодам, на самом деле только создают им проблемы".

Его слова подтверждает статистика — хотя сам Горелик скептически называет ее "среднепостельной". Украина стабильно входит в первую пятерку производителей меда в мире (3—4 место, 5—6% мирового производства) и лучшая в Европе с валовым сбором около 70 тыс. тонн: рекордным был 2013 г. с 73 713 тоннами меда, а в прошлом году цифра достигла 66 231 тонн. В еще советском 1990 году в Украине производилось 50 858 тонн сладкого продукта, поэтому разница очевидна. 1990-е годы были провальными для отрасли, и уже в 2000-м отечественные пчеловоды вышли на уровень советских показателей и с тех пор только наращивали производство. Несмотря на то, что количество пчелосемей за это время уменьшилась почти на треть: если в 1991 г. их было 3515,1 тыс., то сейчас — 2642,2 тыс. Следовательно, производительность одной пчелиной семьи выросла с 14,5 кг до 25 килограммов меда? Это, конечно, может и приятно — если цифры действительно отражают реалии, а не "статистическую погрешность" или надуты с помощью фальсификата. Потому что, например, президент Всемирной ассоциации экспортеров меда профессор Норберто Гарсия оценивает такую ​​мировую тенденцию однозначно: "Тогда как количество пчелиных семей в мире с 2007 по 2013 г. выросло на 8%, экспорт меда вырос на 61%. В восточном полушарии, от Украины до Тайваня, эта тенденция очевидна: увеличение семей на 13% и взрыв экспорта на 196%. Эти данные показывают шоковую аномалию, которая полностью противоречит мировым тенденциям снижения производительности семей. Ученые и независимые научные учреждения свидетельствуют, что потребление того, что мы называем чистым медом, значительно превосходит реальную картину по производству подлинного натурального меда".

По областям картина крайне пестрая. Первенство по количеству пчелосемей держит Хмельницкая: 339,3 тыс. Она первая и по количеству частных пасек: их здесь более трех тысяч — плюс почти 50 пасек в агропредприятиях. Еще область особенна тем, что здесь, в племенном пчелином питомнике "Прибужские медоборы", создан внутрипородный тип украинской степной породы пчел — "Хмельницкий": безусловно, для подольских пчеловодов это является предметом гордости. Как и то, что одно из предприятий Хмельницкой области, которое закупает мед у частных пасечников, уже многие годы находится среди лидеров экспорта меда из Украины. Скажем, в 2015 г. из области экспортировали 2,3 тыс. тонн меда общей стоимостью 110 млн грн — в основном в Польшу, Германию и Францию. Это весомая капля в бочку украинского экспорта, который в 2017 году, например, составлял 67,8 тыс. тонн на 133,9 млн долл. Одним словом, Хмельницкая область вполне может служить иллюстрацией к "медовой истории" Украины — причем как в положительном, так, к сожалению, и в отрицательном смыслах. Потому что, с одной стороны, она среди лучших, а с другой — это типичный для отечественной "картины медом" пейзаж, где 95—98% медового урожая обеспечивают преимущественно патриархальные, "хуторянские" пасеки с дедовским уровнем производства, производительности и "маркетинговых технологий", заключающихся в продаже готового продукта в своем кругу или — от безысходности — сдаче его за бесценок (30-35 грн/кг) перекупщикам; оторванностью от передового мирового опыта и даже не очень передового, однако цивилизованного ухода и контроля, которые были раньше.

На языке мед, а в сердце — лед

Гречишный мед Анатолий нам не пообещал. Нет в этом году посевов гречихи в окрестностях. В прошлом году были аж два поля, еще и по очереди цвели: пасечники нарадоваться не могли пчелиными взяткам. А в этом году — только одно подсолнечное, и то только в 8 километрах, — а пчела продуктивна, когда летает не дальше двух-трех.

В Хмельницкой области, как и в Украине в целом, аграрии — или, точнее, арендаторы сельскохозяйственных площадей, для которых земля — ​​чисто бизнес, средство для получения как можно больших прибылей с более низкими затратами и в как можно более сжатые сроки, зачастую абсолютно далеки от осознания того, что пчеловоды — их ближайшие союзники. Правило, которое работает во всем мире: пчеловоды получают 90% прибыли не от продажи меда и других продуктов пчеловодства, а от опыления пчелами посевов сельскохозяйственных культур, урожайность которых от этого существенно — на 5—30% — растет, — в Украине не действует. Государство законодательно не регулирует использование земли, севообороты нарушаются, что катастрофически истощает угодья и уменьшает медоносную базу. В частности, это касается гречихи. Спрос на нее большой, а посевы в 2017 г. выросли всего лишь на 1,4%. Это не покрыло потребности — потому что, если объем рынка круп в Украине в прошлом году составил 387 тыс. тонн, увеличившись на 6,7%, то гречиха стала рекордсменом: 18,1%. В результате, вырос импорт — преимущественно дешевой гречихи из России. В общем, за 11 месяцев 2017 г. в Украину завезли 12,81 тыс. тонн гречневой крупы — втрое (!) больше, чем за предыдущий сезон, когда импортировали 3,93 тыс. тонн. То есть тратили валюту там, где вполне могли ее зарабатывать — с помощью пчел. Собственно, и тратили заработанное пчелами на экспорте меда — ведь платили из государственной казны. Более того — платили врагу, косвенно финансируя его преступления на нашей территории.

Это мало назвать разгильдяйством, это больше похоже на диверсию. Хотя на самом деле это просто полное отсутствие стратегического видения развития аграрного сектора государства, одним из колесиков и винтиков которого является и пчеловодство. Но его не только не принимают во внимание, — его иногда уничтожают. Невольно. В этом году (впрочем, как и в прошлом году, и в позапрошлом году, и еще раньше) пасечники в нескольких районах Хмельницкой области — Каменец-Подольском, Дунаевецком, Чемеровецком, Летичевском, Городокском — протестовали против обработки арендованных близлежащих полей ядохимикатами, от которых массово погибли пчелы. Хотя в отечественном правовом поле предусмотрено информирование владельцев пасек, расположенных в радиусе семи километров от поля, не позднее чем за трое суток до его обработки — с указанием ядохимиката, уровня его токсичности и срока действия, места, времени и способа применения, периода изоляции пчел. Сама обработка должна проводиться в ночное время. Кроме того, запрещено обрабатывать поля и сады средствами защиты растений в период цветения медоносов и пыльценосов во время массового лета пчел. Но эти правила игнорируются, как и то, что ядохимикаты должны быть сертифицированы и разрешены к использованию в Украине. И кто это контролирует? Изготовленные по строгим стандартам европейские препараты защиты растений дорогие, поэтому зачастую горе-арендаторы украинской пашни покупают по дешевке китайские и травят ими и землю, и все живое на ней. А законодательство выписано таким образом, что судиться с виновниками — себе дороже. К примеру, в Городокском районе попытки пострадавших пчеловодов встретиться с представителями компании "Кернел", которые обрабатывают здесь землю, и вызвать работников экологической службы были напрасными, пока люди в отчаянии не перекрыли трассу. Однако даже крайние меры, к которым прибегают граждане, не помогают установить справедливость. И тем более не способны восстановить пчелиные рои, погибающие от инсектицидов, гербицидов и пестицидов. Официальная статистика гласит, что в прошлом году в результате таких действий погибло 1139 пчелосемей в восьми областях страны. У специалистов Национального университета биоресурсов и природопользования Украины другие цифры: ежегодно от отравления гибнет от трех до восьми тысяч пчелосемей. Такое расхождение между данными легко объяснить: далеко не все пчеловоды решаются на публичную или, тем более, судебную защиту своих прав, — слишком уж силы неравны. И даже объединение в общественные организации вроде Союза пасечников Украины не меняет ситуацию, поскольку такие общественные организации тоже бесправны, а значит — бессильны.

Казалось бы, логичный шаг на пути всесторонней защиты своих интересов — объединение в кооперативы. Этому даже была посвящена международная научно-практическая конференция, организованная в сентябре прошлого года в Хмельницком. Однако на такой шаг пасечники почему-то не решаются. Среди основных причин — недоверие: и к государству, и к потенциальным партнерам по кооперативу, крупным и мощным. Основания для этого есть: если раньше пчеловоды были освобождены от налогов — и это логично, во всем мире пчеловодство дотируется, — то в принятом в 2016 г. Налоговом кодексе появилась норма, согласно которой пасечник, продавший меда более чем на 100 (а с 2017 г. — на 50) минимальных зарплат, уже облагается налогами. При этом не принимается во внимание постоянное увеличение его расходов в результате непрерывного роста цен. Вот и остается отечественное пчеловодство единоличным, разобщенным, неуправляемым, непосчитанным, а значит, не легализованным — и поэтому уязвимым, низкоконкурентным, несмотря на определенные успехи на мировом рынке — сырьевым придатком успешных чужих экономик. Такая вот гигантская серая зона, только — с пчелами — в полосочку. И эта ситуация сохраняется уже почти два десятилетия — как и проблемы в ней, как и разговоры вокруг этих проблем, — практически без каких-либо шагов ни вверху, ни внизу, которые были бы направлены на их решение.

Но, как справедливо замечает народная мудрость, в чужой пасеке пчел не разведешь, а от лежания не будет медования. Поэтому, несмотря на весь наш консерватизм и индивидуализм, следует брать пример с пчел — объединяться и работать на общий результат, совершенствуя, развивая, осовременивая свою — украинскую — пасеку. Ведь полезнее для человека мед, собранный там, где он живет. А там, где меды, нет беды.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно